***
— Только не говори, что эта старуха уволила тебя! Элла сидела на кухне собственной квартиры, пила крепкий кофе и грела замёрзшие пальцы. В последние недели её руки были невероятно холодные, не смотря на то, что стояла невероятна жара. — Не говори, так Марси! — воскликнула Бруклин и со звоном поставила кружку на стол. Девушка закатила глаза. Подойдя к холодильнику, Марси достала молоко и налив его в кружку села на против Эллы. Кожа посерела, под глазами синяки, а волосы потускнели, тело осунулось. Девушке было больно смотреть на мать, она знала что женщина старается для их блага и терпит эту старую кошелку лишь ради неё, но Марси не могла промолчать. Элла могла найти другой работу, но не делала этого и Бруклин-младшая откровенно не понимала этого. Почему её мать не хочет сделать их жизнь лучше? — Прости, — тихо проговорила Элла и вымученно улыбнулась. Она ненавидела ругаться с дочерью, но как объяснить подростку, что по-другому они не могут? — Мам… Не извиняйся. Эти маленькие ссоры выматывали обоих. — Как твой доклад? — более бодро спросила Элла и направилась к раковине. — Нормально. Джули сделала свою часть вовремя. В кой-то веке, — последнею фразу Марси проговорила совсем тихо. Женщина улыбнулась и, вымыв кружку, потрепала дочь по голове. — Всё у нас будет хорошо, — обнимая Марси, проговорила Элла. Но девушка знала, что эти слова мать говорить больше себе, чем ей и от этого она ещё больше ненавидела мир, что потрепал самого важного человека в её жизни.***
— Сегодня ко мне придут подружки и ты должна увести Джордана и Молли, — говорит Коуэл, обмахиваясь веером. Элла кивает и идёт одевать неугомонных детей. Сегодня ещё жарче и поэтому женщина не хотела выходить на улицу, но выбора не было. Она час собирала детей и ещё больше искала Молли, когда та спряталась. Девочка нашлась в ванной. Держа Джордана с одной стороны, Молли с другой, а поводок Лори практически в зубах. Рук катастрофически не хватало. До парка они дошли относительно спокойно, не считая хныканья и просьб о всякой чепухе. Молли вырвала руку и побежала на игральную площадку. Малыша хватило на десять минут и спустя это время он начал орать во всю глотку, хватаясь за волосы Эллы, сильно дёргая их на себя. Даже когда они перешли в тень, это не улучшило настроение ребёнка. Хотя его сестра наоборот выглядела бодро, и по мнению Бруклин, ничто не могло заставить эту неугомонную девчонку усидеть на месте. — Неплохо устроилась, — усмехается голос сбоку и начинает пахнуть сигаретами. Элла оборачивается и как-то устало смотрит на девушку, что сидела рядом и курила сигарету. Золотые волосы ниспадали на плечи, на лице дневной макияж, а красное платье с глубоким вырезом совсем не подходило для прогулок по парку, длинная нога в туфле на высоком каблуке была закинута на другую. Сама Элла смотрелась намного хуже девушки: растянутая сиреневая майка, белые спортивные шорты с буквой «R» чёрного цвета и в поношенных кедах. Про волосы, собранные в неаккуратный пучок и говорить нечего, на лице полное отсутствие макияжа. Она выглядела по меньшей мере не ухоженно и бедно по сравнению с девушкой. — Ты совсем не изменилась, — мягко улыбнулась Элла, отчего около глаза появились незаметные морщинки, но они не портили женщину. Она посмотрела в сторону площадки и, найдя Молли, облегчённо выдохнула. Девочка могла убежать куда угодно и ищи потом её не пойми сколько. Бруклин уже проходила это. — Выглядишь хреново, — кидает блондинка и затягивается сигаретой. Раньше она предпочитала исключительно трубки. — Ты что-то хотела? — спокойно спросила Бруклин и на несколько секунд прикрыла глаза. Но сразу же открыла их, Молли нельзя выпускать из поля зрения. Джордан уже посапывал на плече женщины и она не сомневалась, что это сделала блондинка. Она не любила, когда дети шумели и вообще холодно к ним относилась. Она даже на Марси смотрела пренебрежительно и с еле заметным отвращением, когда та была маленькой. — Твой в Мистик-Фоллс, — хмыкает девушка и облизывая губы, видно, что она волнуется. — Мне нужна кровь двойника… — Нет, — просто отвечает Элла. В её голосе слышится усталость и слабые отголоски стали, но она не когда не могла быть жёстким человеком. Слишком добрая. Слишком мягкая. Слишком Элла. — Во-первых: у меня нет времени, во-вторых: он не мой, и в третьих: ты и сама можешь справиться. Отправь Коннера. Девушка смеётся и тушит сигарету о скамейку. — Господи, ты не меняешься! — восклицает она. — Какая же ты мягкотелая. — Элла Бруклин, ты нечто. Женщина мягко улыбается, смотря на блондинку. Голос девушки вибрирует в мозгу, отдаваясь болью в затылке. — Ты тоже. Кристи Паркер. Кристи ухмыляется и встаёт со скамейки. — Позвони, если передумаешь. Я всегда на связи, — сказав это, Паркер исчезла. И так всегда. Неожиданно появляется и исчезает. Она всегда приходит к Элле, если дело касается бывшего женщины. Потому, что ей нравиться наблюдать за Бруклин в моменты когда она говорит о нём. Ей нравиться боль в глазах женщины и Кристи знает, что всё бесполезно. Знает, что Элла всегда отказывает если это касается парня. Но всё равно приходит потому, что она сука по жизни и любит бить по больному. Даже если это её друзья… знакомые… пешки. А Молли опять куда-то убежала.***
— Я уже на остановке и скоро буду дома, — говорит блондинка в трубку допотопного телефона. Элла не могла пользоваться новыми смартфонами, она и этот телефон с трудом осилила. Постепенно Марси смирилась с этим и перестала мучить-учить мать. Сама девушка включила автоответчик. Бруклин не удивилась, потому что слишком хорошо знала дочь. В автобусе было душно и Элла задыхалась. Пальцы были ледяные и даже в такую жару не теряли свой холод. Женщина чуть не пропустила свою остановку и когда вышла из автобуса, вздохнула полной грудью, но лёгкие сдавило и они как будто высохли. Дышать было тяжело. На улице хуже, чем в транспорте. Элла с дочерью снимали комнату-студию. Лофт. Огромное помещение обходилось дёшево потому, что в нём останавливались только третьесортные художники и платить много они не могли. Кухня, гостиная и спальня были в одной комнате, только санузел отдельно. Никто не жаловался. Единственный плюс - это большое окно, но оно было наполовину заклеено и вид был не особо живописен, но уж лучше это чем ничего. Главный минус в том, что студия находилась под самой крышей и когда шёл дождь, через потолок капало. Но в целом жить можно. — Я дома! — крикнула Элла, зайдя в квартиру. Никто не откликнулся. Марси наверное опять задержалась в школе или у подруг готовиться к какому-то проекту. Первым делом блондинка положила сумку на диван и направилась на кухню. Поставив чайник и засыпав кофе, заметила на холодильнике маленький листок. На нём корявыми буквами, видно, что спешили, написаны слова, что заставили Эллу задохнуться и сесть на стул.Маме. Мы с Бредли, Брук и Райяном решили на выходные съездить в Мистик-Фоллс. Там у Брук какие-то родственники. Не скучай. Буду через пару дней. Твоя Марси.
Элле понадобилось несколько минут, чтобы осознать, что написано на листе голубого цвета. Марси любит разноцветную бумагу… Меньше, чем за секунду, женщина кинулась к сумке и дрожащими руками достала телефон. — Твой в Мистик-Фоллс… Слова Кристи пульсирую в мозгу и отдают тупой болью в черепе. Горло давит какая-то сила, от чего Элла не может дышать. Тело бьёт крупная дрожь. Перед глазами всё плывёт и темнеет. С трудом она набирает заученный наизусть номер. — Так ты передумала, — слышатся голос на другом конце, Бруклин чувствует улыбку Паркер. Элла и слова не может сказать. Язык онемел и как будто прирос к горлу, но с трудом она заставляет себя выдать несколько слов. — Марси… она туда поехала. На другом конце трубке тяжёлое молчание, а потом неудержимый смех. — Ну девчонка… Ну даёт… — сквозь смех слышат блондинка и воздух окончательно покидает лёгкие. Элла оседает на диван, и дрожа всем телом, обеими руками держит телефон. Она тяжело дышит, но воздух как будто не попадает в лёгкие. — Не напрягайся. Взрослая, нечего с ней не будет… — Я достану кровь двойника, — шепчет женщина онемевшими губами. На другом конце тишина. — Я люблю твою дочь, — снова смех. — Завтра. Одиннадцать. Коннер передаст билет на самолёт, там тебя встретит Джеймс. Элла впервые слышит это имя, но в её голове мысли только о Марси. — Хорошо, — выдыхает Бруклин и тут же слышит гудки. Элла с трудом дышит осознание того, на что она согласилась, прошибает мозг. Кристи Паркер — это игрок, который сделает всё, чтобы получить то, чего желает и ей плевать, какие для этого нужны методы. Комната кружиться. Элла глубоко и тяжело дышит. Главное успеть, до встречи Марси с НИМ. Но шестое чувство подсказывает, как бы женщина не старалась, этой встречи и её последствий не избежать.