Берегись мир! Яойщица здесь!

      Санджи и Зоро вернулись с горячих источников утром. Некоторые Мугивары стали причитать, что парни потерялись, но продолжалось это недолго: нет толку злиться на накама, привычки которых хорошо знаешь. Лиза внимательно наблюдала за парнями, притворяясь спящей. На её голове покоились тёмные очки. Санджи взглянул на неё. Их взгляды встретились, и Елизавета молча встала и пошла в камбуз. Кок благодарно улыбнулся ей вслед и спустя минуту тоже поспешил в камбуз, ответив голодному Луффи, что завтрак будет готов через час. Зоро ревниво смотрел ему вслед. С чего вдруг этот Эро-кок собрался разговаривать с чертовкой?        — Ну, и? Я тебя внимательно слушаю, Санджи-кун. — Как только дверь в камбуз с легким скрипом закрылась, проговорила Лиза, уже сидя за столом.        — Я хочу спросить… — Санджи остался стоять на месте. — Откуда ты знала, какие именно галлюцинации у меня появятся?        — А я и не знала, — спокойно ответила Елизавета и, пристально глядя на ошарашенного её словами кока, ехидно улыбнулась. — А какие же галлюцинации у тебя были, а?        — Ну, разные… — смущенно почесал затылок блондин.        — Разные, говоришь? А эти «разные галлюцинации» не были связаны с одним мечником? — продолжая ехидно улыбаться, поинтересовалась чертовка.        — Были. — Вдруг честно ответил Чёрная Нога, проходя мимо девушки и принимаясь за завтрак.        — Что-то ты слишком легко об этом сказал… — задумчиво почесывая затылок, пробормотала Лиза. — Почему?        — Потому что я… — Санджи взглянул на собственное отражение в тарелке и вдруг тепло улыбнулся. — решил быть честным с самим собой.        — Быть честным с самим собой…? — эхом повторила чертовка и вздрогнула, вдруг поняв смысл этих слов, встала и подошла к блондину, заглянув ему в глаза. — Погоди, то есть ты его…?        — Я его… — с улыбкой ответил Санджи.       Елизавета удивленно моргнула пару раз, а потом заулыбалась, совсем как Луффи. Её улыбка была чистой и искренней. Санджи впервые видел у неё такую улыбку. Девушка крепко обняла удивленного парня за шею. Кок недоуменно моргнул несколько раз и с ещё большим удивлением заметил, что у чертовки волосы полностью почернели, только кончики были ещё белыми.        — Тебе обязательно нужно сказать Зоро об этом. — Тихо, ласково прошептала Елизавета.        — Не думаю, что он испытывает что-то подобное ко мне. — Приобняв её одной рукой, пробормотал Санджи.        — Ты не узнаешь, пока не попробуешь. — Уверенно проговорила девушка. — А когда ты понял, что влюбился в него?        — Вначале была простая симпатия, потом, когда я увидел, что та чертова змея собирается напасть на него, во мне пробудилось желание защищать его ценой собственной жизни. — Ответил кок. — После этого, находясь на волосок от смерти, я понял, что не могу умереть у него на глазах… Тогда я решил жить ради него. Потом у меня начались галлюцинации… Это словно послужило каким-то толчком. А после вчерашнего разговора с ним я… — блондин заулыбался, как самый счастливый человек на свете. — Я решил, что буду верным ему.        — Понятно. — Ласково сказала Лиза. — И всё же, прошу тебя, поговори с ним. Быть может, этот разговор изменит твою жизнь.        — Хорошо, я попытаюсь. — Пообещал ей Чёрная Нога.       После этого он вернулся за готовку завтрака, а Лиза села обратно за стол. Вскоре завтрак был подан. Луффи с радостью поедал приготовленную еду, тоже самое делала и Елизавета. Остальные же Мугивары вели себя более опрятно и культурно. Зоро буравил Санджи взглядом, будто пытаясь сделать в нём дырку. Чертовка это отлично видела и довольно улыбалась, попивая утренний кофе. Она знала, что Ророноа задумывается о том, что же произошло между ней и коком, пока они разговаривали. К тому же они иногда смотрели друг другу в глаза, словно о чём-то говорили, не используя при этом слова. Ророноа это жутко раздражало: и когда эти двое успели так сдружиться? Он взглянул на Елизавету, та в свою очередь посмотрела на него. Пару секунд они смотрели друг другу в глаза, а затем девушка неожиданно снисходительно улыбнулась ему и встала изо стола. Поблагодарив кока за чудесный завтрак, она вышла из камбуза. Вскоре вышли и остальные накама. Зоро остался сидеть на месте, а Санджи принялся за мытье посуды. Наступила неловкая тишина.        — Если хочешь взять выпивку, возьми, но только одну бутылку. — Нарушил эту тишину Санджи спустя пару минут.        — Не хочу. — Негромко сказал Зоро.       На некоторое время вновь воцарилась тишина. Спина Санджи была напряжена, он готовился к важному разговору. Лиза права — ему нужно попробовать. Но с чего ему начать? Не сказать же прямо в лоб «я тебя люблю»… Или сказать? Действительно, может просто сказать, как есть и дать ему возможность решить самому? И когда это кок стал так нервничать перед признанием в любви? Он же признается прекрасным мэллорин в любви, и никогда не испытывал страха или простого волнения. «Зоро не мэллорин, он особенный.»: вдруг шепнуло сердце. Последняя тарелка домыта. Аккуратно убрав её, блондин вытер руки о полотенце и развернулся к мечнику лицом. Охотник на пиратов вздрогнул: взгляд кока был прикован к нему, будто он решился сказать ему что-то очень важное. Сердце вдруг замерло в ожидании.        — Зоро, нам нужно поговорить. — Неожиданно серьезно проговорил блондин, подойдя к нему.        — Поговорить…? — недоуменно переспросил Ророноа. — О чём?        — Возможно, ты возненавидишь меня и не захочешь больше со мной говорить, но… — Санджи собрал всю волю в кулак и на одном дыхании выпалил. — Я люблю тебя, Зоро.       Время неожиданно вокруг мечника остановилось. Не осталось ничего, кроме кока, который смотрел ему прямо в глаза. Сердце мечника громко билось в груди. Он хотел было что-то сказать, но слова неожиданно застыли в горле. А что если это снова просто сон? Санджи, подумав, что ему всё-таки ничего не светит, чуть грустно улыбнулся и, наклонившись к парню, чмокнул его в лоб, будто на прощание.        — Не забивай себе этим голову. — Мягко сказал он. — Я ни к чему тебя не принуждаю. И… Спасибо, что выслушал меня.        — Это был ты… — пробормотал Зоро и, подняв голову, добавил. — Это ты меня вчера меня поцеловал.        — Да, это был я, — честно проговорил Санджи. — а ещё я дал себе клятву.        — Какую? — с замирающим сердцем спросил Ророноа.       Блондин наклонился к его уху и прошептал, опаляя кожу горячим дыханием:        — Я поклялся себе, что всегда буду верен тебе, даже если ты полюбишь кого-то другого.       Он уже хотел было отстраниться, но вдруг Зоро потянул его на себя и крепко обнял. Удивленно моргнув пару раз, он осторожно обнял его в ответ.        — Ты — идиот. — Буркнул мечник, уткнувшись ему в шею.        — Так ты меня…?! — недоуменно пробормотал блондин.        — Я тебя… — тихо ответил зеленоволосый парень.       У Санджи будто камень упал с души: стало неожиданно так легко, что он даже рассмеялся. Зоро уже хотел было возмутиться, но вдруг его губы накрыли губы кока. Поцелуй блондина был пропитан огромной нежностью и любовью к нему, словно он был важнее всего на свете, дороже любого золота. Зоро открыл рот, позволяя языку кока проникнуть на чужую территорию. Чёрная Нога ласкал рот, неба, язык, слегка посасывая его кончик. Охотник на пиратов ответил на поцелуй, пытаясь перехватить в нём первенство, но кок не позволял ему этого сделать, покусывая губы парня.        — Я тебя люблю, Зоро. — Прошептал в губы парня Санджи. — Я хочу целовать тебя везде, касаться тебя, твоих шрамов. Хочу, чтобы ты был счастлив, хочу сделать тебя самым счастливым человеком во всём этом мире. Чёрт, Зоро, ты мне очень дорог, ты мне нужен, как воздух. Я обещаю быть верным тебе. Обещаю, чтобы тебе ни понадобилось, как бы тяжело ни было, я буду рядом с тобой.        — И всё-таки ты идиот… — пробормотал красный, как помидор, и безумно счастливый Зоро, прижимаясь к блондину.       Санджи широко улыбнулся, чувствуя как по всему телу разливается нежность. Лиза оказалась права: им просто был необходим этот разговор.