Имя ей Счастливая. В поисках дома

Примерно через полтора часа показались огни небольшого городка, и Дин тут же свернул с шоссе, желая поскорее найти подходящий мотель. За прошедшее время девушка так и не пришла в себя, лишь стала дрожать сильнее, отчего Дину показалось, что он слышит клацанье ее зубов. Сэм тут же снял с себя куртку и накрыл ей незнакомку, громко зашипев от боли, когда натянулись швы на его боку при неосторожном движении. Пятно на его рубашке становилось все больше, и Дину это совсем не нравилось. К тому же болезненная бледность лица младшего брата совсем не помогала ему успокоиться. − Где же этот чертов мотель? – тихо выругавшись, Дин в очередной раз вывернул руль Импалы и свернул на пустынную улицу. Наконец, впереди мелькнула неоновая вывеска с весьма странным названием «Черный лис», и Дин уверенно свернул к двухэтажному зданию с просторной парковкой, на которой в настоящий момент не было ни одной машины. Остановившись напротив входа в здание, Дин выудил из бардачка свой бумажник с кредитными карточками и вышел из машины. − Присмотри за ней, я сейчас. Сэм наблюдал за братом, пока он бежал до мотеля, подняв повыше воротник своей куртки, словно это могло его спасти от дождя. Как только Дин скрылся из виду, Сэм открыто застонал от боли, которая последний час просто сжигала его изнутри. Осторожно приподняв рубашку вместе с футболкой, Сэм посмотрел на когда-то белоснежную повязку, не так давно наложенную заботливыми руками брата. Теперь она была полностью пропитана кровью и тем самым не сулила ничего хорошего. Дин убьет его за это. Сэм поправил свою одежду как раз в тот момент, когда Дин вернулся к машине. − Трехместных номеров у них нет, − доложил Дин, усаживаясь за руль и протягивая брату ключи от их временного жилища, − так что нам придется как-нибудь потесниться. Надеюсь, твоя подружка будет не против. − Она мне не подружка, − ощетинился Сэм. − Как скажешь. Дин быстро развернулся на пустой парковке и проехал к ее дальнему краю, остановившись прямо напротив номера с цифрой «10», что также была видна на потрескавшемся брелоке с ключом, что держал в руках Сэм. По крайней мере, не придется подниматься на второй этаж, потому что сейчас Сэм не был уверен, что сумеет преодолеть хоть один лестничный пролет. − Иди, открывай двери, − скомандовал Дин, − а я займусь нашей спящей красавицей. Дин специально попросил крайний номер, раз уж трехместных номеров в этом мотеле не было. Окровавленный Сэм и девчонка без сознания привлекли бы излишнее внимание к ним, что было совершенно ни к чему. Убедившись, что Сэм открыл дверь в номер, Дин осторожно вытащил девушку из машины и поднял ее на руки. Она оказалась совсем легкой, почти в два раза легче Сэма, которого он частенько таскал на себе, пока тот был в отключке. Дин поправил сползающую куртку Сэма и быстро зашагал к мотелю. Этот номер не отличался от миллионов других, в которых им довелось останавливаться по долгу «службы»; две широких односпальных кровати у стены, которые в этот раз были застелены покрывалами кирпичного цвета; небольшая софа напротив с весьма выцветшей обивкой, некогда бывшей зеленого цвета; телевизор в углу на широком столике с полочкой внизу, где валялись старые газеты и журналы. Помимо основной комнаты в номере также была ванная и небольшая кухня с широким полукруглым столом на слегка покосившихся ножках. Вот только обычно кухней Винчестеры не пользовались и питались в кафе и забегаловках по пути. Проскользнув внутрь, Дин тут же опустил свою ношу на ближайшую кровать, но девушка по-прежнему оставалась без сознания, что его стало изрядно напрягать. − Я принесу наши вещи и аптечку, − Дин вновь направился к двери, − а потом займусь тобой. − Сначала будет лучше обработать ее раны, − предложил Сэм, пытаясь отсрочить неизбежный нагоняй от старшего брата, который неизменно последует, как только Дин увидит повязку на боку Сэма. − Я умею расставлять приоритеты, Сэмми, − съязвил Дин, прежде чем покинуть номер, − и сейчас ты – мой приоритет. Лучше укрой эту сосульку одеялом, не хватало нам потом ей насморк лечить. С этими словами Дин вышел из номера, и Сэм обреченно вздохнул. Несмотря на то, что ему уже было тридцать лет, для Дина он по-прежнему оставался младшим братом, о котором он не переставал заботиться в любой ситуации. Противный внутренний голос вдруг ядовитым голоском прошептал: «Не в любой». В сознании Сэма тут же возник образ брата с косой в руках и непоколебимой решимостью в глазах, когда он готов был убить младшего брата. Отмахнувшись от так не вовремя нахлынувших воспоминаний, Сэм подошел к пустующей кровати и стянул с нее одеяло. Вернувшись к девушке, Сэм бережно укрыл ее им. И все же она была чертовски похожа на Мэри. Сэм почувствовал, как перед глазами у него стала медленно вращаться комната, и в висках отдалась тупая ноющая боль. − Сэмми! Напуганный голос Дина ворвался в сознание Сэма, но брата он так и не сумел разглядеть в затуманенном пространстве. Зато смог почувствовать, когда стал оседать на пол. Надежные руки брата подхватили его и не дали упасть, потянув его в сторону кровати. − Сэм, − Дин похлопал брата по щеке, но тот никак не отреагировал на это, − ну же, Сэмми, открой глаза. Не пугай меня. Услышав в голосе Дина нотки мольбы и отчаяния, Сэм собрал все свои оставшиеся силы и попытался сфокусировать зрение на лице брата. − Я здесь, − прошептал Сэм и тут же услышал облегченный вздох Дина. – Просто… голова закружилась… − Ага, конечно. Сердце Дина отбивало бешеный ритм о его грудную клетку, и он изо всех сил старался не поддаться панике. В последнее время он не мог реагировать иначе на боль своего младшего брата, особенно, когда Сэм был в полуобморочном состоянии. Ему начинало казаться, что в этот момент он совершенно точно его потеряет, как наказание за то, что он сам чуть не отнял его жизнь. Ты же хотел этого, так получай! И вот сейчас, когда Дин, зайдя в номер, увидел побледневшее лицо Сэма, который вдруг стал падать на пол, у него сердце будто вовсе остановилось. Дин осторожно помог брату избавиться от рубашки, но вот с футболкой все оказалось чуть сложнее. Стоило Сэму приподнять руку, как его вновь пронзила острая боль, и он с силой вцепился в рукав рубашки Дина, ведь брат по-прежнему сидел на корточках напротив него. Перед глазами Сэма забегали белые пятна, и он судорожно вздохнул, превозмогая боль. − Потерпи, приятель, − обнадеживающе подбодрил Дин, хотя внутри у него все трещало по швам, − сейчас станет легче. Подожди. Убедившись, что Сэм может самостоятельно сидеть на кровати, Дин быстро вернулся к сумкам, что бросил у порога, и достал оттуда аптечку. Вернувшись с ней к брату, Дин выудил из ее содержимого несколько таблеток Тайленола и бутылку воды. − Пей. Сэм покорно принял лекарство из рук брата и тут же запил его водой, при этом почувствовав, как медленно тошнота подкатывает к горлу. − Так, Сэмми, ложись, давай. Дин помог брату устроиться на кровати, после чего осторожно приподнял край окровавленной футболки Сэма и стал бережно снимать полностью пропитанную кровью повязку. Сэм при этом старался не шевелиться и даже дышал не полной грудью, чтобы лишний раз не причинять боль травмированному боку. − Черт возьми, Сэм! – разозлился Дин, увидев полностью сорванные швы на трех длинных ранах от когтей. Края рубцов были красными, что подтверждало худшие опасения Дина. В ранах бушевала инфекция. – Придется промывать раны заново, так что надо будет потерпеть. Сэм смог лишь еле заметно кивнуть на слова брата, готовый в любой момент отключиться от боли. Черт! Давненько с ним такого не бывало. Дин выудил из сумки бутылку виски, которую всегда возил с собой исключительно в медицинских целях. И не важно, что именно приходилось с помощью нее залечивать: раны на теле или душевные раны. Заставив Сэма сделать несколько глотков обжигающего напитка, чтобы младший брат не так остро чувствовал все те манипуляции, что собирался проделать Дин, он тяжело вздохнул и от души плеснул алкоголь на пораненный бок брата. Сэм зашипел сквозь зубы и с силой сжал покрывало руками, отчего у него на лбу выступили бисеринки пота. Дин ненавидел такие моменты, так что решил поскорее покончить с ними. Ловкими, уже привычными движениями рук Дин осторожно вновь зашил раны на боку Сэма и наложил поверх них новую чистую повязку, аккуратно касаясь кожи вокруг нее. − Вот и все, − подвел итог своим действиям Дин, вновь посмотрев на брата. – Завтра будешь как новенький. Сэм тяжело дышал, словно он только что пробежал несколько миль под палящим солнцем. Таблетки медленно начинали действовать, а может все дело было в виски, которое Дин влил в него, и теперь Сэм постепенно стал проваливаться в сон, который ему был так необходим, но прежде чем отдаться забвению, он тяжело сглотнул и заговорил: − Ее одежда насквозь промокла, − приглушенный голос Сэма привлек внимание Дина, который в этот момент складывал аптечку, − лучше будет ее снять… Дин решил, что Сэм уже начал бредить, потому что его глаза по-прежнему были закрыты, но потом он вспомнил про девушку на соседней кровати. − Кажется, кто-то соскучился по женскому телу, − не удержался от едкого замечания Дин, − но учти, Сэмми, я тебя штопать больше не буду. − Иди ты. Дин лишь усмехнулся в ответ, потому что Сэм все равно его бы уже не услышал. Он, наконец-то, уснул, и Дин искренне надеялся, что после сна ему действительно станет лучше. Взгляд Дина вернулся к девушке, закутанной в одеяло, и он увидел ее правую ладонь. На внутренней ее части красовался глубокий порез, в котором без должного внимания скоро начнется заражение. − Что ж, поиграем в доктора. Дин подошел ближе к девушке и невольно засмотрелся на ее лицо. Он отчетливо видел в нем материнские черты, но теперь он также заметил и еще кое-что знакомое, вот только что именно Дин никак не мог уловить. Девушка сейчас казалось ему беззащитной и уязвимой, но за свою долгую охотничью жизнь Дин знал, насколько внешность может быть обманчива. К тому же его охотничье чутье еще ни разу его не подводило, он видел, чувствовал опасность за долго до того, как она появлялась, но эта девушка… С ней определенно было что-то не так. Дин не чувствовал от нее угрозы, по крайней мере, пока, но и не был рядом с ней спокоен, а это заставляло его быть настороже. Дин слегка сдвинул одеяло и коснулся руки незнакомки, тут же почувствовав ее холодную кожу. Похоже, Сэм был прав. Дин потрогал куртку и подол платья девушки и убедился, что ее одежда была действительно насквозь мокрая. − Уж, извини, но придется тебя раздеть. Дин убрал одеяло, отчего девушка тут же начала дрожать, и ее кожа покрылась мурашками. По-видимому, она не приходила в себя из-за явного переутомления и переохлаждения. Дин осторожно приподнял податливое тело незнакомки и стянул с неё джинсовую куртку, про себя отметив, что она немного тяжелее, чем должна быть. Не помешало бы потом проверить содержимое ее карманов. С платьем оказалось немного сложнее, но Дин не в первый раз раздевал девушку, поэтому вскоре и эта часть женского гардероба оказалась на полу. Фигура девушки была очень даже не дурна собой, вот только не это привлекло внимание Дина, а старые шрамы на бледной коже, которые выглядели слишком неестественно для такой хрупкой девушки. Дрожь незнакомки усилилась, и Дин решил, что будет лучше не оставлять ее в одном нижнем белье. Выудив из ближайшей сумки, которой совершенно случайно оказалась сумка Сэма, клетчатую рубашку брата, Дин надел ее на девушку и, уложив ее обратно на кровать, стал застегивать пуговицы на ней. Внимание мужчины привлекла серебряная цепочка на шее незнакомки, которая была перекручена назад, отчего Дин не удержался от порыва и поправил ее. Каково же было его удивление, когда его взору предстал маленький кулон в виде голубой капли в обрамлении серебряных лиан. Точно такой же, как и кулон его матери, который он помнил еще с тех пор, когда она была жива. Дин поднялся на ноги и нервно запустил ладонь в свои волосы, тут же взъерошив их. − Какого черта? – все происходящее все больше и больше не нравилось Дину. Моментально переключившись в режим охотника, Дин достал из сумки святую воду, ангельский клинок, серебряный нож и одну из железных пуль. Если эта девушка – нечисть или ангел, то он скоро это выяснит. Крепко сжав рукоять ножа Руби, что был заткнут за пояс джинс, Дин плеснул святую воду из фляжки на раскрытую ладонь незнакомки. Характерного шипения не последовало, но Дину это облегчения не принесло. Убрав фляжку в сторону, Дин взял ангельский клинок и провел его лезвием по все той же руке девушки. Незнакомка дернулась от неожиданной боли, но в себя так и не пришла, и лишь струйка алой крови стала стекать по ее пальцам. Дин уже хотел проделать то же самое с серебряным ножом, но отчего-то ему вдруг расхотелось резать кожу девушки, что сейчас была перед ним совершенно беззащитна. Проклиная свою слабость, Дин приложил холодное лезвие к запястью девушки, но это ничего не дало. Уже не надеясь на какую-либо реакцию, Дин проделал те же манипуляции с железной пулей, но своим действием только вызвал новую толпу мурашек на замершем теле незнакомки. − Черт возьми, − выругался Дин, − кто же ты такая? Но ответа естественно не последовало, а это означало, что ему придется дождаться, пока девушка придет в себя. Вот только ее ссадины и царапины Дину все же придется обработать. Ловкими умелыми движениями Дин прочистил раны на руках и ногах незнакомки, убедившись, что самым глубоким является лишь порез на ладони, после чего наложил на него чистую повязку. Когда все было закончено, Дин вновь укрыл девушку одеялом и убрал аптечку обратно в сумку. Еще раз взглянув на незнакомку, а затем на младшего брата, что сейчас мирно сопел во сне, Дин неожиданно понял, что выспаться в эту ночь у него не получиться. Решив, что не стоит идти в душ и оставлять обессиленного Сэма наедине с незнакомкой, Дин поднял ее вещи с пола и повесил сушиться. Его внимание вновь привлекла куртка девушки, и Дин тут же стал проверять ее карманы, но ни документов, ни бумажника там не оказалось, хотя телефон все же имелся. Правда, полностью разряженный. Порывшись в вещах брата, за что, несомненно, получил бы нагоняй от самого Сэма, будь он сейчас не напичкан лекарствами, Дин достал подходящую зарядку для обнаруженного им телефона. Оставив его заряжаться на столе у окна, Дин тяжело опустился на диван, где ему предстояло провести остаток ночи.