when the light's out

Твои руки на моих бедрах, и это все, что мне нужно сейчас. Твои поцелуи на моей шее, и это все, ради чего я живу. Не останавливайся, прошу. До выходных еще так далеко. Сегодня только воскресенье. Темноту в маленькой комнате пронзает уличный фонарь, что включается автоматически, как только стемнеет. Два тела прижаты друг другу, ноги переплетены, руки блуждают везде, не оставляя ни одно место нетронутым, а губы целуют любимую смуглую кожу, вызывая сотни мурашек и короткие вдохи. Он знает, что это первый раз. Он знает, как страшно. Он не хочет торопиться. Но он хочет его. - Прошу, возьми меня, - шепчет дрожащий голос, и все происходит в тот момент, когда загораются огоньки в комнате, казалось, перегоревшие пару минут назад. Лиам медленно переворачивает Зейна на спину, нависая сверху, и смотрит на него с таким обожанием, что у парня снизу учащается сердцебиение. Не торопясь, шатен снимает одежду, сопровождая это нежными поцелуями и шептанием каких-то слов, что Зейну не разобрать. Не стесняясь своей наготы, брюнет наблюдает за тем, как его возлюбленный раздевается сам, и не может сдержать себя от прикосновений к подтянутому телу. В следующий миг, Зейн получает сладкий поцелуй в губы, который более глубокий, чем все ранние, и это, безусловно, ему очень нравится. Ощущение теплых ладоней на своем теле, которые плавно опускаются на бедра, а затем на упругий зад, заставляет издать тихий стон. Лиам улыбается и переходит к шее, проводя кончиком языка вдоль и подхватывая худощавые ноги. Он гладит их и закидывает на свои бедра, чтобы снова дотронуться до столь аппетитного зада, который манит его все время, и сжать его. Слушая скромные тихие стоны под собой, Лиам облизывает два пальца и обводит ими колечко мышц, что заставляет Зейна вздрогнуть и сжать двумя руками простыни. Поцелуи переходят на ключицы, где через пару секунд красуется бордовый засос. - Ты – все, о чем я думаю, - шепчет Лиам, проталкивая один палец и смотря в карие глаза, которые расширяются с каждым проникновением глубже. Один палец, затем второй, и с губ Зейна слетает громкий стон, а глаза предательски зажмуриваются от непривычной боли и дискомфорта. Нежные прикосновения губ к лицу заставляют немножко расслабиться, а затем понять то самое чувство, когда огни горят ярче обычного и хочется ощущать это всю оставшуюся жизнь. Лиам заменил пальцы своим членом, и Зейн просто разбился на кусочки, потому что его возлюбленный нашел ту самую точку. Зеленые огни с протяжными стонами и сладкими поцелуями, от чего в комнате становится жарко и холодно одновременно, так как за окном начинается дождь. Синие огни в отражении оконного стекла и два тела, что прижались друг к другу в плавном темпе их любви. Желтые огни, поцелуи сопровождаются легкими укусами, а толчки набирают темп резче. Красные огни и комната заполняется громкими стонами, что переливаются в одну мелодию, пальцы переплетаются, а две пары карих глаз смотрят друг на друга, пока не раздается хлопок, снова покрывая все вокруг себя в темноту с тусклым проблеском у окна. Дыхание становится ровным и руки снова могут блуждать везде, прижимая податливое тело к себе и вдыхая кофейный аромат недавно окрашенных волос. Стук дождя иногда оглушает звук грома, от чего Зейну становится не по себе. - Не люблю дождь, - шепчет он. - Я знаю, - Лиам обнимает его крепче, - и боишься грома. - Не боюсь. Отстань. Шатен улыбается, наклоняя голову и прижимаясь губами к виску своего возлюбленного. - Не хочу, я еще не все сказал. Зейн фыркает, напоминая Лиаму ежика, но он никогда ему об этом не скажет, чтобы не получить шлепок по бедру, как в прошлый раз. - Хочешь озвучить еще одно глупое прозвище? - Я люблю тебя. - Ну, да, это в самый… Брюнет замолкает, осознавая услышанное. Его глаза расширяются, а с губ слетает короткий вдох. Проходит пару секунд, прежде чем Зейн отвечает: - Можешь называть меня своими глупыми прозвищами. - Почему? - Потому что я люблю тебя.

White noise in my mind Won't calm down You're all I think about Running on the music And night highs But when the light's out It's me and you now