Притворись моей невестой

POV Дима. Мы влетели в больницу, снося на своём пути всё и всех. В коридоре мы увидели родителей. — Мама! — закричала Анька и кинулась к матери. — Что случилось? — спросил я, всё ещё сжимая руку Поли. Из кабинета вышел врач с двумя снимками в руках. — Ушиб, — констатировал мужчина, — Будем накладывать лангету. Как выяснилось позже, мама закрывала дверь за Юлей и прищемила палец, а папа настоял на том, чтобы поехать в травмпункт. Всё с этой Юлей не так. Даже несмотря на ушиб, возвращение домой родители отменять не стали. Через несколько часов мы уже были в аэропорту. Поля с Аней ехали на такси, поэтому возможности пересечься с родителями у них не было. Но Пелагею гложила сложившаяся ситуация, что было видно. Ей было неудобно перед родителями, и она пыталась отвести взгляд. Но в аэропорту она не выдержала. — Нина Дмитриевна, можно вас на минуту? — робко спросила блондинка. Мама удивлённо пошла за ней. Они отошли не так далеко, но мы не слышали, о чём они говорили. Разговаривали они минут пятнадцать, а потом обе рыдали. И я не знаю, что они сказали друг другу, но мама заявила, что Поля — лучшая девушка, которую я когда-либо встречал, и если я её потеряю, то буду жалеть об этом всю жизнь. — Ну что, дети мои, я обзавелась прекрасной невесткой и не менее прекрасной сватьей! Ещё бы внуков не мешало… — сказала мама, — Я жду, когда вы назначите дату свадьбы, так что, не тяните с этим. Дальше мы обнимались, а потом родители уехали, и мы остались втроём. Самолёт у Ани только в 5 утра. POV Пелагея. — И всё-таки хорошо все, что хорошо кончается…- молчание, повисшее в машине, прервала Аня. Я шумно выдохнула, а Дима облизал губы, продолжая следить за дорогой. — Слушайте, а давайте поужинаем где-нибудь? — предложила сестра Димы. — Обязательно, — неожиданно заговорил Билан, и мы резко куда-то свернули, остановившись у ЗАГСа. — Это что? — удивлённо спросила я. — Это, Поля, ЗАГС. Там регистрируют брак или расторгают. А мы идём подавать заявление, — ответил он и заглушил мотор. Я посмотрела на Аню, которая тоже не до конца понимала, что происходит, но из машины вылетела первая. — Дим, ты уверен, что сейчас это удобно? Может, стоит подождать? — начала бормотать я.  — Мне хватило недели, чтобы понять, что я четыре года не замечал очевидных вещей. Больше я не собираюсь терять время. Я хочу, чтобы ты стала моей женой как можно скорее. Или ты уже передумала? Я отрицательно помотала головой. — Я хочу быть твоей женой, — чётко проговорила я. Дима приблизился к моим губам, и они почти соприкоснулись, но вдруг в окно постучала Аня. — ЗАГС работает до 18. А сейчас 17:52. Если вы пошевелитесь, то успеете, — сообщила она. — Поль, у тебя паспорт с собой? — спросил Билан. Я кивнула, точно помня, что не доставала его из сумки уже недели две. В ЗАГСе на нас смотрели как на ненормальных. Рабочий день почти закончился, и вдруг прибегают какие-то сумасшедшие и хотят подать заявление. Но деньги в наше время решают всё. Поэтому заявление мы всё-таки подали, а дату свадьбы назначили на 17 июня. — Ты на меня не обижайся, Поль. Просто брата моего так часто кидали и играли с его чувствами, что мне просто надоело это. Я думала, что ты такая же, как и все. А ты другая. Ты настоящая. Он тебя любит, правда-правда. Будьте счастливы, ладно? — на глазах Ани блестели слёзы, а на лице сияла самая искренняя улыбка. — Обещаю… — улыбнулась я, сама смахивая слезинки и принимая её в объятия. — Вот это поворот… — присвистнул Дима, когда увидел нас, — Земля что-ли перевернулась? — Ой, хватит, а! — фыркнула блондинка и обняла брата, предварительно дав ему подзатыльник, — Всё. Я побежала. У меня регистрация заканчивается уже. Приеду-позвоню. Ещё пару минут мы смотрели вслед Ане, которая отдалялась от нас, а потом и вовсе скрылась за поворотом. — И всё-таки Анька-гений. Это ж надо было придумать… — пробормотал Дима, обнимая меня. — Ты о чём? — усмехнулась я. — Да так, не бери в голову! — улыбнулся он, наконец приникая к моим губам и получая долгожданный поцелуй.