2 х 2 или как не путать близнецов

— Мадлен, Марьян, а ну живо сюда! — внезапный голос матери, раздавшийся из кухни, показался уж до боли возмущенным, а поэтому мы с братом непонимающе переглянусь. Отложив кисти и баночки с гуашью в сторону, встали из-за стола и направились на крик мамы, явно уже понимая, для чего она нас зовет. Да, веселое было время… — Да, мам? — быстро прибежав на кухню, мы уставились на маму, которая была чем-то разочарована, но когда же обратили свой взгляд, на то, на что она указывала, многозначительно посмотрели друг на друга и, хитро улыбнувшись, быстренько состроили жалобные мордашки. Это-то у нас получалось лучше всяких извинений. — Ребята, как это понимать? — продолжала возмущаться она, но за нами последовало лишь молчание. — Я вас спрашиваю: зачем вы покрасили кошку? — продолжала настаивать на своем мать, указывая на бедное животное, которое забилось под стол и ошалелым взглядом смотрело на нас, а когда же брат сделал шаг вперед, зашипело, прячась еще дальше, словно мы враги какие. — Ну… — промямлил я, переводя взгляд на своего близнеца, который пытался вытащить кошку из-под стола, рьяно вырывающуюся у него из рук, ведь только когда тот получил царапину, отпустил ее и встал рядом со мной, с уже безразличным видом смотря на маму. — Кто это сделал? — та решила избежать всяких лишних оправданий, видя то, что ни один из ее сыновей не чувствует раскаянья за содеянное. Еще бы нас мучила совесть, когда кошка совсем не отбивалась. — Да Марьян это, Марьян! — внезапно крикнула сестра, проходя мимо кухни. До сих пор думаю, как ей-то удалось об этом узнать, так как скорее всего наугад сказала, ведь сама не меньше родителей нас, бывало, путала. Такое до сих пор может случаться, и это вполне в порядке вещей, хотя мы и родственники. — Так, — задумчиво протянула мама, глянув сначала на меня, а затем, прищурившись, перевела взор на своего второго сына. — Марьян… это… ты! — уверенно указала она на брата, подходя ближе к нему и заглядывая в глаза, надеясь, что заметит во взгляде какой-то страх, а затем и прояснит ситуацию. Но куда там… — Нет, — тот, улыбнувшись, отрицательно покачал головой. — Хм… до сих пор вас иногда путаю. Значит, ты, безобразник, — мать серьезно посмотрела на меня, будто пытаясь таким способом вытащить правду. Но опять промах: засмеявшись, я отрицательно покачал головой. На секунду-другую на ее лице отразилось сомнение, как затем она вновь посерьезнела. — Ребята, хватит шутить! Признавайтесь, кто это сделал, и дело с концом. Мне на работу уже пора, — она не отступала, продолжая свой маленький допрос, надеясь все-таки выяснить правду, которую из нас просто так не вытащишь, однако… Мы стояли и молчали, ведь никому не хотелось брать вину на себя, тем более, виноват один из нас, что раскрасил кошку во все цвета радуги. Ну, правильно, нам было по пять лет, а кошка была белой… Вот еще один вполне весомый аргумент в нашу пользу. — Ага… Значит, вот как… Остается один способ, — хитро улыбнувшись, мама взглянула на нас так, что мы с братом сразу поняли к чему она ведет, ведь это был единственный способ наверняка различить нас, а поэтому… недолго думая… мы разбежались в разные стороны: мой брат-близнец убежал в комнату сестры, а я — в нашу. Но тут по воле случая, мама ринулась за мной, и я, со смехом завалившись на кровать, весь сжался в комочек, ладонями зажимая резинку шорт. — Получается, это был ты, Марьян, — мама ухватилась за мои ручонки, кое-как отцепив пальчики с шортиков, сдернула их наполовину и удостоверилась, что да, это я, Марьян. Как вы думаете: как нас мама различала? А вот так — у меня на правой ягодице есть родимое пятно, а у Мадлена нет. Так нас до самого детства и различали родственники, а в детском саду нам на мизинцы повязывали разноцветные нити, но мы сдергивали их и принимались за свое: доводить окружающих. Одевали нас тогда одинаково, ведь из-за одежды возникали сложности, так как и я, и брат, не хотели различаться внешне. Уж так получилось, что у нас с Мадленом схожие характеры, даже несмотря на то что мы близнецы. К тому же мы любим что-нибудь натворить, так как просто не можем жить без приключений, за что нам часто доставалось в саду, а теперь и в школе. Но подобным образом нас различали в детстве, но теперь кто даст маме снять с нас штаны? Никто, правильно, а потому родители и родственники иногда путают нас, хотя в этом ничего странного нет. Да в принципе, мы и не против. Вот только в школе, если один что-то натворил — наказывают сразу двоих, чтобы долго не разбираться. Эх, нелегка жизнь близнецов. Однако мы жили, как хотели, творили, что хотели, и нам было весело. Ни о каких девчонках, как это ни странно, мы не мечтали, хотя многие из них в классе заглядывались на нас. Но мы знали свое дело: я и брат любили веселиться, и порой наши шутки бывали жестокими. Совсем недавно мы узнали, что в нашем классе скоро появятся двое новеньких. Конечно, эта новость была на слуху, так как староста нашего класса, Маргарита, была племянницей директора, и, как он ей рассказал, к нам скоро подселят братьев. С подобными раздумьями и воспоминаниями, я сидел за партой, пока Сашка, наш с Мадленом общий друг, не ткнул меня в спину карандашом. — Эй, ты чего? — обернулся я к однокласснику, не обращая внимания на то, что урок уже начался. Нахмурившись, уставился на него, хитро улыбающегося, вопросительно. — Вот, — протянул тот мне серо-зеленую флешку. — Как и обещал, прости, чуть не забыл, он подмигнул, и я тут же о кое-чем вспомнил, а поэтому улыбнулся, посмотрев на предмет. — Спасибо, — поблагодарив парня, забрал флешку, а затем повернулся к брату, поводив перед его носом накопителем. Тот был весь поглощен уроком, а поэтому среагировал не сразу, но… — То самое? — ехидно улыбнулся Мадлен, переведя взгляд на предмет. — То самое, — кивнул в знак подтверждения своих слов я. — Следующая физ-ра… домой идем? — предложил я, окидывая взором класс. Настроения учиться совсем не было, особенно когда такой последний урок. — Естественно, — поддержал меня брат, в чем я не сомневался, судя по его загруженному виду, она также не прочь расслабиться. Мы частенько прогуливали последние предметы, так как не любили долго находиться в школе. Мы учились вполне хорошо, но учителя нас не очень жаловали, потому что часто срывали уроки или грубо себя вели. Почти все оставшееся время от урока мы сидели в предвкушении того, что после него пойдем домой и посмотрим, что нам скинул Саша, так как любопытство съедало нас, а неизвестность лишь подогревала интерес. А поэтому, когда прозвенел звонок, быстро собрали свои вещи и направились к выходу. Учительница сделала замечание, что звонок был для нее, а не для нас, учащихся, но мы, проигнорировав ее, вышли. Ну, алгебра, скучный же предмет… — Блин, может, больше так не стоит делать? — с некими сомнениями бросил Мадлен, когда мы вышли из школы. В отличие от меня, у моего брата совесть иногда просыпалась, но весьма ненадолго. — Да ничего, — отмахнулся я, зная, что кроме замечаний нам ничего не будет, кроме… — Опять оставят после уроков, — пробурчал младший, насупившись, так как время терять, по его словам, попусту, он терпеть не мог, а поэтому старался не перечить учителям, что не всегда получалось. — Знаешь, как-то похер, — я пнул железную банку из-под пива, которая лежала на дороге, в то время как Мадлен лишь тихонько вздохнул, продолжая путь. Наш дом находится совсем близко от школы, поэтому мы быстро дошли до здания. Когда зашли в квартиру, то обнаружили, что дома была сестра. Она у нас на третьем курсе универа учится, так что сейчас очень занята вечными презентациями, проектами, докладами и рефератами. Разувшись и сняв ветровки, мы прошли в нашу комнату. Включать комп не стали, так как он обычно грузился долго, поэтому включили ноутбук, который нам подарили родители на день рождения. — Так, Сашка сказал, что это охренительно и полезно одновременно, — проконстатировал я факт со слов друга, вставляя флэшку в ноутбук и весь в предвкушении ожидая, что же там парень скинул такого интересного. — Да это понятно, главное, чтобы сестра не спалила, а то будет потом стебать, мол, недотрах, — засмеялся тихонько Мадлен и, встав с кровати, направился к двери комнаты, чтобы ее закрыть, так как у старшей была привычка входить к нам без стука, а поэтому нужно было вовремя закрываться в подобных случаях. — Ого… — присвистнул я, когда открыл файл. — Да это же камасутра! Сашка, извращенец хренов… а я-то думал, что он там про такое поучительное рассказывал одноклассникам. Глянем? – я засмеялся в голос, вспоминая, как друг ребятам про эту мутотень что-то живописно рассказывал, однако сам слушать не стал, ведь могу посмотреть. — Ага, — улыбнулся брат и, когда он сел рядом со мной, мы принялись разглядывать разноцветные картинками с разными позами. Все это было сделано в виде презентации, которая была под названием «Презентация К.». Досмотрев до конца «поучительное», мы решили удалить ее, от греха подальше. — О-го-го! — весело взвизгнул Мадлен, увидев такую позу на последней картинке, от которой у меня мурашки пробежали по спине. Это ж как надо изогнуться? Или это пособие для начинающих гимнастов? Я обернулся в сторону улыбающегося близнеца, тот же хитро глянул на меня, вероятно, что-то уже задумав. — Марьян, а давай… попробуем так? — внезапно предложил близнец, взором указывая на картинку. Я пожал плечами, типа нет проблем, а поэтому… — А что? Давай! Удалив презентацию под названием «Презентация А.», мы решили испробовать позу, которая была на последней картинке. Встав с кровати, мы сели на пол. Загнувшись в три погибели, Мадлен пытался удержать меня двумя руками за талию и спину, сильно прижав к себе. С такой позой нужно было встать, а поэтому ему придется меня держать на весу, что было весьма небезопасно. И кто же до такой позы додумался? Экстремалы, наверное. — А теперь вставай на счет три: раз, два… — начал командовать я, как неожиданно раскрылась дверь, которую брат на щеколду не умудрился закрыть и к нам в комнату забежала растрепанная и запыхавшаяся сестра. — Опять мою флешку стащили, идиоты! — только было начала она сразу, но как увидела нас двоих, да еще в такой позе, то от увиденного у нее раскрылся рот, и округлились глаза. — Я, конечно, знала, что у вас недотрах, но чтобы до такой степени… — прошептала сестра, как-то подозрительно посмотрев на нас, а мы на нее. Мадлен тяжело дышал, так как все еще пытался удержать меня, хотя его и качало из стороны в сторону. Покачав головой, Анька, уже отойдя от шока, резко выдернула флешку из ноута. — Неужели нельзя найти свою, зачем постоянно моей пользоваться?! — взревела она напоследок. Да уж. Что-то она сегодня злая какая-то. — У меня презентация через полчаса… — казалась, она разговаривала сама с собой, так как мы ни слова не проронили, лишь следили за тем, как она суетилась по комнате. Кинув на нас злой взгляд, она буквально выбежала из комнаты, громко хлопнув дверью. От такого хлопка мы вздрогнули, а Мадлен, потеряв равновесие, рухнул на пол вместе со мной. — Просто жуть, — засмеялся брат, пытаясь встать с меня. Я ничего не сказал, лишь лежа на полу и тяжело дыша, громко засмеялся. Нет, наша сестра вполне добрая, однако с нами… Нам лучше ей на глаза лишний раз не показываться. Посмеявшись вдоволь над случаем, мы решили скоротать время за просмотром фильма. Все было просто замечательно: дома никого нет, хорошая киношка, но... Два часа спустя дверь квартиры с грохотом раскрылась. Брат сидел, делал домашку, а я слушал музыку, а затем отвлеклись, внимательно уставившись на выход из нашей спальни. Я-то думал, что пришли родители, а зря. Это была сестра. — Суки, вы меня выставили полной идиоткой… Какого хрена вы скачали порнуху на мою флешку?! Какого, простите, хуя на ней не оказалось моей презентации?! — старшая раскрыла дверь нашей комнаты, которую благополучно мы опять не закрыли, а поэтому сейчас лицезрели запыхавшуюся и разъяренную Аньку, которая не скупилась на ласковые словечки в наш адрес. Я же говорил, что она нас просто обожает? Мадлен ошарашено посмотрел на сестру. И он, и я не понимали, почему она на нас так кричит. — Аня, объясни все нормально, хватит так орать! — попросил я вежливо сестру, вынимая наушники из ушей. Секунду-другую Аня смотрела то на меня, то на Мадлена и, казалось, разозлилась еще больше. — Нормально?! — искренне возмутилась она. — Да вы мою презентацию запороли! Там столько важных людей было, причем мужчин. Хотите знать, что случилось и почему я вас обвиняю? — на этих словах, переглянувшись с Мадленом, мы оба кивнули. Наша старшая была весьма разговорчивой девушкой, так что мы не удивились, когда из нее хлынул целый поток слов. — Слушайте, дорогие мои. Значит, подходит моя очередь представлять свою презентацию. Я стою, рассказываю, как люди начинают почему-то подозрительно смотреть на проектор, некоторые даже засмеялись. Я не поняла, что смешного в моей теме, ведь она про торговлю. Я остановилась, а комиссия продолжала ржать, — Анька выразительно жестикулировала, при этом хмурилась так, что становилось ясно: что-то этакое случилось и… по нашей вине. — Я уже хотела возмутиться, но, повернувшись к проектору, увидела, что там камасутра какая-то! А человек, ответственный за презентации, еле сдерживался, чтобы вслух не заржать. А откуда она взялась, спрашивается, если на моей флешке был всего один документ, который назывался «Презентация А.»? Ничего не хотите сказать? И мне не важно, кто из вас виноват... — после этих слов опять началась лекция про нашу безответственность. Мы же в такие моменты предпочитали молчать, чтобы не нарваться на дополнительные комплименты и не узнать что-нибудь новенькое о себе. И лучше ей все же просто дать высказаться… — Ой… — прошептал Мадлен, с которым мы вновь переглянулись. Сказать, что я охуел от этой истории, значит, ничего не сказать. Но через несколько секунд осознания я залился диким хохотом, а ко мне присоединился близнец. Анька стояла в дверях и непонимающе смотрела на нас, а потом сквозь слезы тоже засмеялась. — Нечаянно… Не то… удалили… — Говорю же, идиоты. Комиссия посчитала, что я так решила всем поднять настроение, и поэтому у меня завтра будет перезачет. Слава Богу, я презентацию сохранила на рабочем столе, а иначе бы вам не жить, ребята, — отойдя от смеха, чуть улыбнулась сестра. — Походу, жены будут сегодня довольны своими мужьями, — сквозь смех подметил я, зная, что сморозил очередную глупость, которая не только мне показалась забавной. — Ага, у них, наверное, не только настроение поднялось, — поддержав меня, добавил Мадлен, что только заставило еще больше рассмеяться. — Витаминов для улучшения внимания вам нужно попить, ребята, — фыркнула сестра, покачав головой, а затем вышла из нашей комнаты, в то время как мы продолжали веселиться. И как только я мог удалить ее презентацию? Да, невнимательность и беззаботность, порой, до добра не доводят. Да и она сама не проверила флешку, сразу убежала в универ. Да и Мадлен не заметил… — Ой, чего только с нами не случалось, — отдышавшись, сказал Мадлен, повернувшись ко мне, после чего подмигнув, вновь принялся за уроки. — Да, сегодня день явно прожит не зря, — зевнув, и я вернулся к своему делу, попутно улыбаясь словам брата и расслабляясь. Да и правильно: зачем загружать лишним мозг, если и так хорошо живется? Весь вечер мы с Мадленом делали домашку, вернее, делал он, а я болтал с Сашкой, так же, не забыв рассказать про Аньку и презентацию с камасутрой. Тоненький писк прервал моего близнеца от домашки, и тот, встав из-за стола, взял на руки белую кошку, которую мы, а вернее я решил сделать ярче. Да, прошлая жертва моих похождений до сих пор жива. Закончив болтать с Сашкой, я подсел к Мадлену и стал лениво наблюдать, как брат аккуратно выводит буквы в тетради. Старательный. Несмотря на то что мы близнецы и во многом похожи, наши характеры все же чуть различаются, но не слишком. Мы с моим братом постоянно вместе и друг без друга просто-напросто не можем, иногда доходит до того, что говорим одновременно фразы. Мы даже болеем вместе, ведь все же близнецы. Кроме этого, у нас комната одна на двоих. Помню, как в нашу спальню купили двухъярусную кровать, тогда мы чуть ли не перессорились с братом, так как каждому хотелось спать наверху. В итоге мы спали по очереди, а потом я уступил младшему. Да, я старше него на несколько минут. Усмехнувшись своим раздумьям, принялся отвлекать Мадлена от домашки, так как стало внезапно скучно, а помогать ему не хотелось. Ближе к девяти родители приехали с работы, и мы все вместе сели ужинать. Анька, естественно, рассказала маме и папе о том, что мы натворили с братом, а тем было очень даже смешно. Отец сказал, что это вполне естественно, что мы смотрим такие вещи, странно было бы, если бы не смотрели. Вообще, он у нас классный. Однако как-то раз нашел у нас под кроватью порно-журнал, который мы взяли у Сашки, а тот стащил у отца, и решил устроить нам воспитательную беседу про пестики и тычинки. Это уже было давненько, но я запомнил случившееся отчетливо. Тогда мы с Мадленом сидели на полу и тупо смотрели на папу, который соизволил поговорить с нами на эту непростую тему. Но, к его великому счастью, мы убедили отца, что если что, мы знаем как предохраняться и что детей не находят в капусте, на что тот рассмеялся и сказал, что может приобрести нам журналы для более детального рассмотрения женского тела. Мы с братом просто выпали. Сказав, что в интернете есть все необходимое на эту тему, мы освободили папу от надобности рассказывать и показывать на картинках, что, куда и как… После веселого ужина все разбежались по своим комнатам. Сегодня почему-то я чувствовал себя усталым и поэтому лег спать в одиннадцать. Мадлен залез на второй ярус и сразу же захрапел. Я тоже уснул без всяких раздумий, совсем не ожидая того, что скоро наша подобная спокойная и, казалось бы, беззаботная и веселая жизнь в школе закончится.