Таинственные сны

К дому мы подъехали уже ночью. На черном небе сияла полная луна. На ее серебряном диске виднелись алые вкрапления. Зрелище было величественное, хотя и зловещее - казалось, кто то вымазал луну кровью. Алый свет луны окрашивал белые стены дома в багровый цвет. - Мда... - пробормотала Мэри, - Зрелище впечатляющие. Кевин - она повернулась к нему - ты случайно не перепутал - это дом графа Де Бове или Дракулы? - Не хочешь, не ид,- сказал с улыбкой Кевин. - Нет. Всегда мечтала побывать в замке Дракулы французского происхождения. Посмеявшись, мы вышли из машины, и пошли к дому. Кровавая луна заливала все призрачным светом, поэтому дорожку к замку было видно. Особняк стоял на побережье залива. Общая площадь только одного дома составляла здесь никак не меньше восьми тысяч квадратных футов. Белые ступени вели к парадному входу, украшенному белоснежными колонами, которые казались, красными в ночи. Вдоль всего второго этажа шел балкон, позволявший обитателем дома наслаждаться пленительными видами и свежим воздухом. Лужайка перед домом была аккуратно подстрижена Поднявшись по ступенькам, мы позвонили. Дверь нам открыла кругленькая улыбчивая женщина, средних лет, в белом фартуке. - Здравствуйте. Меня зовут Эмилия Монгомери. Я недавно вам звонила, - сказала я. - Проходите, прошу Вас,- сказала она, - Меня зовут Сьюзен,- она посмотрела на меня, - Вы так на нее похожи. Точная копия. Женщина отступила, и мы, минуя двойные двери, вошли в просторный холл. Он был выложен мрамором и вел в комнаты на первом этаже. В холле были большие окна, из которых лились лучи светящейся луны. Прямо перед нами была широкая лестница, покрытая красным ковром, ведущая на второй этаж. Стену на лестничной площадке украшала огромная картина - портрет хозяйки дома. Эта была очень красивая девушка, с золотистыми волосами, одетая в бальное платье из алого бархата. - Скажите, - спросила я, отведя взгляд от картины, - почему вы не удивились моему звонку и тому, что я так похожа на графиню? - Мы ждали, что когда нибуть это произойдет. - Почему? – удивленно спросил Кевин. - Моя семья из века в век служит и работает в это доме. И история последнего графа знают все. Когда граф уезжал, он сказал, что.. - Что сказал? - перебила я. - Он сказал, что когда нибуть она все таки вернется домой. Так говорила моя мать, а ей ее мать. - Но почему графиня уехала от мужа? - спросила Мэри, - Какая та произошла трагедия? - То, что произошло, я не знаю. Да и не кто не знает это сейчас. Знали лишь те, кто жил тогда, - печально ответила женщина, - Моя мать говорил, что что-то произошло очень плохое, и об этом ни кто не вспоминал. Эта была закрытая тема. - А есть ли какие-то записи о хозяевах этого дома? - спросил Кевин. - Да. Все есть в библиотеке, - Сьезен повернулась и пошла к лестнице, - Но сейчас уже поздно, я покажу Вам ваши комнаты. Мы поднялись по лестнице, и пошли по коридору. Показав комнаты Кевину и Мэри, Сьюзен повела меня дальше по коридору. - Я поселила Ваших друзей в гостевые спальни, а Ваша - Хозяйская спальня. Спокойной ночи. - сказала Сьюзен и ушла. Я огляделась. Это была та же комната из снов. Все было тоже самое, что и в них. Только, оказалось, одно различие. Над камином весел портрет графа Де Бове и его жены. Раздевшись, я легла и уткнулась носом в подушку. Мне показалось, что от нее пахло розами. Продолжая наслаждать запахом, я не заметила, как уснула. Я сладко потянулась в постели, наслаждаясь приятным прикосновением обнаженного тела к свежим простыням. Эта была первая ночь без всяких снов. «Какая прекрасная ночь» подумала я и повернулась.На подушке лежала, красна роза! «Интересно, кто ее положил?» Повалявшись еще немного, я встала и решила все осмотреть. Чтобы лучше было осматривать окрестности, я решила прокатиться на лошади. Спустившись вниз, я заметила Сьюзен: - Сьюзен, спасибо вам за розу. - Какую розу?- удивленно спросила Сьезен. - Которую вы положили в моей комнате. - Но я к вам не заходила. - Да? Тогда наверно ее положил Кевин.- подумав, я продолжила. – Сьюзен скажите Мэри и Кевину, что я вернусь через час. Хочу прокатиться и осмотреться. - Хорошо. В конюшне стояло много лошадей, но мое внимание привлек превосходный черный жеребец. Я попросила оседлать его. Рабочие привели коня и предупредили, что у этого жеребца крутой нрав. - Ничего, мы поладим. Жеребец бежал милю за милей. Мы доехали до реки и остановились. Пока конь пил воду, я огляделась. От сюда было хорошо видно дом. Он был как на ладони. Это было великолепно. Особняк, возвышавшийся посреди живописного парка, северным боком был повернут на залив, южным – на лес. Трехэтажный дом, казалось, каждым дюймом кричал о бессмертной, праздной роскоши. Большая гостиная, семейный обеденный зал и огромный бальный зал с восемнадцатифутовым потолком, поддерживаемый могучими колонами, располагались на первом этаже. На втором – жилые комнаты. На третьем этаже помещались спальни Вернувшись в дом, мне сказали, что Кевин и Мэри находиться в библиотеке. Поблагодарив, я поднялась по лестнице и пошла по длинному коридору к библиотеке. Огромные дубовые двери библиотеки были слегка приоткрыты, и я вошла в внутрь. Эта была огромная комната с двадцатифутовым потолком, шкафами, хранящими, должно быть, не одну тысячу увесистых томов книг. С обеих сторон комнаты были глубокие альковы, закрывавшиеся тяжелыми красными бархатными портьерами, приподнимавшиеся при помощи толстых веревок с золотыми кистями на концах. В одном из альковов стояло кресло для уединенного чтения, в другом были двери, открывавшиеся на террасу. Посреди комнаты стоял внушительных размеров стол вишневого цвета и два кресла, а одну из стен украшала огромная картина, на которой был изображен граф с гончей собакой в парке дома. В библиотеке царил стойкий запах пожелтевших бумаг и кожаных переплетов. - С добрым утром, - сказала и села в кресло. - Привет, – сказали Кевин и Мэри, оторвавшись от книг. - Кевин, спасибо тебе за розу. - Какую розу? – друг поднял голову над книгами и внимательно, не понимающим взглядом, посмотрел на меня. Тогда уж и я ни чего не поняла. - Ты заходил ко мне в спальню? – спросила подозрительным голосом. - Нет. А что? - Когда я проснулась, на подушке лежала роза, посмотрела на Кевина и Мэри. - Может это кто-то из прислуги положил, – предположила подруга. - Нет. Сьюзен сказала, что ко мне никто не заходил. - Странно. - Может кто заходил, а она это забыла, – предположил Кевин. - Сьюзен не похожа та женщину у которой склероз. – с издевкой сказала Мэри. – Может она просто не видела. - Ладно. Забудем об этом пока, - но забывать что-то не хотелось, - Вы что-нибудь нашли? - Ну здесь все тоже самое, что и в Интернете. Но есть одно но, - ответил Кевин. - Какое? - Ну во первых, - начала Мэри. – первым графом был Генрих Де Бове. Он родился в 1225 году. При дворе французского короля появился, когда ему было 16 лет. Стал фаворитом. Не сказать, что граф был красавцем, но все матери хотели, чтобы он женился на их дочерях. Но Генрих положил глаз на любовницу Его Величества – Марию-Луизу Лазанье. В 25 лет граф женился на ней, а король подарил ему эти земли. Граф построил этом замок, хотя первоначально он был намного меньше теперешнего. У них родился сын – Люсьен Де Бове. - Вот здесь и начинается самое странное, - продолжил Кевин и повернул в мое сторону развернутую книгу. – смотри. На одной странице был изображен портрет графа. Посмотрев на него я сказала: - Но это же…- говорила я и при этом показывала на портрет, висевший на стене. - Да. Граф Люсьен Де Бове. - Но как такое может быть. Это портрет - показала на портрет в книге, тринадцатого века, а этот на стене - семнадцатого. - Мы про что и говорим, - сказала Мэри. - Что дальше? - Когда Люсьену было 26 лет, его родители умерли. - Как? - Возвращавшись в поместье, простудили и умерли. Нормально для того времени. После этого граф уехал отсюда на четыре года и вернулся, когда ему исполнилось тридцать. Прожив пятнадцать лет, уехал на пять, и снова вернулся. Но знаешь, что было самое странное? - Что? - А то, что за все это время он не изменился. - Ты хочешь сказать, что в пятьдесят лет он выглядел так же, что и в тридцать? - Да. - И ни кто этому не удивился? - Все подумали, что это сын графа.- сказала Мэри. - Но не многие думали иначе.- сказал Кевин. - И что? - Ну ты же знаешь, что раньше все не понятное объяснялось, одним словом – магия. Они подумали, что нынешний граф – реокарнация того. - А мне можете объяснить это слово – попросила Мэри. - Реокарнация – переселение души, - объяснила я. – То есть раньше считали, что если человек умер не доделав свои дела, то его душа перерождается, переселяется в другое тело. И считали, что если человек похож на умершего, то это его реокарнация. Ну а дальше? - А тоже самое, - сказал Кевин .- Прожив сного пятнадцать лет, уехал на пять и сного вернулся. И так из века в век. Только последний граф приехал с женой. Но после исчезновения графини, ни кто больше не приезжал. - Мда.. Хорошенькая история.- пробормотала я.- А есть какие нибуть записи про маленькую девочку? - Про девочку?- удивились друзья. - Да. Перед отлетом мне сного приснился сон, только другой. Там была девочка, ее звали Маленькая Леди. - Странное имя для ребенка – уточнила Мэри. - Она назвала меня мамой, а графа – отцом. - Нет. Ни в каких записях и книгах нет упоминания о ребенке. - А как она выглядела? - Ну, как? Как? Как обыкновенный ребенок, лет шести с золотистыми кудряшками и в розовом платьице. - Ой. Чувствую, это добром не кончить. – сказала Мэри и поставила книгу на полку. Посидев, мы начали сного капать в книгах, но ни чего не нашли. Еще несколько дней потратили на выяснения. Мэри и Кевин ездили в городские библиотеки, я осматривая дом, нашла комнату, которая не открывалась. Спросила Сьюзен, она сказала, что эту комнату несколько раз пытались открыть, но безрезультатно, расспрашивала прислугу. Но мы так и ни чего не узнали больше. Была еще одна тайна. Каждое утро на подушке лежала роза. А каждую ночь, лежа в постели, я чувствовала на себе чей то взгляд. - Прошло уже четыре дня, – сказала Мэри. – А мы ни чего не узнали. Была уже ночь. Я и Мэри сидели на диванчике в гостиной, а Кевин, помешав поленья в камине, направился к маленькому столику. На серебряном подносе, стояли бокалы и бутылка с вином. Кевин, откупорив бутылку и налив вина, подошел к нам и подал бокалы, а сам сного подошел к камину. - Да. Думаю, нам надо возвращаться. – сказала я. – Я завтра закажу билеты. - А я думаю, надо еще здесь пожить, - сказал Кевин.- Мне интересно, почему все графы так похожи, а ты похожа на графиню. Да и кто, наконец, оставляет тебе розы. Тебе не интересно? - Интересно. Но как это узнать? Я разговаривала со всеми. Никто не знает. Я даже спрашивала садовника. - И что он сказал? - Он сказал, что ни с одного куста не обрезалась ни одна роза. - Тебе больше не снились сны? – спросила Мэри. - Нет. После того, как мы сюда приехали, я не видела ни одного сна. И что мы будем делать? - Я думаю, что сейчас пойдем спать. А завтра все решим. – проговорила Мэри поднявшись, и вышла из комнаты. - Думаю, она права. – согласился Кевин Войдя в спальню, я подошла к окну и открыла его. Ночь была сегодня превосходная. Луна светилась красивым серебристым светом. Ветерок нежно ласкал мое лицо и развевал локоны волос. Было слышно, что где то в лесу ухали совы. Забравшись на подоконник, начала думать. Если честно, то мне не охота было уезжать. Хотелось остаться в этом доме навсегда. Мне не было так хорошо, как здесь, даже дома. Кевин был прав, мне действительно хотелось знать, откуда появляются цветы. Но больше всего, мою душу затронула девочка. Почему я вижу ее, хотя о ней ни кто не знает. « Может это просто моя фантазия?» Подойдя к портрету, я сказала: - Кто ты? Почему я вижу эти сны? И кто я? - как будто в ожидании ответа, я постояла еще немного, потом разделась и легла в постель. Я не заметила, как уснула, но через какое то время, по комнате, разнеся запах – запах роз. Потом, к моей щеке нежно прикоснулась чья-то рука. Через сон, я почувствовала, как кто-то подсунул руку под шею и, поддерживая голову, поцеловал меня в губы, и тихо прошептал: - Эмилия! Я повернулась на бок и открыла глаза. На подушке лежал огромный букет красных роз. Я уткнулась носом в букет и вздохнула прекрасный запах цветов. Потом, подняв глаза, увидела: в камине, потрескивали дрова и танцевали языки пламени, а в кресле, по-королевски, сидел мужчина. - Кто вы? - спросила я, вставая с постели. - Это я, - ответил знакомый, до боли, голос. Я подошла к камину и взглянула в лицо незнакомцу. Это … это был граф Де Бове. - Вы? – с ужасом проговорила я, - Кто вы? - Ты ведь и так знаешь, кто я. - Граф Люсьен Де Бове? - Да. - Но как? Вы же…- я не успела договорить, как граф встал и нежно обнял меня. - Эмилия, ты должна все вспомнить. Вдруг мне показалось, что пол в спальне содрогнулся, окна распахнулись, и в комнату ворвался порыв ветра. Вслед за тем тьма вокруг меня и Люсьена сгустилась, а потом ветер подхватил нас и куда-то понес. Мы летели среди тьмы вне времени и пространства. Потом неожиданно пришло ощущение покоя. Тьма постепенно рассеялась, и я увидела, что мы стоим в бальном зале. Зал был ярко освещен, и в нем было много народу, а на мне – воздушное бальное платье. Это был бал. Затем Люсьен повел меня в центр зала, и мы стали танцевать. - Где мы? И что это? – спросила я. - Это иллюзия, но иллюзия прошлого. Эмилия? - Да. - Твои сны – это твое прошлое. Я понимаю, тебе больно все вспоминать, но ты должна. Ради своей жизни. Тебе грозит опасность. - Я не понимаю? - помолчав немного я спросила, - Кто я? - Ты – графиня Эмилия Де Бове, моя жена. - Это не может быть. - Это кольцо, - Люсьен дотронулся пальцем до кольца на моей руку, - я надел тебе на руку в день нашей свадьбы, в 1613 году. - Это не может быть, - сного сказала я, - это было в семнадцатом веке, а сейчас двадцать первый. - Мы бессмертны. Такие существа, как мы, живут вечность. - Какие существа? - Вампиры. - Вампиры? Это какой сон. Вампиры не существует, это все сказки. И я человек. Люсьен громко засмеялся. - Что тут смешного? – спросила я. - Ты говоришь, то же самое, что и в нашу первую встречу. Помнишь? Я захотел увидеть тебя, и ты появилась в особняке. Ты лежала на ковре, такая маленькая, невинная, и не верила тому, что я говорил. А потом…. - А потом я оказалась на постели, - проговорила я. - Да. Это была наша первая ночь. - В ту ночь, я сказала, что научусь властвовать и ни когда не полюблю тебя. - Ты целое столетие была такой строптивой, но потом все-таки стала моей женой. - Значит, это все правда? Значит это была я? – я не могла еще окончательно поверить во все, - Но кто та девочка? Крепко обняв меня, Люсьен взвихрил вокруг нас воздух, и в следующее мгновение ока переместились в другое место – коридор дома, у той самой комнаты, которая не открывалась. - Открой ее, - сказал он. - Но она закрыта. - Закрой глаза, и представ в своей руке ключ от этой комнаты. Закрыв глаза, я так и сделала и почувствовала что-то холодное. Открыв глаза, увидела, что ключ лежит в моей руке. - Как это? – спросила я, посмотрев на Люсьена. - Ты закрыла эту дверь, и только ты можешь ее открыть. Открыв дверь, мы вошли внутрь. Эта была детская. Здесь была колыбелька, маленькая кроватка для ребенка. Везде лежали игрушки: на диванчике, на полу. В самом углу комнаты лежал портрет. Я подошла к нему и подняла. На меня смотрела девочка лет шести. У нее были белокурые вьющиеся волосы и круглый упрямый подбородок, как у Люсьена, а глаза очень похожи на мои собственные. На руках девочка держала полосатого котенка. - Кто она? – спросила я. - Наша дочь – Мария-Луиза или Маленькая Леди, - сказал Люсьен и поцеловал меня, потом внимательно посмотрел на меня. В это время, в моем тело что-то изменилось. Мои глаза стали красного цвета, а в горле все горело, и стояла неописуемая жажда, жажда крови. - Ты видь, хочешь пить? - Да, - я смотрела на его шею и видела как под кожей по сосудам бежит красная и горячая кровь. Приоткрыв рот и почувствовав, как вылезают два острых клыка, я потянулась к шее Люсьена и впилась в нее. Солоноватая, на вкус, кровь проникала в мой рот и растекалась по всему телу. она была вкуснее, любого десерта в мире. Я долго пила ее, затем, оторвавшись от шее, посмотрела на Люсьена и положила руку на его щеку. - Моя королева, - проговорил Люсьен, жав и поцеловав мою руку. - Люсьен, - сказала я и в эту же минуту потеряла сознание. В одно мгновение, в моей голове пронеслись все воспоминания: мой отец, детство, Ален, первая встреча с Люсьеном, моя жизнь, наша свадьба, дочь. Я вспомнила всю Когда я открыла глаза, то уже лежала на кровати, Люсьен был рядом и обнимал меня - Я всю вспомнила. Боже, мне так тебя не хватала все эти годы. Прости меня, что тогда убежала. - Я не виню тебя. Нам было обоим плохо, но теперь, все измениться. - Что измениться? - Это сюрприз. Я улыбнулась. - Поцелуй меня, я так соскучилась по тебе. - С радостью. Люсьен принялся целовать меня. Его губы, обласкав веки и щеки, стали гладить и ласкать мою грудь. Я откинула назад голову, чтобы он мог поцеловать ямочку по горлом. Мои руки стали нетерпеливо растягивать его рубашку. Дрожа от возбуждения, провела рукой по его мускулистой груди. Тяжело дыша, Люсьен уложил меня на подушку и быстро разделся.. Горячая волна захлестнула меня, ногти впились в его кожу, и я выгнулась ему навстречу. В ушах шумело, я коснулась шеи Люсьена и сразу потекла струйка крови. Я наслаждалась близостью и вкусом его крови. Я вскрикнула одновременно с ним от испытанного блаженства. Через некоторое время, положив голову на грудь Люсьена, я уснула.