Фиолетовый холм

Гарри сидел на заснеженной земле, прислонившись спиной к стволу крепкого векового дерева. Он вертел в руках обломки своей палочки из остролиста. Иногда он подумывал о том, чтобы выкинуть их. Хранить не было смысла. Сломалась. Палочка никогда его не подводила, более того, она помогала ему в самых безвыходных ситуациях, как это было, например, во время операции «Семь Поттеров». — Гарри! — услышал он голос лучшего друга и повернул голову в сторону. — Если ещё и ты пропадёшь, то я и не знаю, что делать! Недовольный Рон показался между стволами деревьев леса в Уилтшире. Он закутался в шерстяное одеяло, которое так предусмотрительно взяла Гермиона. — Я здесь, Рон! — отозвался Гарри и помахал рукой. — Ты не можешь отрицать, дружище, — заворчал Уизли, приближаясь к нему, — что Гермиона спятила. Почему она так сделала?! Рон присел рядом с Гарри на землю, предварительно застелив её одеялом. Гарри пожал плечами и быстро спрятал останки его когда-то верной и любимой палочки в карман. — А ты чего тут кукуешь один в полумраке? В палатке теплее, — сказал Рон. — Да так, — промямлил Гарри. — А что до Гермионы… Уверен, она вернётся, не сегодня так завтра. Гермиона не пропадёт, Рон. — Ты забыл палочку, — Уизли потянулся к прикреплённому на ремне кожаному карману и вынул терновую волшебную палочку. Поттер с опаской покосился на неё. Чужая. Непривычная. Она не нравилась Гарри, как и он, похоже, совсем не нравился ей. С тех пор, как Гермиона отлучилась за «кое-какими продуктами» в захудалый магазинчик на окраине Лондона, Гарри несколько раз пытался усмирить буйный нрав терновой палочки. В понедельник он испробовал несколько простейших заклинаний, но даже «Акцио» и «Люмос» получились у него только с девятой попытки. К ночи ему удалось обуздать своенравную деревяшку и наколдовать «Энгоргио», а потом палочка самовольно сожгла подушку, под которую её положили. Благо, Гарри ночью практически не спал, гадая, что случилось с подругой, что за день так и не объявилась.

* * *

Вторник встретил невыспавшегося Гарри жалобами Рона на летающие по палатке палёные перья. Гермиона не вернулась. За дни в бегах Гарри привык каждое утро видеть её за приготовлением завтрака. Пусть выбор был скуден: коробка с припасёнными сухофруктами, пачка печенья и кружка подслащённого мёдом кипятка, но приятный запах сладости бодрил и заставлял Гарри размыкать веки. На этот раз открыть глаза его заставили крики Рона. — Откуда в палатке перья? — возмущался тот, укоризненно глядя на Гарри, как будто он виноват, что палочка ограбленного егеря вела себя так агрессивно по отношению к новому хозяину и не желала его признавать. — И куда, чёрт возьми, подевалась Гермиона?! Гарри прошагал мимо друга, практически не открывая слипшиеся глаза, и выбрался из палатки. Снаружи светило зимнее яркое солнце. Воздух леса был наполнен прохладой и свежестью, без которых Гарри задыхался прошедшей ночью. Он наклонился, набрал в ладони пригоршню чистого снега и умыл лицо. Гарри сразу же почувствовал себя лучше, а ночное происшествие показалось ему всего лишь неприятным сном. — Тергео! — раздался за спиной нервный голос Рона. Уизли приподнял край лоснящейся ткани и с помощью очищающего заклинания начал выгонять обгоревшие перья из палатки. Гарри с интересом следил за практически безуспешными действиями Рона. Чёрные перья взмывали в воздух и снова возвращались в палатку, оседая на полу и столе. — Как чёрный снег, — проговорил Поттер, заворожённо следя за ними. — Как поэтично, Гарри! — съязвил Рон. — Помочь не желаешь, Избранный? — Прости, Рон, — Поттер, улыбаясь, развёл руками. — Помогу, если ты одолжишь мне свою палочку, а то, боюсь, моя сожжёт всю палатку. Гермиона, когда вернётся, свернёт нам обоим шеи. Рон хмуро вручил ему свою палочку и ушёл в дальний угол палатки, скрестив руки на груди. Там он включил волшебный приёмник — верное средство успокоить нервишки. Волнение за Гермиону нарастало, но друзья ничего не могли поделать. К завтраку у Гарри получилось вызвать терновой палочкой «Редукто». Жаль, что сам завтрак совсем не удался, как и обед. Заныканное Гермионой печенье найти им так и не удалось. До омерзения надоевший грибной суп ещё никогда не был столь вопиюще ужасен. Если Гермионе, готовя это блюдо, немыслимым образом удавалось как-то придавать супу новые вкусовые оттенки, то попытки Рона облагородить мутное месиво с треском провалились. Тарелку с обжигающим губы кипятком, в котором плавали крупно порубленные грибы и листья петрушки, Гарри отодвинул от себя сразу, как только увидел. Голодный и злой Гарри всё же решил, что пора что-то предпринять. Гермиона слишком долго отсутствовала. Он схватил многострадальную новую палочку и упрямо её затряс. — Ты что творишь? — Пытаюсь вызвать этой чёртовой штуковиной Патронуса! — выкрикнул Поттер, продолжая безуспешное занятие. — Точно! — подхватил Уизли. — Мы отправим Гермионе Патронус! Но… почему она сама до сих пор это не сделала? — Откуда мне знать! — раздражённо ответил Гарри. — Может, она тоже наткнулась на егерей, может, случилось что-то ещё! — У неё твоя мантия-невидимка, — заметил Рон, подхватив нервозность друга. — Наверное, с Гермионой что-то случилось! — Эта деревяшка меня не слушает! Давай ты! Рон выпрямился, достал палочку, деловито прокашлялся, собираясь с мыслями, и ровным голосом произнёс: — Экспекто патронум! — Серебристое облако мигом приняло образ уже знакомого ребятам терьера. Пёс умными глазами посмотрел на Гарри, а потом внимательно уставился на хозяина. — Гермиона, где ты?! Мы не находим себе места! Немедленно ответь, что с тобой произошло! — протараторил Рон. Он взмахнул палочкой, словно отпускал пса с невидимого поводка. — Передай это сейчас же Гермионе Грейнджер, где бы та ни была! Найди её! Патронус умчался, оставляя за собой звёздные следы собачьих лап. Гарри и Рон напряжённо переглянулись. Наступили тяжёлые минуты ожидания ответа, но он не заставил долго ждать. В палатку спустя пару-тройку минут впорхнула серебристо-бирюзового цвета выдра — Патронус Гермионы. — Мальчики! — зазвенел голос Гермионы. — Сейчас я не могу вам ничего рассказать. Скоро буду, тогда всё и объясню. Я в полном порядке, не пропаду! Выдра мигнула пару раз и исчезла, осыпавшись искрами на землю. — Как бы мы без тебя не пропали, — пробурчал Гарри, глядя на гаснущие точки.

* * *

Вечер подходил к концу, когда рядом с палаткой заскрипел выпавший в полдень свежий снег. Гарри подскочил на месте, отложив снитч, что уже несколько минут крутил в пальцах, и бросился ко входу. Рон убавил громкость приёмника, по которому звучала заунывная песня какого-то магловского исполнителя. — Гермиона! — Гарри радостно заключил подругу в объятья. — Где ты была? — Я же сказала, что со мной всё хорошо. — Гермиона прошла в палатку и направилась к столу. Она принялась доставать из волшебной безразмерной сумки различные продукты, по которым они все успели соскучиться. Гермиона наивно понадеялась, что пополнение их съестных запасов хоть немного смягчит недовольство её друзей. — Что случилось? — Гарри и не думал отступать. — Почему ты не могла сказать нам сразу, где была? Гермиона виновато посмотрела на ребят, ожидающих ответа. — Я… Простите меня, хорошо? Тогда вечером… мы слушали радио… — «Поттеровский Дозор», — вставил Уизли. — Верно! — кивнула Грейнджер. — Я видела, как вы были рады, узнав, что с друзьями всё в порядке. Ты был счастлив услышать голоса Фреда и Джорджа, Рон, — Гермиона немного замялась. — А ты, Гарри… все поддерживают тебя. Кингсли, Ремус… А меня нет. — Гермиона! — удивлённо воскликнул Поттер. — Нет! Я неправильно выразилась! Просто вы услышали друзей, родных, а я не имела такой возможности. Ведь мои родители сейчас далеко, я даже не уверена, что с ними, добрались ли они до Австралии… — Гермиона врала и умирала от охватившего её чувства вины за ложь. Она прикрывалась своими родителями. Конечно же, она знала, что «семья Уилкинсов» перебралась в Сидней, исполнив внушённую им забытой дочерью мечту. — Я вдруг подумала, что обязана это сделать — узнать как они! — О-о, — проникновенно протянул Рон. — Мы понимаем тебя, Гермиона! — горячо сказал Гарри. — Просто мы безумно волновались. Так что с твоими родителями? — Всё хорошо. — Гермиона напряжённо улыбнулась и начала делиться с мальчиками давно известной ей информацией. Гарри слушал, и во время рассказа его не покидало странное чувство, что здесь что-то не так. Он слишком хорошо знал Гермиону Грейнджер, и сейчас она неуловимо отличалась от девушки, к которой он привык. — А потом я зашла и купила нам вкусностей, — закончила Гермиона, указав на заваленный стол. — Думаю, нам надолго этого хватит. — Здорово, Гермиона! — радостно отозвался Рон. — Ты молодчина! Видишь, Гарри, я говорил тебе, что ты напрасно беспокоишься и квохчешь как наседка. Гермиона может за себя постоять! Гарри даже не улыбнулся. Гермиона поджала губы и потёрла озябшие руки, поймав на себе его недоверчивый взгляд. Нужно было как-то его отвлечь. — Я тут подумала, — пробормотала она, выразительно захлопав ресницами. — Я хочу повидаться с Ксенофилиусом Лавгудом. — Прости, что ты сказала? — не поверил ушам Поттер. — Мы должны встретиться с отцом Луны. — Зачем? — Гарри! — воскликнула Гермиона. — Я уже давно говорю тебе про знак на странице книги сказок. Гарри закатил глаза. — Он всё время всплывает! — продолжала давить Грейнджер. — А мистер Лавгуд пришёл на свадьбу Билла и Флёр с таким же символом на шее! Мы обязаны расспросить его! — Гермиона, я уже сотню раз слышал твою теорию о Гриндевальде и связи этого символа с могилой Певерелла в Годриковой Впадине, — устало проворчал Поттер, пытаясь закрыть тему. — Не надо нам ещё одной подобной вылазки. Сколько тогда людей пострадало из-за нас? Гермиона невольно дёрнулась. Красивое лицо Драко Малфоя, оставшегося лежать на снегу у дома Поттеров, иногда приходило к ней в ночных кошмарах. В таких снах Малфой грустно улыбался ей, по его щекам бежали дорожки крови, а на лбу багровым цветком расцветала продолговатая рана. Каждый раз слизеринец порывисто вздыхал, вздрагивал и исчезал в клубах чёрного дыма. — Мне кажется, Гермиона права, — подал голос Рон. — По-моему, нам надо навестить мистера Лавгуда. Поттер выразительно посмотрел на друга, пытающегося угодить девушке. — Я против! — категорично отрезал Гарри. — Давайте проголосуем, — невинно предложил Рон. — Кто за то, чтобы навестить Лавгуда? Гарри тяжело вздохнул и поднялся со стула. Исход голосования был ему и так ясен.

* * *

В ночь на среду Гарри почти не спал. Мысль о Дарах Смерти захватила его, он никак не мог успокоиться. Палочка, Камень и Мантия Невидимости. Теперь ему стало многое понятно. Визит к Лавгуду чуть было не погубил их троицу, но открыл Гарри глаза. Вот что ищет Тёмный Лорд, вот к чему так стремится! Ему нужна палочка. Бузинная палочка! «Если бы она оказалась у меня, — мечтательно размышлял Гарри. — Она-то уж точно была бы лучше этой терновой деревяшки! Если бы они все оказались у меня, все Дары…» Вера в них и жажда обладания ими до того захватили его, что Рон и Гермиона со своей болтовнёй о поисках крестражей казались ему просто нелепыми и недальновидными. Гермиона допекала его упрёками за недостаток рвения. — Осталось ещё три, Гарри! Три крестража — это не так уж и мало! Единственное, что волновало Поттера, кроме Даров Смерти, это редкие видения. Они стали болезненными и бессмысленными. Гарри видел Реддла в пещере среди инферналов. Мысли Тёмного Лорда были далеки от Бузинной палочки. Гарри боялся, что связь ослабела, что он больше не сможет заглядывать в голову Волан-де-Морта. — Осталось три крестража, — в который раз произнесла Гермиона. — Давайте составим план действий! — Сколько можно составлять планы?! — разозлился Гарри, потирая шрам. — Мы только этим и занимаемся! — Но нам больше ничего не остаётся. — Мы должны попытаться найти палочку Смерти. — Гарри… — Да ну тебя, Гермиона! — отмахнулся Поттер. — Сейчас самое время, потому что он занят чем-то другим! — Гарри, ты же обещал, что не будешь проникать в мысли… — Но я это сделал! — перебил Гермиону Поттер. — Это глупо, мы должны подумать, где спрятаны другие крестражи. Приют мы проверили… — Вот заладила! Если он добудет палочку первым, то все наши поиски будут напрасны! Волан-де-Морт станет непобедим с Бузинной палочкой! — закричал Гарри. — На его имени Табу! — заорал Рон. Снаружи палатки раздался оглушительный хлопок. — Попались! — грубый резкий голос прозвучал у самого входа. — Выходите! Гермиона вскочила на ноги и бросила в сторону входа дымовое заклинание. — Бежим скорее, Гарри! Ты чего расселся! — закричал Рон, разрезая ткань палатки и выскакивая наружу. Гарри схватил мантию, рюкзак, меч да валяющуюся рядом сумку Гермионы и выскочил в образовавшийся проём вслед за друзьями. Они побежали. Ноги утопали в глубоком снегу. Голые острые ветки раздирали лица и хватали за одежду. За ними гнались. Гарри прекрасно понимал, что убежать им не удастся. Он уже потерял из поля зрения Рона и теперь видел только Гермиону, пробирающуюся через сугробы рядом с ним. — Нужно аппарировать! — заорал Рон откуда-то спереди. — Сюда! Гарри припустил ещё быстрее. Он оглянулся на Гермиону и понял, что та безбожно отстала. Он остановился, посмотрев в сторону, откуда доносились злые голоса догоняющих волшебников. Гарри бросился назад, подлетел к Гермионе и схватил её за руку. — Гарри, что ты делаешь?! Беги! — закричала она. — Поздно! — Гарри всунул ей в руки её сумочку, меч и лямку рюкзака. — Верро вестижиум! — Он направил терновою палочку на следы на снегу, оставленные Гермионой, и те исчезли. Палочка не подвела. Гермиона недоумённо посмотрела на него и вскрикнула, когда Гарри оттолкнул её к дереву. — Прости, — прошептал он, печально посмотрев на неё, и набросил на Гермиону мантию-невидимку. — Гарри! — Рон показался между стволами деревьев практически одновременно с егерями, преследующими их. — Попались, мерзкие дети! — Гарри сразу же узнал голос Фенрира. — Инкарцеро! Верёвки обездвижили Гарри, накрепко связав по ногам. Поттер рухнул в сугроб и услышал, как рядом упало ещё одно тело. — Кто это тут у нас? — Егеря направились к брыкающемуся Рону, осыпающему их проклятьями. Гарри посмотрел в ту сторону, куда оттолкнул Гермиону, и одними губами сказал: — Даже не думай… Со стороны дерева в него полетел луч, угодивший прямо в лицо. Гарри болезненно застонал, почувствовав, как кожа начинает гореть, а щёки раздуваться. — Встать! — рявкнул Сивый. Чьи-то руки грубо подняли Гарри, кто-то стал обшаривать его карманы. Очки лежали рядом на снегу, но даже они не помогли бы Поттеру разглядеть расплывающиеся из-за боли лица неприятелей. — Ну и урод, — рассмеялся один из егерей. — Это ты пищал тут? — Отведём их в Министерство в Отдел по отлову выродков, — предложил второй. — Нет, — рявкнул Сивый. Гарри почувствовал, как его с силой схватили за волосы. Фенрир всмотрелся в его лицо и злобно прошипел: — Зря вы дали дёру от нас, детишки. Ой, как зря! — Фенрир обернулся к своим товарищам. — Недалеко поместье Малфоев. Отведём их туда! Гарри испуганно дёрнулся в сторону, но его потянули назад. Удар, и свет погас.