Фиолетовый холм

Драко огляделся по сторонам и подошёл к величавым воротам мэнора. Никого рядом не было видно, однако Драко приготовился: он наколдовал маску и облачился в чёрную мантию Пожирателя смерти, ведь Грейнджер могла прятаться неподалёку под волшебной мантией. Ворота Малфой-мэнора открывались только слугам Лорда, у которых была чёрная метка. Драко остановился и в нерешительности чуть слышно позвал Гермиону. Через несколько секунд он ощутил её присутствие: она подёргала его за рукав. — Я здесь, — прошептала она. Драко изловчился и сумел схватить её за невидимую руку. Гермиона сдавленно охнула, но последовала за ним в сторону от ворот. — Что ты тут забыла?! — прошипел Драко, поражаясь бесшабашности Грейнджер. — Гарри и Рон там! — выдохнула она в ответ, показав свою голову из-под капюшона. — Там?! — изумился Малфой. — Каким образом? — Нас поймали егеря в лесу, они привели их сюда, — затараторила Гермиона. — Я пошла следом. Нужно что-то делать! Гарри накрыл меня мантией, поэтому меня не забрали! Ворота я не смогла открыть и протиснуться за егерями не успела! — Стоп, стоп, стоп! — шикнул Драко. — Поттера и Уизли привели егеря? — Да, с ними был Фенрир Сивый! — обеспокоенно сказала Гермиона. — Ворота им открыла сама Нарцисса Малфой! Насколько я поняла, там не до конца уверены, что это Гарри. — Не до конца? — Нет, я послала в него Жалящее заклинание, когда нас настигли. Его лицо раздулось практически до неузнаваемости. Гермиона с надеждой смотрела на Драко, и ему стало не по себе. Она слишком многого ждала от него. Если Поттер и Уизли в мэноре, то их побег будет стоить семье Малфоев очень дорого. Драко вызывал Добби на всякий случай, и тот согласился прийти в мэнор по зову, но теперь… Если Поттера всё же узнали… — Что ты от меня хочешь? — холодно спросил Драко. — Проведи меня внутрь! — Ты с ума сошла! — Я не брошу Гарри и Рона! Они мои друзья! Драко поёжился, словно от порыва зимнего ветра, и накинул капюшон мантии на голову Гермионе: — Ты пойдёшь со мной, будешь держаться позади. Чтобы я знал, что ты рядом, не выпускай мою мантию. Поняла? — Да, — едва слышно ответила Гермиона. — Что бы ни произошло, что бы ты ни услышала или ни увидела — не отпускай. Драко развернулся и направился к воротам родного поместья. Гермиона сжала его мантию. Драко встал напротив чугунных ворот, завитки решётки зашевелились, складываясь в свирепую морду диковинного зверя. Малфой поднял левую руку и отдёрнул рукав рубашки. Морда зло посмотрела на чёрную метку и исчезла, створки ворот стали открываться. Драко вошёл в парк и свернул на аллею. Занесённые снегом скамейки и замёрзшие кусты гибридной сирени покоились здесь, всеми заброшенные и забытые. Этой зимой Малфоям было не до светских прогулок. Драко свернул, углубляясь в парк. Гермиона следовала за ним, мельком отмечая про себя великолепие царственной природы, окружавшей их. Наконец они вышли к дому. У самой стены в земле было большое отверстие, закрытое металлической решёткой. Гермиона заглянула внутрь и ничего не увидела в непроглядной темноте, кроме первой ступеньки и снега, падающего туда и исчезающего в пасти провала. Драко нагнулся к самой решётке и прошептал над ней замысловатые слова. Железные замки, сцеплявшие металл, щёлкнули, и Малфой с лёгкостью открыл проход, распахнув створки. — Идём, — прошептал он, зажигая слабый огонёк. Гермиона попыталась рассмотреть его палочку, но в который раз Драко отвёл руку, боясь, что Грейнджер может узнать его по оружию. Гермиона положила ладонь ему на плечо и стала спускаться. Они оказались в подвале Малфой-мэнора. Мрачные коридоры не сулили Гермионе ничего хорошего, однако её спутник смело двинулся вперёд, казалось, не обращая никакого внимания на темноту. Драко довёл Гермиону до винного погреба Люциуса и остановился. Он обернулся к ней и вгляделся в пустоту. Гермиона поняла, что Симус хочет что-то сказать ей и сняла мантию Гарри. — Ты останешься здесь, — безапелляционно потребовал Драко. — Я вернусь за тобой позже. — Хорошо, — согласилась Гермиона. — Я подожду столько, сколько нужно. — Ждать придётся долго, — хмыкнул Драко. — Отсюда не выходи. Он посмотрел на волнующуюся девушку и, тяжело вздохнув, закрыл дверь погреба. Ещё никогда четверг не был таким тяжёлым.

* * *

Драко вошёл в зал и замер. — Наконец-то! — воскликнул Люциус. — Сынок, подойди сюда! Драко опасливо покосился на егерей, которые, усмехаясь, стояли неподалёку. — Они утверждают, что поймали Поттера, Драко, — равнодушно сказала Нарцисса. — Посмотри на пленника, — зашептал Люциус, схватив сына за руку. — Если это Поттер, то Тёмный Лорд всё простит нам. Слышишь? Посмотри внимательнее, ошибки быть не должно! — Эй! — возмутился Фенрир. — Не забывайте, что это мы его поймали и притащили сюда. Его и рыжего дружка. Драко сделал несколько шагов в направлении пленников. Он узнал Уизли сразу же и на краткий миг ему захотелось выдать рыжего дуралея с потрохами, но только на миг. А вот Поттер сильно изменился. Его лицо было розовым и блестящим, словно кто-то долго его бил, на подбородке Избранного зеленел синяк, очки были разбиты, зелёные глаза совсем заплыли. — Я думаю, это Жалящее заклинание, — сказал Люциус. — Но шрам всё равно можно различить. — Что здесь происходит? — звонкий голос Беллатрисы заставил всех собравшихся в зале вздрогнуть, но больше всего дёрнулся Поттер. — Цисси? — Эти люди утверждают, что поймали Гарри Поттера, — спокойно ответила Нарцисса. — Гарри Поттера?! — Белла обошла егерей и остановилась рядом с Люциусом и Драко. — Этот уродец — он? — Мы не уверены, Белла, — промямлил Люциус. — Нельзя напрасно беспокоить Лорда. Я надеялся, что Драко развеет наши сомнения. — О-о, — протянула Беллатриса. Она подошла к удерживаемому на коленях Гарри и поманила к себе Драко: — Ну же, милый, иди сюда, посмотри на него. Это Поттер? Драко неохотно приблизился к ним и покосился на однокурсника. — Не знаю я. Если честно, то он не слишком-то похож. И шрама как такового не видно. — Как же, видно! — запротестовал Люциус. — Только он расплылся по лбу. Драко обернулся и посмотрел на отца. — Это не Поттер! — сказал Драко. Он оглянулся, как будто для того, чтобы полностью удостовериться, и поймал изумлённый взгляд Гарри. — Да и палочка эта не его, — кивнул Малфой на зажатые в руке Фенрира палочки. — Вот мы всё и выяснили, — проговорила Нарцисса. Белла разочарованно вздохнула и выпрямилась. — Отведите эту падаль в подвал! — Она небрежно взмахнула рукой в сторону пленников. — Ещё чего! — гаркнул Сивый. — Поттер это или нет, мы всё равно получим свою награду. Отведём их в Министерство и выручим золотишко! — Делайте, что хотите, — согласилась Белла. Однако Люциус не был так благодушно настроен. — Я заплачу вам, — неожиданно сказал он. — Пусть эти двое останутся у нас. Егеря закивали, показывая Фенриру, что согласны. Люциус удалился наверх и вернулся с мешочком галлеонов. — Вот, а теперь проваливайте из моего дома! Когда егеря поволокли пленников в подвал, Нарцисса подошла к Люциусу и спросила: — Зачем они тебе? — Может быть, Драко и не узнал Избранного, но зато я узнал сына Артура Уизли. Подождём немного… Драко, — с надеждой позвал сына Люциус, — ты уверен, что это не Поттер? — Уверен, — кивнул Драко. — Я должен вернуться в… Хогвартс, прошу простить меня. — Зачем? Сейчас же каникулы? — удивилась Нарцисса. — Я староста школы, мама. Возможно, многое изменилось в Хогвартсе, но не всё. — Я провожу тебя, милый, — отозвалась Нарцисса, беря сына под руку. Они вышли во двор и прогулялись по дорожке между живыми изгородями. — Драко, будь осторожен, пожалуйста, — произнесла женщина, странно посмотрев на сына. — Я не знаю, что ты задумал, но не уверена, что оно того стоит. — Стоит, мама, — сказал Драко и потянул чугунные ворота на себя. — Я кое-что должен забрать. Скоро вернусь. Драко вышел за пределы мэнора и аппарировал.

* * *

Гермиона умирала от ожидания. Она прочитала все этикетки на многочисленных бутылках дорогого вина хозяина мэнора, пересчитала все трещины на полу и все каменные блоки стены. Больше всего она переживала за Гарри. Если его узнали, то ему конец. Тёмный Лорд убьёт его на месте. Гермиона вынула из бисерной сумочки меч Годрика Гриффиндора — единственное оружие против крестражей — и задумчиво стала разглядывать своё вытянувшееся на лезвии отражение. Её и без того непослушные волосы торчали во все стороны, под глазами залегли тени, кожа стала бледной, а губы обветрились. У неё не оставалось ни единой свободной минуты, она всегда была чем-то занята в последние месяцы. Зато сейчас у неё было времени полно, и тянулось оно, к сожалению, очень-очень медленно. — Самое время наводить красоту, — насмешливый голос заставил Гермиону резко подскочить. — Ты вернулся! — Конечно, вернулся, — улыбнулся Драко. — Я видел твоих Поттера и Уизли, их не узнали. — Поверить не могу! — Уж поверь, — хмыкнул Драко. — Они здесь, не так далеко. Я кое-что придумал, чтобы освободить их. А ещё, — Малфой протянул Гермионе старую коробку из-под игрушек, — я принёс тебе это. Гермиона приняла из его рук коробку и осторожно открыла её. Она ахнула и удивлённо взглянула на Симуса. Он насмешливо смотрел на Грейнджер и улыбался. — Это… это… — не в силах вымолвить ничего другого, повторяла Гермиона. — Крестраж, — торжественно сказал Драко. — Чаша Хельги Хаффлпафф. — Как такое возможно? — прошептала Грейнджер. — Долгая история. Но от благодарности я бы не отказался. — Мерлин, Симус! — Гермиона порывисто обняла его за шею. — Я так тебе благодарна за всё! Нет в мире слов, которыми бы я смогла выразить тебе всю свою признательность. Драко почувствовал оглушающее приятное тепло, разлившееся в груди. Он неловко приобнял Гермиону в ответ и закрыл глаза. Малфой никогда ещё не чувствовал себя таким чистым… как сейчас, когда обнимал грязнокровку. Он отстранил девушку и отошёл назад, устремив взгляд в пол. Драко казалось, что прямо сейчас она его узнает, прочитает мысли и скажет что-нибудь совсем далёкое от тёплых слов. — Уничтожим её! — воодушевлённо воскликнула Гермиона, подобрав с пола меч Гриффиндора. — Здесь? Сейчас? — опешил Драко. — Ты достал чашу, — спокойно сказала Гермиона. — Тебе её и уничтожать. Она протянула Драко меч, и он с опаской посмотрел на него. Он подумал, что стоит только слизеринцу дотронуться до артефакта Гриффиндора, как тот исчезнет. Но ведь Снейп спокойно брал его в руки… Драко принял меч и неловко повертел в руке рукоять. Гермиона поставила перед ним чашу и отошла назад. Драко шумно выдохнул и занёс меч Годрика Гриффиндора над крестражем Волан-де-Морта. — Бей! — кивнула Гермиона. Драко начал опускать меч, как вдруг чаша завертелась на месте и наполнилась чёрной блестящей жидкостью, повалил дым. Облако взмыло ввысь огромным столбом непроглядной тьмы. Из дыма образовалось лицо Тома Реддла, устремившего колючий взгляд на Драко. Малфой в ужасе попятился назад, выпуская меч из рук. Гермиона упала на холодный пол и отползла в угол. Чёрное лицо растворилось во всполохах дыма и превратилось в большое ветвистое дерево, потянувшее к Драко острые ветви. На них появлялись лица многих и многих людей, и все они гневно взирали на Малфоя. Драко тотчас узнал семейное древо Блэков, которое видел утром. — Ты предал род! — зазвучал гул голосов. — Ты недостоин быть здесь! Древо охватило безжалостное пламя, начиная с крайних ветвей, где были имена Нарциссы, Драко, Регулуса, Сириуса и Андромеды. Огонь вспыхнул сильнее, и ветви осыпались прахом. Дым сменился клубами тумана. Над чашей появился силуэт человека с длинными волосами, похожий на тень Дамблдора в доме на площади Гриммо. Это была печальная мертвенно-бледная Нарцисса, по щекам которой текли кроваво-красные слёзы. Она протянула руки к сыну, и туман — часть её платья — опутал ноги Драко. Нарцисса открыла рот, и лицо её преобразилось, молодея; лишь кровавые слёзы всё ещё висели в воздухе. Вдруг блестящее лезвие рассекло туманный образ надвое и обрушилось на чашу, разбивая крестраж Волан-де-Морта. Оглушительный вой поднялся в погребе, столб праха и тьмы окружил Драко и Гермиону. Бутылки с вином полопались, и хмельной напиток рекой хлынул на пол. Малфой вскочил с пола, пытаясь выровнять дыхание. Гермиона с мечом в руке стояла рядом. В заляпанной одежде, растрёпанная и неестественно бледная. Прекрасная… как никогда. У Драко перехватило дыхание. Кажется, вино ударило ему в голову. — Ужасно, — проговорил он, поспешно отворачиваясь. — Боггарты, — констатировала Гермиона. — Медальон тоже охранялся ими, но я не думала, что и на чаше подобная защита. Нужно убрать её. Драко кивнул, починил чашу магией и взялся за ручку двери. — Ещё один крестраж в Хогвартсе. — Что? Ты уверен? — Гермиона чуть не выронила чашу, которую собиралась положить в сумку. — Тёмный Лорд был там недавно. Я убеждён, что он проверял его. — Напоследок Драко посмотрел на девушку. — Скоро сюда придут твои друзья. Уходи с ними и не беспокойся за меня. Гермиона проследила за закрывшейся дверью, а потом взмахнула палочкой и убрала вино и осколки стекла. Ей оставалось только ждать. Снова ждать.