Фикрайтер — это...

У каждого творческого человека, в частности, у фикрайтера, в жизни случались те чудесные моменты, которые можно смело назвать ''затишьем перед бурей''. Сейчас таким моментом наслаждалась Алёна. Ей не нужно было делать домашнее задание или какую-то работу по дому, она могла спокойно сидеть на любимом вращающемся стуле и писать. Идиллическую картину дополняли огромная чашка с ароматным кофе и тарелка с пирогом, стоящие на столе. Фикрайтер была очень задумчива. Она начинала новый Макси. Немного расписав структуру мира, пролог и завязку, девушка решила переключить внимание на старый впроцессник и наконец выложить так долго задерживаемую главу. — Так, ещё буквально полторы странички, и я наконец-таки закончу главу, — бормотала Алёна себе под нос, допивая кофе и осторожно размещая чашку на столе. Это удалось с трудом, ведь не вызвать падение остальной стоящей на столе посуды было действительно задачей не из лёгких. Почти вся посуда, у нормальных людей стоящая в кухонном шкафу, у Белкиной размещалась прямо на её рабочем столе. Маленькие кофейные чашечки, среднего размера чашки и огромные поллитровые кружки — всё это чудом ещё не попадало со стола. Со вздохом окинув взглядом изобилие посуды и почувствовав себя слоном в посудной лавке, девушка решила, что гений, конечно, господствует над хаосом, но мама будет ругать. Поэтому неплохо было бы навести хоть жалкое подобие порядка. Пришлось тщательно вымыть чашки и вернуть на место почти все, оставив лишь самую большую, заново наполненную кофе. Теперь можно было со спокойной совестью дописывать главу, которую, к слову, так и не удалось сдвинуть с мёртвой точки. Пару раз воззвав к Вдохновению и побившись лбом об стол, впрочем, без особого фанатизма, Белкина осознала провальность своей затеи. Но это вовсе не помешало от вышеупомянутой отказаться. Фикрайтер редко бралась за написание проды, что компенсировалось качеством написаного во время этих потуг. Она всегда доводила начатое до конца, прикладывая к этому немалые усилия. Вот и в этот раз цель была достигнута, ценой титанического труда, но достигнута. — Тва-арь! — внезапно взвыла Алёна и отвернулась от стола. — Грёбаный Ворд, чем тебе так не угодила эта несчастная глава?! Причина воплей девушки была знакома каждому фикрайтеру — её глава внезапно удалилась. Белкина посчитала это знаком и вернулась к становящемуся ненавистным редактору, но для того, чтобы написать Драббл. Читатели ждут проду? Читатели подождут.

***

Если ваш друг, знакомый или родственник следует совету Бродского и не выходит из комнаты, оккупировав её с чашками чая или кофе и сладким, и что-то пишет, переодически проклиная редактор или крича, то могу вас (не) поздравить — это фикрайтер, погрузившийся в творчество.