Исключительно первая

- Мне кажется, ты поторопилась с увольнением, - это все, что смогла выжать из себя бесцветным голосом Леви МакГарден, когда блондинка позвонила ей вся в слезах и кратко обрисовала все то, что произошло в ее жизни за последнее время. Люси понимала, что Леви ей не подруга. Долгие годы общения не обуславливали этого факта. Однако ей срочно нужно было с кем-то поговорить. И насколько же горьким было осознание того, что кроме МакГарден ей в самом-то деле не кому было позвонить. Подруг и семьи у нее давно не было, круг общения включал в себя только Грея и компанию. На этом все. Она сама себя изолировала от окружающего мира. Впервые девушка осознала, насколько же болезненно одиночество... - Леви, я не могу... не могу там работать... - глотая окончания, пробормотала Хартфилия. Она заикалась, голос дрожал, а глаза уже болели из-за слез. - Ты же понимаешь, что такого шанса построить карьеру в этой сфере у тебя может больше и не будет? - казалось бы, это все, что волновало синевласку. Но нет. Ее голос тоже уже подрагивал, словно девушка вот-вот расплачется. - Я больше не хочу... - выдохнула в трубку блондинка. - Как же так, это ведь твоя мечта всей жизни... - ошеломленно проговорила Леви. Ей было сложно поверить, что эти все слова принадлежат Люси Хартфилии. Та целеустремленная девушка никогда бы не отказалась от своей мечты. А сейчас она попросту опускает руки из-за какого-то парня. Становится горько, когда на твоих глазах ломаются из-за пустяка сильные люди. - Мне нужно лечится, а не загонять себя в инвалидное кресло. Это мне нужно для моей новой мечты... - с неожиданным воодушевлением проговорила блондинка, шморгая носом. - По-моему, это самая разумная вещь, которую ты когда-либо говорила за все наше общение. Какая же мечта? - МакГарден стало гораздо легче слышать более одушевленный голос. - Я хочу создать семью. Такую, какой не было у меня. С ним, - твердо произнесла златовласка. - Люси, направление правильное. Но не трогай ты этого Грея. У вас же в самом-то деле ничего не складывается. Разве вокруг парней мало. Обрати внимание на Драгнила, будет куда меньше проблем... - Я чувствую, что он - мое... понимаешь? - она не знала, как описать то, что чувствует. Но все же знала точно, что упустить его она не может. - Люси... слушай, я через пару дней прилетаю в Корею. Давай встретимся и поговорим? - с некой надеждой проговорила синевласка, прекрасно помня бесчисленное множество отказов Хартфилии. - Правда? Буду очень рада! - радостно пролепетала Люси, даже подпрыгнув на месте. Наконец-то кто-то хорошо знакомый. Наконец-то хоть какое-то общение и разнообразие. Сказать, что Леви удивилась - значит ничего не сказать. Возможно, они бы успели еще о чем-то поговорить. Однако внезапный звонок в дверь прервал их диалог. Быстро попрощавшись с девушкой, Хартфилия кинулась открывать нежданному гостю. Где-то там, внутри, теплилась надежда, что сейчас на пороге она увидит Фуллбастера. Глупо, правда. - Нацу? Зачем ты здесь? - удивилась блондинка, вспоминая, что сейчас уже достаточно поздно. - Люси, я не совсем понял, что сегодня произошло, но... почему ты уволилась? - парень тщательно подбирал слова, говорил тихо, глазами лихорадочно бегая по лицу девушки. - Я поняла, что ты прав. Мне нельзя этим заниматься. Оно того не стоит... - девушка замялась, утаив правду. Потупив взгляд в пол, она нервно сжимала в руке дверную ручку. - Ты плакала... Это из-за меня? Я все испортил с Фуллбастером? - взволнованно спросил Нацу,все же пытаясь сохранять спокойствие. - Нет, Нацу, ты не виноват... правда. Просто я... - к горлу опять подкатывал комок, но только не сейчас. Нельзя при нем плакать, нет. Но голос предательски дрожит... - Люси, извини, - быстро проговорил он, сделав шаг к девушке и протянув руку к ее лицу, однако Хартфилия отшатнулась от него, как от огня. - Не надо. Уходи, пожалуйста, - на этих словах его протянутая рука дрогнула в воздухе, после чего безжизненно опустилась. Люси сейчас выглядела как затравленный зверек, который явно ему не доверяет. Он даже не нашелся, что сказать. Просто молча ушел, напоследок бросив виноватый взгляд на девушку. - Больше не надо... - тихо пробормотала Люси, понимая, что сегодня ей не уснуть... На утро она все же пошла в институт. Это стоило титанических усилий, но она это сделала. Единственное, на что оставалось надеяться, это лишь то, что сегодня они все-таки не пересекутся с Эвклифом. Однако во время обеденного перерыва это белобрысое нечто таки навязало ей свое общество. - Приветствую тунеядцев и бездельников. Как жизнь свободная? - ехидно спросил блондин, усаживаясь за столик напротив златовласки. Та хмуро на него глянула, но от трапезы не оторвалась. Стинг лишь внимательно, с хитрым прищуром наблюдал за ней. Повисла давящая тишина. Напряжением сквозило абсолютно каждое движение девушки. Терпения ее надолго не хватило. Нервно кинув на стол вилку, она буквально прошипела, твердо глядя на Эвклифа: - Чего ты хочешь? - Я-то? Я всего лишь наблюдаю жалкое зрелище самобичевания, - не без удовольствия протянул блондин. Ему явно было по душе угнетенное состояние девушки. - Сама виновата, между прочим. Знаешь, как говорится, за двумя зайцами погонишься... - Иди к черту, - эти слова были сказаны настолько громко, что многие рядом сидящие нелепо покосились на девушку. Последняя же резко подорвалась с места и вылетела из кафе. Было слишком сложно вытерпеть еще и придирки этого придурка. Проводив блондинку нервным взглядом, Эвклиф горько усмехнулся. Ее страдания в самом деле приносили ему эстетическое удовольствие. Моральный садист. Предательские слезы жгли щеки. Она ненавидела плакать. Но в последнее время только этим и занималась. А в голове эхом отбивали ритм чертовы слова: "Во всем виновата сама..."