Предисловие
10 января 2016 г., 12:56
«Дорогая, Елена. Я долгие месяцы собиралась, прежде чем написать тебе. Это все так трудно и необъяснимо. Но ты должна меня понять. Так как я беременна близнецами Аларика и Джо. И, да, вампиры не могут иметь детей, но еретики посчитали, что у меня слишком пусто в животе, и с помощью магии дети появились во мне. Об этом меня никто не спрашивал.
Также, Елена, печально говорить об этом, но придётся, Аларик умер, не узнав, что его дети во мне. Его нет. А Деймон и Стефан в камне. Боже, они оба в аду. А где я? Я теперь не в Мистик Фоллс. Я попросила помощи у Клауса и живу в Новом Орлеане. Знаешь, он пообещал, что скоро вызволит Стефана и Деймона из камня. Он принял моих милых близнецов, и я счастлива. Елена, прошу, не осуждай меня. Да, я знаю, что Никлаус жестокий убийца, который только и делает что-то ради своей цели. И, да, я помню, что он пытался убить тебя. Боже, я как будто слышу твой голос.
Я скучаю по тебе. Мне пора.»- дописав последние строчки, Кэролайн закрывает свой дневник и прикасается к своему животику.
— Дорогая, где ты? — слышен голос Клауса.
— В спальне, — тихо сказала блондинка и посмеялась.
Она знала, что он услышит своим острым слухом вампира, но ей нравилось, как он её называл, что заботился и принял её, хоть и уехал из Мистик Фоллс, пообещав никогда не возвращаться.
— Кэролайн, — сев рядом на кровать, Клаус посмотрел на неё, — Моя Кэролайн, — он поцеловал её.
— Как насчёт Сальваторе? — спросила она, оторвавшись от поцелуя.
Её ангельские глаза, восхитительные губы так ранили Клауса, что он забывал обо все на свете. Но эти Сальваторе? Нельзя ли им побыть ещё немного в аду?
Он был так рад, когда позвонила его любимая блондинка и попросила о помощи, а у он уговорил её жить с ним. Правда, Никлаус мог, конечно, применить силу внушения, но использовать её на милой и дорогой ему Кэролайн, ему не хотелось.
— Да, я как раз этим занимаюсь, — он отвел взгляд.
— О боже, Клаус! — вскрикнула Кэр, — Поверить не могу, ты же обещал. Ты понимаешь, что они в аду? — она смотрела на него с упреком, с ненавистью, с недоверием.
— И что? Они должны понести наказание за все свои грехи.
— Я что-то не поняла. То есть они должны понести наказание, а ты нет? — она была удивлена и зла, — Никлаус, может мне обратно вернуться? — в его глазах она увидела ужас.
— Нет, нет, Кэролайн, — он поцеловал её руку, — Сейчас надо будет попросить Марселя, чтобы он попросил Давину, и она всё сделает. Обещаю.
— Хорошо, — она улыбнулась.
— Можно мне..- он посмотрел на живот.
— Конечно, — и он прикоснулся к её животику, чувствуя, как толкаются внутри близнецы.
— Это, — он хотел сказать невероятно, ведь для него все уже было в новинку, — Как мы их назовём? — спросил он, посмотрев на неё.
— О, Клаус, я не думала, — повисла недолгая пауза, — Они не наши даже и я не знаю, что делать дальше.
— Они наши. Теперь они наши, — он улыбнулся, — да и к тому же Хоуп будет рада сестрёнке и братику.
— Спасибо тебе, Клаус.
— Любовь моя, — он поцеловал её в лоб и вышел из спальни.
Он будет каждый день находится с ней и никогда не упрекнет себя за то, что взял детей. Они будут семьёй. И сотни лет он будет дожидаться её любви к нему. Возможно, она и могла находиться с ним рядом и быть благодарной ему, но он видел в её глазах не только желание, но и ненависть к его совершенным ранее злым делам. Он знал, что воспоминания будут долго хранится в её голове, но верил, что, возможно, через много лет она полюбит его, как и он её.
