Ария. Игра на жизнь

Пусть раненый олень ревет, А уцелевший скачет. Где спят, а где — ночной обход, Кому что рок назначит

Страх… холод… голод… Сколько мы уже так идем? Час? 5 часов? Или же целые сутки? Я абсолютно потерялась во времени. Знаю одно, мы идем очень долго, а эта ночь все не кончается. Я полностью выбилась из сил. Но мне нельзя сдаваться, и не ради себя, а ради Арии, которая за все время наших блужданий не проронила ни слова. Бедная сестренка, всего каких-то пару часов назад с ее лица не сходила улыбка, глаза блестели счастьем, а сейчас ее лицо, словно камень, не выражает ни одной эмоции, а в глазах пустота и немой вопрос. — Ты в порядке, Ария? — но она лишь кивает, ничего не говоря. Нет, прошу, не молчи, не держи все в себе. Плачь! Кричи! Проклинай этот мир! Но только не молчи… умоляю, не молчи. Я нужна ей, мы вместе переживем это, мы встанем на ноги и ты снова будешь улыбаться, ты снова станешь прежней, я обещаю тебе. Но я даже не знаю как я смогу это все нести на себе? Ведь мне всего 16. Нет, мне нельзя сдаваться, нельзя опускать руки. Я… — Сестренка, почему с нами нет братиков и мамы с папой? Они ведь найдут нас? Вот почему… ты же даже не понимаешь, что произошло. Да и что я ожидала от десятилетнего ребенка, который даже не знает что такое смерть. Она смотрит на меня глазами полной надежды. Ох, как же хочется сказать ей « Все хорошо, сестренка, они скоро нас спасут, и мы снова будем дома. Все вместе… мама и папа… братья. Они скоро нас найдут и все будет как прежде!» Ох, как хочет сердце слепо верить в эту ложь. Но рассудок здравый правду все твердит. Не будет все как прежде, никогда. Она все ждет ответа, а я молчу. И не выдерживаю больше, я падаю на колени, заливаясь слезами. А с губ моих срывается жестокая и горькая правда, разбивая все иллюзии и превращая их в прах. — Нет, Ария. Их больше нет. Они мертвы… Никто нам не поможет. У нас больше ничего нет. Ничего…нет — я упала на траву и разрыдалась. Я не могу больше все держать в себе. На моих глазах, на родителей, уже мертвых, упала балка и раздавила их, я нашла вместо братьев лишь сгоревшие тела. Я абсолютно ничего не могла сделать. Если бы я только тогда тоже уснула…. За что? Не понимаю. За что?! Я рыдала так минут 20 или 30, пока не почувствовала маленькую руку, которая гладила меня по голове все это время. Немного успокоившись, я посмотрела на Арию. На ней не было ни слезинки. Сестренка? Неужели ты еще не поняла. — Их больше нет. Они мертвы… Никто нам не поможет. У нас больше ничего нет. Ничего…нет Я смотрела на нее удивленными глазами. Ведь это я должна говорить тебе, а не наоборот. — Только не оставляй меня. Я не хочу быть одна. Я боюсь одиночества. Пообещай мне, что всегда будешь со мной, никогда не оставишь одну. — Обещаю, сестренка, я всегда буду рядом. — Да, все правильно, мы вместе сможем начать жить заново. Я обняла Арию и прижала ее к сердцу. Она последнее, что у меня осталось, она живое напоминание о маме. Я никому ее не отдам. — Сестренка! Смотри там домик стоит! — Где? Не может быть! Я начала искать его взглядом, но ничего не видела. Может ей показалось, да и кто в такой тьме может хоть что-то разглядеть. Но Ария взяла меня под руку и потащила в неизвестном направлении. Где-то через 10 метров, я тоже увидела дом. И как она его только заметила? Хотя это и домом назвать было сложно. Одна дверь, одно окно, все сделано из дерева. Высота 2 метра, а ширина ещё меньше, да одна моя комната была в два раза больше чем эта хижина. Но это лучше чем ничего. Мы вошли и поняли одно, здесь никого нет, хижина требовала генеральной уборки, но жить можно. Мы приведем это все в порядок уже завтра, а сейчас нам нужно хоть немного поспать. Проснулись мы очень рано. И даже Арию не пришлось будить, что на нее вовсе не похоже. Хотя мы все изменились за одну ночь. Утром я осмотрелась получше. И должна признать, что в этой хижине поместились две комнаты и одна кухня, правда маленькие, но нам с Арией подойдет. Еще здесь была старая мебель и висели какие-то картины. Мы с сестрой позавтракали яйцами из гнезда какой-то птицы, пусть она нас простит, но мы были очень голодны, и принялись за уборку. Ария убирала в одной комнате, я же в остальных двух. Но в соседней комнате послышался шум, как будто, что-то тяжелое упало. — Ария, у тебя там все хорошо? — Все…все хорошо! Я в порядке. — Не очень — то убедительно, но лучше не проверять, всё же я ей верю. Так за уборкой пролетело сегодняшнее Рождественское утро. Много же подарков оно нам принесло, например: из принцессы я превратилась в нищенку; вместо дома какая-то хижина; а самое главное, что это Рождество сделало меня сиротой. Надеюсь, этот день будет лучше прошлой ночи. Отныне все будет хорошо, по крайней мере я так думаю.