Дракон моей души

— Дети не смейте перечить маме! — пробормотал Арман, ошарашенный увиденным — Да больно и хотелось — в тон ему ответил сын Ладомира так осталась сидеть, открыв рот и смотря на злую, как сто злых кошек Миру. — Спокойно сынок, спокойно, мамочка сейчас успокоится — Мира, погладила себя по животу, успокаивая еще неврожденного младенца.- Спасибо тебе сынок за помощь. Арман смотрел на ее манипуляции и вдруг все понял — Дети, у Вас скоро родиться братик. — Несложно было догадаться! — Буркнул Асхат, осторожно поднимаясь, после нескольких суток в образе старика его ноги еще плохо его слушались. — Не груби отцу! — Одернул его Иван, стряхивая с себя веревки, которые перерезала девушка. — Ага! — Асхат подошел к матери и осторожно забрал у нее дубину, которой пару минут назад охаживала по спине их дорого родственничка, сейчас великий и несокрушимый Лонгвейн, лежал белой лентой и исправно пах цветами. Наконец изумрудный блеск засиял вокруг его тела и на полу лежал старик, у которого одна нога была уже в могиле. -Мира! — Арман подошел к жене и благоговейно опустился на колени и поцеловал ей живот. — Спасибо! — А, пожалуйста. Сыну скажи своему спасибо. А забавно быть драконом! — Мира сладко зажмурилась. – Ну, все возвращаемся? Арман подхватил ее на руку, вот такую, растрепанную, в рваной одежде с искрящими зелеными глазами и неукротимой жаждой свободы, он помнил и знает свою любимую и такую хрупкую и сильную Миру и спустя 16 лет он восхищается ей и любит — Моя душа, моя дракониха. — Прошептала он, целуя ее в щеку. Неожиданно Мира уткнулась ему в грудь и разрыдалась, все эти дни, словно нахлынули вновь. Мне бы крылья, чтобы укрыть тебя; Мне бы вьюгу, чтоб убаюкала; Мне бы звёзды, чтоб осветить твой путь; Мне б увидеть сон твой когда-нибудь. Баю-баю-бай, ветер, ветер — улетай; И до самого утра я останусь ждать тебя. Мне бы небо чёрное показать… Мне бы волны, чтобы тебя укачать; Мне бы в колыбельную тишину, Точно корабли проплывают сны. Баю-баю-бай, ветер, ветер — улетай; И до самого утра я останусь ждать тебя. Баю-баю-бай… Баю-баю-бай… Колыбельная разливалась по дворцу , окутывая всех спокойствием и умиротворением. Арман, сел на пол и как маленькую держал ее на руках и укачивал и тихо пел ей колыбельную. — Идем, дайте им побыть вдвоем! — Прошептал Иван, показываю Добрыне на тело старика, вчетвером они вытащили Лонгвейна из дворца. — Арман! -Что душа моя! — Я люблю тебя! Арман улыбнулся и еще крепче прижал ее к себе. Только когда почувствовал ее спокойное дыхание, осторожно поднялся и отнес в бывшую опочивальню принцессы Ю. — Спи жизнь моя, спи. Но, неделя им потребовалось, что бы выловить всех приспешников Лонгвей, навести хоть какой порядок в стране и похоронить так не оправившегося от ран Ксиаобо, хотя он скорее умер от так быстро пришедшей старости. Но, кто так хотел остаться на острове так это младший брат Добрыни — Глеб, а причина в матери Ксиаобо - Аи, она так осталась стоять на вершине горы возле могилы сына, все же такая же маленькая, хрупкая и беззащитная, ее халат с сотнями ленточек развевался, на ветру словно маяк. — Я…. это! — Глеб кашлянул — Останусь, присмотрю за ними. — Он кивнул на людей собравшихся на берегу. — Давай сынок, и Аи помоги! — Улыбнулся Иван, который давно все понял. — Береги ее, она удивительная женщина! — Арман обнял его. Люди попадали в ниц, когда три дракона, разметав миллионы искр, рванулись в стороны, сделали несколько кругов и три дракона: рыжий, черный и золотой подхватили веревки и понесли ладью за горизонт. — Какая она красивая! — Добрыня не отводил глаз с золотой драконихи. Мира улыбнулась. Он задыхался, он бежал уже долго, кажется, погоня отстала. Он рухнул под дерево и достал из-за пазухи золотые украшения. Солнце осветила, крепко сбитого парня, в потрепанных шароварах, в дранной рубахе, выцветшие белокурые волосы, облупленный нос. Сын князя, он всю жизнь мечтал стать разбойником, был свободным как ветер и вот в шестнадцать он стал им. Бродил из края в край, воровал и бежал, но почему — то такая жизнь не приносила ему радости и того счастья на которое он рассчитывал. Но только в руки ему попадала золото как его глаза загорались, и он не мог оторвать глаз от них. Как сказал один Волхв, когда он его выходил, когда его все же догнали и избили, только одно золото тебя спасет, больше старик ничего не сказал. Неожиданно в тихий шепот золота, приплелся голос, тонкий и такой зовущий. Он перевернулся на живот, прислушался, сквозь деревья была видна поляна и небольшая речушка звенела невдалеке, а пологий лес, все шумел сильнее и сильнее, словно пытался его прогнать и не давал прислушиваться к песне. Мне бы крылья, чтобы укрыть тебя; Мне бы вьюгу, чтоб убаюкала; Расслышал он обрывки, больно кольнуло сердце…. Мне бы звёзды, чтоб осветить твой путь; Мне б увидеть сон твой когда-нибудь Он вдруг вспомнил заплаканную мать, разгневанного отца, который прогнал его из княжества, узнав, кем стал сын…. И до самого утра я останусь ждать тебя. Баю-баю-бай… Баю-баю-бай… Он застонал и вцепился зубами в траву, больно, ох как больно, сколько раз он слышал, как мать пела ему эту песню. Он вздохнул, поднялся и неслышно, выбрался на поляну, он увидел как белокурая девочка, лет десяти, белой рубашке, сидела в цветах и убаюкивала деревянную куклу. Она оглянулись и сердитые, голубые глаза окинул его с ног до головы. — Тихо ты, ходишь как медведь! — Шикнула на него опешившего, он мог поклясться, что шел тихо, даже за десять шагов она услышала его. — Ну чего стоишь? — Да! — Он неловко потоптался уже не зная уйти или остаться, но тут поляну накрыла, тень, он поднял голову и перепугался, над ними завис огромный, черный дракон. — Беги, беги, — Он выхватил нож и готов был драться, но тут услышал недовольный голос девочки — Папочка, ну ты опять не вовремя, я еще Ладу не покормила. Он увидел удивленные глаза дракона, тот зарычал, но девочка его поняла - Да, ходит тут какой — то — Она посмотрела на него как смотрят на дом или на какой — то предмет, равнодушно и спокойно и через секунду миллионы серебреных искр осветили ее и превратили в небольшого, милого золотого дракончика, она осторожно лапами подхватила куклу и полетела, быстро махая крыльями в сторону города видневшегося вдали. А дракон еще минуту висел над Добрыней, который, скорее всего, был в таком шоке, что его ноги приросли к земле. Дракон просто подул на него, и Добрыня плюхнулся задом в траву, фыркнув дракон улетел. А Добрыня не мог поверить своим глазам, много лет назад он слышал сказки о драконах, но увидеть воочию этих гадов он и не думал. Придя в себя, он вдруг решил пойти в город, ему просто до жути захотелось узнать, что же творится в городе. Он вошел в город через ворота, уловил на себе колкий взгляд охраны и направился в сторону базара, который шумел совсем недалеко. — Княжна идет, княжна, да со своим драконьим ублюдком — Услышал он шипенье — Он оглянулся позади него стояла женщина, злые глаза просто горели, она была в красном платье, и казалось она горела от ярости. — Да, тихо ты! — Одернула ее товарка Добрыня посмотрел, куда смотрели они, через базар шли четверо, высокий мужчина, с холодным, словно восковым лицом, его орлиный нос так шел к его острому подбородку, рядом с ним была женщина ее зеленые глаза, словно изумруды, зеленые и яркие. Мягкие черты лица светились нежностью и любовью, рядом с ними шли мальчик лет девяти весь рыжий как солнце и знакомая девочка. Добрыня понял, что мужчина услышал женщину, он повернул голову и его глаза вспыхнули красным огнем, ярости. Добрыня увидел, как княжна нежно прильнула к нему и что — то прошептала, вмиг глаза перестали гореть. Но девочка вдруг заплакала, и мужчина поднял ее на руки и обнял, словно пытаясь ее защитить. А вот Добрыня разозлился, он незаметно срезал кошель у толстухи и еще пару минут слушал ее вопли про ограбление, он оглянулся и вдруг увидел лицо девочки, она увидела его и ее глаза вдруг засветилась лукавством и озорством. Добрыня добрался до кузни и вдруг к своему удивлению узнал старого знакомого; огромный кузнец, добродушный и любитель медовухи храпел на лавке. – Эй! — Добрыня толкнул его ногой. Тот всхрапнул и проснулся — Привет толстяк — Кузнец очнулся и тут же подскочил, а как не узнать бывшего сотоварища да еще из банды Соловья — разбойника. — Ты, Добрынюшка! — Лепетал кузнец — Слушай, а расскажи мне о княжне вашей — Это какой? — Удивился кузнец -Ну, ту, что жена дракона — Тшш! — Кузнец пьяно зашикал — Тише, не то услышит князь, всех в острог посадит. И до поздней ночи кузнец рассказывал на ухо Добрыни всю историю. Любопытство и желание взглянуть на свою старую знакомую брало вверх над разумом. Он со всей осторожностью прокрался в княжеский терем, но тут увидел драгоценности, лежащие на столе у него задрожали руки. — Ты бы их лучше не трогал! — Раздался девчачий голос и напуганный Добрыня подскочил до потолка — дядя Иван ох как не любит когда тетя Ярославна плачет. — Ты чего не спишь? — Прошипел Добрыня Девочка фыркнула — А ты? — Гулять люблю, по ночам! — Буркнул он — Ты что Руконожка? — Хихикнула девочка. Луна осветила комнату и заиграла на белокурых волосах девочки. — Темно здесь! — Она хитро взглянула на него, и даже при свете луны он видел ее глаза хитрые и лукавые. — Неожиданно ее рука засветилась, и вспыхнули свечи на столе. У Добрыни клацнули зубы. —Ладомира, дочка. Ты где? — Раздался мужской голос — Под стол! — Шикнула девочка, и Добрыня беспрекословно подчинился ее приказу.- Я здесь папочка. — Девочка бросилась вверх по лестнице и бросилась в объятию отца.- Я на луну смотрела, она такая волшебная, я хочу полетать, папочка можно? — Прекрасно зная, что отец ей запретит — Нет, никаких лунных прогулок. Ты не чувствуешь чужой запах? -Да нет папочка, тебе показалось, тут полно людей вот ты и чувствуешь! — Да нет, того парня с поляны точно! — Папочка я так спать хочу! — Хитрая лиса зевнула и обняла отца за шею — отнеси меня в постель. Добрыня вылез из-под стола весь в холодном поту, а луна как бы приглашала взять драгоценности со стола, ее холодный свет просто манил сделать это. Через полчаса Ладомира спустилась вниз — Вот гад украл все-таки. Она бросилась во двор, превратилась в дракона, запах вел ее на поляну и тут она увидела при свете, весело горящего костра, своего старого знакомого тот лежал на траве в драгоценностях и насвистывал. Дракониха превратилась в двух шагах от него — Отдай драгоценности или я расскажу дяде! — Да, и расскажешь, как меня пустила в дом! — Я тебя не пускала! — Да, но соврала отцу. — Да как ты смеешь, ВОР! Вдруг ее слова, словно камень, ударил в голову, а она права он ВОР, крадущий чужое добро, когда-то это было так заманчиво, а сейчас претило. Он с трудом проглотил ком и бросил драгоценности ей под ноги. Она уже превратилась в дракона и подхватила драгоценности, когда он вдруг спросил — Сколько тебе лет? — Она обернулась, фыркнула и улетела — Даю слово, что будет тебе 16, приду за тобой как жених, — он понял, что она услышала, когда увидел, как она притормозила на лету и оглянулась, а потом услышал знакомое фырканье. Как он вернулся домой, он не хотел вспоминать, повинился перед отцом и тот простил его и все эти шесть лет, он наблюдал, ждал, видел как из нескладной хитрой лисы, выросла настоящая красавица. Добрыня отвел глаза от невесты и посмотрел на Миру. — Я даю свое согласие! — Сказала Мира -Спасибо, княжна! — Добрыня поклонился ей в пояс. Продолжение следует. Не переживайте, что так странно, так и задумано) )) )) )) ))