Решение. Часть 1

– Докладывайте, полковник. – Главнокомандующий стоял перед Иренеком, задрав подбородок и заложив руки за спину. Вроде бы и ничего особенного, спокойно так стоял и ждал, что скажет ему начальник СБ, но Иренек почему-то почувствовал себя снова молоденьким курсантом на экзаменах. Ему было отчаянно тяжело смотреть на этого человека, и тяжелее всего – встречать взгляд странных светлых глаз, в которых, казалось, мелькали, то вспыхивая, то угасая, желтые язычки пламени. «Наверное, светильники отражаются», - подумал полковник, хотя лампы освещения в кабинете светили холодным голубоватым светом. – Я слушаю, – повторил главком очень спокойно, и от этого спокойствия мурашки побежали по коже, но многолетняя привычка взяла свое, и полковник начал докладывать, как обычно, в своей педантичной суховатой манере. Главнокомандующий выслушал и, все так же сцепив руки за спиной, прошелся по кабинету, о чем-то размышляя. На лице, сохранявшем отстраненно-холодное выражение, не дрогнул ни один мускул. – Ошибка исключена? – спросил он, наконец. – Думаю, да, сэр. – Думаете? – Лорд Вейдер резко повернул голову и посмотрел на подчиненного. Иренека словно ледяной водой окатили. – Исключена, сэр! – поправился он. – Направление сигнала сам перепроверил. Планетарник тоже проверяли офицеры, которым я полностью доверяю. Командующий, казалось, еще сильнее сцепил руки за спиной, а полковнику почему-то стало трудно дышать. От волнения, наверное – вскоре это прошло. – Хорошо. Думаю, излишним будет предупреждать вас о секретности. С сыном я сам разберусь, а вы забудьте об этой истории. – Уже забыл, сэр! – полковник вытянулся по стойке смирно. Главком посмотрел на него, но взгляд у него был отсутствующий, словно он о чем-то напряженно думал, и полковник даже мог предположить, о чем…или о ком, но он решил не продолжать эту мысль. Милорд протянул руку: – Записи. – Их нет, сэр, я предпочел не оставлять…э… следов. – Хорошо, полковник, я в вас не ошибся. Выполняйте свои обязанности. Иренек хотел что-то ответить, но только молча отсалютовал. ----------------------------------- Вернувшись в свой кабинет, я ослабил, наконец, тугой воротничок кителя. В кабинете вроде бы работали кондиционеры, но все равно было очень душно. Наклонившись к панели управления, я застучал по клавишам, включая нужные мне камеры. Еще оставалась надежда, что все сообщенное мне полковником – результат какой-то чудовищной ошибки, просто стечение обстоятельств, просто…. Но я прекрасно понимал, что ошибки быть не может. Едва я успел переключить на себя следящую аппаратуру, как мальчишка вышел из своей каюты, и направился… куда он направился? Я постарался успокоить волнение, а заодно и бушующую вокруг меня Силу, сейчас это только мешало. Люк направился в госпиталь. Зачем? Что ему там… Я с удивлением наблюдал, как мой сын зашел в медцентр, а там – в кабинет главврача. На минуту во мне вспыхнула радость от сознания ошибки. Я ошибся, и полковник ошибся, и… я едва не пропустил легкую рябь в Силе. Мальчишка пользовался ею не совсем умело, конечно, но... Это могло быть что угодно, но скорее всего, это был майнд-трик! Чувство облегчения разом слетело с меня, и на смену пришли отчаяние и гнев. Я впился глазами в экран, на который была переключена соответствующая камера. Дальше последовал склад медикаментов, из которого Люк вышел, что-то пряча в свой рюкзак. "Для своих друзей старается", – понял я и, не сдержавшись, саданул кулаком по столу. «Что же ты делаешь со мной, сын?!» Я снова посмотрел на экран. Люк шел по коридору, и я чувствовал, как он подсознательно собирает Силу вокруг себя, словно готовясь к удару. Пусть и необученный, он был реальной угрозой кораблю и экипажу. Если он доберется до оружия… Его надо остановить. Немедленно. Во - чтобы то ни стало. Иначе будет поздно. Я вышел из кабинета и пошел навстречу. Мы уже находились в одном секторе, когда подал голос мой комлинк. Поначалу, я не обратил на это внимания. Но комлинк все звонил и звонил, и машинально, не останавливаясь, я потянулся, достал аппарат и пораженно остановился, разглядывая экран, на котором нетерпеливо мигало слово «Сын». И тут до меня дошло, что Люк уже никуда не спешит, а стоит совсем недалеко от меня, почти в соседнем коридоре, но уровнем ниже. Тогда я нажал, наконец, "прием". --------------------------------------------- Люк ждал меня в каюте. Он поднялся навстречу с дивана, на котором сидел, и какое-то время мы молча разглядывали друг друга. – Ты все знаешь, да? – наконец тихо спросил он. – СБ перехватила вызов с планетарника. ¬ – Я, не отрываясь смотрел на своего ребенка. – Зачем тебе медикаменты? – Ведж ранен. Ребята сказали… – У тебя есть связь с повстанцами?! – Нет. С повстанцами – нет. Мне позвонили мои друзья, – упирая на последнее слово, ответил мальчишка. – Это одно и то же, - отрезал я. Вот все и выяснилось. Впервые за многие годы я был растерян. Я не знал, как поступить и, как всегда, когда в чем-то сомневался, во мне поднималось раздражение, перерастающее в гнев. Ребята, значит, попросили… Этот сброд за все мне ответит! – Могу я узнать, что нарушило твои планы? – тихо спросил я. Сын, до этого пристально наблюдавший за мной, вдруг смутился и отвел глаза: – Какая тебе разница? Передумал… И тут я сорвался. Все мое самообладание рухнуло в Космос! – Передумал убегать? Передумал красть лекарства? Передумал быть повстанцем?! Объясни, что ты передумал?! Ты едва не взорвал мой корабль! Мои подчиненные могли пострадать от руки моего сына, которому я! Я! поверил! – резко оборвав сам себя, я постарался взять себя в руки. Это удалось, хоть и не сразу, и я продолжал уже тише, - Ты и сам мог погибнуть. С флагмана не убегают. – Сын протестующее вскинул голову, но промолчал. Опустил голову и отвернулся. А я вдруг почувствовал громадную усталость, словно что-то тяжелое легло на плечи, – Я не знаю, как верить тебе дальше…сын. В каюте наступила тишина. – Ну и не верь… – раздался, наконец, его голос. – Ты мне и так никогда не верил до конца, так что теперь... Да какая разница! Просто… отпусти меня или посади в тюремный блок. Импом я все равно не стану. Против своих воевать не буду. – Вот как. Что ж ты тогда прилетел к… импу? – Я прилетел к своему отцу, а не к импу, когда он был в беде, и мои друзья помогли мне тогда, а сейчас… им нужна моя помощь! – А то, что ради этой помощи ты должен предать теперь своего отца, это ничего?! – Ну почему – предать?! Разве передать медикаменты… – начал Люк и замолчал. – Я не обещал, что перейду на сторону Империи, – наконец закончил он. – Я не обещал, что приму присягу. – Да? Ты думал, что можно вот так просто прилететь на имперский корабль и остаться сторонником Альянса? – Я думал, что лечу к своему отцу! И мне было наплевать, на чьей он стороне! Впрочем, теперь это неважно… – Да, – тихо подтвердил я. – Теперь это уже неважно, Люк. Мне придется тебя арестовать. Ради безопасности – твоей и… экипажа. – Сын усмехнулся и кивнул головой, словно соглашаясь с чем-то. – Выбирай: либо ты даешь слово не делать попыток к побегу и остаешься в каюте под замком, либо… камера. До окончания блокады. Люк прикусил губу, словно, раздумывая. – А ты поверишь, если я пообещаю? – Сила подскажет. – Сила… – Люк резко развернулся в мою сторону. – Ты всегда веришь только Силе, да? А сам ты определить, лгу я или нет, не способен?! Ты вообще что-нибудь без Силы понять можешь?! Или почувствовать?! Пока в мозги не залезешь своей Силой, не поверишь, да?! Ну, что ж ты?! – Сын уже кричал не сдерживаясь. – Я не убегу. Обещаю. Ну, давай! Давай! Проверяй! – Истерик только не надо, выпей воды и успокойся. – Я постарался, чтобы мой голос звучал сейчас как можно нейтральнее. – Но первая же попытка вскрыть замок – и ты в тюремном блоке. Не дожидаясь ответной реплики, я вышел за дверь, не забыв, впрочем, прихватить по пути злосчастный рюкзак: его содержимое надо было сдать обратно на склад. Впрочем, под действием эмоций я забыл об этом и вспомнил, только когда уже почти дошел до своего кабинета рядом с Мостом. «Позже занесу», – решил я. Чувствовал я себя ужасно. ------------------------------------ Оставшись один, Люк какое-то время еще стоял посередине каюты, а потом бросился на диван и сжал руками голову, но тут же вскочил и начал ходить взад-вперед. – Зачем я ему позвонил?! Зачем я ему только позвонил?! На этот вопрос Люк не мог себе ответить. Он просто чувствовал, что поговорить с отцом необходимо. Что это очень важно для него. И еще он понимал, что не сможет вот так просто взять и напасть на людей отца. Ну а отец… Что ж. Дарт Вейдер. Он вполне предсказуем. Хорошо хоть в камеру не упрятал. У Люка было желание гордо отказаться от обещания и пойти в тюремный блок, но в последний момент он заметил в глазах отца… нет… не в глазах. Просто не смог так поступить с ним, вот и сдался. Глупость, конечно. --------------------------------- После одного опубликованного в периодике голофото, где я стою на фоне панорамных иллюминаторов капитанской рубки, в Галактике почему-то все решили, что главнокомандующий флотом Империи проводит все свое время, за исключением часов, когда спит и ест, глазея в эти самые иллюминаторы. Во всяком случае, во всех пропагандистких фильмах я изображаюсь только так. В доспехах, разумеется. На самом деле, я обычно нахожусь в небольшом рабочем кабинете рядом с мостиком, где провожу небольшие совещания или работаю. Однако сейчас, после разговора с сыном, я не мог найти себе места и, пометавшись по кабинету, все-таки вышел в рубку и уставился в иллюминаторы, ощущая в Силе сплав настроений экипажа. Обычно это отвлекало и как-то настраивало на рабочий лад. Но не сейчас. Я впервые не знал, как поступить и что делать с сыном. А что-то делать было надо. Так просто его оставлять на корабле нельзя. Нельзя… Это опасно и для него, и для корабля. Походив по мостику и рассеянно кивнув на доклад старшего вахтенного, я вернулся в кабинет. Решение я так и не принял, мне надо было еще раз поговорить с Люком. Спокойно. И тогда Сила подскажет, или сам пойму как поступить. ------------------------------------- Когда дверь в каюту открылась, и вошел Лорд Вейдер, Люк только коротко взглянул на него и опять уставился в иллюминатор. «Передумал, наверное, - подумал он, - решил все-таки в тюрьму». По спине пробежал неприятный холодок. Отец прошел через каюту и встал у него за плечом. Люк буквально чувствовал кожей растущее напряжение между ними. Казалось, даже воздух наэлектризовался. Наконец лорд Вейдер заговорил: – Послушай… Люк обернулся. Отец стоял рядом и смотрел на него очень внимательно, словно оценивая, сможет он понять сказанное или нет. – Тебе и правда нельзя к… вернуться в Альянс. Никто не вспомнит твои былые заслуги, если узнают, чей ты сын. Сразу начнут использовать против меня. Люк и сам об этом думал много раз, поэтому сейчас он просто кивнул, соглашаясь: – Да я понимаю… К ребятам мне путь заказан. Но и стрелять в своих друзей… – В его голосе звучало почти отчаяние, - Я запутался совсем. Я бы вообще куда-нибудь на мирные планеты улетел, Корускант бы посмотрел. Хватит с меня этой войны. – Люк вздохнул. – Да что об этом! – Пошли. – Думаешь, тюрьма надежнее? – Люк исподлобья взглянул на отца и увидел, как на мгновенье его глаза потеплели. Лорд Вейдер едва заметно качнул головой: – Если б все можно было решить так просто, сын. Идем. Не в тюрьму. Люк хотел спросить «куда?», но промолчал. Шли они довольно долго: сначала – по этому же уровню, затем перешли на другой. Скайуокер старательно отгонял от себя робкий проблеск надежды. Наконец они вошли в небольшой ангар. Там стоял потрепанный, видавший виды маленький шаттл. На пассажирском сиденье валялся знакомый рюкзак. Люк потрясенно уставился на отца. – Слушай внимательно, сын. – Лорд Вейдер уже смотрел ему прямо в глаза. – Встречу назначишь на том же планетарнике, откуда с тобой связывались. Он на нашей территории и можно проконтролировать. Они уйдут. Так и быть. Ради тебя – один единственный раз пощажу. Передашь и … . Отец замолчал, глядя на сына, и тот все понял. – Я уйду… улечу на какую-нибудь планету. Может… в центральные миры. И поживу там. Пойму, как это – ни за кого не сражаться: ни за импов, ни за Альянс. Отец медленно кивнул, словно все еще не решил для себя окончательно. – Так будет лучше, – наконец, сказал он, и Люк постарался подавить вспыхнувшее разочарование. Да, он хотел улететь, но когда отец вот так просто отпустил его… и тут же постарался отогнать это чувство. – Ты прав, – тихо сказал он, не поднимая глаз. – Так будет лучше. Ну… я пойду? И, так как ответа не последовало, он шагнул к шаттлу. В последний момент Лорд Вейдер остановил его, крепко схватив за предплечье: – Иди…и береги себя. Они на мгновенье замерли, глядя в глаза друг другу. – Ты тоже береги себя, ладно? Люк все-таки дождался ответного кивка отца и только после этого шагнул в кабину. ---------------------------------------- Никогда еще Корран Хорн не чувствовал себя так паршиво, как сейчас. О чем он думал, когда связывался с Люком? Не о чем, а о ком. О Ведже. А о Люке как-то упустилось… Парень не выходил на связь уже более суток. Наверное, уже и не выйдет. И виноват в этом он, Корран. Забыл, что такое «Лорд Вейдер». А даже если бы все удалось, Люк всегда так мечтал о семье, и вот… – Да не вини ты себя так, Хорн! – не выдержал Вез и, вскочив, торопливо заходил из угла в угол по тесной каютке. Двигался он, несмотря на полноту, на удивление легко и быстро. – Еще ничего неизвестно, а ты себя уже съел всего. Это же Люк! Выкручивался из таких ситуаций, что и… А! – Дженсон вдруг махнул рукой и плюхнулся на койку. В каюте снова воцарилось гнетущее молчание, так как Хорн никак не отреагировал на реплику друга. – Пошли, перекусим что ли чего… – проговорил Вез через некоторое время, – а то мне, когда нервничаю, всегда жрать охота. Хорн есть не хотел. Ему наоборот кусок в горло не лез, но сидеть здесь, в этой тишине, ожидая непонятно чего, было еще хуже. – Пошли, что ли… – равнодушно бросил он, поднимаясь. В столовой было почти пусто, только на противоположном конце зала обедали-ужинали за несколькими сдвинутыми столами представители вечного соперника эскадрильи «Красных» – пилоты «Золотой». Завидев входящих «Проныр», один из «Золотых», Бен Дженсон – однофамилец Веза, признанный задира эскадрильи, поднялся из-за стола им навстречу. – А, «Разбойная эскадрилья»! – весело завопил он. – Что-то вы все бродите, а в Космосе результатов не видать?! За вас другие сражаются?! Хорн и Вез, игнорируя приветствие, обошли его с двух сторон и направились к стойке раздачи. «Золотой» не смутился и, развернувшись вслед, глумливо продолжал: – Без Великой Силы и крылышки не решаетесь потрепать, а? Без Силы-то, Великой?! Пусть другие погибают, да?! Хорн не выдержал и развернулся, сжимая кулаки: «Сейчас я ему врежу», - подумал он, но тут Вез сзади схватил его за плечи: – Кор, не связывайся с убогими, вымажешься еще! – Кто тут убогий – это еще выяснить надо! А и пусть убогий! Убогие-то с импами сражаются и умирают, а вы у нас такие не убогие! Такие все правильные! Пусть за вас другие сражаются, неправильные! – тут же подхватил Бен, по-петушиному наступая на друзей. – Бен, давай прекращай. – Сзади к товарищу подошел один из «Золотых» и, обхватив того за плечи, стал подталкивать обратно к столу. К ним присоединились еще двое, пилот сопротивлялся и все норовил вернуться и продолжить беседу: – Не мешайте! Я им сейчас все скажу… – Не обращайте на него внимания, – тихо сказал первый «Золотой». – У него сегодня ведомого сбили в свободном поиске, вот он и наскакивает на всех. – Бывает, – кивнул Хорн и посмотрел на Веза. – Ты еще хочешь есть? Вез хотел что-то ответить, но тут подал сигнал комлинк. По мелодии было ясно – звонит Люк. Хорн с Везом переглянулись и, как по команде развернувшись, почти бегом направились к выходу. -------------------------------------- Люк равнодушно смотрел на приближающийся стыковочной порт. Он встретится с друзьями, передаст лекарства, и все… Что «все» он пока еще не знал, но что он знал точно – прежней жизни не будет. Ему надо учиться жить самому, без отца, без друзей. – Люк! Как ты?! – Кор и Вез кинулись к нему, едва он вышел из шлюза. Люк попытался улыбнуться и с удивлением понял, что не рад встрече. Впервые в жизни. Хотелось только поскорее с этим всем закончить и куда-нибудь улететь. Подальше. – Вот, ребята. Я достал, все по списку. – Он протянул упаковку Хорну. Хорн принял медикаменты и внимательно посмотрел на Люка. – Как все прошло? Люк пожал плечами: – Никак. Отец узнал, и… в общем он отпустил меня. Прогнал скорее… Как-то так… – Так это же замечательно! – обрадовался Вез, совершенно лишенный душевной чуткости. – Значит, опять вместе! Хорн тоже хотел что-то сказать, но промолчал. Люк покачал головой: – Нет, ребята. Как прежде не получится. Эта война не моя. Так что без меня… Ведж пусть выздоравливает. – Он развернулся, чтобы уйти. – Люк, постой, – Хорн хлопнул его по плечу. – Прости нас, если можешь. Люк покачал головой, стараясь не смотреть на друзей, чтобы они не видели, как ему плохо сейчас. – Да ничего. Вы не могли поступить иначе, и я не мог. Хоть Ведж выживет. Ты мне брось на комлинк, как он. Ну, бывайте. – Он шутливо стукнул кулаком Хорна и Веза в плечо. – Отец обещал вас не трогать, так что…но лучше уходите, пока он не передумал. – Люк, ты это… – Вез выглядел как побитая собачонка, – не забывай нас, ладно? Если что, мы всегда рядом… ну, не умею я говорить, чего уж… Люк вдруг подался вперед и порывисто обнял друзей. – Ребята, не берите в голову, со мной все будет хорошо! Просто хочу попробовать нормальной мирной жизни, как это на самом деле? Ага! ---------------------------- «Ну вот и все, – подумал Люк, когда его шаттл ушел в гиперпространство, –посмотрим, что такое эта мирная жизнь».