Who holds the devil

Тебя не звал я, сам ты это знаешь; Ты сам попался в сеть, не правда ли, скажи? Кто чёрта держит, тот его держи: Не скоро ведь опять его поймаешь. (с) Иоганн Вольфганг Гете "Фауст"

Доски тихо поскрипывали под его шагами, отдаваясь знакомым звуком среди темноты крыльца. Он облокотился на деревянные поручни, слегка сдавливая неровные брусья пальцами в черных перчатках. Изо рта вырывался пар, пока глаза привыкали к темноте, а в нос просился так быстро выветрившийся из памяти запах леса и холодного озера, скрытого за деревьями. Обычный орегонский пейзаж, окружавший его около двух лет. Массивная деревянная дверь бесшумно впустила в дом, он помнил как чинил её и скрипов быть не должно. В прихожей, которая переходила в гостиную, горела только одна лампа — на столике у входа, рядом с книжными полками. Молли часто забывала погасить все бра, или оставляла, когда ждала его допоздна. Но сегодня Уилла Грэма не ждали. Он быстрым движением выключил единственный источник света в доме, по памяти поднимаясь по лестнице на второй этаж. Три ступеньки, затем налево, вверх и мимо комнаты Уолтера в конец коридора. Всё тот же полукруглый коврик, полосатое одеяло. Уилл задержался на пороге, рассматривая комнату и женщину в кровати. Грэм сделал пару шагов вперед, отметая мысль сесть на кровать или коснуться Молли. Ведь тогда она может проснуться. Поэтому он сначала достал короткий складной нож, а только потом коленом встал на постель, чтобы удобнее дотянуться до сонной артерии. Кровь брызнула на стену и ему в лицо, заставив инстинктивно заморгать. Как он и думал — она не закричала, только вцепилась в его руки, ошалелым взглядом глядя в лицо мужа. Пытаясь что-то сказать, Молли сипела, захлебываясь кровью, пока руки Уилла удерживали её на месте. - Я же говорил, что не буду прежним, если уеду, - тихо сказал Грэм, указательным пальцем в перчатке очертив щеку женщины. - Ты сказала, что останешься такой же, как и была. Но это не так. Я изменил тебя сейчас. Глаза женщины закатились и она перестала биться в предсмертных судорогах. Грэм медленно прошел в ванную в поисках зеркала, одним резким ударом разбивая его. Несколько осколков упали в умывальник, в основном стекло осталось приклеенным к шкафчику, только пошло трещинами. - Ты хотел посмотреть, как я убиваю её? - спросил он у отражения Ганнибала, которое отчетливо виднелось в треснутом зеркале. - Увидеть, как это изменило тебя, - услышал Грэм, выбирая три крупных осколка из раковины. Уилл вернулся в спальню, рывком сбрасывая уже пропитавшееся кровью покрывало. Переместив Молли на край кровати, он аккуратно уложил осколки на глаза и в приоткрытый рот женщины. В кусках зеркала он видел не только собственное отражение, но и мужчины позади. Грэм повернулся и посмотрел в глаза стоящего рядом Ганнибала. - Фрэнсис нуждался в семье, чтобы убежать от самого себя, - сказал Лектер. - У тебя нет такой необходимости. Больше нет, Уилл. - Моё Становление закончилось на обрыве, - ответил Грэм. Лектер улыбнулся и провел пальцами по каплям крови, застывающим на лице мужчины. Уилл закрыл глаза и глубоко вздохнул, подаваясь навстречу прикосновению. Когда он снова посмотрел на Ганнибала, тот слизывал кровь со своего пальца. Это было слишком. Их совместное убийство Дракона, понимание пришедшее вслед за этим. И само падение. И то, что произошло с Уиллом тогда. Что именно он увидел в глазах Ганнибала и это была не эмпатия, он не зеркалил чужие чувства. А слишком долго отрицал свои. Они стояли так же близко друг к другу, как и на обрыве, сейчас снова коснуться плеча Лектера было легко, перейти на затылок, как касался его сам Ганнибал когда-то. А потом с силой притянуть к себе, удержать, если бы он захотел отшатнуться. Но этого не произошло. Лектер только сильнее вжался в него, размазывая кровь по лицу Грэма пальцами, касаясь шрама на скуле, раскрывая его губы языком. Уилл резко сел в кровати, чуть не свалившись на пол. Мокрая футболка и волосы, как и липкий страх от кошмара, были слишком хорошо знакомы. Спустив ноги на пол, Грэм спрятал лицо в ладонях, пытаясь выровнять дыхание. Левой рукой ощупав затягивающийся рубец на скуле, он посмотрел на свои пальцы. Так странно было не видеть обручальное кольцо. Мужчина встал с кровати и всё ещё дрожа, прошел в душ, который находился за узкой дверью гостиничного номера. Под холодными струями воды он вспоминал, как приехал в Орегон пару дней назад, чтобы забрать вещи и подписать бумаги. Они с Молли всё решили ещё тогда, когда он был в больнице. Вернее Уилл сам поставил жену перед фактом. Он не мог рассказать ей всего, пусть лучше думает, что пост-травматический стресс тому виной. Она сама как-то сказала, что у него разум преступника. Это было сказано в шутку, о его детской проделке с мелким воровством. Но теперь Молли начинала сомневаться безопасно ли растить сына с таким человеком, как Уилл Грэм. Когда-то Алана считала его нестабильным, сейчас Молли была не уверена опасен ли он. А судя по его снам, они обе не ошибались. Из Орегона до Балтимора 38 часов езды. Уилл знал это, потому что не спал всё это время. Он не останавливался кроме как заправиться и перекусить в придорожных ресторанчиках. Грэм понимал, что не может появиться в таком виде перед Аланой и просить о чем-то. Нужно было прийти в себя, хотя бы попытаться выспаться. Уилл провалялся на жесткой кровати дешевого отельного номера весь день без сна и только к вечеру его сморило. На часах было 3 ночи и Грэм не знал сможет ли уснуть после такого кошмара. И убийство, уже бывшей, жены не было тем, что напугало его в этом сне. Уилл лежал в кровати, прокручивая в памяти их с Ганнибалом диалоги, когда приходил за помощью по делу Долархайда. Как Лектер назвал его семьёй. Грэм вспоминал, какие сомнения высказывал Ганнибал на счет его возвращения к прошлой спокойной жизни. Как ненавидел его за попытку убить Молли и Уолтера руками Дракона. Хотя больше всего тогда он ненавидел себя. За то, что он не испытал ничего, увидев жену на больничной кровати. Уже тогда он начал меняться. Уилл закрыл рот рукой, пытаясь забыть сон, который казался слишком реальным. Не события в нём, а желание. Жажда крови и Ганнибала. Мужчина глухо застонал и перевернулся на бок, принуждая себя уснуть ещё хотя бы на пару часов. А когда не получилось, Уилл потянулся к початой бутылке виски, которая стояла на тумбочке у кровати. Совсем немного, только чтобы расслабиться, затуманить сознание. Завтра он будет спокоен и сдержан. Завтра он поедет к Алане и добьется встречи с Ганнибалом. Разговор с главным врачом BSHCI закончился слишком быстро и не так, как Уилл рассчитывал. Алана не была удивлена просьбе, она была слишком хорошим психоаналитиком, чтобы не предвидеть его появление. Но во встрече было отказано. Грэм молча вышел из её кабинета, опасаясь панической атаки или же вспышки ярости. Мужчина вернулся в номер и прикончил литровую бутылку виски. Этой ночью ему ничего не снилось и несмотря на ужасное похмелье с утра, Уилл с горечью отметил, что нашел лекарство от доктора Лектера. После обеда позвонила Алана и, к его недоверчивому удивлению, попросила приехать для важного разговора. Её тон был гораздо мягче, чем вчера и Уилл судорожно размышлял, что же изменилось. Ему даже показалось, что по какой-то причине они прячут Ганнибала от него. Возможно тому стало хуже, рана воспалилась или что-то в этом роде. Вчера доктор Блум уверяла, что в лазарете нет возможности гарантировать его безопасность. А сегодня она вдруг появилась? На то, чтобы установить камеры или дополнительные меры предосторожности в виде наручников или ремней больше дня и не нужно. - У Ганнибала огнестрельное ранение в живот, ничего он мне не сделает, - презрительно скривил губы Уилл. Черное кожаное кресло оттеняло красный костюм главврача BSHCI, создавая образ властной женщины. - Уилл, присядь, пожалуйста, - во второй раз попросила доктор Блум. - Мне нужно рассказать тебе кое-что. Я сама узнала только утром. Вместо этого Грэм наклонился к ней, упираясь в стол костяшками пальцев. Алана избегала его взгляда, этого с ней обычно не случалось. Уилл почувствовал как женщина медлит, будто боится, до сих пор считая нестабильным и пытаясь предугадать реакцию на свои слова. - Ладно, расскажешь, что хотела после, - раздраженный её молчанием, Грэм подошел к двери и взялся за круглую золотую ручку. - Уилл, - окликнула его Алана. Мужчина слушал её, не отрывая взгляд от черной лакированной двери. Она говорила поспешно и много, но после первой основной фразы, Грэм будто отключился. Уши заложило и он всматривался в боковые золотые полоски на двери на уровне глаз, пытаясь сосредоточиться. - Я понял, - выдавил он из себя и вышел из кабинета. Теперь встреча с Ганнибалом уже не казалась столь нужной сегодня. От Аланы можно скрыть реакцию, но Лектер прочитает его в первое же мгновение, как увидит. Мужчина сжал кулаки, чтобы унять дрожь в ладонях. Охранник, безмолвно ожидающий в холле, повел его в больничное крыло BSHCI. Когда перед Уиллом открыли дверь в палату, он снова засомневался, но всё же сделал шаг внутрь. Грэм надеялся, что пациент спит под действием обезболивающих, но глаза Ганнибала были открыты и сфокусированы на нём. Пару минут они просто молчали, рассматривая друг друга. На груди Лектера закреплены 3 широких ремня, не позволяющие даже на сантиметр приподняться над кроватью. На запястьях были пластиковые стяжки, не хуже наручников фиксирующие руки к поручням больничной койки. Рана на животе скрыта несколькими слоями бинтов. Грэм невольно вспомнил как сам восстанавливался после ранения в живот и сколько это заняло времени. - Выглядишь ужасно, - вдруг сказал Ганнибал. - Твоя жена плохо заботится о тебе. Уилл прокашлялся и тихо ответил: - У меня уже нет жены. Лектер повернул голову на подушке. - Почему? - Ты знаешь почему, - с плохо скрытым раздражением ответил Грэм. Ганнибал проследил взглядом, как мужчина подошел к окну, избегая смотреть на него. - Я знаю, а ты? - спросил Лектер. Уилл резко обернулся. Вблизи Ганнибал выглядел совершенно ослабленным и больным. Лектер втянул носом воздух и чуть заметно поморщился. Грэм почему-то покраснел, понимая, что тот учуял запах дешевого виски, несмотря на утренний душ и пару чашек кофе. - Плохо спишь? - снова задал вопрос Ганнибал. Уилл неопределённо повел плечами, опускаясь на стул рядом с кроватью. - Я есть в твоих снах? - он впился внимательным взглядом в мужчину. - В кошмарах, - криво усмехнулся Грэм. - В них я убиваю тебя или ты меня? - заинтересованно уточнил Лектер. - Ни то, ни другое, - Уилл отвернулся. Они помолчали некоторое время. - Прошлое выжидает в тени, как зарождающееся безумие, - едва слышно проговорил Грэм. Ганнибал чуть улыбнулся, довольный тем, что Уилл помнит строчку из его письма, хоть и сжег его. - Я предупреждал, - сказал Лектер. - Тебе не стоило входить в ту дверь, которую открыл Джек. - Реверсивная психология - довольно примитивный прием, доктор Лектер, - отозвался Грэм. - Ты хотел, чтобы я взялся за дело Дракона. - Ты открыл эту дверь, не зная сможешь ли контролировать то, что в неё войдет, - он бросил внимательный взгляд на Уилла и облизал губы. - Или выйдет. Грэм потянулся к столику за стаканом воды с трубочкой. - Как рана? - он поднес стакан к лицу Лектера, пытаясь пальцем переместить трубочку поближе к губам мужчины, так как тот не мог сесть в кровати, чтобы попить самостоятельно. Едва заметно он задел пальцем подборок Ганнибала с седоватой и потому не явной щетиной. - Насколько плохо Фрэнсис стрелял не в упор мы уже знали, не так ли, - проговорил Лектер, прихватывая зубами трубочку. Грэм зло прищурился от упоминания о ранении Молли и едва не отнял воду. - Можем поговорить о твоих снах в следующий раз, - Ганнибал сделал последний глоток и откинулся на подушку. - Почему ты уверен, что я приду снова? - Уилл потянулся, чтобы поставить стакан обратно, опираясь левой рукой на колено, прижатое к кровати. Ганнибал глубоко вздохнул. - Потому что у нас мало времени, - сказал он. Грэм кивнул. - Я говорил с Аланой. - Есть в действии правосудия некая ирония, тебе не кажется, Уилл? - Лектер с улыбкой посмотрел ему в глаза. - Я должен достаточно выздороветь, чтобы мне могли вколоть смертельную инъекцию. - Таковы правила, - выдавил Грэм. Ганнибал снова повернулся к нему. - Ты хочешь поговорить об этом? Уилл помотал головой. Они снова замолчали, но Грэм чувствовал, что Лектер хочет что-то сказать. Он не стал медлить, как Алана, чтобы пощадить его чувства. - Я хочу, чтобы ты был там, - тихо сказал он. Уилл замер, шокировано глядя на Ганнибала. - За непрозрачным с моей стороны стеклом я не буду никого видеть, но хочу знать, что ты присутствуешь на моей казни. Голос Лектера звучал невозмутимо, а Грэм молчал, потому что не был уверен, что его тон не предаст. Вместо ответа, пальцы левой руки, которая лежала на колене, дрогнули, находясь в паре сантиметров от кровати. До ладони Ганнибала было небольшое расстояние. Едва слышно зашуршала простынь от прикосновения, рука Грэма медленно продвинулась вперед. Внезапно Лектер перевел взгляд куда-то позади Уилла, а потом сразу на него и едва заметно отрицательно качнул головой. Как он мог забыть о камере? Грэм поспешно убрал руку, так и не коснувшись Ганнибала. - Я не, - начал мужчина, скрестив руки на груди. - Ты нужен мне, Уилл. - Лектер чуть наклонил подбородок. - Пожалуйста. То, что Ганнибал повторял его собственные слова, сказанные тем самым днем, перед побегом, должно было разозлить Грэма. Но он чувствовал только пульсирующую боль в затылке и как горели шрамы, все одновременно. Уилл поднялся со стула и молча вышел из палаты. Направившись сразу к выходу, он проигнорировал просьбу Аланы, которую та передала через охранника. Грэм не собирался возвращаться к ней в кабинет, чтобы обсуждать подробности разговора с Ганнибалом. Она может смотреть запись со своих камер наблюдения сколько захочет раз подряд, пусть анализирует, ему плевать. Единственное, что заботило сейчас — это смена приговора Лектера с пожизненного на смертный. И на это он тоже повлиять никак не мог. Новая бутылка виски появилась у кровати, теперь Уилл даже не потрудился взять стакан. Он не помнил когда ел в последний раз и поэтому действие алкоголя оказалось предсказуемо. Кашляя, склонившись над умывальником, Грэм пытался унять спазмы, сжимающие желудок. Организм старался избавиться от отравляющего его вещества. Может и смерть Ганнибала — это ни что иное, как прекращение пагубного воздействия на разум Уилла. Мужчина снова плеснул холодную воду в лицо. Подняв взгляд на зеркало над умывальником, Грэм тяжело вздохнул. Глаза были красные и воспаленные, но только потому, что его тошнило. Не иначе. Уилл сжал пальцами края раковины и сдавленно закричал. Что-то среднее между стоном и всхлипом. Он не знал на когда назначена казнь Ганнибала, но был уверен, что Алана свяжется с ним, когда настанет время. Грэм не собирался выполнять просьбу Лектера, он не будет просто стоять и смотреть как тому вкалывают смесь из мидазолама и гидроморфона. Хотя Уилл ни разу не присутствовал при этом, но знал что следует за уколом. Это не так безболезненно, как власти хотят всех убедить. И как эмпат, он боялся, что не сможет не зеркалить то, что будет чувствовать Ганнибал в минуту смерти. Грэм помотал головой, пытаясь отогнать образ Лектера, бьющегося в конвульсиях с катетером в вене. Уилл, сам не осознавая, что делает, ударил кулаком в зеркало, которое тут же осыпалось на пол и в раковину мелкими осколками, порезав ладонь мужчины. Грэм обессилено опустился на пол, опираясь спиной о дверцу душевой кабины и равнодушно рассматривая кровь на руке. Всего пару капель обычной красной крови. Не так много, как тогда, когда она казалась черной в лунном свете. А как только кровь смыли воды Атлантики, осталась лишь боль. Ослепляющая и резкая. Повергающая в шок и не позволяя дышать. Он помнил, как очнулся в машине скорой помощи, а потом снова — уже в больнице. Рано утром позвонила Алана. Это как звонок, которого и ждешь, и боишься. Как тот самый звонок из больницы, где у тебя смертельно больной родственник. Как звонок из детства, когда видишь, что мама плачет с телефонной трубкой и закрывает перед тобой дверь. Уилл медлил несколько мгновений, казавшихся вечностью, а потом ответил. - Ты ещё в Балтиморе? - вместо приветствия спросила доктор Блум. - Да, в отеле, - хрипло ответил Уилл. Горло до сих пор болело с ночи. - Если хочешь, - женщина помолчала. - Приезжай сегодня. Завтра его увезут. Грэм резко встал на ноги, а потом сел обратно на кровать. Он не говорил ни слова, сжимая телефон пальцами. - Так тебе, - Алана прокашлялась. - Пропуск выписывать? - Я приеду, - твердо сказал Грэм и нажал на кнопку окончания разговора. - Пришел попрощаться, - скорее утвердительно, чем вопросительно проговорил Ганнибал, приветственная улыбка коснулась его губ. Уилл резко опустился на стул, лишь мельком посмотрев на Лектера. - Почему ты остался до приезда скорой? - глухим голосом спросил Грэм. Ганнибал качнул головой, удивленный вопросу. - Я работал в приемной больницы и, по моему профессиональному мнению, оставлять человека, который то и дело перестает дышать - не лучшая идея. - Ты с пулевым ранением просто стоял надо мной на берегу и делал сердечно-легочную реанимацию, пока не приехали врачи? Лектер усмехнулся. - Уверяю тебя, ничего из этого не было простым. С вывихнутым правым плечом. Грэм помолчал, а потом пробормотал: - Ты не хотел, чтобы я умер так. Не от твоей руки. Он поднял голову, встречая взгляд Ганнибала. - Это уже не вариант. И мы оба это знаем, - ответил тот. Грэм не мог с уверенностью сказать, говорит ли Лектер о своей скорой смерти или о другой причине, по которой не смог бы убить его. - Прежде чем появился Фрэнсис, ты цитировал Евангелие от Иоанна 15. 13, - Уилл качнул головой в сторону камеры, не желая говорить вслух саму фразу «Нет любви сильнее, чем любовь человека, отдавшего жизнь за друга». - В свете сложившихся обстоятельств это больше не будет причинять неудобств, - едва слышно ответил Ганнибал. - Ты помнишь, когда-то я сказал, что оружие лишает интимности, - Грэм опустил взгляд на свои руки. - Ты больше не прячешься за ним, Уилл. Я видел тебя, - в тоне Лектера промелькнуло затаенное восхищение. Наверняка в этот момент он вспоминал окровавленного Грэма с ножом в руке на обрыве. - Я думаю это же касается и инъекции, - тихо сказал Грэм, поднимаясь со стула. Уилл стоял над кроватью Ганнибала, а тот выжидающе смотрел на мужчину снизу вверх. Грэм едва заметно передвинулся чуть вправо, вставая наперерез объективу камеры. А затем резко склонился над Лектером, из его рукава выскользнул небольшой складной нож. Ганнибал не отрывал взгляда от лица Уилла, пока тот тянулся к его сонной артерии, Лектер не двигался, давая полную власть мужчине над ним. Грэм быстро полоснул по ладони, прижимая окровавленную руку к шее Лектера, измазав того кровью. - 15 секунд, - прошептал он, незаметно пряча нож обратно, а затем вкладывая его в ладонь Ганнибала, прикрывая складками простыни. Мужчина отклонился ровно настолько, чтобы в камеру было заметно горло Ганнибала в крови. Он ошибся - охране хватило 10 секунд, чтобы оказаться в палате. Один из вооруженных мужчин отшвырнул Грэма на пол, второй склонился над Лектером, пытаясь остановить кровь из его якобы перерезанного горла. Уилл боролся с охранником, извиваясь под ним на полу больничной палаты. Наконец, ему удалось направить пистолет мужчины в область, не прикрытую бронежилетом и выстрелить. В тот же момент он увидел как Ганнибал срезал ремни и, откинув с себя труп второго охранника, встал с кровати. - Какой у тебя план? - приподнятым тоном спросил Лектер. - Убить их всех, спасти тебя, - отозвался Грэм, потому что никакого плана не было. Он просто не мог позволить Ганнибалу умереть. Лектер приблизился и провел по его щеке рукой, измазанной в крови охранника. - Замечательный мальчик, я восхищаюсь твоей смелостью, - грудным голосом произнес он. Уилл вздрогнул и отвел взгляд, помогая Ганнибалу надеть форму одного из охранников. Когда они вышли из палаты, Грэм устремился к выходу, сжимая в руке пистолет, который забрал у охраны. Краем глаза он заметил, как Лектер свернул в другой коридор. - Ганнибал! - в его голосе прозвучала отчаянная просьба. Грэм знал, куда тот направляется. - Я всегда держу свои обещания, - ледяным тоном ответил мужчина. Уилл бросился к нему, пытаясь не пустить в кабинет Аланы. - Мы должны уходить, немедленно! - Грэм притянул его к себе, как во сне, прошептав прямо в губы. - Прошу тебя. Напряженные мышцы Лектера на секунду расслабились и он коротко кивнул, следуя за Уиллом, прочь от кабинета главного врача. Видимо, Алана предугадала, каким будет желание Ганнибала, прежде чем тот покинет BSHCI. И не стала дожидаться в своем кабинете. Они столкнулись с женщиной на следующем повороте. Доктор Блум вскинула пистолет и прицелилась. - Алана! - предостерегающе воскликнул Уилл и поднял оружие дулом вверх. - Просто дай нам уйти. - Ещё одна сделка, доктор Блум? - Лектер опасно оскалился. - Твоя жизнь за нашу свободу. Ты не успеешь убить обоих. Алана сглотнула, переводя пистолет с одного мужчины на второго. - Если убьешь меня, Уилл тебя пристрелит. Не сомневайся, - продолжал Ганнибал. - А если его... Ты не хочешь знать, что я с тобой сделаю. Лектер оставался на месте, он был безоружным, но Алана не могла отвести глаз от его зубов, виднеющихся в полуулыбке, больше похожей на звериный оскал. Руки женщины дрогнули и она опустила пистолет. Уилл побежал к выходу, слыша позади шаги Ганнибала, который не отставал от него. Больше их никто не остановил. Либо же Алана не вызвала дополнительную охрану, соглашаясь на сделку, либо остальные служащие просто боялись вступать в схватку с Чесапикским потрошителем и агентом ФБР, который будучи заодно с Лектером, делал их тандем практически непобедимым. А группы захвата Джека Кроуфорда здесь не было. Спустя час они сменили машину — это единственное, что сделал Уилл — купил автомобиль за наличные, без регистрации на свое имя. И несколько «одноразовых» телефонов в бардачке. Грэм предполагал, что Беделия знала, о чем говорила, утверждая, что у Ганнибала есть связи и, так называемые, агенты по всему миру. Главное, что они теперь свободны, а о будущем позаботится Лектер. Ганнибал держал в руках мобильный, собираясь организовать их дальнейшие перемещения. Как вдруг повернулся к Уиллу, сидевшему за рулем. Они остановились на обочине, чтобы перевести дух, так как погони не было. - Я ценю твою непредсказуемость, дорогой Уилл. Но почему ты сначала хотел убить меня, а потом спас от смерти? - он нежно провел пальцем по шраму на скуле Грэма. - Если ты умрешь, то и я. А я этого больше не хочу, - просто ответил мужчина. - Я рад, что ты выбрал жизнь, - усмехнулся Ганнибал. - Я выбрал тебя, - прошептал Уилл, наклоняясь для поцелуя.