Это судьба

Разговор с Куроко не прошёл для Тацуи бесследно — парень не мог не думать о словах своего хорошего знакомого. Химуро всё время прокручивал в памяти каждую реплику голубоволосого, будто в голове стоял диктофон, который записал каждое слово и теперь без конца крутил то одну, то другую запись. Пожалуй, уважать невысокого несколько худощавого и внешне безразличного ко всему паренька Химуро начал ещё после рассказов Ацуши. Нет, о Кисе Рёте центровой ПЧ отзывался тоже с несколько большим снисхождением, чем о других бывших товарищах, но именно о Куроко Тецуе, который кроме пасов вроде ничего и не умел, Мурасакибара отзывался поразительно тепло и уважительно. А это уже заставляло задуматься и уважать этого человека. Да и вообще, как человек сообразительный, довольно проницательный и умеющий читать между строк, Химуро сразу заметил, что его новый друг многого недоговаривает, очень многого. Но, как человек ещё и воспитанный и толерантный, предпочёл оставить свои догадки при себе, а не лезть не в своё дело. Но ещё больше Тацуя удивился, когда увидел Куроко в живую. Стоящий напротив него и Ацуши в паре шагов от Тайги парень спокойно смотрел на будущих противников, на голову — а кто и ещё больше — выше его самого. Казалось, голубоволосый совершенно не чувствовал страха или хотя бы неловкости. И с такой же невозмутимостью осаждал всегда взбалмошного и слишком эмоционального Тайгу. Химуро готов был поклясться, что с таким же выражением лица дрессировщики кладут голову в пасть тигру или льву и потом остаются невредимыми. Да и воспылавший младший братец на роль голодного тигра более чем подходил. Победа Сейрин в матче против Ёсен вроде и была случайной, но у Тацуи было такое чувство, что он подсознательно ожидал именно этого итога. Да и Мурасакибара удивлённым ну никак не выглядел. Обиженным и расстроенным – да, но не удивлённым. А потом брюнет начал с интересом наблюдать за его игрой, болея за него, как и за названного брата. Эти двое были удивительным контрастом и, казалось, идеально дополняли друг друга, словно две половинки одного целого. Поэтому Тацуя так переживал на матче Сейрин-Ракузан. Поэтому отчаянно сжимал кулаки, когда Сейрин, казалось, потеряли всякую надежду. Поэтому так удивился, когда Куроко вышел на последнюю четверть в качестве капитана. Поэтому не отрываясь ловил (точнее, пытался) каждое движение Фантома, когда тот начал играть. Поэтому начал уважать и восхищаться этим незаметным сперва пареньком ещё больше. Увидев, во что превратилась лучшая команда Японии, Тацуя впал в глубокий шок. И эти люди выиграли Кубок? При этой мысли всё встало на свои места — выиграли не Сейрин. Сейрин сдались, поплыли по течению судьбы. Выиграл Куроко Тецуя. Именно он тащил Сейрин от победы к победе, поддерживая команду из тени. Именно он, простите за выражение, выпихнул Сейрин на пьедестал и сделал их чемпионами. И именно его теперь не было видно в составе баскетбольной команды старшей школы Сейрин. Он ушёл, даже не привлеча к себе внимания. Химуро стало обидно за этого паренька, преданного своим друзьям. И горько из-за того, что люди, которым он симпатизировал, так его разочаровали. И больше всех — именно Тайга. Нет, ну каким же глупым оказался младший братишка! Стыд да и только! Как вскоре после этого узнал Химуро, так же внезапно пропало и ещё несколько заметных баскетболистов из других школ. Акаши, Момои и Аомине были в замешательстве, наяривая бывшим сокомандникам. Мидорима даже в такой ситуации оставался спокойным, а потом… Просто пропал так же, как и все предыдущие. Тогда Момои наконец соизволила поделиться номером «своего незабвенного Тецу». Тацуя довольно долго составлял сообщение — не хотелось быть навязчивым, зато хотелось быть максимально честным. Говорят, как ты к людям, так и люди к тебе. Поэтому Химуро облёк свои мысли в наиболее подходящую форму и доверился судьбе — не зря же Мидорима так в неё верит, правда? И даже когда в ответ не пришло ничего, брюнет решил пойти в кафе. Терпение было вознаграждено — скоро раздался тихий знакомый голос. Куроко всё-таки пришёл. И выслушал. И даже дал совет и надежду. И Тацуя был бы рад помочь своему знакомому, да вот только Куроко в помощи не нуждался — нуждался в ней лишь сам Химуро. Голубоволосый, как ни странно, не оттолкнул. Лишь предупредил, что Тацуе бы пересмотреть свои жизненные приоритеты. И раздумывая над словами Куроко, брюнет открыл для себя много нового. Например, что он не мамочка Кагами Тайги и его дело — маленькое: присмотреть, чтоб не натворил чего-то ужасного. Он не обязан ходить за названным братом по пятам и кудахтать над ним. Как-то сразу вспомнилось, что в их возрасте уже пора с кем-то встречаться, а у самого Химуро никого нет. Да и вообще, надо больше уделять времени самому себе, а не раздумываниям о судьбе Тайги. И, что странно, Алекс полностью разделяла его мнение. «Мои ученики выросли. Теперь у них своя жизнь, а у меня — своя. Я не буду следить за вами — не маленькие, должны сами отвечать за свои поступки!» Познакомившись с баскетбольной командой старшей Сафуоку, Тацуя был весьма удивлён. Приятно удивлён. Новые товарищи были интересными людьми. И даже те, кого Химуро приблизительно знал, раз за разом показывали свои новые грани. Химуро был счастлив попасть в такую команду. Он, конечно, чувствовал, что изначальный состав будто отгородился от троих новеньких и тренера какой-то стеной, но взаимоотношения между товарищами были хорошими, поэтому Тацуя решил не лезть в души ребятам. Когда придёт время, они сами доверятся новеньким до конца. И тут Тацуя вспомнил свои размышления о романтических отношениях. Как говорится — накаркал. Хотел нежных чувств и романтики? Получите-распишитесь! Да вот только Химуро вроде не заказывал влюблённости в парня. Ну, сам виноват — сразу надо было уточнять. В общем, Химуро сейчас вздыхал по одному своему товарищу. Как молодой человек, проживший почти всю сознательную жизнь в США, Тацуя совершенно спокойно относился к людям с нетрадиционной ориентацией. Вот только это совершенно не означало, что однополые отношения — нормально для японцев. Не, на костре, конечно, не сожгут, но недовольно коситься могут. И тем более не факт, что ему ответят взаимностью. Точнее, Химуро уверен, что не ответят. Парень прекрасно понимает своё положение и поэтому молчит. Когда ты «на птичьих правах», сильно выбирать не приходится. Удивительно, но, скорее всего в силу спокойного и уравновешенного характера самого брюнета, чувства не были похожи на ураган или с чем там сравнивают любовь. Любовь Тацуи была спокойной, неторопливой, нежной. Неизбежной, глубокой и неотвратимой. Она постепенно, но основательно заняла своё место в жизни, сердце и разуме Химуро. Сначала её, вроде, и не замечаешь, а потом, когда заметишь, уже не убежать и не скрыться от неё. Как ни странно, но убегать от своих чувств Тацуя как-то и не собирался. Его и так всё устраивало — пока он может хранить всё это в секрете, никто и не заметит, так о чём волноваться? Химуро, конечно, опасался потерять новоприобретённых друзей, но понимал — если оставили, то не такие уж это и друзья. Настоящие друзья не бросят, что бы не произошло. Своими же чувствами парень, не побоюсь этого слова, наслаждался. Сладкие, как мёд, и тягучие, как патока, эти чувства просто затягивали парня в свой плен всё больше с каждым днём. Тацуе нравилось ловить каждое движение, каждое слово возлюбленного. Нравилось смотреть, как тот играет в баскетбол. Нравилось готовить его любимые булочки с персиковым вареньем — выпечка у Тацуи получалась отменная, что не преминули отметить новые друзья. Нравилось смотреть, как шевелятся бледные губы, произнося очередную фразу. Нравилось слушать его голос. Нравилось наблюдать, как умело пальцы контролируют баскетбольный мяч. Нравилось периодически пересекаться взглядом с любимыми глазами. Это всё было так мучительно и сладко, что быстро стало частью жизни брюнета. И, погружаясь всё глубже в свои чувства, сдаваясь в их власть раз за разом, Химуро молил только об одном — чтоб его любовь так и осталась тайной. Лишь его тайной…