По стопам смерти

      Новость о беременности Клэри быстро расползлась по Сумеречному миру. Ну, а как иначе, если в каждом из народов Теней у тебя есть хорошие друзья. За время отстраивания Института дружба между Сумеречными охотниками и представителями Нижнего мира стала только крепче. Мариза и Роберт были на седьмом небе от счастья, узнав, что скоро станут бабушкой и дедушкой. Пользуясь своими полномочиями, Мариза слишком часто вызывала Люка в Идрис, оттягивая его разговор с Алеком. Гэрроуэй, конечно, был рад счастью Клэри, но, как любой «отец», он беспокоился за свою «дочку» и, конечно же, он не был глуп, и понимал, почему Инквизитор его так часто вызывает. Эти визиты в Идрис свелись к тому, что Люк больше не хотел расчленить Алека, просто шею свернуть его вполне устраивало.       В Идрисе всё было спокойно. Конклав пересмотрел свои законы и стал более снисходительным к жителям Нижнего мира. Все были довольны и не было и намёка на новую вражду, разве что со стороны дивного народа, но они не скоро наберутся сил восстать против всего мира Теней.       В Нью-Йорке всё было так же, даже вампиры и оборотни перестали враждовать. Все строительные работы закончились за месяц, и пришла пора возвращаться в Институт. Как Магнусу не хотелось отпускать нефилимов, он не мог удержать их силой. Нет, мог, конечно, но от этого никому не станет лучше. Да и противозаконно как-то. Джослин всё ещё не приходила в себя, но были признаки в лучшую сторону. Подрагивание век и пальцев рук. Короткие, еле слышные стоны.       Алек морально готовился к разговору с тёщей. С Люком у него козырь в рукаве, так что жить будет. Изабель всё пыталась уговорить Клэри сыграть свадьбу как можно скорее, ведь животик скоро начнет проступать, но девушка была непреклонна: «Без мамы свадьбы не будет!» — отвечала она на все уговоры брюнетки. Изи пыталась подключить к уговорам и Алека, но тот понимал свою девушку, да и не хотелось подавать Джослин ещё один мотив для его убийства.       И вот день переезда в институт настал. Магнус с нескрываемой грустью наблюдал, как его друзья собираются в холле вместе со своими чемоданами.        — Вам же необязательно уходить, мои бисквитики! — сказал маг, стоя на лестничной площадке. Клэри улыбнулась и, подойдя к Бейну, обняла его.        — Ты же знаешь, что обязательно, — ответила она ему на ухо. Магнус глубоко вздохнул и крепче прижал её к себе.        — Хватит сопли разводить! Мы же не в другой город уезжаем, а просто возвращаемся в Институт, который пятью кварталами выше, — сказал Джейс, закатив глаза.       Все рассмеялись, и Клэри вернулась в объятия своего жениха.        — Надеюсь, я не опоздал? — спросил Люк, сложив руки по швам. Алек нервно сглотнул. Целый месяц ему удавалось избегать оборотня, и вот закончилось его везение.        — Нет. Ты как раз вовремя, — ответил Бейн. — Где Джослин, ты знаешь.       Люк посмотрел в глаза Алека и прошёл к красной комнате за старшей Фрэй.        — Чувак, мы с тобой! — сказал Саймон, тряхнув кулаком в воздухе.        — Если что, твоя комната — моя! — улыбнулась Иззи.        — Ну уж нет, всё по старшинству! Она будет моей! — возразил Джейс.        — Блондинка, закатай губу! — ответила брюнетка.        — Спасибо вам, ребят! Нет, честно! Большое вам спасибо! Вы мне так помогаете! — сказал Алек, бросая хмурые взгляды на них. Все замолчали.        — А можно мне тогда его лук? — спросил Себастьян. Все посмотрели на него, потом стены дома затряслись в диком хохоте.       Когда Люк с Джослин на руках вышел в холл, все вытирали выступающие от смеха слёзы.        — Ну что, Магнус! Открывай, — сказал он. Бейн ещё раз оглядел всех и, грустно вздохнув, открыл им портал прямиком в Институт.       Прежде чем пройти в портал Гэрроуэй кивнул магу головой в знак благодарности. Парни пожимали ему руку, а девушки целовали его в щеку.        — Пока, Магнус! — весело сказал Льюис.        — Вали уже, Салазар! — ответил маг.        — Я тоже буду по тебе скучать! — крикнул Саймон и исчез в портале.       Магнус оглядел свой дом. Он показался ему слишком пустым и тихим. По щелчку пальцев начала играть негромкая музыка, а в его руке появился стакан с виски.        — Хэй, Мэни! Ты чего раскис? — спросил Коул, приобняв Магнуса.        — Не знаю. Старость, наверное, — улыбнулся маг.        — Ты всегда можешь сходить к ним в гости. Доступ в Институт тебе открыт круглосуточно, — сказал оборотень, отнимая алкоголь и выпивая его залпом.        — Ты прав! Милый, пора в гости! — весело сказал он.        — Ну уж неет! Только не сейчас! — ответил он, притягивая Магнуса ещё ближе. — Впервые за долгое время дом в нашем распоряжении! И мы ещё не отметили моё возвращение, — возразил Коул, наклоняясь к губам Магнуса.

***

       В Институте было непривычно тихо. Люк понёс Джослин в отведенную ей комнату. Изи и Джейс потащили Себастьяна в его комнату и заодно устроили ему экскурсию по Институту. Саймон, поцеловав свою девушку и попрощавшись со всеми, вернулся через подземные тоннели в Отель ДюМорт. Как никак, он вампир, а днём они должны спать. К тому же, он правая рука Сантьяго и должен хоть изредка появляться в резиденции. Он уже свыкся с тем, что он бессмертный и, по рассказам Рафаэля, перестал питать пустые надежды на возвращение к обычной жизни.       Алек стоял с Клэри, обнимая её за талию и любовался отремонтированной библиотекой. У девушки закружилась голова и резкий приступ тошноты заставил её убежать в ванную, зажимая ладонью рот. Лайтвуд смотрел ей в след с нескрываемой улыбкой.        — Ну вот мы и встретились! — сказал Люк, появившись в дверях. Алек вздрогнул от его голоса.        — Да, давно мы не виделись, — ответил он, проходя за стол, чтобы хоть какое-то препятствие было между ними. — Как дела в Идрисе?        — Неплохо. Было бы ещё лучше, если твоя мать перестала бы меня всё время вызывать по поводу и без, — ответил Гэрроуэй, скрестив руки на груди и подходя ближе к нефилиму.        — Странно, это совсем не похоже на маму, — сглотнув, сказал Алек.        — Ну, я тоже так подумал, — сказал Люк, усевшись в кресло напротив брюнета. — Как разбираться будем? Выкрутить тебе яйца или оторвать голову? — спросил он, наклонив голову на бок. Алек побледнел и нервно сглотнул.        — Может, договоримся? — спросил он.        — Что ты можешь мне предложить? — вопросом на вопрос ответил оборотень, наклонившись вперёд и уперев руки в колени.        — Ты же любишь Джослин… — начал брюнет.        — Я смотрю, тебе не терпится с жизнью попрощаться! — рыкнул Люциан.        — Да нет, — нервно хмыкнул Алек. — Я знаю когда лучше сделать ей предложение, — сказал он. Люк аж подавился воздухом и округлившими глазами уставился на Александра.        — Я смотрю ты заинтересовался, — сказал он. — Ну так, когда мы попали в Эдом, у всех были видения. Я видел Клэри и нашу дочку, — начал рассказывать брюнет, а оборотень скептически на него посмотрел. — Магнус говорил, что одно или несколько наших видений могут оказаться правдивыми.        — Ближе к делу, — прошипел Люк.        — Мы были с Клэри на какой-то поляне, потом зашли к Магнусу за дочкой и поехали знаешь куда? — Алек усмехнулся. — На вашу с Джослин помолвку, и там уже был Себастьян. Как по мне, осталось только твоя часть, и моё видение исполнено.        — Когда это будет? — спросил напряженный Люк.        — Летом, когда Кэсси будет около восьми месяцев, — ответил парень. Люк хотел ещё что-то спросить, но вернулась Клэри.        — У вас всё в порядке? — спросила она, заметив их сидящих друг напротив друга.        — Да, всё хорошо, — ответил Люк. — Мы просто давно не виделись. Ты как? — спросил он.        — Было бы лучше, ели бы не этот токсикоз, — пожаловалась рыжая, садясь на подлокотник кресла Лайтвуда. Алек улыбнулся и обнял её талию правой рукой.        — Ну, в этом ты должна винить только одного человека, — ответил Люк, сверля взглядом кареглазого. Клэри рассмеялась, разряжая накалившуюся обстановку.       Прошло четыре месяца.       Изабель продолжала уговаривать Клэри на скорую свадьбу, ведь скоро рожать, а они ещё не женаты! Но Клэри бойко стояла на своём. Без мамы никакой свадьбы! Животик уже приличненько так выпирал, как никак, шестой месяц пошёл. На УЗИ им показали девочку. Алек старался искренне сыграть удивление и радость от этой новости. Люк перестал прожигать Алека взглядом, когда узнал результаты УЗИ. Значит, и часть про него с Джослин тоже может быть правдой. Мариза с Робертом иногда появлялись в институт, навестить своих детей и узнать местные новости. Себастьян прилежно служил Институту и не давал никаких поводов усомниться в своей преданности. За всё то время, что он провёл в институте, он заходил к Джослин не больше трёх раз, и только тогда, когда никто не видел. Он сидел у её кровати, гладил по руке и старался найти в ней общие с ним черты лица. Но как он ни старался, ничего похожего он не находил. Любимое место Лайтвуда — крыша, перешла во владения блондина. Себастьян часто поднимался на крышу на закате дня. Отношения с Клэри у него только сильнее укрепились. Они дурачились вместе, он гладил её по округлому животу и разговаривал с ним. В такие минуты никто не мог бы сказать, что этого человека боялось большинство Сумеречного мира. Магнус с Коулом были частыми гостями в Институте. Очень частыми. Особенно Магнус. Он постоянно крутился вокруг рыжей, наколдовывая ей всякие фрукты и соки. Если бы Алек не знал про Коула, то решил бы, что маг подкатывает к его пока-ещё-девушке.       Все жители Института сидели в библиотеке и что-то бурно обсуждали. Если прислушаться, то можно было услышать, что причиной их спора было имя для ребенка и цвет, в который они будут красить детскую.       Клэри устало прислонилась к плечу Алека и прикрыла глаза. В библиотеку вдруг вбежал Максвелл, держа Черча подмышкой. Уперевшись свободной рукой об колено, он пытался выравнять своё дыхание.        — Я бегал за Черчем… Он там… Я за ним… Он прыгнул… Я упал… — говорил он, тяжело дыша.        — Что случилось, Макс? — спросил Алек, садясь перед ним на корточки.        — Мама Клэри… Она там… Глаза открыла! — сквозь глубокие вздохи, ответил мальчик. Клэри подорвалась с дивана и быстро побежала к комнате своей матери. Она-то думала, что бежит быстро, а со стороны это выглядело так, словно толстый пингвин куда-то спешит. Остальные пошли за ней, встав в дверном проёме.        — Мама? — позвала Клэри, садясь рядом с ней. Джослин приподнялась на локтях и осмотрелась вокруг.        — Клэри? — посмотрев на дочь, прошептала она. Глаза девушки наполнились слезами, и она кинулась обнимать мать, но живот мешал как следует это сделать.        — Ты потолстела, — первое, что сказал Джослин, отодвинувшись от рыжей. Все рассмеялись. Джослин внимательно осмотрела дочку, и её глаза округлились.        — САЙМОН! — крикнула она. Льюис как раз был среди всех остальных.        — С возвращением, миссис Фрэй! — улыбнулся он.        — Я тебе сейчас так вернусь! — ответила она, откидывая одеяло. Джейс подавил смешок.        — Мам, это не его, — сказала Клэри, поняв, о чем подумала её мать. Джослин в недоумении посмотрела на дочь, потом оглядела всех присутствующих. В паре брюнетов она признала детей Лайтвудов, блондина она помнила смутно. Рядом стоял Саймон, обнимая за талию ту самую брюнетку, и мальчик с котом на руках. Его она не знала.        — Сколько времени я проспала? — спросила она.        — Больше восьми месяцев, — тихо ответила Клэри.        — О Боже! ОН! Он нашёл тебя? — со страхом спросила она.        — Мам, всё уже позади! Его нет, — ответила Клэри, обнимая Джо за плечи.        — Кого мне благодарить за досрочный перевод в бабушки? — спросила она, улыбнувшись. Клэри посмотрела на Алека. Тот нервно откашлялся и вышел вперёд.        — Я отец ребенка, — сказал он, стараясь звучать более уверенно, но его голос немного дрогнул. Фрэй-старшая посмотрела на него и ухмыльнулась. Такая реакция, не совсем понравилась парню, и он, попытавшись сглотнуть ком в горле, заговорил:        — Мы любим друг друга, и мы помолвлены!       Джослин приподняла бровь и посмотрела на руку дочери, которая лежала поверх живота.        — Ты же Александр, если не ошибаюсь, — сказала она. Алек неуверенно кивнул. — Чертов Магнус! Я его на фарш пущу!       От этих слов у всех отвисла челюсть.       Клэри посмотрела на дверь и заметила нервничающего брата.        — Мама, ты только не волнуйся, хорошо? — спросила она.        — Только не говори мне, что там двойня! — ответила она, посмотрев на животик дочери.        — Упаси ангелы! — послышался шепот сзади.  — Нет, у нас будет девочка, — ответила Клэри. — Тут другое. Себастьян, зайди пожалуйста, — позвала она брата. Блондин помялся у двери, но был запихнут в комнату Саймоном. Джослин смотрела на Себу округлившимися глазами. Перед ней предстал Валентин в молодости.        — Этого не может быть! — шептала она. — Я видела твои кости.       Из глаз рыжей потекли слезы. Она еле сдерживала всхлипы, зажав свой рот ладошкой. Себастьян горько улыбнулся.        — Меня там не было, — тихо ответил он.        — Как? — спросила она.        — В пятнадцать он перестал поить меня кровью Лилит, думал, что её концентрация достигла нужного предела, — опустив голову, начал рассказывать он. Этого он ещё никому не рассказывал. — Я знал, что у меня где-то есть сестра, мать… Семья, которой у меня никогда не было. Поначалу были легкие помутнения с утра. Мои глаза приобретали зеленый цвет, но быстро возвращались в чёрный. После того, как я впервые увидел Клэри, приступы появлялись чаще и длились намного дольше. Потом разговор с Люком. Он раскрыл мне правду о гибели ваших родителей. Когда я захватил Клэри в Эдом, что-то внутри меня рухнуло, и я стал по-другому воспринимать слова отца.       Услышав, что Клэри была в плену Валентина, Джослин побледнела.        — Он хотел войны, власти над всеми мирами! А я… Я просто хотел семью… Свою семью! Клэри дала мне шанс на это, и вот я пред вами, — закончил он свой рассказ. Джослин изучала его лицо и заливалась слезами. Сколько ночей она не спала, оплакивая смерть своего мальчика? Во скольких незнакомых детях она видела тень своего Джонатана?        — Джонатан… — прошептала Джослин и потянулась рукой к нему.        — Себастьян. — ответил он, закрыв глаза, будто бы ожидая пощечину. Джо остановила свою руку на полпути и посмотрела на свою дочку. Та прижималась к Алеку и размазывала ладонью текущие по щекам слёзы. Изабель тоже тихо плакала, прижимаясь к Саймону, а тот счастливо улыбался. Не каждый день увидишь такое. Постояв так с минуту, Джослин подалась вперёд и крепко-крепко обняла блондина. Себастьян замер от неожиданности, боясь пошевелиться. Спугнуть мираж. Но даже через пару минут руки матери не исчезли, а тепло, исходящее от неё, напоминало ему, что это не мираж. Медленно, будто бы не решаясь, Себастьян обнял Джослин в ответ, после чего она уже не скрывала свои всхлипы и прижималась сильнее к сыну.        — Бисквитики! А что тут проис… — начал Магнус, появившийся в дверях, но умолк, увидев обнимающихся Джослин с Себой и плачущих от счастья девушек. — Вы чего меня не позвали? Я же так люблю все эти душещипательные сцены! — воскликнул маг, смахнув невидимую слезу.       Услышав голос Магнуса, Джослин отстранилась от блондина и грозно посмотрела на Бейна.        — ТЫ! — прошипела она.        — Я! — ответил Магнус, попятившись назад.        — Это всё ты! — продолжая надвигаться на мага, прошипела Джо.        — Это не я! Они сами! — воскликнул маг. — Ну я только души их связал… — шепнул он, но это услышали все.        — Беги, Магнус! — воскликнула Джослин. Бейн не стал ждать повтора фразы и сорвался с места, убегая от разъяренной Фрэй. Для женщины, которая проспала почти год, она неплохо бегала! Магнус своей магией создавал перед ней мелкие препятствия.        — Пирожочек мой, я же не о себе думал, а о их любви! — кричал  он, убегая от неё.        — Какая любовь в одиннадцать лет?! — крикнула в ответ Джоси.       Магнус упёрся в стену и, поняв, что бежать уже некуда, зажмурил глаза и хлопнул руками. В синем тумане появился Люк, крутясь вокруг себя и ничего не понимая.        — Какого хера? Что я здесь делаю? — спросил он, уставившись на мага.        — Люк? — прошептала Джослин, остановившись в нескольких шагах.        — Джослин? — спросил он, развернувшись к ней лицом.         — ЛЮК! — воскликнула она, и кинулась обнимать своего «друга».        — Слава зефиркам! Я останусь жить! — прошептал Магнус и незаметно прошмыгнули мимо них.