New hope

POV_Harry Я проснулся от каких-то стуков и криков. Мой Луи все также мирно и сладко спал на мне, что очень сильно умиляло и заставляло сердце биться сильнее. Я больше жизни люблю это маленькое голубоглазое чудо. - Дэн, какого черта мы проспали?! Срочно поднимай свою задницу, через двадцать минут мы должны быть на встрече, иначе ничего не состоится! Ох, какой же крик у этой женщины. Казалось, что самая противная банша* позавидовала бы такому голосу и таким воплям. Найл бы сейчас оценил такое аллегорическое сравнение. За окошком светило солнце, день обещает быть прекрасным. По крайней мере, я на это надеюсь. - Льюис, если ты не спишь, выходи срочно! Нет, мой Луи спит, и к тебе выходить не будет! Вот только надо спрятаться бы мне, а то, вдруг зайдет проведать сына, а тут неизвестный лежит на кровати. Не очень приятное знакомство с родителями получится. Боюсь, что потом их расположения я никогда в жизни не получу. Аккуратно переложив свое драгоценное сокровище на кровать, я укрыл его одеялом, а сам залез обратно в шкаф и прикрыл дверцу. Странно, но чуйка меня не подвела. Как только я удобно устроился в гардеробе, открылась дверь в комнату и влетела женщина. Через маленькую щелку в дверях шкафа можно было разглядеть ее длинные русые волосы, строгий черный костюм и руки в дорогих ожерельях. Украшений было так много, что невольно закрадывалась мысль: а руки от такой тяжести не болят. Причем и выбор этих браслетов был крайне странным: золотые, серебряные, с драгоценными камнями и без, - они все смешались, и невольно напрашивался образ цыганки, а не состоятельной женщины. Мама Луи окинула взглядом комнату и направилась к шкафу… Стоп! Женщина! Не делай этого, нет! Честно, внутри все сжалось от страха, что сейчас меня разоблачат. И боюсь я не реакции или каких-то вопросов, нет. Я боюсь, что сейчас мама Луи откроет дверцу, увидит меня, сжавшегося до самых компактных размеров, и устроит разборки Луи. Я боюсь потерять свое драгоценное сокровище. Пожалуйста, не подходи сюда, ну, по-хорошему прошу тебя. И как будто в этот момент мама Луи действительно меня услышала. Она подошла, взяла с пола какую-то бумажку, видимо выпавшую из кармана, и направилась к выходу. Дальше я услышал шаги на лестнице и глухой удар закрывшейся входной двери. Подождав еще немного, я аккуратно вышел из своего убежища и решил разведать обстановку, не нарушая сна своего любимого. Весь дом погрузился в умиротворенную тишину. Снаружи послушался скрип шин и гул двигателя – видимо, родители моего драгоценного мальчика куда-то в спешке уехали. Я все же спустился вниз, еще раз все проверил и решил приготовить завтрак в постель для своего малыша. Кухня была большая, но очень неудобная. Складывалось ощущение, что дизайнер, который ее спроектировал, никогда в жизни сам не готовил. Разделочный стол был слишком низкий, холодильник стоял в другом конце комнаты, мойка как-то странно располагалась под окном. Одним словом, чтобы на этой кухне что-нибудь приготовить – надо было пробежать спринтерский марафон, ибо ее метраж был огромный. На самом деле, по своей натуре я еще тот ленивый человек, поэтому, чтобы облегчить себе такой своеобразный забег, я заранее вытащил все необходимые ингредиенты для фирменной яичницы с тостами с сыром и помидорами. На телефоне играла какая-то музыка, что помогала двигаться быстрее и делать все изящнее. Я всегда отдаюсь готовке полностью, особенно если мои творения будет есть мой самый любимый человек на Земле. Надеюсь, что Луи все понравится, и его потрясающий бирюзово-голубые глаза заиграют и засверкают очень ярко. Напевая под нос и слушая шипения на сковороде, я совершенно не заметил, как в комнату на цыпочках вошел мой ангел. - Сюрприз! – от неожиданности я подпрыгнул на месте на метр, наверное, а Луи залился счастливым смехом. - Любимый, не делай так больше, и вообще, тут горячо, - я не удержался и поцеловал заспанного мальчика в нос. - Что ты готовишь? – Луи обнял меня со спины, своим холодным носиком утыкаясь мне в шею. - Романтический завтрак, и он должен был быть принесен тебе в кровать, почему ты так рано встал? – я провел по руке, что обнимала меня поперек груди, и посмотрел на настенные часы. Воскресенье. 8 часов утра. - Меня разбудил твой телефон, - сонным голосом проговорил мой малыш, протягивая смартфон. - Хмм… Мама написала, что они уехали, и что она обиделась, т.к. я не пришел попрощаться, - надо будет попросить прощение у нее. Но должна же моя мама меня понять – если бы с Робином что-то случилось, эта женщина наплевала бы на всех и полетела за тридевять земель, чтобы его спасать. Мамуля, в этом плане я весь в тебя! - Ты позвонишь им? – Луи сел на стул и стал на нем раскачиваться. - Чуть позже. Так, а теперь доставай тарелки и наливай чай, будем завтракать, - я выключил плиту, обернулся и увидел, что мой шатенчик опять начал засыпать на стуле. - Малыш, может, ты еще поспишь немного? – я поцеловал его в такие прекрасные алые щечки. - Что? Ой, нет, прости, все хорошо, я просто давно так долго не спал, - Луи зевнул и открыл свои лучезарные глазки. - Почему ты плохо спишь? – я разложил яичницу на тарелки и порезал тосты треугольничками. Поставив еду перед своим малышом, я пошел за кружками с чаем, пока Луи уже в нетерпении схватился за вилку. - Хазз, так вкусно, боже, у моего желудка сейчас случится оргазм, серьезно! Это просто пища Богов! Все, если мы будем жить вместе – я не буду выходить из-за стола, стану толстым и неуклюжим, но все равно буду ждать еще твоих вкусных блюд! – мой малыш разве что не урчал от удовольствия. А я радовался, что могу подарить ему столько счастья и любви. Я всегда хотел только всего самого наилучшего для него, и даже, пусть в шутку, Луи думает, что он будет толстым и неуклюжим, я буду всегда любить его и дарить только счастье. - Спасибо, мой родной. Но все же, почему ты плохо спишь? – этот вопрос грыз меня. Я должен помочь моему малышу, забрать его проблемы и боль. Я забочусь о его здоровье и не хочу, чтобы у Луи были проблемы из-за бессонницы. - Не важно, Хазз, правда, я сам справлюсь, - это голубоглазое чудо нежно берет меня за руку и трется об нее щекой, как большой кот. - Солнышко, я же хочу помочь. Что мне сделать, чтобы ты рассказал мне про свои кошмары? – я пойду на что угодно, чтобы разговорить своего возлюбленного. - Эмм… Гарри, а можно тебе спросить кое о чем, - Луи заметно потупил взор и немного зарделся. - Малыш, для тебя все, что угодно, - я сел рядом с ним и крепко обнял. Может, я очень странный человек, но объятия для меня заменяют любые слова. - Расскажи мне о Нике, пожалуйста, - Луи как-то робко посмотрел на меня, - но если не хочешь, не надо. - Нет, я думаю, ты должен знать, но может, пойдем в гостиную, - мы доели завтрак, убрали все за собой и прошли в комнату, где устроились на удобном диване: я сел, а мой малыш лег на мои колени. Я сразу же руками зарылся в его карамельные прядки, ведь у меня есть привилегия. Луи никому не разрешает трогать свои волосы, но из любого правила есть исключения, не так ли? До нашего выхода было еще пару часов, а значит, спешить некуда. Я давно хотел рассказать все о Нике, но боялся, что Луи не захочет это слушать, боялся нагружать его своими проблемами. Но страх надо преодолевать, а если по-настоящему любишь человека, то хранить какие-то секреты – глупо и неправильно. - Ладно, солнышко, я расскажу тебе о Нике. Но рассказ будет явно длинный. Ты готов? - Конечно, Гарри, - Луи привстал, чтобы поцеловать меня: эти поцелуи несравнимы ни с чем, ибо мой малыш был настолько идеальным, что я утопал и терял голову, как только касался его воздушных и манящих губ. Затем он вновь лег на колени, и я начал свой рассказ. - Знаешь, когда я переехал из родного Чешира сюда, мне очень хотелось найти людей близких по духу. Всю свою жизнь самыми близкими собеседниками для меня были книги, или бабушка с дедушкой, вот и все. А такое одиночество сильно давит, особенно, когда тебе только исполнилось восемнадцать. Ты молод, полон сил, тебе хочется такой жизни, как показывают во всех подростковых фильмах: веселой, беззаботной, с кучей шумных компаний. Но главное, тебе хочется найти того единственного человека, что будет поддерживать во всем. Вот с такими мыслями я и приехал в этот город. Институт. Все такие разные, необычные: кто-то пафосный, кто-то слишком скромный, кто-то патриот и говорит всегда только о своем городе, и много чего другого, - в общем, сразу найти себе компанию не удалось. Я вел себя достаточно смирно, но при этом не украшал или не строил из себя того, кем не являюсь. И так получилось, что первый, кто со мной заговорил, был местный парень – Ник. Высокий, брюнет, у него вытянутое овальное лицо, темные, глубоко посаженные глаза и очень широкая улыбка. На тот момент, мне он показался очень надежным и открытым человеком. Мы стали сперва просто общаться, потом стали проводить свободное время вместе. Через какое-то время к нам примкнули Лиам и Найл, знаешь, мы тогда подумали, что они пара. Но Найл сразу сказал, что его парень остался в Ирландии, а отношения на расстоянии его совсем не пугают. Через какое-то время я даже разговаривал с Джошем по скайпу, когда наш милый лепрекон оставался у меня ночевать. Лиам в то время еще не познакомился с Зейном, но он какое-то время был немного отдален от нас, почему, не знаю. Может потому, что он первый почувствовал, какой же Ник на самом деле, может, что еще – Лимо никогда не говорил. А у Ника на тот момент тоже был молодой человек, Питер, кажется, только они постоянно ругались. И вот после таких ссор, Ник всегда приходил ко мне домой, и мы выпивали. Знаешь, тогда и мысли не было, что столько вина может навредить, ведь потом было так весело: забывались проблемы и боль, набивались татуировки, находились какие-то бешеные приключения, на утро было не так хорошо, правда. И вот после таких посиделок я всегда вставал часов в семь, убирал квартиру, готовил завтрак, а Ник расхваливал и говорил, что хотел бы такого парня себе: заботливого, понимающего, доброго и т.д. А я воспринимал его как лучшего друга, как часть себя, как брата. Но потом, перед первой летней сессией, Ник пришел и сказал, что порвал свои трехлетние отношения. Мы его все поддерживали, как могли. Сессия, вечная подготовка, недосыпы, я как-то и не заметил, как Ник договорился с моей мамой, и они вместе подарили мне путевку на десять дней в Испанию за то, что я на отлично окончил первый курс. И все было круто, мы с Найлом смеялись, что летим туда втроем, ибо они с Джошем тоже летели, но на два дня раньше. В самый последний момент моя мама сказала, что Ник ей представился моим парнем, и что мы летим вместе. Десять дней пролетели хорошо, а я даже стал думать, что мой друг неплохая пара для меня: он знал о всех моих проблемах, увлечениях, заботах, о детстве. О прошлом, - все он знал. Но проблемы начались, когда мы прилетели обратно. Сидим как-то мы дома, а Ник и говорит, что я красивый, но пора мне пойти в спортзал и заняться своей фигурой. И с каждым днем все больше и сильнее: запретил мне есть после шести, посадил на диету, заставил подстричься под модельную прическу, следил за каждым моим шагом. Но я не видел ничего, ибо слепо доверял Нику, а потом, все это было через комплименты, поцелуи, какие-то подарки. А Лиам и Найл смотрели на меня, но не вмешивались, они думали, что я понимаю, что происходит. Периодически Ник меня бил, но у него всегда это выходило случайно, а во всех ссорах я чувствовал себя виноватым. Если сравнивать образно, то прав у меня стало меньше, чем у раба, а забит я был сильнее, чем, даже не знаю кто. Но все изменилось одним днем. Найл случайно услышал, как Ник оскорбляет за глаза Лиама и говорит, что сделает так, что я перестану общаться с ним. Наш блондинчик сразу же рассказал об этом Лимо, а потом и мне. Я стал бояться Ника, остерегаться, убегать от него. Жил то у Найла, то у Лиама, к Зейну прибегал пару раз, даже на вокзале и в общежитии оставался с ночевкой, лишь бы не попадаться своему парню, на тот момент, на глаза. А потом, в один день, я должен был задержаться в институте, а Ник встречался со своим школьным приятелем. Я возвращался домой и зашел в кафе перекусить, ибо сильно проголодался. За столиком я случайно увидел их, вот только Ник сидел спиной. Я хотел подойти и его обрадовать, но потом услышал, как он в грубой форме высмеивает меня со своим однокашником, говорит, как я его задолбал, и что он уже давно нашел себе другого. Злость, обида, гнев – все разом взорвалось, и я сам в этом кафе порвал эти отношения. Но боль и пустота очень долго преследовали меня, - признание выбило из меня все силы, а вот о своей депрессии я рассказывать не хочу. Сейчас Луи, единственный светлый человечек, что дарит мне положительные эмоции, любовь, понимание и заботу, я не хочу, чтобы он знал, каким я темным и жалким был до этого. - Это прошлое. Такое больше никогда не повторится, слышишь? Ты для меня самый лучший! Я люблю тебя, - мой мальчик накидывается на меня с поцелуями, а для меня это лучших любых слов, - Спасибо, что доверился мне. - Тебе спасибо, я люблю тебя!