Школа "Черная Звезда". 2 курс

- Вульф, вылезай из своей берлоги! Смерть пришла! Зовёт кушать! – Гробыня бесцеремонно забарабанила в дверь нового ученика. Смит приоткрыл свою дверь и удивлённо посмотрел на гостью. - Добрый день, мисс! – Вульфсон поцеловал Склеповой руку. – Неужели я буду обучаться у такой прекрасной девушки? - Э-э-э… Ну да! – Гробыня растерялась из-за повышенного внимания к её скромной персоне. – Ты, парень, со своими джентльменскими наклонностями поаккуратнее! И они направились в Большой Зал, на завтрак, который вскоре переплывет в обед, как обычно бывает в выходной день. - Кстати, меня зовут Гробыня Склепова! - Очень приятно, мисс Склепова, - сказал Смит, оглядывая школу. - Нет-нет! Зови меня мисс Гробыня. А если поблизости нет детей, других учителей, то есть наедине, можешь звать меня просто Гробыня, - промурлыкала Склепова. Вульфсон ничего не ответил, а лишь загадочно улыбнулся. «Он очень странный…», - измеряя парня взглядом, подумала Гробыня. – «Никогда парень не вёл себя ТАК около меня! Он такой уверенный, такой спокойный, необычный… А может он просто самодовольный индюк?!». - Вы на меня насмотрелись? – всё ещё улыбаясь, спросил Вульфсон. - Что? Ах, да!.. – Гробыня отвела взгляд в сторону. – Кстати, после завтрака тебе школу покажет Малфой. - Малфой? А кто это? - Да так. Один наглый альбинос, который не даёт мне спокойно жить, - отмахнулась Склепова. Вульфсон изумлённо посмотрел на неё, слегка приподняв правую бровь. Заметив это, девушка исправилась: - Драко Малфой. Он твой учитель по зельеделию. Если ты попадёшь на тёмное отделение, он так же будет твоим деканом. - Теперь всё ясно. Кажется, мы уже пришли, - сообщил Смит, взглядом указывая на огромный зал, где уже начали собираться второкурсники. - Спасибо вам большое… - парень выдержал паузу и, приблизившись к Склеповой почти вплотную, тихо добавил, – Гробыня! Сделав шаг назад, Вульфсон слегка поклонился. Склепова, вновь удивлённая, вошла в Большой Зал и направилась к преподавательскому столу. Парень последовал за ней. - Побудь здесь! – приказала Гробыня, когда они подошли к столу, и крикнула Шурасику. – Ботан мой милый! Тащи своё колечко! У нас прибавление! Шурасик радостно улыбнулся: - Это превосходно! Надеюсь, этот юноша умный человек и не опозорит честь нашей школы, как поступают некоторые. И вообще… - Эй! Поумерь свой пыл, мальчик! – остановила Шурасика Склепова. – Я не в настроении слушать твои занудные речи о прилежной учёбе! Картинно фыркнув, Шурасик удалился с видом обиженного ослика. Гробыня, проворчав себе что-то под нос, убежала разбираться, о чём это Драко так увлечённо беседует с Таней. - Хаюшки! Ты у нас что? Типа практикант? – обратилась к Вульфсону Виолетта Вебер. Парень обернулся и посмотрел на девочку, стоявшую в шаге от него. В этом учебном году Виола остановила свой выбор на тёмно-синем цвете волос. Под мантией у неё было черное кожаное платье – подобная одежда не положена в школе, но с этой ученицей-бунтаркой справиться никто просто не мог, поэтому на её внешний вид все закрывали глаза. - Нет, я буду с вами учиться, - улыбнувшись, ответил Вульф. - Не может быть! Ты старше нас лет на… много! - Разве в возрасте дело? Я прилетел в «Чёрную Звезду», чтобы выучиться, как вы, только по ускоренной программе. - Круто! Это получается, что ты… немного с тормозком? – нагло прищурившись, спросила Вебер. - Ну да! Как ты говоришь, с тормозком! – спокойно ответил Смит. - Я Виолетта. Рада знакомству со старшими! – девочка протянула руку, ногти на которой были накрашены фиолетовым лаком. - А я Вульфсон. Рад знакомству с прекрасными! – парень попытался поцеловать протянутую ему руку, но Вебер, резко отдёрнув её, прокричала: - Эй! Не надо меня слюнявить! - Прости, виноват, - тут же извинился Вульфсон. - Ладно! Прощаю! А почему у тебя такое имя странное? – быстро сменила гнев на милость Виола. - Какое уж есть. Оно соответствует моему внутреннему миру. - Значит, тебя сейчас определят в какое-либо отделение, да? - Наверное, да. - Надеюсь, ты попадёшь к нам, к тёмным… - Я тоже на это надеюсь! Я буду на седьмом небе от счастья, если буду иметь честь быть одноклассником у такой принцессы, как ты, Виолетта! «Хм… А он ничего», - оценивая новенького подумала Вебер. – «Красивый, вежливый, меня уже уважает, делает комплименты… А главное, он такой невинный ангелочек!.. Немного староват, конечно, но ничего, такие проблемы преодолимы!». - Виолка, кыш! Не до тебя! – прикрикнула на любимую ученицу Гробыня и встала между ней и Смитом. – Шурасик, начинай! Завуч «Чёрной Звезды» подошёл к Вульфсону и протянул кольцо. - Надень его и всё! Дальше просто расслабься, - сказал Шурасик. Смит надел кольцо. Следующие события были очень необычными. Кольцо, которое должно было выкрикнуть либо «тёмное отделение», либо «белое отделение», не могло сказать ничего вразумительного. - Белое… тёмное… белное… телое… свет… тьма… страх… измена… боль… слёзы… ревность… смерть… благословление… – только такие несуразные слова разносились по Большому залу, в котором уже было тихо. Измученное кольцо уже стало выбрасывать искры всех цветов радуги, что не свойственно волшебным кольцам. Золотой цвет стал чёрным, иногда чередуясь с белым. Шурасик попытался стащить озверевшее кольцо с пальца Вульфсона, но лишь сильно обжегся об накалившийся металл. Поняв, чего хочет от него завуч, Смит стянул кольцо, которое сразу же остыло и приобрело обычный цвет. В Большом зале стояла гробовая тишина. Эту звуковую идиллию нарушил приход Джинни. - А почему такая тишина? Кто-то умер? – невинно спросила она. * * * После завтрака Драко подошел к Вульфсону и сказал: - Вульф, я Драко. Сейчас я покажу тебе школу, куда ходить можно, а куда нет. - Отлично! И Малфой провел Смиту полноценную экскурсию, прямо как в музее. Они осмотрели башни, кабинеты, подземелья и даже поле для драконбола и квиддича. - Только, Вульфсон, не ходи на крышу, - предупредил Малфой, когда они пришли в самую высокую башню школы. – Там слишком часто случаются неприятные инциденты. - Драко, а вы не могли бы мне сказать, какое завтра расписание уроков? – спросил Смит, пропуская мимо ушей наставления преподавателя. - Э-э-э… - замялся Малфой. – Вопрос в том, какое у тебя отделение! Никто так толком и не разобрался в этом. - А можно по желанию? - Не знаю. С этими вопросами обращайся к директору. - А какие уроки завтра у тёмных? - Нежитеведение, два зелья, две тренировки по квиддичу и драконболу. Вроде всё. Ах, точно! У тёмных ещё наложение сглаза. Кстати, Вульф, ты получил все учебники? - Нет, сейчас сбегаю до библиотеки, - ответил Вульфсон и побежал к лестнице. - Парень, откуда ты знаешь, где у нас библиотека находится? Я, вроде, тебе её не показывал! – подозрительно спросил Драко. - Я… пообщался с некоторыми ребятами, они и показали, - поспешно проговорил Смит и ретировался. «У этого парня есть в душе какие-то тараканы! Надо бы узнать, какие именно…» - глядя вслед Вульфсону, подумал Малфой. * * * - Герми, что мы будем делать с этим парнем? Он со странностями… В какое отделение его отправлять? – Гробыня задумалась. - Пусть сам выберет себе отделение, - спокойно сказала Гермиона. – Подумаешь, кольцо не смогло выполнить своё дело! - Попрошу без оскорблений! – возмутился Шурасик. – Я на этом педсовете сижу не для того, чтобы мою работу сравнивали с чем-то очень низким и некачественным. - Спокойствие, только спокойствие! Давайте жить дружно! – пролепетала Гробыня, собрав все, известные ей, фразы из мультфильмов. - А ты, Склепова, вообще не вмешивайся! – огрызнулся Шурасик и «зарылся» в угол кабинета. - Хватит ругаться! – не выдержала Катя Лоткова. – Шурасик, ты сам создал распределительное кольцо? - Конечно, сам! - А может быть такое… что кольцо, например, начнет говорить не совсем понятные слова? - Нет, такого безобразия не выдержит ни одна логика! В это кольцо вложено только два словосочетания: «белое отделение» и «чёрное отделение». Иногда «белое» заменяется «светлым», а «чёрное» - «тёмным», - капризно произнёс Шурасик. - Разве оно не может как-нибудь случайно научиться другим словам? – осторожно спросила Катя. - Что?! Как у тебя хватает совести говорить мне такие наглые вещи прямо в лицо? – Шурасик наигранно начал тыкать себя в грудь. – Это кольцо я сделал собственными руками. Я подбирал золото, придавал форму, дал ему магическую силу! - Ладно-ладно! Я всего лишь спросила, - быстро проговорила Лоткова, ругая себя за свое излишнее любопытство. - А какие слова говорило кольцо? – спросила Гермиона. - Кажется, «боль, слёзы, смерть», - неуверенно ответила Гробыня. – Одним словом, банальная мелодрама! Аж, затошнило! - Шурасик, а твоё кольцо может быть… с каким-нибудь задатком вроде ясновидения? – задумчиво спросила директор Звезды. - С задатком? Что за глупости? – усмехнулся завуч школы. – Этого не может быть, уж поверь мне! Я об этих кольцах очень много читал. - Хорошо! – решительно сказала Миона. – Пусть этот парень сам выберет себе отделение или надо будет за ним понаблюдать… с какими заклинаниями он будет справляться лучше: со светлыми или тёмными. - Верно! Он не один такой странный. Завтра позанимается с тёмными, послезавтра – со светлыми и определится! – поддержал Драко, смущёно посмотрев на Гермиону. – А то больно почестей и внимания ему много. Центр вселенной буквально. - Ой, роднуля мой, не ужель ты завидуешь? – пропела Гробыня. - Ой, роднуля моя, не ужель ты никогда не замолчишь? - передразнил её Малфой. Гермиона почувствовала запах очередной бессмысленной ссоры и, перебив начавшую было распаляться Склепову, поинтересовалась: - Скажите, какой завтра первый урок у тёмных? - Нежитеведение, - ответила Таня. – У них совместно со светлыми. - Тань, отправишь этого Вульфсона ко мне завтра, хорошо?! Надо бы определить, что ему надо для магии: палочка или кольцо, - попросила Герми. - Конечно! - Педсовет окончен. Спасибо всем, что пришли! – сказала Грейнджер. * * * Урок нежитеведения. Таня осмотрела класс. Всё как обычно. Виолетта рисовала на парте скелетиков, которые торопились убежать, ещё недорисованными. Таня уже смирилась с таким поведением Виолы, потому что бойкая ученица никого не желала слушать. Мел со скучающим видом отмахивалась от безголовых или безруких жертв подруги. Дима Путков, усевшись на воображаемую метлу, показывал однокурсникам, как он виртуозно умеет играть в драконбол и квиддич. Почти все девочки восхищенно за ним наблюдали, радостно хлопая в ладоши, когда рассказ Димы доходил до кульминационного момента. Внешностью и спортивным талантом природа мальчика не обделила, поэтому он пользовался этим на всю катушку и являлся самым популярным парнем в школе. - И в этот момент я резко увернулся от очередного смертоносного огненного залпа и, подлетев к самой пасти дракона, (да-да! Я был в каком-то метре от его огромных острых клыков!) забил столь важный для нашей команды гол! – Дима победно вскочил на свою парту. Девочки, ахнув, захлопали. Путков начал кланяться и слать всем воздушные поцелуйчики. Один из его поцелуйчиков достался Верджинии, которая моментально зарделась, смущенно захихикала, опустила глазки и начала медленно исчезать. Уланова Лена, увидев это, несильно толкнула подругу локтем в бок. - Ленка! Ты чего дерешься? – возмутилась Льюис, потирая ушибленное место, но исчезать перестала. Лена покачала головой и осуждающе воззрилась на свою соседку по парте, которая до этого сидела к ней спиной, потому что радостно позволяла Диме вешать ей на уши лапшу и густо заливать всё это кетчупом. - Джи, вроде, это я блондинка, - произнесла Уланова. – Но почему-то на все эти красивые словечки в паре со слабеньким артистизмом ведешься ты. Верджиния, обиженно фыркнув на подругу, опять повернулась к ней спиной и увидела, что чуть не пропустила очень важное событие сегодняшнего дня - раздачу автографов звезды темного отделения, господина Путкова. Лена снова покачала головой и вернулась к изучению конспектов. Вульфсон Смит сидел за последней партой, внимательно изучал ребят. На его лице играла легкая снисходительная усмешка. - Вульфсон, тебя звала директор. Дорогу к её кабинету найдёшь? – спросила Таня. - Найду, - просто ответил Вульф, вставая со своего места. - Обалдеть! – воскликнула Вебер. – Учится здесь второй день, а уже вызывают к директору! Моя школа! Правда, мой рекорд побит… Но Вульфсон уже не слушал её, он поднимался в кабинет директора. * * * Перед Гермионой стоял высокий парень и как-то странно на неё смотрел. - Здравствуй, Вульфсон! Меня зовут Гермиона Грейнджер. Присаживайся, пожалуйста, - проговорила девушка, указывая на кресло. Но парень не реагировал на её слова. Он лишь восхищённо наблюдал за Гермионой. - Вульф, ты меня слышишь? – настойчиво сказала Грейнджер и несильно потрясла парня. - Что? – наконец, произнёс Вульфсон. - Ты в порядке? – подозрительно прищурившись, поинтересовалась Герми. - В полном! Просто небольшое помутнение разума… - Ну-ну! Бывает! – произнесла Миона и подошла к своему столу. – А теперь к делу! – девушка щёлкнула пальцами и на её столе появились коробочки с кольцами и палочками. – Надень это кольцо и скажи какое-нибудь простенькое заклинание. Вульфсон надел кольцо и сказал: - Люмос! Никакого результата. Кольцо явно отказывалось работать. Гермиона дала парню палочку, но после произнесения заклинания, палочка превратилась в горку пыли. Примерно такая же участь постигла остальные волшебные палочки и кольца. Гермиона осторожно посмотрела на Смита и сказала: - Так-так! Странный ты молодой человек! - А в чём проявляется моя странность? – поинтересовался Вульф. - Ты не признаёшь ни кольца, ни палочки. Ты маг мысли. - Наверное, это какая-то ошибка! - Какая ошибка, мальчик? – сказала директор Звезды и, вспомнив, что перед ней сидит уже далеко не мальчик, улыбнулась, а потом продолжила. – Ты из половины наших запасов палочек сделал прах! Всё почему? Потому что палочки слишком слабы для энергии твоих мыслей. Кольца, как ни как, ещё терпели, а вот бедные волшебные палочки… - За испорченные запасы извините. Я не хотел, - виновато произнёс Смит. «Этому парню вполне можно быть стражем. Маг мысли – это скорее отговорка. Не понимаю, почему такого сильного ребёнка отправили в нашу молодую, неопытную школу…» - думала Гермиона, рассматривая Вульфсона. - Ну, и что вы собираетесь со мной делать? – через некоторое время спросил Вульф, нарушив молчание и вырвав Грейнджер из собственных мыслей. - А что? Учить, конечно! А у тебя есть другие предложения? - Нет. Я целиком и полностью в вашей власти! – в глазах Смита на доли секунды вспыхнул огонь. Эти слова показались Гермионе подозрительными, но она решила сильно не зацикливаться на пустяках. Хотя девушке бы следовало быть поосторожнее с этим парнем и не доверять ему, но, по всем мировым законам подлости, этого не случилось. Поэтому будущее школы «Чёрная Звезда» и всех её обитателей под вопросом, под очень большим и жирным вопросом…