Найти решение, чего бы нам это ни стоило

Комнату в свои объятья заключило молчание и некая неловкость. Последнее исходило исключительно с моей стороны, ведь все присутствующие неотрывно смотрят на меня, словно ожидая некоего волшебства. Но, на их удивление и на мою радость, ничего не происходит - еда, которую я десять минут назад полноценно съела, не вызывает у меня тошноту. Это не могло не радовать. - Как ты себя чувствуешь, милая? Я вздыхаю, чувствуя себя просто подопытным кроликом, на котором ставят эксперименты. - Клаус, ты это спрашиваешь уже в пятый раз! – недовольно ворчу я, кинув из-подо лба взгляд на него. Замечаю, что он не улыбается, только слегка хмурит брови, словно пытаясь осторожно узнать, как я. Осторожно, чтобы в очередной раз не разозлить меня. Вижу, что он сильно сжимает кулаки, до побеления костяшек пальцев. Он волнуется. Я чувствую стыд за свою манеру общения с ним, опускаю голову, и, подняв глаза, успокоенно добавляю: - Всё хорошо, я в порядке. – Аккуратно улыбаюсь, нервно поджав губы. Клаус всё не отрывает глаз, непрерывно смотрит, губы расходятся в ухмылке, тёплой ухмылке. - Кэр, - Стефан привлекает моё внимание, я резко поворачиваю голову и вопросительно смотрю на друга. Он какой-то… задумчивый? Или мне кажется. - Мы кое-что нашли. - Что? – непонимающе переспрашиваю я. – Когда? - Когда ты валялась в отключке, - отвечает Деймон, ухмыляясь. Я начинаю понимать, что есть какая-то зацепка, и она реальна. Она может привести к моему спасению. Я быстро кидаю радостные взгляды на друзей, по-дурацки улыбаясь, словно ребёнок, которому купили новую игрушку. Но в ответ вижу совсем не весёлые лица. Волнение в ту же секунду прокрадывается внутрь, заставляя дыхание участиться. Все смотрят на меня пронизывающим взглядом, в котором отражается непонимание и растерянность. На секунду мне кажется, что только Деймон сейчас всё такой же весёлый и нагло ухмыляющийся. Мне надоедает игра глазами и я хочу уже что-то сказать, но внезапная тошнота, подбирающаяся к горлу, останавливает меня. Я резко хватаюсь за горло, больно сжимая его в надежде, что таким образом сумею перебороть тошноту. - Кэр?... Но это не помогает. Мгновенно из меня начинает выплескиваться кровь, я громко скатываюсь на пол, судороги заставляют тело выворачиваться. В тот же момент чувствую, как Клаус рывком оказывается возле меня. Глухим эхом, отдающимся в голове, слышу, как Элайджа кричит: «Переверни её, она захлебывается!», а сам бежит за холодной водой. Елена со Стефаном убегают в ванную в надежде найти какие-то лекарства, а Деймон, на моё удивление, не шутит, а так же напуганный, молча скрывается в поисках полотенца и таза. Клаус, обнимая меня за талию, тем самим поддерживая, начинает поднимать меня, ставя в более удобное для меня положение. Подо мной уже большая лужа, а кровь не прекращает литься, заставляя меня кашлять. Чувствую, как Ник забирает непослушные локоны, мешающие мне, назад и придерживает их, накрыв рукой. Я не могу больше, руки, которые должны быть для меня опорой, очень трясутся. Не сумев контролировать их, я понимаю, что они непослушно сгибаются в локтях, и я падаю, но Майклсон на лету подхватывает, не давая «поцеловаться» с полом. Меня резко настигает чувство лёгкости, темнота овладевает мною.

***

- Кэролайн! Слава Богу, ты очнулась! – Елена вскрикивает очень неожиданно, я морщусь от глухой боли в голове. Через боль, понимаю, что еда опять вышла из меня наружу, это пугает. Как я теперь буду питаться? В среднем человек может, насколько я знаю, двадцать или двадцать пять дней прожить без еды. Это катастрофически мало… - Как ты? Медленно поворачиваю голову на голос и несколько удивляюсь, что это спрашивает Элайджа. - Нормально. - А честно? - Плохо. – Сдаюсь я, нервно сглатывая. Вампир слегка кивнул головой, показывая одними глазами, что, мол, всё будет хорошо, ты справишься. Я улыбнулась, это такое приятное ощущение, когда рядом находится понимающий человек. Ну, или не совсем человек. - Может, дать ей лекарства? – спрашивает Деймон, смотря то на Элайджу, то на Стефана. - Не думаю, что это хорошая идея. – Отвечает Клаус, привлекая к себе внимание. – Лекарство долго в её организме не продержится. - Может, стоит попробовать? – осторожно спрашивает Стефан. Я не хочу пробовать, воспоминания о том, как из меня льётся алая жидкость, а судороги «обнимают» мое тело, ужасают меня. Я предательски вздрогнула. - Нет, она и так мучается. Нам надо придумать другой способ. - Клаус, с каждой попыткой накормить Кэролайн, мы ослабляем её ещё больше. Она теряет кровь, это плохо. - Может… может прекратиться? Если она поест, кровь не будет выходить. - Стефан, как ты её накормишь, если всё, что она принимает, возвращается обратно? – вмешивается в разговор Елена. - Не знаю. – Стеф тихо выдыхает, понимая, что девушка права. - Много крови вышло? – внезапно спрашиваю я, мысленно готовясь услышать самое страшное. - Судя по нашему роскошному ковру, - Деймон скидывает брови вверх, переводя взгляд вниз и делая глоток из стакана, наполненного бурбоном, - литра три. - Что?! Сколько?! – не знаю, откуда берутся силы для того, чтобы вскрикнуть. Я кидаю растерянные взгляды на вампиров, но натыкаюсь только на ехидную улыбку Деймона. - Ха-ха! Очень смешно! – осуждающе смотрю на довольного вампира, а внутри облегченно успокаиваюсь. Чувствуя, как мне неудобно лежать, подушка сильно давит, прошу Елену, чтобы она поправила её, а сама, с помощью Клауса, приподнимаюсь. Глаза непринужденно «падают» вниз и еле слышный стон срывается с моих губ: - Ох… - Я вижу, что ковер, который раньше сверкал белизной, сейчас весь пропитан красным. – Да тут точно литра три вышло. - Нет, успокойся, - отвечает Елена, - по нашим догадкам, всего один литр, не больше. - Это хорошо, - мои губы расплылись в легкой полуулыбке, всё-таки литр — это намного лучше трёх. - Нет ничего хорошего. Кровь выходит, а ты слабеешь. Надо скорей искать выход. В голове, сквозь слегка затуманенную память и лёгкую, отстукивающую свой собственный такт в висках, боль, припоминаю голос Стефана, который что-то говорил про Бонни. - Когда я была в отключке, вы говорили про Бонни. Вы что-то узна… Меня прерывает настойчивая вибрация телефона Клауса. Резко ухватившись за мобильный, древний глазами попросил прощения. - Да, слушаю. Ты сделал то, что я просил? Почему нет?! От внезапного крика я вздрагиваю, стеснительно опуская голову. Клаус сразу же понижает тон, скорее всего увидев мой испуг. - Что они сделали? Как посмели, ты же должен был всё контролировать! Вижу, что он за одну-две секунды разнервничался, злобно сжимая в руке телефон. - Но я не могу сейчас уехать! – Древний сразу кидает на меня взгляд, видимо именно из-за меня он не может уехать. Я не держу его, не хочу держать. Он мне не поможет вечными разговорами, которые должны подбодрить меня, разговорами, о том, что меня ждет весь мир, все страны и океаны, все прекраснейшие города и концерты. Я обречена на смерть, а он отчаянно пытается бороться с моим пессимизмом. - Ладно, я выезжаю. – Нервно сглатывает первородный, неотрывно смотря мне в глаза. - Что случилось? - Наш брат не справляется с ролью короля. - Он не сделал то, что ты говорил? – строго спрашивает Элайджа. По-моему, он сейчас на стороне Клауса. Стоп, а о каком брате вообще идет речь? Я начала «ходить» глазами по комнате в поисках вампира, о котором сразу подумала, но его здесь не было. - А где ваш самовлюбленный братец? Клаус ухмыляется, на секунду наклонив голову вниз. - В Новом Орлеане, на месте нашего жестокого вампира, - отвечает Деймон. - Серьёзно? Когда он успел? - Два дня уже, как он там, милая. - Хм… - ничего себе, я даже не заметила. Ну и ладно, на одного наглого болвана меньше. Ещё бы Деймона забрал с собой, вообще отлично было бы. - Ты собираешься ехать, Никлаус? - У меня нет выбора, - вижу, что гибрид напрягается. – Я должен уехать. - Почему? – вопрос непринужденно и внезапно слетает с моих уст, о чём я в ту же секунду жалею. Клаус ухмыляется, заставляя меня смущаться. - У нас будут большие проблемы, если я не поеду и не разберусь. - Маленькая поправочка, - вновь встревает ухмыляющийся Деймон, - не у нас, а у тебя. - Нет, здесь ты глубоко ошибаешься. Проблемы будут у всех нас и, как видишь, они уже начались, - отвечает Майклсон и замолкает. До меня доходит, какие неприятности он имеет в виду. Болезнь, которая окутала наш город, и от которой нет спасения. Но почему он это сказал? Получается, что это Клаус что-то напортачил, а мы теперь отдуваемся? Нет… может это вовсе не так. Но всё же он причастен к этому, как ни крути. - Кто это сделал? - спрашиваю я, но мне никто не отвечает, видимо, они не понимают сути вопроса. Я смотрю на гибрида, который, как я понимаю, причастен к ситуации, и добавляю: - Кто навел на город болезнь? Неужели это ты? - последнее проговариваю шутливым тоном, ведь я не верю, что он способен на такое. Я его не оправдываю конечно, ведь этот гибрид тот ещё злобный засранец. Но Клаус не решился бы на такое, хотя бы ради своей любви. Я знаю, что он любит меня... Клаус нервно сглатывает, растерянно ловя воздух. Да ладно, он не понял, что я шучу? - Я просто пошутила, не хоте... - Не стоит, милая, - наконец, он опять привычно ухмыляется. - Я всё равно должен кое-что объяснить тебе. Краем глаза замечаю, что все внезапно, как по приказу, исчезают, оставляя нас наедине. Древний берет стул, ставит его возле дивана, напротив меня, садится, и начинает говорить. - В том, что ты сейчас ощущаешь боль, виноват и я. - Почему? - чувствую себя дурой, но я правда не понимаю, о чем он говорит. - В Новом Орлеане, помимо моего величества, Я закатываю глаза, какой же он самовлюбленный! - на место короля претендует Марсель и клан ведьм, которых он держит в страхе, тем самим подчиняя их себе. Я слегка киваю головой, дабы он продолжал. - Мы с Марселем находимся в небольшой ссоре, которая переросла в более сложный вариант, после того, как Ребекке начало становится плохо. С помощью нашей доблестной сестры, которая разбирается в магии, я узнал, что опасность исходит от ведьмы, исполняющей приказ Марселя. - И? Что ты сделал? На его губах заиграла злодейская ухмылка, такая же, как и у Деймона. - Я убил её. - Конечно, кто бы сомневался. Как ни странно, но мне кажется, что это правильно. Ты защищал свою семью. - Я защищал семью, не замечая, как делаю тебе больно. - Извини, но причем здесь я? Гибрид вздыхает без единого звука и продолжает. - В клане есть особенные ведьмы, которые считаются священными. Оказывается, я соизволил убить именно одну из них. Есть легенды, которые гласят, что если кто-то осмеливается убить хотя бы одну из них, он будет наказан. - Как? - Весьма специфическим способом. С помощью магии они сканируют, в прямом смысле этого слова, виновника, находят его слабое место и обезвреживают. - Ты хочешь сказать.. - Да, они прочитали мои мысли. Мысли о тебе. - Но... почему весь город вымирает? Почему я не единственная? - Они все продумали. Чтобы месть казалась более жестокой, они находили местоположение семьи, или девушки, или ещё кого-то и распространяли вирус на целый город. Господи, как такое вообще возможно? - Это ведь невинные люди. - Да, чем больше людей, тем лучше. - Значит, выхода нет? - Как ни странно, но есть. В один из вечеров, когда они злобно колдовали, одна ведьма случайно ошиблась со словами и накликала беду на одну женщину из их круга. Так как они не могли позволить умереть своей ведьме, они проделали долгую работу и сделали единственное решение для спасения. - Серьезно? - я за одну секунду меняюсь в лице, радуясь. Это же прекрасно, почему он такой задумчивый? Надо радоваться! - Это хорошо! Значит, я спасена, больше не будет боли, - мечтательно шепчу я и прикрываю глаза, чувствуя, что не в силах сдержать слёзы. - Почему ты молчишь? - Ээ... милая, я... я должен уехать. - Он буквально срывается с места, поворачиваясь спиной. - Что случилось? Клаус поворачивается обратно лицом ко мне и опять садится на прежнее место. - Всё хорошо. Я вынужден ехать, но - он берет меня за руку, которая от прикосновения инстинктивно дёргается. Он несильно сдавливает её и гладит большим пальцем. Мурашки... - Я вернусь обратно, совсем скоро. И когда вновь зайду сюда, уверен, что я увижу весёлую, драйвовую девчушку, которая будет драться и спорить с чёртовым Сальваторе, задорно бегая по этому особняку. Слеза не сдерживается и за одну секунду проделывает неприятную дорожку по моей щеке. Я улыбаюсь, ловля чуть приоткрытым ртом холодный воздух. Вдруг его свободная рука аккуратно дотрагивается моего лица, отчего я цепенею. Замечаю, что он медленно наклоняется, в немой панике я нервно хлопаю ресницами и боязливо сжимаю его руку. Клаус оставляет поцелуй на щеке, от чего тело покрывается мурашками. Несмотря на постоянный холод, я чувствую, как тепло его губ передается мне, заставляя щеку гореть. В наслаждении закрываю глаза, пытаясь как можно дольше удержать ставшее таким непривычным тепло. - Будь умницей, любовь моя. Резко открываю глаза и осматриваюсь. В комнате никого нет.

***

- Стефан! Скажи мне наконец. - Я повторяю эти слова уже где-то седьмой раз, но в ответ вижу только растерянный взгляд друга. Растерянность для Стефана - довольно-таки редкое состояние. - Ну ведь есть выход, Клаус мне всё рассказал. - Всё? - Ну, не совсем. Всё, кроме самого главного. Так что же он мне не сказал? Мм? - Кэр, мы не знаем, как ты это воспримешь. - Стеф, вы нашли решение? - Да, - твердо отвечает Сальваторе. - Что я должна делать? - опять повторяюсь и мысленно готовлюсь услышать самое худшее. Может, я должна убить кого-то, или сделать какую-то страшную вещь. Как-то не по себе. - Да почему вы все молчите?! - мой голос охрипший, но я всё равно изо всех сил напрягаюсь, дабы хоть немного повысить голос. - Кэр, - Чтобы это ни было, ты должна принять всё, Кэролайн, - говорит Элайджа. - Ладно. Что я должна делать? Они опять замолкают, я слышу только звуки переливающегося виски в стакане Дея. - Она не готова, - шепчет Елена Стефану. - Я готова! Скажите мне наконец! - Ты должна забеременеть, - мгновенно отвечает Деймон. - Что? - я, кажись, хорошо не расслышала. - Забеременеть и выносить ребенка.