Осуществимые желания

Алексис любила сильных женщин. Еще с раннего возраста ей нравилось читать о таких, как Жанна д'Арк и Катерина Сфорца. Она обожала Скарлет О'Харр. Потом - фанатела от Лизы Кадди и пыталась познакомиться с Опрой Уинфри. И вот теперь в её настоящей, реальной жизни была такая. Кейт Беккет. Сильная. Самостоятельная. Действительно независимая. Умная. Помогающая людям. Алексис восхищалась Кейт, отдавая, впрочем, себе отчёт, что восхищение во многом было иррациональным. Что ей нравилась её форма, её стиль ведения беседы, нравился тон голоса. Она несколько раз даже специально озадачивала отца своими мелкими проблемами - когда поняла, что тот частенько спрашивает совета у Кейт. Ей хотелось знать, что Кейт думает о ней. Не то, что именно Кейт думает - это было второстепенно. Странные, но приятные ощущения вызывал уже сам тот факт, что о ней думает Кейт Беккет. Но Алексис была рациональна. Она могла позволить себе расслабиться, могла позволить своим желаниям взять контроль над телом и разумом, но так же просто она этот контроль забирала. И всё же ей стало сложней, когда она пошла ассистенткой к доктору Пэриш. Нет, жаловаться было не на что - она действительно получала необходимый ей опыт... Но она стала чаще видеться с Кейт. И это было невыносимо. Каждый чёртов раз, когда она встречалась взглядом с детективом, она краснела и отводила глаза. И всё же украдкой продолжала наблюдать, как та поправляет волосы небрежным жестом, как двигаются её губы, когда она обращается к Лэни. И один раз всё-таки не выдержала: один раз, когда Кейт пришла к Лэни и, облизнув губы, дотронулась до плеча Алексис (случайно), затем, уже ближе к концу беседы, своим непередаваемо обаятельным тоном игриво сказала несколько слов отцу, девушка не выдержала и, как только они ушли, убежала в туалет. Закрывшись в кабинке, прижавшись к тонкой стенке, она торопливо расстегнула молнию на джинсах, просунула руку в трусики и погрузила пальцы в себя. Другая рука направилась к клитору, и девушка начала ласкать себя - сначала медленно, а потом быстрее, прикрыв глаза от наслаждения. Перед её внутренним взором вставали картины: вот Кейт прижимает голову Алексис к своему лону, выгибаясь от наслаждения, а та проникает внутрь языком, активно работает губами, старается найти ртом ту самую точку... А вот уже Алексис на спине, а Кейт - на ней, прижимает руки девушки к кровати. Губы детектива порхают по её шее и груди, но Алексис так хочется большего... И она видит, как Кейт лежит рядом, на боку, и осторожно водит вибратором по нижним губкам Алексис. Вводит его внутрь, дразнит её, толкает глубже... Но тут Алексис кончает в реальности, и закусывает губу, чтобы не застонать. Тем же вечером, уже вернувшись домой, перед сном, она пытается обдумать - в который раз! - что же делать. И приходит к пониманию, что так не может продолжаться. Нереализованные желания рано или поздно перерождаются в нечто, что будет висеть над тобой всю жизнь. Что будет всплывать в памяти каждый раз перед сном. Всё, что угодно - знакомый образ, знакомое лицо в толпе, знакомые ощущения - может отозваться горечью в её душе. И она всегда будет жалеть о упущенных возможностях. Но ей не хотелось жалеть. Ей хотелось жить полной жизнью, без каких-либо факторов, тормозящих её, заставляющих её оглядываться назад. И потому она решается, и уже через день готова сделать всё необходимое. Она задерживается в участке после ухода Лэни - у той сегодня первое свидание с "новым" старым бойфрендом. Отец хочет забрать её, но Алексис серьезно смотрит на него и говорит, что ей нужно закончить пару отчётов. Ричард предлагает было свою помощь - и у девушки замирает сердце - но, слава Богу, обходится, она отговаривает его от этой идеи, обещает, что будет дома уже через час-полтора, он покорно кивает головой и покидает участок. Теперь кроме неё самой здесь только Гейтс, какой-то незнакомый Алексис офицер и Кейт Беккет. Сегодня задержаться придётся и детективу - девушка знает это наверняка. У неё немало работы. Мысли о предстоящем захватывают её, и она крепче сжимает маленький пузырёк в кармане; там возбуждающие капли для женщин, и если верить инструкции, то ей хватит и пары капель. Она не выдерживает долго - все равно отчеты ей сейчас не сделать - и буквально через двадцать минут вскакивает с места. Кейт склонилась за своим столом, и её фигура вызвала внезапный приступ возбуждения у Алексис. Она сглотнула и подошла к кофейному аппарату. - Кейт? Тебе сделать кофе? - кажется, её голос совсем не дрожит. - О, Алексис... Тоже допоздна сегодня, да? - судя по голосу, Беккет улыбается, и Алексис с удовольствием бросила бы кофе, лишь бы увидеть эту улыбку. - Да, - она шелестит бумагами, - пожалуй, не откажусь. Алексис капает возбудителя и себе. Пусть они будут в равных условиях. Хотя, разве он ей нужен? Ведь даже когда их пальцы случайно соприкасаются, её сознание затуманивается, ей хочется наклониться к ней, к её губам, и... Но она отгоняет эти мысли. Она уже близка к цели. Осталось лишь пара моментов: оставить телефон на её столе - там, под блокировкой, пара личных записей записей в блоге Алексис, касающихся Кейт - и возвратиться к себе. Вне зависимости от того, прочитает ли Кейт записи, она рано или поздно заметит телефон, а Алексис будет готова к её появлению в своих дверях. В ожидание Кейт она еще пару раз попыталась приняться за отчеты - но, конечно, у нее ничего не выходило. Услышав нерешительные шаги за дверью, она заторопилась: задрала юбку, раздвинула ноги, закусила губу, прикрыла глаза, развернулась к двери. Кейт медленно растворила дверь, уткнувшись в телефон Алексис. Сквозь полуопущенные веки, дочь Рика видела румянец на её щеках. - Алексис?.. - прошептала Беккет, поднимая глаза. Её глаза остановились на руке девушки, вынырнувшей из трусиков. Она облизнула губы, следя за блестящим от соков Алексис пальцем, а та легко поднялась с кресла и направилась к детективу. - Тссс, - девушка прижала палец к губам Кейт, пытаясь нашарить сзади, на шкафу, бутылку коньяка. Сделать несколько глотков самой, для храбрости, и напоить Кейт, прижавшись к её губам. Перекатить чуть сладковатую мягкую жидкость по своему языку к её губам, заставить её раскрыть рот. Последующее почти не запомнилось Алексис. Кажется, они целовались, прижавшись к шкафу, горячо, жадно; возбужденные, горящие желанием глаза Кейт были напротив её собственных. Затем девушка как-то и сама не заметила, что лишилась блузки, а язычок Кейт нежно, осторожно касается сосков, заставляя Алексис гореть от желания. Потом она обнаружила себя на кресле, а Кейт - между её ног. Её язык буравил влагалище Алексис, и она не могла противиться дрожи удовольствия, пронзающей её тело каждый раз, когда Кейт касалась какой-то точки внутри. Прижав голову Беккет к себе, девушка кончила с негромким стоном, не в силах открыть глаза, и почувствовала, как та влажно, горячо касается губами её живота, груди, шеи, и, с готовностью приоткрыв рот, почувствовала свои соки на языке. Когда способность мыслить хоть немного возвратилась к ней, она поднялась с кресла и уселась рядом с Кейт, развалившейся около шкафа. - Спасибо, - шепнула она, прижимаясь к её волосам, столь знакомо пахнущим ею. - Ну-ну, - Беккет тоже говорила тихо, немного хрипло, и это было жутко возбуждающе, снова рождало в Алексис желание, - мы же только начали. Пошли, я покажу тебе кое-что. - А как же... - Гейтс уже ушла. Тот офицер в другом конце участка. И вряд ли ему что-нибудь понадобится в морге. Скинь уже юбку. Алексис послушно исполнила это указание и поспешила за всё ещё полуодетым детективом. Сначала Кейт заскочила к Лэни, но уже через секунду появилась обратно с каким-то небольшим продолговатым предметом в руках. Сердце Алексис защемило от ожидания, и это чувство оправдало себя - как только они вошли в морг, девушка ясно разглядела страпон в руках своей партнёрши. Кейт произнесла: - На колени! - и новая волна возбуждения прокатилась по телу Алексис. Беккет быстро сбросила остатки одежды и теперь закрепляла страпон на поясе. - Ты же не думаешь, что единственная, кто иногда развлекается подобным образом? - Беккет подмигнула ей. - Иди сюда. Захваченная новыми ощущениями, Алексис подползла к Кейт, чувствуя буквально витающую в воздухе похоть. Беккет развернула ее спиной к себе и толкнула на пол: - Становись на четвереньки. И девушка послушно выгнулась, едва вздрогнув, когда кусок резины прикоснулся к её лобку. Руки Кейт легли Алексис на ягодицы, соскользнули чуть ниже - и детектив буквально насадила девушку на фаллос, едва слышно выпустив воздух сквозь сжатые зубы. Алексис же не сдержала вскрика; Кейт быстро наклонилась, чтобы зажать рот ей рукой. В таком положении они и оставались, пока детектив искала подходящий темп. Страпон почти полностью выскальзывал из лона девушки, а затем снова входил внутрь, наполняя её, заставляя чувствовать все изгибы на своей поверхности. Через несколько минут медленных фрикций рука Кейт соскользнула с лица девушки, и Алексис чуть не упала на пол, еле успев удержаться на локтях. Она почувствовала, как рука Кейт соскользнула с её спины, на секунду её острый, возбуждённый сосок коснулся лопатки девушки, а затем обе её кисти оказались в руках Беккет. Та вытянула её руки назад, будто собираясь заломить их, но вместо этого лишь потянув её на себя, заставляя Алексис упереться в пол грудью, поднять голову. На этот раз ей пришлось закусить губу, ведь сдерживать стоны было некому. Каждый новый толчок отзывался волной возбуждения, и Касл уже сама насаживалась на страпон, стараясь ускориться. Через пару десятков движений Беккет отпустила её руки, и теперь Алексис могла опереться на локти. Буквально пара движений, и что-то внутри Алексис вспыхнуло, заставив её сильнее прикусить губу и закатить глаза в наслаждении. Она растянулась на полу, не в силах ни подняться, ни открыть глаза. Над ухом послышался голос Беккет: - Да, свои желания надо осуществлять.