Странные обстоятельства

Утро… В Хижине на кухне уже вовсю хозяйничали Билл и Мэйбл. Диппер ушел в магаз за своим подарком и подарком, который попросил купить Билл. — Ну и где его носит? Пасифика спит, конечно, как сурок, но и она вечно во сне не пробудет! — ходила и ворчала Мэй. — Да ладно тебе. Дип сказал, что вернётся не раньше, чем через полчаса, — сказал Билл. — Да, но времени прошло уже двадцать семь минут! — не успокаивалась Мэй. Стук в дверь. На пороге стоял Диппер и держал в руках подарки. — Тебя только за смертью посылать. Именно тот купил, что я просил? — спросил Билл. — Да. Простите, что так долго. Думал, что ей подарить, — произнёс радостный Диппер, подмигнув Биллу. Все трое были одеты нарядно, но по домашнему. Билл одел свитер, что связала ему Мэйбл, черные джинсы и жёлтые кеды. На Мэйбл было одето желтое платье с черным тонким ремешком, черные балетки, а на голове высокий хвост. Диппер одел светлые джинсы и красную рубашку в клетку. Все подарки были спрятаны, а близнецы и Билл начали ждать именинницу. Послышались шаги, и ребята спрятались. Вот в гостиную вошла Пасифика и все выпрыгнули, выкрикнув «сюрприз!». На Пас было насыщенно-фиолетовое средней длины платье с балетками такого же цвета, на голове заплетена аккуратная коса. — О, мой Бог! Ребята, спасибо вам всем огромное! — было видно, что Пасифика была приятно удивлена. — А теперь подарки! — произнесла с энтузиазмом Мэй. Все вытащили свои сюрпризы. Первая начала Мэй. — Пасифика, мы с тобой друг друга знаем давно. Может у нас были и ссоры, и разногласия, хотя это мягко сказано, но теперь ты моя лучшая подруга и возлюбленная моего брата, и лучшей девушки я бы ему точно не смогла бы найти! Держи, это тебе! — произнесла шатенка и подала свой подарок Пасифике. Блондинка открыла его и увидела красивые носочки в виде зайчиков. — Как мило! Спасибо, Мэй! Я очень рада, что ты теперь моя лучшая подруга! Спасибо ещё раз! Девушка обнялись. Потом последовала очередь Билла. — Пас, я знаю тебя чуть больше, чем эти двое. Спасибо тебе за то, что поверила в меня и помогала в нужный момент. Признаюсь, над подарком я думал недолго и заказал его незадолго до твоей днюхи. Держи! — Билл подал ей коробку. Открыв ее, Пас ахнула. Там лежал светло-сиреневый скейтборд с белыми розами. — Спасибо, Билл! Но ты ведь знаешь, что я не умею кататься? — Знаю, и поэтому я научу тебя. Поверь, это намного легче, чем ездить на машине. Билл встал и освободил место для Диппера. — Билл, нам надо принести кое-что с кухни. Быстрей, — потянула Мэйбл парня. Оба ушли, оставив именинницу и ее парня одних. — Дорогая Пасифика, мы встречаемся с тобой не так долго, но я уверен, что мы знаем друг друга много лет. Если по правде, я никогда бы не подумал, что ты можешь стать моей девушкой, но я не мог не влюбиться в твою улыбку. Поздравляю тебя с Днём Рождения! Это тебе. Диппер подал Пасифике небольшую продолговатую коробку фиолетового цвета. Девушка открыла ее и увидела в ней серебряную цепочку с кулоном в виде светло-голубого маленького алмаза. — Дип, спасибо! Она, наверно, дорогая? — спросила радостная девушка. — Не беспокойся на счет этого. Давай я тебе ее одену. Диппер одел цепочку Пасифике. Билл и Мэйбл через пять минут зашли в комнату. Они несли курицу, от которой исходил приятный запах. — У тебя сегодня День Рождения, и поэтому мы решили сделать самый настоящий пир! — сказала Мэйбл. Пасифика была счастлива. У нее всегда этот день был однообразным: вот она просыпается, а на столе записка: «Оденься для бала. Будем вечером.». Вот она подбирает платье, прическу. Потом вся прислуга бесчувственно поздравляет ее. Затем проходит бал, куда приходят всякие богатые особы, которым просто надо было куда-нибудь выйти в люди, так как они боялись зачахнуть в своих великолепно-богатых особняках. Вот приезжают родители и дарят тебе то, что ты хотела, не выражая никакой радости по отношению к Дню Рождения своего ребёнка, и так каждый год. Но ТАКОГО у нее не было никогда. Рядом друзья, которые встали раньше тебя, украсили гостиную, сделали завтрак, подарили подарки от всего сердца, и любимый парень, который так трепетно о ней заботится и любит. От мыслей ее отвлек стук в дверь. Билл пошёл открывать гостям. Там были запыхавшиеся дяди. — Фух, думали не успеем! Ехали, как можно быстрее! — произнес запыхавшийся Форд. — И не говори. Мы вовремя? — спросил Стэн. — Да. Мы только подарили ей свои подарки. Билл пошел в гостиную. — Пасифика, догадайся, кто еще успел приехать на твое День Рождения? — спросил ее Билл. — Стэн и Форд вернулись? — спросила Пас. Ответ пришел сам, то есть пришли. — Пасифика, мы с братом поздравляем тебя с Днём Рождения и дарим тебе этот подарок! Но, только чтобы его увидеть, нам надо выйти во двор, — сказал Форд. Все пошли к выходу. Когда они вышли на улицу, все аху… были немного в шоке. Во дворе стояла черная машина марки BMW. — Стэн! Форд! Это же слишком дорогой подарок! — стояла в шоке Пасифика. — Я надеюсь, что этот автомобиль получен легально? — Конечно, — ответил Форд. — Ты ведь уже умеешь водить машину. Да и это не только наш подарок. Идём к моему автомобилю, — сказал Стэн. Все подошли к машине, ничего не понимая. Из транспорта вышли два человека, отчего все собравшиеся потеряли дар речи. Один из этих людей был немного с сединой, с усами и немного гордым взглядом, одетый в чёрный строгий костюм. Вторая была женщина с каштановыми распущенными волосами, в длинном синем платье. — Папа, мама? Что вы тут делаете? — спросила Пас, узнав немного постаревших родителей. — Пришли поздравить тебя с Днём Рождения, — ответил отец Пас, — и забрать тебя домой из этого…места. — Ясно. Можете уезжать. Я с вами никуда не поеду и останусь тут. — сказала Пас. — И если это, — указала она на BMW, — ваш подарок, то можете и его забирать. Мне от вас ничего не надо. — Пасифика Элиза Нортвест! Ты едешь с нами! — произнесла ее мать. — Она же сказала, что никуда не поедет, — сказал Диппер. — А, ты тот самый Диппер Пайнс. И кто же ты такой, чтобы нам указывать? — спросил с сарказмом отец Пас. — Надо было вам еще тогда сказать, КТО наши родители, чтобы все эти вопросы и унижения в сторону Пайнсов прекратились, — произнесла Мэйбл. — И кто же ваши родители? — спросила мама Пас. — Папа и мама у нас крупные предприниматели в нашем городе. То, что тут они не известны, это нормально. Ведь кое-кто просто не захотел открывать магазин нашей матери, не так ли? — спросил Дип. — Так что не надо считать нас «людьми низкого качества». — Нет, этого не может быть! Вы врёте! — Престо начинал закипать. — Вот их фото с родителями, — произнёс Стэн и подал фотографию родителям Пасифики. — Ладно. Да, вы их дети, но Пасифику мы тут больше оставлять не будем! — произнесла ее мать и обратилась к дочери, — Ты едешь с нами! — Нет, я никуда с вами не поеду! — произнесла Пас. — Вы обо мне не вспоминали пять лет, не прислали ни одного поздравления, ни одного извинения или приглашения домой! И теперь вы умаете, что я куда-то с вами поеду?! Ага, конечно! Бегу и спотыкаюсь! — Пасифики Элиза Нортвест, ты поедешь с нами! — сказал Престо. — Если вы ещё не поняли, то повторю ещё раз: она никуда не уйдет! Она — моя невеста, и я не собираюсь ее никому отдавать! Даже вам! — злобно произнес Дип. — Какая еще «невеста»?! Пасифика, он говорит правду?! Ты его будущая жена?! — спросил Престо. — Да, он говорит правду, — уверенно сказала Пасифика. — Тогда ясно… — спокойно произнесла Присцилла. — А вы молодцы. Ничего не побоялись. — Можете успокоиться. Это была некая проверка. — В смысле? — спросила Пасифика. — Мы ведь с твоей мамой поженились против воли родителей. Потом она забеременела, и родилась ты. Наша семья — редкостные сволочи и обманщики, но ты смогла сломать этот стереотип. Когда ты ушла из поместья, мы думали, что рано или поздно ты вернёшься к нам. Но сколько бы времени ни проходило, а ты всё оставалась у Пайнсов. — Поозже мы узнали, что ты ушла из элитной школы, в которую мы тебя устроили, и поступила в обычную. Тогда мы тоже думали, что ты прибежишь к нам как миленькая, будешь вымаливать прощения, но этого опять не произошло. — Уже спустя несколько лет мы поняли, что совершили ошибку, накричав на тебя тогда и отпустив. Если бы мы заботились о тебе больше, то может и ты, и мы были бы очень хорошей и дружной семьёй… Ты молодец, Пасифика. Ты выросла очень сильной духом девушкой, которая смогла перенести невзгоды этой жизни за эти года… Прости нас за то, что ничего не предприняли для твоего возвращения, — произнёс папа Пас. — Ничего, я вас прощаю. Если бы я не ушла, то не была бы сейчас с Диппером. — Да, кстати, Диппер Пайнс, сделай всё-таки ей настоящее предложение, — произнесла Присцилла. Пасифика и Диппер покраснели. — Пошлите тогда к столу, — предложил Билл. Две семьи сели есть за один стол. Все вместе они обсуждали всё, что произошло. Так и прошел День Рождения Пасифики. Когда был уже вечер, дети оставили взрослых и пошли на чердак. — Девчонки, мы решили с Диппером, что делать предложения надо делать в один день и по отдельности, но тут такая романтическая атмосфера, что мы решили сделать именно сегодня. Мэй, прости, что не на твое ДР, — произнес Билл. — Какое предложение? — ничего не понимая, спросили Мэй и Пас. Парни достали из карманов маленькие коробочки, сели на одно колено и раскрыли их. Там были красивые золотые кольца. — Мэйбл Пайнс, ты согласна стать моей женой и быть уже Мэйбл Шифр? — произнес Билл. — Пасифика Элиза Нортвест, ты согласна стать моей женой и быть Пасификой Элизой Пайнс? — спросил Диппер. Девушки переглянулись. Последовала маленькая пауза. — ДА! — прокричали девчонки и бросились на парней. Билл и Диппер покружили Мэйбл и Пасифику в воздухе. Минут через десять они спустились вниз. — Пасифика, ещё раз с Днём твоего Рождения! А нам уже пора…- сказал Престо. — Спасибо за подарок! Да и за всё остальное. Увидимся позже! — произнесла Пас. Родители ушли, да и дяди пошли в подвал. Вся семейка разошлась по своим комнатам.