Dream

\\imagine dragons — dream// ||imany — u will never know||

У каждого человека есть мечта, или их даже несколько, не так ли? Мы можем мечтать, придумывая себе идеальную жизнь или идеального любимого. Мечтая — мы погружаемся в собственный мир, такой беззаботный и искренний, без каких-либо правил или ограничений. Никто не запретит нам придумывать свои мечты, где мы расхаживаем по красной дорожке, и все нам улыбаются, или же, где у нас есть собственный милый домик, на берегу озера, где каждый день мы попиваем чаёк и думаем о смысле жизни или читаем малоизвестные английские романы. Я тоже мечтал. Как все. И никто не мог мне запретить мечтать, ведь так? Я мечтал о большой сцене, о толпе фанатов, которые кричат моё имя и подпевают мне. Я мечтал о возможности показать себя, доказать всем (в том числе и самому себе), что я могу этого достичь. Ведь мечты должны сбываться. Мои мечты могли бы сбыться, если бы не одно но. Точнее один. Он. Всегда, когда я думал о нём (большинство времени)  — мои мечты уходили на задний план. Он закрывал их своим прекрасным телом, и они меня тогда уже не волновали. Меня не волновали фанаты, музыка, какие-то пустяки или даже большие проблемы — он мог заставить меня забыть об этом, даже не прикладывая особых усилий. Просто представление его образа у меня в голове заставляет уже покрыться муражками и улыбаться, безостановочно любуясь им. И тогда я заметил, что когда мечтаешь, то настоящая жизнь уходит на второй план, ты весь отдаёшься своим мечтам. Но в мечтаниях есть один недостаток — это всё придумано, и порой мы понимаем это слишком поздно. Мы придумываем любовь, когда не замечаем настоящую, такую близкую. И даже сейчас, когда я лежу на его груди, и размышляю об этом, меня не покидает мысль о том, что было бы, если бы я выбрал свою мечту (а ведь она могла оказаться не такой уж и главной в моей жизни), а не свою любовь. — Малыш, о чём ты думаешь? — спросил меня Лиам, своим идеальным, слегка хриплым голосом, параллельно поглаживая мои волосы. — Я думаю о том, как сильно я люблю тебя. И даже, если меня когда-либо посещали сомнения, то они сразу развеивались в этой пустоте мечтаний, потому что я думал о нём. Ты выбираешь человека за его особенности за его недостатки. В своих мечтах создаётся что-то идеальное, то, в чём нет недостатков. Простая идеализацию. Но я влюбился в эти морщинки, глупые привычки, как, например, постоянно извиняться (ужасно глупо, особенно, когда чаще всего виноват я), в эти малейшие недостатки, которые и делают его таким родным и таким своим; а что может быть важнее осознания, что тебя ждут и любят, тем более, когда это взаимно. Перебирая свои мечты уже в который раз, я всё так же понимаю, что не могло быть чего-то лучшего. Лучшее всегда возле нас. И мне абсолютно пофиг, что я возвращаюсь к этой заезженной теме, даже с той целью, чтобы убедить себя. Ведь для меня это правильно и становится легче; убеждаю себя ещё сильнее и даже, чёрт побери, готов сделать это ещё много раз, ведь мне будет хорошо и спокойно. Спокойно от того, что Лиам рядом и я уверен в нём. /но никто никогда не уверен полностью, у нас есть эти ничтожные сомнения, мешающие жить/ *** Лиам сидел в своём неудобном кресле, которое он не выкинул ещё с того дня, хоть и следовало бы, и листал потёртые, но такие зачитанные страницы. И эта страница, которая с одной стороны была наполнена счастьем, а с другой - лёгкой потерянностью, но ведь это был просто обычный вечер, который они провели как обычно, не отвлекаясь на мелочи, а наслаждаясь моментами. Он вновь перечитывал дневник Зейна, дневник, который он менял каждый год, который был для него всем , а для Лиама запретом - даже запретом подумать про то, что было записано в нём. Это было давно, но он до сих пор помнит, как Зейн смешно ругал его, что Лиам приставал к нему с расспросами про записи и рисунки, которые находились в этой потёртой книжонке. Сейчас для него это не выглядит смешным, ведь он не помог ему. Не помог, когда он стоял на крыше, пытаясь понять этот мир, когда он встал на край парапета и сделал прыжок. Прыжок в никуда. Прыжок в бездну. Пытаясь избавиться от такого мучительного чувства непонимания. И никто не узнает, что тогда было в мыслях Зейна Малика.

Только Зейн всегда был уверен в том, что любит Лиама, что делает всё для него и что так, наверняка, будет лучше