Очищаясь огнем, возрождаясь из пепла.

      В тюремной камере Азкабана, на куче соломы, брошенной возле окна, сидел худой юноша, и смотрел, сквозь прутья решетки на хмурое серое небо. Там, среди туч, словно птицы, кружили дементоры. Но юноше они были не страшны, так как на наружной стороне его окна сидел алый феникс и пел. Звонкий голос волшебного создания прогонял тоску из сердца и словно заполнял ощущением мира и покоя. Дементоры, как истинные порождения тьмы, старались не приближаться к детям огня, поэтому юноша был защищен от их пагубного влияния. Юноша, кончиками пальцев, сквозь прутья решетки, гладил чудесную птицу. Гладил и вспоминал, как он здесь оказался. Ретроспектива       «В тот злополучный день Гарри Поттер не предполагал, что уже завтра окажется в самой страшной тюрьме английского волшебного мира, за преступление которого не совершал. С раннего утра все шло не так. Не сработавший будильник, опоздание на трансфигурацию, взорвавшееся зелье, апофеозом неприятностей на уроках стало неправильное выполнение чар на занятиях у профессора Флитвика. Неверное движение и ваза, лежащая перед надеждой магического мира, взорвалась на тысячу осколков. Некоторые из них попали в самого Гарри, сильно расцарапав лицо. После посещения мадам Помфри, гриффиндорец решил не возвращаться на занятия к маленькому профессору, благо занятий больше в этот день не было. Почти два часа молодой человек просидел на опушке запретного леса, думая о чем-то своем и гладя, устроившегося рядом молоденького единорога. Гарри не удивлялся тому, что волшебные существа благоволили ему и старались не нападать на юношу, в конце концов, это ведь было в его природе.       Гарри размышлял о том, что с нетерпением ждет своего дня рождения. Ждет, когда ему исполниться семнадцать, своего совершеннолетия. Ждет дня, когда сможет заявить свои права на партнера. Всего три месяца и они смогут быть вместе. Раньше нельзя, он это знал точно. И его партнер тоже. Он не позволял себе ни намека на что-то более чем дружбу, так как знал – до снятия защиты крови, наложенной Лили Поттер, Гарри нельзя завязывать постоянные отношения. Они часто разговаривали обо всем, делились знаниями и строили планы на будущее. Гарри не был уверен, что после окончания школы он останется в Англии. Магический мир других стран его привлекал гораздо больше. Для начала они с партнером решили попутешествовать по миру, а уже потом решить, где все же осядут.       В начале мая дни еще прохладные, и через пару часов, слегка замерзший юноша решил вернуться в замок. Единорог последний раз подставил голову под ласковую ладонь и ушел в лес, а Поттер медленно направился к главному входу. Решив сократить дорогу, юноша пошел через заброшенную теплицу. Внутри словно что-то сжалось в нехорошем предчувствии. Гарри не мог понять того внутреннего беспокойства, которое охватило его. Он уже прошел мимо теплицы, когда вдруг услышал тихий стон боли. Не задумываясь, гриффиндорец открыл теплицу. Пробравшись через заросли заброшенных растений, он вышел на небольшой расчищенный пятачок. И тут же бросился к лежащей на земле девушке. Ромильда Вейн истекала кровью от нескольких ножевых ран. Оружие было воткнуто ей в живот. Девушка слегка хрипела, с уголка губ текла тоненькая струйка крови. Гарри не задумываясь о себе и об откате, вынул нож и стал передавать девушке свои силы, пытаясь залечить самые сильные внутренние повреждения. Из его глаз текли слезы, капая на раны девушки. Поттер всей своей душой желал, что бы она жила. В какой-то момент он понял, что жизнь девушки уже не находиться на самой грани, а потом его накрыла тьма.       Очнулся Гарри уже в камере в аврорате. Потом был допрос, достаточно жесткий. После него почти не соображающего юношу доставили в зал суда. Ему даже не дали вставить слово. Так же провели допрос под веритасерумом. Но его словам не поверили, решив, что он смог сопротивляться сыворотке правды, как до этого смог сопротивляться империусу. У них было, как им казалось более убедительное доказательство – воспоминания Ромильды считанные легилиментом до того как она впала в кому. В них она говорит парню, стоящему к ней спиной, что беременна и не собирается избавляться от своего ребенка. Потом девушку резко отбрасывает в сторону, приглушенный голос, говорящий, что тогда он вырежет этого ребенка из нее сам, резкая боль от ножевых ран и чего-то похожего на круцио, и лицо Поттера. Сумбурные воспоминания, но суд поверил им больше, чем ответам юноши, данным под сывороткой правды. Суд вел Дамблдор. Когда директор оглашал приговор, то сказал, что его надежда на то, что Гарри не поддастся тьме, оказалась бесплодной.       Гарри посадили пожизненно в Азкабан за нападение на Ромильду Вейн и убийство ее так и не рожденного ребенка. Когда его выводили из зала суда, он лишь на мгновение заставил авроров остановиться. Смотря куда-то в толпу, он громко сказал:       - Я знаю, что ты веришь в мою невиновность. Только ты знаешь причину, по которой на моих руках нет крови, и не может ее быть. Прошу тебя об одном, не пытайся что-либо сделать. Просто дождись. Дождись того дня, о котором мы говорили. И береги себя, что бы мне было к кому вернуться. – А потом, обведя взглядом людей, что жаждали для него наказания. – А вас мне жаль. Вы так и не научились быть справедливыми и не доверять авторитетам. Магическое население Англии само наказало себя. Вам давали последний шанс, но вы его упустили.       А потом авроры увели его. Они были удивлены тем, что юноша не реагировал на их толчки и вообще вел себя очень спокойно. Когда они на лодке подплывали к Азкабану, то в небе раздалась чудесная песня, и с неба к ним спустился феникс. Фоукс устроился на коленях Гарри, что-то ласково курлыча. Само присутствие феникса разгоняло ужас, который охватывал сердце от присутствия дементоров. Бравые служители правопорядка не смогли отогнать огненную птицу. Феникс сопровождал юношу до ворот Азкабана, а потом устроился на окне выделенной ему камеры.       Время в Азкабане текло медленно. Сводящий с ума холод и ледяное воздействие дементоров. Волшебники явно были не в себе, когда создавали такую тюрьму. Мало кто продержался здесь более двадцати лет, и практически единицы оставались в своем уме через пять лет. Каждый раз, сталкиваясь с правосудием в волшебной Англии, Гарри понимал, что в этой системе нет ни капли справедливости. Они даже не расследовали толком покушение на Ромильду. Ему было искренне жаль эту девочку. Ведь тот, кто покусился на ее жизнь, там на свободе. И ему крайне не выгодно, что бы Ромильда пришла в себя.       Фоукс баловал Гарри как мог. Принес ему откуда-то теплое одеяло, не новое, но чистое и пахнущее свежестью. Несколько теплых свитеров и брюки, чуть больше по размеру, чем носит Гарри. Достал книги, в основном магловскую приключенческую литературу. А самое главное, он принес стопку пергаментов, несколько обычных шариковых ручек и письмо от партнера. Гарри обрадовался тому, что феникс согласился периодически подрабатывать совой и достаточно часто обменивался письмами с партнером. Периодически вместе с письмом партнер передавал зелья, шоколад и мясные пироги.       Юноша прекрасно понимал, что у других заключенных ничего подобного нет. За что и был искренне благодарен Фоуксу. Авроров в Азкабане не было, они появлялись раз в неделю на обход, забирали с собой трупы, приводили тех, кто смог выбить разрешение на свидание. К Гарри они не заходили, только проверяли, жив он или нет. Поэтому Поттер перед такими обходами складывал свои вещи под солому, и сидел у окна, слушая ласковую песню феникса. Дементоры к нему практически не подходили, только для того, что бы раз в день принести миску с отвратительной похлебкой, куском хлеба и стаканом воды. Из-за присутствия Фоукса они не могли долго находиться возле его камеры.       Кроме чтения, Гарри занимался и легкой физической нагрузкой. Чем здоровее будет его тело, тем легче ему будет принять ту магию, которая хлынет на него, после того как материнская защита спадет. Каждое утро он умывался ледяной водой из крошечного источника в углу камеры и делал зарядку. Время до обеда Гарри проводил за чтением, после - снова за физическими упражнениями и размышлениями. Так и прошли почти два с половиной месяца.» Конец ретроспективы       До дня рождения Гарри осталось две недели, и он уже начал чувствовать, как тело периодически окутывается жаром его магии. Она струилась по его венам вместе с кровью, наполняя тело новой силой. Силой, которая была запечатана его матерью до семнадцатилетия юноши. Силой, которая без специальных ритуалов сожгла бы его еще ребенком. Эта магия вырвется на свободу, после того как падет материнская защита. И после этого ни одни стены не смогут удержать его.