Очищаясь огнем, возрождаясь из пепла.

Ритуал состоялся на главной площади поселения. Со стороны Северуса прибыли его родственники – вампиры и семья Малфоев. Со стороны Гарри – вся его семья: Лили и Джеймс, Эвансы, Фоукс. Все в поселении постарались для этого праздника. Главная площадь в изобилии была украшена цветами – белыми лилиями и красными камелиями. Нежные вуали, арки, цветочные шары. Все это создавала какой-то неземной эффект. Небольшие столики с угощением. А посреди площади алтарный камень. Северус и Гарри не хотели пышных торжеств, но каждая свадьба – это большой праздник для поселения. А уж объединение двух магических рас – и подавно. Женихи были одеты в церемониальные одежды. Белые штаны, свободные рубахи, на которых каждый вышитый символ имел свое значение. Обуви им не полагалось. От домов, в которых их поселили на эту ночь, они шли босиком, по дорожкам, усыпанным перьями фениксов. Перья вспыхивали легкими искорками, очищая молодоженов от всего, что могло нанести их молодой семье вред. Весь предыдущий день они проходили очистительные ритуалы. Темная магия, проклятья, сглазы, остаточные следы зелий – все это уходило от них с каждым проведенным ритуалом. Эта же дорожка из перьев фениксов не давала пустить все труды предыдущего дня коту под хвост и защищала от мелких сглазов. Ведь даже восклицанием «Какая красивая пара!» можно навредить не задумываясь. Северус и Гарри собирались создать новую семью, и возможно, в ближайшем будущем, зачать наследника. Вчера зельевар вместе с очистительными ритуалами прошел еще один – сменил род и выжег кровь Принцев. Сколько же проклятий с него сошло после этого. Он мог быть спасением рода, но из-за гордыни чистокровных родственников, стал последним представителем, который мог бы продолжить его без груза проклятий. Что же, род Принц сам наказал себя. Они встретились у алтарного камня, вокруг которого все пространство так же было усеяно перьями. На камне стояла чаша с вином и лежал кинжал украшенный рунами. В руках, женихи держали дары для магии, созданные своими руками. У Северуса это было зелье – феликс фелицис, у Гарри кулон-артефакт со слезами феникса внутри. Зельевар знал, что это слезы его будущего супруга. Под катрены, которые читали их свидетели, они вместе положили дары на алтарь, в специальную нишу. Вспышка – магия приняла их подношение, можно продолжать ритуал. Северус, как старший партнер, первым взял кинжал. Аккуратно порезал свою левую ладонь и передал клинок Гарри. Юноша повторил действия зельевара, нанеся рану на правую ладонь. Кинжал переместился на алтарь, где мгновенно очистился. А Гарри и Северус объединили раненые руки так, что бы их кровь смешивалась и капала в чашу, которую они держали здоровыми руками. Катрены усилились. Смотря друг другу в глаза, женихи присоединились к этому хору голосов. Кровь капала в чашу с вином, насыщая его магией. Вот она наполнилась до краев, и в тот же момент, раны на руках партнеров затянулись. Они держали чашу в четыре руки. Первым заговорил Северус. - Клянусь быть тебе во всем опорой, оберегать от невзгод и потерь, нежно любить тебя. Говорить, когда нужны слова, и хранить молчание, когда слова не нужны. Быть с тобой в болезни и здравии. Быть хорошим отцом нашим детям. Испей из этой чаши, что бы принять меня как супруга своего. Пусть наша жизнь и наша магия объединиться до конца вечности. Гарри выпил из чаши, которую они так же продолжали держать вдвоем, принимая в свою жизнь партнера. - Клянусь быть тебе во всем опорой, оберегать от невзгод и потерь, нежно любить тебя. Говорить, когда нужны слова, и хранить молчание, когда слова не нужны. Быть с тобой в болезни и здравии. Быть хорошим отцом нашим детям. Испей из этой чаши, что бы принять меня как супруга своего. Пусть наша жизнь и наша магия объединиться до конца вечности. Северус повторил действия жениха. Как только чаша опустела и была поставлена на алтарь, их окутала вспышка магии, подтверждая брак. Голоса, что до этого тихо читали катрены, усилились. В них теперь слышалась хвала магии, поздравления супругам и пожелания счастья. И вот прозвучало последнее слово. Северус притянул к себе Гарри, впиваясь в его губы собственническим поцелуем. - Свидетельствуем! И слова родных и близких снова были подтверждены магией. На руках у молодоженов появились обручальные браслеты. А вокруг них закружился вихрь из перьев фениксов, даря свою защиту. Как только все перья исчезли – супругов окружила толпа поздравляющих. Их отвели на почетное место, и вручили традиционные дары. От всего поселения – ключ от небольшого домика, что недавно построили рядом с домом Поттеров. Так повелось, если молодожены заранее знают, что останутся в поселении, то им дарят дом. Поттеры и Эвансы подарили всю обстановку в дом. Малфои – свадебное путешествие во Францию, в поселение вейл. Как Люциусу удалось что-то подобное достать, Северус не представлял. Ладно, если бы было что-то родственное, но нет ведь. В общем, зельевар решил не заморачиваться. Родичи – вампиры обустроили две лаборатории в подвале дома – для зелий и для артефактов. Через час празднования, супругов проводили в отдельный дом, где так же стоял алтарный камень, усыпанный перьями. Оставшись наедине с Северусом, Гарри зарделся. По традиции сейчас должна была быть первая брачная ночь. - Не бойся. Ты же знаешь, что я никогда не причиню тебе вреда. - Не боюсь. Я доверяю тебе. Северус обнял юношу и поцеловал. Сперва бережно, пробуя вкус губ своего супруга. Постепенно поцелуй стал более напористым, Гарри не сдержал удовлетворенного стона. Руки Северуса изучали его тело, губы обжигали поцелуями шею. Юноша послушно выгибался под ласками супруга. Зельевар ненадолго прекратил свои ласки, раздевая молодого феникса и раздеваясь сам. Гарри снова стал краснеть, оставшись перед супругом обнаженным. Каким бы храбрым и рассудительным в обычной жизни не был юноша, но в личной жизни у него все всегда было никак. Просто потому, что он знал, кто его партнер и подсознательно не мог заводить отношения ни с кем другим. Северус мягко опустил юношу на алтарь. Удивительно, но по ощущениям, камень, укрытый перьями ничем не отличался от кровати. В изголовье стояла смазка, которую зельевар специально приготовил для этого дня. Он медленно изучал тело своего юного супруга, находя чувствительные местечки. Гарри метался по алтарю в пылу страсти и активно отзывался на ласки. Когда Северус коснулся губами его члена, юноша выгнулся ему на встречу, подаваясь бедрами вперед. Теплая влажность рта супруга сводила его с ума. Пальцы одной руки теребили ставшие очень чувствительными соски. Пальцы второй руки кружились возле звездочки ануса, слегка подразнивая. Вот они ненадолго исчезли, и вернулись смазанные прохладной смазкой. Проникновение первого пальца Гарри, увлеченный новыми ощущениями, практически не заметил. Второй заставил его слегка напрячься, но когда Северус задел простату, юноша отозвался еще более громким стоном и шире раздвинул ноги. Третий палец принес более сильный дискомфорт, но наслаждение перебивало неприятные ощущения. Гарри протестующе замычал, когда супруг вынул пальцы и выпустил его член изо рта. Северус закинул ноги юноши себе на поясницу, и медленно начал входить в него. Когда его член скрылся в анусе юноши наполовину, он остановился, давая своему супругу привыкнуть. Гарри напрягся от легкой боли, но под ласками и обжигающими поцелуями Северуса быстро расслабился. Почувствовав изменения, мужчина плавно качнулся вперед. Когда на третий толчок Гарри с криком прижался к нему, он понял, что нашел простату. Они слились в древнем как мир ритме, раскрывая свои души и сердца. Охваченные страстью, они не замечали, как их окутывает сияние магии, как перья, на которых они лежали, вспыхнули ярким пламенем, что не обжигало. Вот Гарри содрогнулся в яркой вспышке оргазма. Северус последовал за ним, когда его член сжали мышцы супруга, познавшего наслаждение. Зельевар, немного отдышавшись, скатился с юноши. Притянул уже засыпающего Гарри в объятья, и благодарно поцеловав вихрастую макушку, уснул. Алое пламя фениксов и белое сияние магии окутало супругов, благословляя.