Once upon a time

      — Так, и куда дальше? — пробормотал Дэрил, почесывая косматую башку, приподнимая свою корону наследного принца, тяжело покоящуюся на затылке будущего правителя.       Верный конь Мерл нетерпеливо покусывал удила и фыркал от нерасторопности седока, уже полчаса стоящего около огромного валуна, на котором было написано «направо пойдёшь — богатым будешь, налево пойдёшь — женатым будешь, прямо поедешь — смерть встретишь».       Род Диксонов славился своим бесстрашием и отвагой, но вот острым умом и уверенностью не блистал, потому, прежде чем принять верное решение, наследник хотел подумать, как следует. С одной стороны, королевство процветало, но неисчислимые богатства, которые могли пойти на благо народа, могли бы пригодиться. Жениться королевич не собирался до старости, но вот отец всю плешь уже проел требованиями завести жену и наследника, чтобы власть не перешла в чужие руки. А вот предложение о смерти было донельзя заманчивым — оно означало приключения и славу, за которой, собственно, и отправился мужчина.       — Поедем прямо! — заявил он и запрыгнул на охреневшего от такого поворота Мерла, удобнее устроил неизменный арбалет, ствол которого был выточен из слоновой кости, за спиной, и помчался вперёд по дороге, оставляя за собой клубы пыли.       Долго ли коротко скакал принц по сельской дороге, но удивляло его то, что ни одной живой души на пути ему так и не встретилось. Даже какой-нибудь зашуганный бельчонок или суслик, и то так и не показался из густого леса, в который въехал наследник. Вскоре высокие дремучие деревья перешли в пепелище, воняющее прогорклым дымом; то тут, то там до сих пор полыхал огонь, и Диксон, чертыхаясь, нацепил на лицо бандану, чтобы хоть как-то защитить дыхательные пути. Мерл недовольно фыркал, бил себя хвостом по бокам и то и дело хотел повернуть назад (Дэрил был уверен, что тому больше понравился вариант, суливший обогащение), но лучник упрямо вел его дальше.       Вдруг, откуда ни возьмись, на дорогу мощно и грузно опустился грозный дракон, подозрительно щурясь. Заметив, что один глаз у чудовища закрыт и из него торчит стрела, пущенная, видимо, менее удачливым предшественником, принц соскочил с коня, злобно щурясь и направляя арбалет на крылатую тварь.       — Ах ты мелкая букашка, ты что думаешь, победишь меня? — дракон расхохотался так, что даже земля задрожала, но это не испугало королевича, упрямо целившегося в единственный уцелевший глаз твари. Миг, и твёрдый острый болт впился в око хохотавшего чудовища, и оно, возмущённо и отчаянно взревело, обхватывая свою морду лапами и завопило гулким басом: — Сука, опять в глаз?!       После этого разъярённый монстр набрал в грудь побольше воздуха и стал поливать огнём поляну вокруг себя, решив поджарить рыцаря, который так по-сволочному ослепил его. Дэрил еле успевал уворачиваться от его пасти и тяжёлых мощных лап, которыми тварь била по земле. Хвост дико и хлестко лупил вокруг, свозя обугленные стволы деревьев подчистую. Отчаянный ор оглушал уши. Но Диксон был очень сильным и умелым воином, и, улучив момент, вынул длинный меч из ножен и, подкравшись к слепому монстру сбоку, сильно рубанул по тонкой шее, отсекая голову. Его, вместе с Мерлом, который в бою то и дело отвлекал дракона шумом, обдало фонтаном горячей крови, и мужчина устало повалился на землю, переводя дыхание. Конь, хрипло заржав, демонстративно навалил кучу рядом и побрел назад, нервно подергивая ушами. Взяв голову чудища за ухо, как трофей, стрелок угрюмо потащил её по дороге, чувствуя с конём полную солидарность.       Вернувшись к камню, мужчина подумал с минуту, а затем спрятал голову дракона в большой холщовый мешок и прикрепил к седлу. Запрыгнув на верного скакуна, он повёл в сторону богатства, подумав, что за сюрпризы сулит ему следующее приключение. Встретив по пути небольшое озерце, Дэрил не без удовольствия искупался и отмыл Мерла от драконьей кровищи. Переодевшись в чистое, он сжег старую одёжку и продолжил путь, чувствуя, как в животе недовольно бурчит желудок. Но, как только он подумал поохотиться и подстрелить какого-нибудь крольчишку на бульон, то увидел небольшую избу по пути.       Подумав, что найдёт там провизию и отдых, принц спешился и без стука вошёл в хлипкую хибарку. В помещении было уютно: горел очаг, над коротым что-то аппетитно булькало, у окна стоял стол с румяным караваем, везде были тёплые вязаные дорожки, а у дальней стены располагалась кровать с мягкой на вид периной. Вдруг мужчина заметил хозяйку — сгорбленную старуху с огромной бородавкой на носу, которая, завидев принца, всплеснула руками и запричитала:       — Проходи, добрый молодец! Садись за стол да отведай моего бульона наваристого, опосля и отдохнуть сможешь, любезный! Давно ко мне не заезжали принцы заморские, да вестями интересными не радовали.       Хоть старуха с виду была и не красавица, но внушала доверие, оттого Диксон смущённо поблагодарил за такое радушие и, нажравшись от пуза, рассказал в процессе все самое интересное, похвалившись своим подвигом — убийством дракона вредного. А после отдыха та вдруг потупила взгляд и тяжело вздохнула.       — Да, давно этот дом руки мужской не видел. Крыша прохудилась совсем, и дрова вот-вот закончатся. Добрый рыцарь, не подсобишь ли старой по хозяйству?       Не желая остаться в долгу за такое радушие, мужчина только пожал широкими плечами и хрипло спросил: «Че ещё надо сделать?»       Ох и замучился Дэрил за несколько дней! То латал крышу старой бабке, то кирпичи рассыпавшиеся в печке менял, то за водой к колодцу бегал. А после того, как он переколотил едва ли не тонну поленьев, то и вовсе выдохся, подумав, что с драконом и то сражаться проще было. Слава богам, что к концу второго дня старуха, накормив его как следует, заявила, что помогать больше не нужно, ибо все в порядке полном.       На следующее утро стрелок очнулся от того, что та легонько потрясла его за плечо и сунула в руки какого-то зверька заморского с ушами длинными как у зайца, хвостом куцым и длинными лапами.       — Вот тебе подарок от меня, рыцарь благородный, за помощь.       Дэрил ни слова не говоря, уставился на зверя, подумав, что с ним делать-то? На мясо его не зарезать — мал слишком, разве что для потехи себе оставить.       — Спасибо, конечно, — взяв мелкого за шкирку, мужчина собирался уговорить её взять обратно это недоразумение, но та вдруг заговорщически подмигнула.       — Это не простой зверёк. Он карманы обчистит любого, у кого захочешь! Хочешь — монетку у бедняка вытянет, а хочешь — короля ограбит. Унести, правда, сразу много не сможет, но богатство сколотит моментально.       — Ну нет уж, — принц нахмурился, подумав, что воровство у собственного народа ему счастье не принесёт. — Пора мне.       Спина не хотела разгибаться после тяжёлых забот в этой лачуге, и, когда Диксон подошёл к жировавшему на сочном зеленом лугу Мерлю, конь смерил его удивленным взглядом, не обнаружив никаких следов богатств. Дэрил оседлал его, печально вздохнув и решив, что заглянет все же в сторону женитьбы одним глазком, прежде чем вернётся в замок с головой дракона, которая уже начала подванивать. Дорога, будто чувствуя нежелание мужчины связывать себя узами брака, все тянулась и тянулась, петляя, то заводя в болотную трясину, то пролегала через засушливые земли, и, когда Диксон подумал, что ещё несколько миль и он повернет обратно, вдали завиднелся высокий сверкающий замок.       Никаких признаков жизни мужчина так и не обнаружил, хотя прекрасно понимал, что это место не может быть заброшенным. Золотые канделябры на стенах и дорогая парча, пущенная на гардины, были нетронутыми, и, если не считать толстый слой пыли на любой поверхности и отсутствие людей, то можно было подумать, что все обитатели замка просто ушли на какой-нибудь, скажем, пикник. Облазив все комнаты, Диксон решил, что это опять какое-то наебалово, пока не заметил лестницу, ведущую в самую высокую башню.       Поднявшись наверх, он обнаружил приоткрытую дверь. Шестым чувством мужчина ощущал, что там кто-то есть, потому, вытащив охотничий кинжал, медленно прокрался в комнату, в которой все было выполнено в нежно-голубых тонах: стены, дорогие персидские ковры, убранство огромной кровати со свисающим вниз балдахином, за которым виднелась чья-то фигура. Медленно откинув тонкий тюль, Дэрил удивленно уставился на безумно красивого парня, дремавшего на перине.       Его кудрявые волосы раскинулись по подушке, лицо было спокойным, длинные светлые ресницы еле заметно подрагивали, будто прекрасному незнакомцу снился беспокойный сон. Полные, красиво очерченные губы были чуть приоткрыты, а на идеально выбритом подбородке виднелась сексуальная ямочка. Позабыв обо всем на свете, Диксон наклонился к нему и приник к этим сладким манящим губам, чувствуя, что совсем потерял голову от внезапно нахлынувшего чувства любви и страсти. Вдруг, спящий красавец приоткрыл глаза и медленно обвил руками шею лучника, тихо прошептав:       — Я так долго ждал пробуждения, мой принц! Поцелуй меня ещё, — и когда эта просьба была выполнена, то добавил: — займись со мной сексом. Я весь горю, Дэрил…       С этими словами прекрасный незнакомец откинул край одеяла, под которым был совсем обнажён, и принц завороженно ахнул, скользя горячим жадным взглядом по сильному рельефному телу, придерживая корону, чтобы та не свалилась с макушки. Не заставляя просить себя дважды, он скинул с себя одежду и забрался под одеяло, в уютное тепло, тихо сказав низким прокуренным голосом:       — Раздвигай.       — Дэрил! Дэрил!       — Чё, блять?! — хмуро рявкнул реднек, выныривая из царства Морфея, когда кто-то сильно затряс его за плечо. — Кэрол, иди нахуй.       — Я пришла за Джудит, чтобы покормить её. Ты опять стонал во сне.       Нащупав под рукой подушку, мужчина кинул ею в женщину, и, злобно матерясь, перевернулся на другой бок, в обнимку с потрепанной книгой сказок, которые читал перед сном Поганке, вновь проваливаясь в сон с дебильной счастливой улыбкой.