Fire In The Water // Larry Stylinson

Песня: «Wings» Birdy POV Луи *2 года спустя* У нас концерт. Мы приезжаем в Лос-Анджелес за шесть часов до выступления, чтобы подготовить…сцену. Парни нашли пароль от wifi, так что угадайте, кто не готовился к выступлению? Мы просто смотрели новые видео Тайлера Окли на его канале. Этот чувак! Помню, как он принес нам на интервью веночки. Мой до сих пор лежит у меня в шкафу. И Гаррин валяется где-то под моей кроватью…Но сейчас не об этом. Затем, я зашел в твиттер и прошел по всем хэштэгам, связанным с Элунор (я и эта шлюха) и Ларри. Нашел еще пару красивых фотошопов меня и Гарри, которые делают наши великолепные фанаты. Они на самом деле наша семья. Показал их Хаззе, он не оценил то, что на многих постах люди пишут, что им жалко его за то, что я «изменяю» ему с Элеонор. Если бы они только знали…Ну ничего, через год у Элеонор закончится контракт с Модестом, вот тогда и посмотрим, что они сделают! В конце концов, нас заставили выйти из интернета, чтобы Лотти и Лу смогли поработать над нами. Это настолько класно, когда ты можешь проводить много времени с сестрой. А особенно, когда эта сестра одобряет и вообще обожает твоего любимого человека. Вообще мне повезло с ней! Я бы не смог пожелать более открытого и доброго человека в своей жизни. *Флэшбэк* -Заяц, когда ты расскажешь своей семье о нас? –спрашивает Гарри. -Ну…прошел всего год, ты думаешь мы готовы? -Хватит отнекиваться и находить оправдания! Все равно, когда-то тебе придется рассказать о нас! Тебе придется выйти из шкафа и показать всем нашу любовь! -Когда это ты стал моим психологом? –спрашиваю я. -По идее, если бы я им был, ты должен был бы мне платить за сеансы, а так я просто трачу свои голосовые связки на то, чтобы тратить кислород на Земле. -Заебись! Теперь я должен платить своему парню, если хочу услышать совет? –смеюсь я. -Ну, а также я готовлю…всегда. И убираю. –говорит он. -А я слежу за нашими медведями! -Последний раз, когда я проверял их, они были не живыми. –хохочет он. Опять эти его «смешные шутки»! Не понимаю, как Энн могла так долго жить с ним! У этой женщины действительно ангельское терпение. ЭНН! -А когда ты скажешь маме о нас?! –вспоминаю я. -Я уже сказал. -Серьезно? Как ты успел? -Я сказал ей через месяц, после того, как мы начали встречаться. -Так быстро? Подожди! То есть все время, которое мы с парнями провели вместе у тебя, она…она все это время знала, что я сплю с тобой? -Встречаешься со мной. –поправляет меня Гарри. –Но да, она знала. -А я играл в шпиона. Думал, как бы пробраться к тебе в комнату тайком, чтобы они с Робином не заметили. Ты знаешь, кто ты после этого? -Кто? -Моя шлюха на сегодня. –подмигиваю я ему. -Хорошо, но я серьезно по поводу Джоанны! Ты должен ей сказать! -Мы можем закрыть тему? -Нет, пока ты не пообещаешь мне, что скажешь ей! Как ему объяснить, что у нас с ним разные представления о слове принятие. Да, человека могут принять, вот только это может быть «Да, и я очень рада, что ты раскрылся мне» или же «Ладно, я думаю я смогу смириться с этим». Да, моя мама очень любит меня, но она всегда воспитывала меня…натуралом. Джоанна Дикинс всегда была очень правильной, ходила в церковь и плакала, пересматривая свои роды. Гарри легче, он был на сто процентов уверен, что Джоанна всегда будет с ним. Он ее единственный сын. И кроме него, есть только еще одна дочь, и та уже взрослая. А я…Что будет, если моя мама не воспримет эту информацию хорошо? Что ей терять? У нее уже есть еще четыре ребенка, так еще на подходе (она беременна). Спасибо, Дэн. Испортил мне все еще больше. Нет, серьезно, а вдруг у меня родится брат? -Я скажу, но не сейчас! -Как на счет 30 января? -А что 30 января? –интересуюсь я. -Два дня до моего Дня Рождения. И после этого мы собирались уехать на неделю. -Ты предлагаешь, если моя семья отвергнет меня, сбежать от них в Америку? –смеюсь я. -Да. Почему бы и нет. -Договорились, тогда 30 я приглашу их на ужин. Сможешь прийти попозже? -Хорошо, напишешь мне. -Договорились, спасибо тебе. Я целую его в подбородок, так как он очень вырос за эти два года и уже намного выше меня. Это настолько странно наблюдать за твоим парнем, который так быстро растет! Я помню, как в самом начале взял его под свое крыло. Помню, как обещал Энн, что позабочусь о нем. Интересно, знала ли она уже тогда, что я чувствовал к ее сыну? -Эй, ты чего? -Ничего, просто задумался. –я трушу головой и ухожу на кухню. –Хочешь, что-нибудь поесть? -Да. -Отлично, я тоже. Приготовишь? Он смеется. -Как всегда! Хочешь, чтобы я научил тебя готовить? -Не…Хочу, чтобы ты снял с себя футболку. -Как всегда! –повторяет он, но футболку снимает. Я пробегаюсь глазами по его рукам. По всем татуировкам. Нахожу глазами наши совместные. -А ты? -А мне и так хорошо. –говорю я. -Нет, так не пойдет. Или ты тоже снимаешь, или я одеваю свою обратно. –так теперь он ставит ультиматум. Если бы он так говорил в постели. -Ладно, ладно. Но имей ввиду, что ты стоишь возле плиты и тебе будет тепло, а я тут буду замерзать. -Сделай чай! –предлагает он. -Охуенное решение проблем, Хазз! -Спасибо, Лу. Я снимаю свитер. Да, я ношу дома свитер. Мне холодно! Я не виноват, что он такой горячий парень и ему не холодно ходить в футболке. За то все его свитера автоматически становятся моими. Как и этот. И вообще, многим людям бывает холодно! Хорошо еще, что он не стянул с меня шерстяные носочки! Я направляюсь к чайнику, и он странно смотрит на меня. -Что ты делаешь? -Чай. -Ты сейчас серьезно? -Мне холодно, ты у плиты, я у чайника. Думал мы договорились. -Хочешь, можешь согреться рядом со мной у плиты? Этот вариант мне больше нравится, так что я направляюсь к нему и обнимаю его сзади. Он теплый. Я обвиваю свои руки вокруг его талии и чувствую, как он напрягает живот. Смеюсь ему в…почти шею. Так как до шеи я не достаю…Чувствую, как он расслабляет живот, но также чувствую мурашки на его кожи. Гарри в это время, что-то бросает на сковородку. ЭТО начинает шквариться…не знаю, есть ли такое слово, но я понял, о чем говорю. По памяти, вырисовываю пальцами его бабочку и две «олимпийские веточки», которые, по-моему, больше похожи на папоротники. А не на какие-то блядские веточки! -Опять думаешь, что это папоротники? –догадывается он. -Но это так! Ты не можешь отрицать это. -А тату-мастер может! –говорит он и я затыкаюсь. Ну и что? Мне честно похуй, что говорит этот тату-мастер! Это сраный папоротник и все тут! Я начинаю щекотать его, а он делает мне замечания, говоря, что у него сковородка в руках. Я жду еще пять минут пока он дожаривают свою гребаную картошку в это же время ведя себя очень непристойно. Если вы считаете, что это нормально тереться задницей об гениталии вашего парня, то у нас с вами разный мнение на счет понятие «пристойно». Это для меня считается не честным. Поэтому, моя рука ползет вниз, расстёгивая на своем пути ширинку на штанах. Она проникает внутрь его нижнего белья и нащупывает орган, который уже достаточно возбудился. Я целую его в спину, и он издает некий рык. Мой лев. Нет, лев — это как-то не так. Львенок. Мой маленький львенок. Маленький страстный, возбужденный, сексуальный львенок. -Лу, у меня сковородка. –повторяет он. -Ты что сегодня попугай? –спрашиваю я и снова целую его. -Что? –уже забывается он, пока я стягиваю с него штаны и трусы. Я начинаю ходить рукой вверх и вниз. -Черт…Лу… Он отключает картошку и поворачивается ко мне, впиваясь своими губами в мои и резко отпуская свой язык на прогулку в мой рот. Тут бы подошла эта…ну вот эта…не знаю, что это такое, не знаю откуда оно взялось. «Спускайте собак». Вот какая…сюда штука подошла бы. Гарри запустил собаку мне в рот. Нет, это отвратительно звучит! Забудьте это! Стайлс прижимает меня к стенке и ласкает своими руками мой торс и грудь, спускаясь от шеи. Я переворачиваю его так, чтобы надавливать на него, а иначе он припечатает меня к этой стенке, как бульдозер легковушку. Видимо Гарри с таким распорядком не согласен, так как вскоре, я снова оказываюсь под его давлением. Наши «кувыркания» доходят до того, что мы спотыкаемся об лампу и падаем на ковер. Я наконец-то оказываюсь сверху! Видимо, тот факт, что я упал на него, он посчитал знаком свыше. «Луи должен быть сверху.» Спасибо…Я атеист, так что…Спасибо тому, в кого верит Гарри и моя мама! Спасибо тебе! Я выгоняю его «собаку» из моего рта и направляюсь к своей палочке. Звучит, как ролевая игра…но все же. Беру его в рот и начинаю делать те же движения, что я делал рукой. Слышу, как он стонет и рычит. Повторюсь, мой львенок! Этот львенок запустил свои коготки мне в волосы и играется с ними, как самая настоящая кошка. -Я скоро, малыш. –говорит он. Я продолжаю делать тоже самое и он изливается мне в рот. Я глотаю все до последней капли и ложусь рядом с ним на ковер. Мы ждем пока у нас обоих проходит отдышка. -И как это было? –спрашивает он. -Как йогурт. -Фу, Лу. Я имел ввиду кончить в одежду. –он указывает на мои штаны. -Ой, черт. Я даже не заметил. Видишь, что ты делаешь со мной? Он начинает смеяться, а я иду в душ. *30 января* И зачем я только согласился на это?! Почему я не мог, как обычно отмахнуться и сказать, что сделаю это позже. Позже можно растянуть на неоднозначное количество…лет. -Волнуешься? –спрашивает Гарри. -Нет, блять, веселюсь! Как ты думаешь? -Хорошо, просто успокойся и повтори свой план. –говорит он. -Они заходят, я приглашаю их за стол. После ужина я приглашаю их в гостиную и там рассказываю о нас. -Вот видишь? Все пройдет отлично! -Да. Да. Конечно, все пройдет отлично! Я как всегда опозорюсь, и они меня возненавидят. Знаешь, я думаю эта плохая идея! Я позвоню им и все отменю. -Нет, Лу, ты должен это сделать. Ради меня, пожалуйста! Сука! Как же я ненавижу эти его «ради меня». Гарри уходит из дома, говоря, что вернется, когда я ему напишу. Через час в дверь звонят, и я бегу открывать ее. -Лотти! –говорю я, видя сестру. –А где все остальные? Мама что рожает? –Начинаю волноваться я. -Нет, успокойся, истеричка! –кривляет она меня и обнимает. –Они поехали проведать бабушку и дедушку, а я единственная в городе. -Ясно, ну проходи. Нам нужно съесть очень много пиццы! Она смеется и проходит в столовую. -Ого! Когда ты сказал очень много, я не думала, что ты имел ввиду ТАК много! Луи, мы так много не съедим! –она опять смеется и на этот раз я присоединяюсь к ней. Моя маленькая сестренка. Я так по ней скучал. -Я думал нас будет МНОГО! –оправдываюсь я. Мы разговаривали очень долго и мне было очень хорошо. Осознание того, что сегодня я не должен никому ничего рассказывать вызывало у меня такое приятное ощущение…Фантастическое! Мы болтали, сплетничали. Она рассказала, что наши соседи продали свой дом, потому что им не нравится наша группа и тот факт, что они живут на улице, где обитает семья одного из солистов, заставляет их чувствовать себя некомфортно. Зато теперь там живут очень приятная пожилая пара. В дверь снова позвонили. Я в это время убирал со стола, так что Лотти пошла открывать дверь. -Гарри?! –кричит она. Я подбегаю к двери и вижу моего парня, упирающегося на косяк двери с полупустой бутылкой виски в руках. Еще секунду он стоит так, но потом его ноги подкашиваются. От падения его спасло только то, что я и так собирался его подхватить. Я подхватываю его и уношу по лестнице вверх. Лотти бежит за мной, спрашивая какие-то вопросы, на которые мне абсолютно сейчас насрать! Я дохожу до конца лестнице, когда она хватает меня за плечо и поворачивает лицом к себе. -Томлинсон, объясни мне, что тут твою мать происходит? -Она вообще-то и твоя мать тоже. -Что происходит? Почему ты не позвонишь миссис Твист? Почему ты не позвонишь в больницу. -Я не позволю каким-то странным мужчинам касаться моего парня! –говорю я и продолжаю идти. -ЧТО?! –слышу я позади себя. Продолжаю идти и наконец-то дохожу до нашей комнаты. Включаю свет и кладу его на кровать. Осматриваю его лицо. Лицо красное и опухшее. Он плакал. -Мой ангел, что случилось? –спрашиваю я, зная, что ответа не дождусь. Убираю волосы с его лица. Расстёгиваю и снимаю с него рубашку. Мочу часть рукава в стакан с водой и протираю лицо Гарри. Стягиваю с него штаны и замечаю, что нижняя часть штанин мокрые. Видимо это разбившийся виски. Расшнуровываю его кеды и снимаю носки. Ставлю их возле кровати, а самого Гарри укрываю одеялом. -Лу…-бубнит он. -Я здесь, малыш. –глажу его по голове. Разворачиваю голову и вижу Лотти в двери. -Все хорошо, я внизу уберу и закрою дверь. Вот только если ты не против, могу я остаться на ночь? -Конечно, белье в ванной в шкафу. Она разворачивается и собирается уйти. -Лотти? –зову я сестру. -Да? -Спасибо тебе за… И за что мне ее поблагодарить? За то, что не отвернулась от меня? За то, что понимает мое состояние? За то, что поддерживает меня? Я никогда не смогу отблагодарить ее просто за то, какой она всегда была, есть и останется. -…все. –решаю сказать я. -Я же люблю тебя. Спокойной ночи, старший брат. Завтра я жду от тебя полного отчета о твоих действиях! -И я тебя. Ночи, кролик. Она уходит, а я опять поворачиваюсь к Гарри. К моему удивлению, глаза его открыты, и он с хитрой и…злобной ухмылкой смотрит на меня -АААА! –кричу я от неожиданности. Он кладет руку мне на рот. -Тише ты, идиот. –шепотом говорит он. -Что?! Ты же только что был…в отключке. -Видимо я очень хороший актер! -Ты гребаный идиот, а не актер! Что ты тут устроил? -Помог тебе открыться Лотти. -Это по-твоему помощь? Я перепугался за тебя! -Да, зато я получил важный урок. -И какой же? Что если будешь играть со мной, получишь затрещину? -Какую затрещину? -Вот эту! –говорю я и вписываю ему красивый подзатыльник. Он смеется, но потом все-таки говорит. -Нет, ты на самом деле очень заботливый! Я целую его. -Я люблю тебя, Лу. –говорит он. -И я тебя. А теперь давай спать, актер хренов! Я снимаю с себя одежду и укрываюсь одеялом. Он поворачивается ко мне спиной, и я обнимаю его, сплетая наши конечности вместе. Целую его в шею и засыпаю. *Конец флэшбека* Концерт был действительно восхитительным. Мы пели друг другу 'Little things' и '18'. И это было очень мило. То, как он вытягивал ноты в песнях и пел куплеты, написанные для меня своим хриплым голосом. В такие моменты, я осознаю, что никогда бы не променял 29 сентября ни на какой-либо день в году. 29 сентября 2013 года, точно также, как и Гарри Стайлс, навсегда в моем сердце.