Счастливая.

На ватных ногах поднимаюсь в ванную комнату, облокачиваюсь на дверь, еле держа себя в руках. Голова неприятно шумит, затуманивая мой разум. Подхожу к раковине и на всю открываю воду, не обращая внимание на то, что брызги попадают мне на одежду. Бросаю взгляд в зеркало и шокируюсь увиденным: косметика размазалась, волосы торчат в разные стороны, словно воронье гнездо, а лицо опухло от постоянных слез, которые сопровождали меня в течение всей дороги до дома. Пытаюсь смыть испорченный макияж, отчего чернота больше размазывается по лицу, поэтому сбрасываю одежду и залезаю в душ. Надеюсь, что прохладная вода возбудит все мои мышцы, а мрачные мысли улетучатся из моей головы. Капельки воды стекают по моему телу, охлаждая его. Облокачиваюсь о стенку душевой кабины и сползаю вниз, подбирая под себя ноги. Сижу, качаясь из стороны в стороны насколько это возможно, сильно зажмуриваюсь и бурчу ругательства под нос. Мы с Феликсом уехали от места взрыва, даже ничего не выяснив. Где Алекс и Стив? Что с ними? Живы ли они? Столько вопросов и не одного ответа, что заставляет меня съежиться от окружающей действительности. Боюсь даже подпускать к себе мрачные мысли, сдерживая себя, чтобы не закатить ещё одну истерику. За всю дорогу Феликс не сказал ни слова, словно ничего не произошло, но по его выражению лица можно было понять, что парень сам был на грани взрыва. Выхожу из душа, закутываюсь в махровое полотенце и шаркаю по холодному полу к своей комнате. Вода стекает с моих волос, оставляя за собой холодную дорожку по всему телу, покрывая его неприятными мурашками. Стеклянным взглядом обвожу комнату и не нахожу ничего, чтобы могло бы отвлечь меня. Облокачиваюсь об стену, не в силах держать себя на ногах. Пристально смотрю в одну точку. Всплывает образ Феликса. Его губы, такие мягкие и сладкие, словно вишневое варенье. Становится стыдно перед Стивом, ведь я даже не пыталась прервать поцелуй, а наоборот, желала большего. Разумом понимаю, что это неправильно, но сердце твердит обратное. Я запуталась в своих собственных чувствах, отчего становлюсь противной самой себе. Трясу головой из стороны в сторону в надежде отогнать эти мысли, что выходит с большим трудом. — Глория, ты будешь ужинать? — раздается голос Феликса, который даже не удосужился постучать. — Н-нет, спасибо, — быстро отзываюсь я, попутно вставая и одергивая короткое полотенце. — Ладно, спокойной ночи, — еще минуту парень стоит на пороге, вглядываясь в моё полуголое тело, и уходит, но в последнюю секунду я его останавливаю: — Феликс, — снова его пристальный и глубокий взгляд, отчего становится не по себе, — нет, ничего, — он уходит, поджав губы. Снова я остаюсь наедине со своими мыслями, которые сжигают меня изнутри, словно спичку. Кристальная слезинка скатывается по щеке, обжигая её. Боль съедает изнутри всё живое, не давая мне шансов уцепиться за спасительную шлюпку, с помощью которой я могла бы пристать к берегу. Видимо, судьба не желает этого, у неё есть еще испытания для меня, которые сводят с ума, доводят до безумия. Готова скрыться за миллионами дверками, лишь бы никто не нашел меня и не окунул в жестокую действительность. Вытираю ладошками слезинки и, переодевшись в футболку Стива, от которой веет его теплом и воспоминаниями, ложусь в кровать, не желая принимать то, что соседняя половина остается пустой и холодной, как и моя душа.

***

Первые лучи утреннего солнца назойливо проникают через отодвинутую шторку, не давая мне более нежиться в свежих простынях. Сон моментально улетучивается, хотя я чувствую, что веки ещё тяжелые. Ночка выдалась той ещё: назойливые мысли не желали убираться из моей головы, а от соленых слез промокла вся подушка. Поддаюсь корпусом вперед и оборачиваюсь на прикроватную тумбочку, на которой обнаруживаю белый лист, согнутый пополам.

Глория, Нам с Джеем пришлось срочно уехать ночью, так как пришли новости от Стива и Алекса. Можешь более не волноваться — всё благополучно прошло и им удалось выбраться из-под завала живыми и невредимыми. Это всё, что мне известно. Скоро вернемся. Не наделай глупостей. Феликс.

Дочитав до конца, я смогла вздохнуть с облегчением, словно стена обвалилась. С каждым прочитанным словом улыбка на моём лице становилась шире и счастливее. «Им удалось выбраться из-под завала живыми и невредимыми» вроде бы обычный набор слов, но от них становиться тепло и приятно на душе. Кажется, я начинаю понимать, что такое счастье — это слышать родные голоса, чувствовать теплые руки любимых и знать, что они в порядке и с ними всё хорошо. Быстро принимаю душ и одеваюсь в домашнюю одежду. Бегу завтракать чьим-то приготовленным омлетом и выхожу на задний двор дома. Окунаюсь в свежий воздух, который проникает в легкие, заполняет собой каждую клеточку моего организма. Сажусь в беседку, поджав под себя ноги и, осматривая местность, жду приезда парней. Спустя час начинаю нервничать, поэтому закуриваю, отчего никотиновый воздух обволакивает легкие и немного расслабляет меня. Продолжаю ждать, но с каждой минутой становиться не по себе. Ближе к обеду мальчики не появляются, поэтому начинаю задумчиво ходить по дому, захожу в каждую комнату и осматриваю их убранство. Прохожу мимо непонятной закрытой двери и натыкаюсь на маленькую лестницу, ведущую в подвал. Спускаюсь по ней и попадаю в темное помещение, от которого веет страхом. Включаю свет и перед моим взором представляется несколько мишеней и разные виды оружий. Вспоминаю про то, как Феликс рассказывал про свой подвал, где он любит проводить много времени. Ядовитая ухмылка появляется на моем лице, подхожу к одному из пистолетов и понимаю, что оно не заражено, осматриваю другое оружие и становиться ясно, что здесь нигде нет пуль, отчего ухмылка исчезает с моего лица, а настроение немного падает. Прохожу мимо разнообразных полочек с непонятными штуками и сажусь за обычный письменный стол, стоящий в самом углу комнаты. Открываю все ящики в надежде отвлечь хоть как-то себя, и, кажется, удача на этот раз поворачивается ко мне лицом — в одном из ящиков нахожу несколько пакетиков: один с таблеточками, а другой с белым порошком. Не задумываясь, заглатываю таблетки и выхожу из подвала. Через полчаса в доме играет оглушительная музыка, а мое тело трясется ей в такт, пытаясь поймать нужный ритм. В одной руке держу бутылку с янтарной жидкостью, а в другой недокуренную сигарету. Веселье заполонило мой разум, а мозг отказывается логически мыслить. Даже не обращаю внимания на то, что парней нет уже с утра, хотя это и должно меня волновать. Наркотик распространился по всему организму, придавая мне безудержное веселье, беззаботность и счастье. Голова пуста, как никогда. И никакие проблемы не волнуют меня, отчего хочется танцевать, петь и веселиться. Пью из горла бутылки, жидкость обжигает мой пищевод, но мне от этого становиться только радостнее. Никто не может меня контролировать, полная свобода, которая закончилась в один миг включением света и прекращением музыки. — Глория, что происходит? — недовольно спрашивает Алекс, осматривая комнату, которую заполонили клубы никотинового дыма. — О-о-о, заждалась вас уже я, — понимаю, что прозвучало немного нескладно, но не обращаю на это внимание и с покошенной улыбкой неуклюже заключаю Алекса в объятия. — Ты что пила? — Н-е-е-т конечно, — также криво улыбаясь, отвечаю я. — А почему тогда от тебя разит спиртным, как от пивной бочки? — строгим голосом вмешивается Стив. — Стивушка, а тебя вообще никто не спрашивал, поэтому прикуси язычок больно-больно, — буквально показывая на себе, произношу я. — Да что с тобой, Глория? — крепко схватив меня за локти, спрашивает блондин. — Что с твоими глазами? — я буквально висела в его руках, не в силах держать себя на ногах. — Кажется, я знаю что, — замечает Феликс, странно глядя на меня. — Ты ходила в подвал? — строго спрашивает он. — Нет. — Ты ходила в подвал?! — уже намного грознее говорит парень. — Нет, — всё также упорно отвечаю я. — Тогда пошли! — выхватив меня из рук Стива, Феликс потащил меня к месту преступления. — Отпусти, прекрати, — пытаюсь вырваться, но всё тщетно. Замечаю, что парни идут за нами, словно ожидают какого-то вердикта. Они понимают, что дело нечисто, что что-то произошло. Или я начинаю здраво мыслить, или же наркотики перестают действовать, но я осознаю всю сложившуюся ситуацию и понимаю, что за ложь мне сейчас влетит. Тем временем мы уже находимся в том темном подвале, куда меня привели словно заключенную. Феликс передает меня в крепкие руки Стива, а сам открывает злосчастный ящик, из которого некоторое время назад я кое-что украла. Становится стыдно за содеянное, но уже поздно. — Что это? — спрашивает Феликс, показывая пустой пакетик. Я не нахожу, что ответить, поэтому виновато опускаю голову, осознавая всё содеянное. — Глория, не ожидал от тебя такого, — с горечью отзывается Стив. — А что такого произошло? Я не могу даже развлечься, когда захочу? — вспыльчиво произношу я. — Хотя знаешь что? Кто ты такой, чтобы указывать и потакать? — Я — твой парень, не забыла? — повысив голос, замечает блондин. — В таком случае, с этой минутой ты перестаешь им быть, — уперев руки в бока, заключаю я. Кажется, во взгляде Стива пробежал довольно злорадный огонек, от которого по телу проходятся мурашки. Он сейчас словно бык, готовящийся выйти на арену к красному флажку. Тяжело сглатываю, переваривая то, что только что сказала. Становиться неприятно и мерзко, но дело сделано, слова сказаны, а учитывая вспыльчивый характер Стива, беды не миновать. — Ты права, всё кончено, мы слишком разные и с самого начала было понятно, что все наши отношения — лишь игра, — буквально выплевывает Стив и, не дождавшись ответа, исчезает из моей видимости. — Видимо, наркотики ещё не выветрились, — со вздохом отзываюсь я, оглядывая остальных присутствующих. — А жаль, — всё так же беззаботно замечаю я и иду в комнату, дабы освежить мысли и немного поспать.