Персей Джексон - Монстр Сдвига

      — Еще раз, Персей! — раздался крик внутри головы Перси.       Перси вздохнул в сотый раз за этот день и прикусил язык, чтобы сдержать гневные высказывания. Сосредоточившись, он изменился в драконо-человека.       Он стал выше, шея удлинилась. Толстые, черные чешуйки покрывали все его тело, защищая толстым слоем руки и ноги, маленькие колючки выросли вдоль предплечий и икр. Его руки и ноги исказились, пока он выглядел, как что-то средне напоминающее человека, но с острыми когтями дракона. Длинный, змеиный хвост со смертельным шипом на кончике вырос в пять футов в длину. Он двигался, словно с собственным разумом, то вперед, то назад, словно кнут.       Его сердце и легкие стали крупнее, из ноздрей выходил дым. Ткань, окружавшая его органы, окрепла. Появились своеобразные клетки, которые защитят его от смертельного огня, проживавшего внутри него самого. Его кости стали такими прочными, что потребуется много сил, чтобы сломать одну из них.       Лицо осталось нормальным, кроме нескольких темно-зеленых чешуек по краям лица. Иссиня-черные волосы замерли в остроконечном виде, и небольшие рога выглядывали из-за них. И, наконец, кожа на его спине вздулась и рваные, огромные черные крылья вырвались между лопаток. Он взмахнул ими несколько раз, прежде чем аккуратно сложил за спиной.       Его грудь светилась ярко-оранжевым, это огонь зажигается внутри него. Он запрокинул голову и выдохнул пламя, открывая вид на зазубренные клыки.       Весь его вид безусловно был пугающим и кричал «власть». Сила, способная сдвинуть горы, когти и зубы, способные разрезать сталь, и глаза, парализующие всех одним лишь взглядом. Он был создан для убийства и боя.       Ворча под нос про властного Драко, он начал выполнять боевые действия уже в пятидесятый раз.       С тех пор как Драко поклялся Перси, легендарный дракон был непреклонен и профессионально подготавливал Перси, обучая искусству боя. Драконы древний и гордый народ, в отличие от своих старших и более варварских кузенов, известные как Драгоны. Они довольно похожи: длинные, чешуйчатые тела, острые, как бритва зубы, но драконы развили одну способности, и этим отличались от Драгонов. Драконы развили магию.       Магия была частью драконов с давних времен. Из-за большого размера их кузенов и более агрессивных натур, магия была сильным сдерживающим фактором против крупных рептилий, зарабатывая успех драконам. Магия вытекает из четырех основных элементов: вода, воздух, огонь и земля. Драконы смогли подключиться к этой энергии элементов и направить ее в свои боевые приемы. Следовательно, поэтому они способны вдохнут огонь и противостоять мистическим ударам. Но магия действительно хаотичная сила, которая может быть направлена для улучшения собственных способностей.       Драко учил всему этому Перси, вдаваясь в подробности древний истории про драконов и Драгонов.       Теперь, когда Драко был частью Перси, тот мог заимствовать форму дракона и способности Драко, присоединить к другой форме монстров. Тем не менее Драко был отдельным существом, Перси не мог получить доступ к дракону. Но несмотря на это, он способен превратиться в копию Драко.       Благодаря соединению древнего дракона и мощного полубога, он мог разблокировать первобытную часть души Перси. Драко смог развить и раскрыть собственного внутреннего дракона Перси.       Проклятье монстра позволило скопировать эскиз формы Драко. С небольшой помощью собственной силы и энергии Перси, проклятье медленно росло и развивало тело дракона, которое Перси мог использовать, когда Драко был отделен от своего всадника.       Перси был немного меньше Драко, и темно-зеленого цвета вместо черного.       Боевой стиль драконов очень жесткий, быстрый и сильный. Стиль названный «танцующий дракон». В название была частичка юмора, в действиях этого не наблюдалось. Он заключался в низких пинках, быстрых и сильных ударов, а также двойных ударах обеими руками. Стиль предназначен, чтобы посеять страх в сердце вашего противника, нанося разрушительный урон точными попаданиями, и в конечном итоге убивать своего врага, пока тот не потеряет свои силы.       Перси выполнил низкий размах, правая нога стукнула воображаемого противника. Он подключил левую ногу, затем правый хук и левый джеб. Вращаясь, он ударил обоими кулаками горизонтально, сокрушив ребра своего противника. С молниеносной скоростью Перси выдохнул поток пламени изо рта, чтобы окончательно добить уже лежачего соперника.       — Еще раз! — приказал Драко, все еще недовольный результатами. Перси закричал в отчаянии, его терпению пришел конец.       — Я сделал это уже пятьдесят раз! Мы занимались более шести часов, и я устал и исчерпан. Сколько мне еще это делать? — сердито крикнул Перси.       — Столько, сколько нужно, юноша. Меня не волнует, сколько раз вы это сделали и сколько вы еще собираетесь делать. Вы будете продолжать, пока не получите право отдохнуть! — отрезал дракон.       — Но я делаю это почти каждый день! — огрызнулся Перси. — Мои удары точны, они могут сделать дыру в твердой скале! Ради Геи, я вспотел на целое ведро. Я даже не знаю, измеряется ли пот на весах!       — Литр пота сохраняет галлон крови, — сказал Драко холодным тоном. Его голос слегка смягчился, когда он почувствовал, что его Всадник истощен. — Перси, я знаю, что это трудно. Этот стиль очень сложный и высокоразвитый, потребуются годы, чтобы освоить его, но вы развиваетесь гораздо быстрее, чем я ожидал. Скоро вы будете делать это с легкостью! Я забочусь о вашем благополучии, и это обучение обеспечит вам жизнь в предстоящих боях.       Услышав искренний тон Драко, Перси немного успокоился.       — Я знаю. Просто, я здесь уже так долго. Тех, кто низверг меня сюда, я ненавижу! Я был предан людьми, за которых я боролся, и меня замучил этот фанатик — дед! У меня очень мало друзей, о ком я забочусь, и они заботятся обо мне. Я не знаю, как долго смогу продержаться здесь, — печально прошептал Перси, выпуская скопившиеся за эти годы гнев, боль и предательство.       Драко почувствовал грусть партнера и решил, что тренировок на сегодня хватит.       — Достаточно на сегодня, босс. Возвращайтесь в камеру и сосредоточитесь на своем внутреннем драконе. Мы продолжим утром, — сказал он и заснул.       Перси вздохнул и направился к своей комнате. Пока он шел по коридорам, то раздумывал над времени провождении тут. Он приобрел проклятье, предоставляющее ему безграничную мощь и потенциал. Но недостаток в том, что если он не тренировался, то инстинкты атаковали его ум. Это как бомба замедленного действия, живущая внутри него. Казалось, что большую часть времени он работал над собой. Если он не тренировался, то либо боролся, либо подвергался пыткам.       Он вспомнил Миссис О’Лири. Как она там без него? Должно быть, беспокоится и ищет его по всему Тартару. Был бы способ, чтобы связаться с ней…       Перси чуть не грохнулся, когда понял, что может связаться с ней. Закрыв глаза, он набрал полномочия короля всех Адских Псов. Он почувствовал светящиеся черные линии, соединяющие его с остальными Гончими по всему миру. Он видел себя, как горящее пятно, к которому тянулись тысячи линий.       Он натянул несколько линий, чувствуя мысли и эмоции отдельных Псов с каждым прикосновением. Вскоре он обнаружил черную линию, которую искал, и все остальные ушли на второй план. Он последовал по этой линии, пока не наткнулся на ум своей верной собачки.       Первое, что ударило в голову, была печаль и отчаяние. Она была вне себя от беспокойства и бежала по всем уголкам Тартара, ища его. Он почувствовал себя невероятно виноватым       — Миссис О’Лири! — крикнул он ей в голову. Она впала в ступор, вертя головой, пытаясь найти источник его голоса.       — Мой маленький щенок! Это ты? Где ты? — вскрикнула она.       — Да, девочка. Я здесь, — успокаивающе сказал Перси, и паника и отчаяние медленно оставили ее. Большие собачьи слезы потекли с ее глаз.       — Мой щенок, как хорошо снова слышать твой голос. Я была вне себя, ища тебя. Но ты где? Я слышу тебя, но не вижу, — осматривая окрестности, спросила она.       — Это потому что… как бы…я…не там…на данный…момент. Я общаюсь с тобой через ум, — осторожно ответил Перси. Она в замешательстве склонила голову.       — Как ты можешь разговаривать со мной через ум, если ты далеко? Гончие могут обмениваться информацией, если они находятся рядом или если ты король всех Адских Псов, в чем я очень сомневаюсь … но…ты, — замолчала она, складывая пазл вместе. Должен сказать, Миссис О’Лири очень умная собака.       — Гм… сюрприз? — вырвался нервный смешок у Перси. Мысленно, он видел, как она открывала и закрывала рот, как выброшенная на берег рыба. Было бы смешно, если бы она не сменилась удивление на ярость.       — Хочешь мне сказать, что ты король всех Адских Псов?! — взревела она, посылая головную боль на протяжении всего моего мозга.       — В свою защиту, у меня не было выбора. И ты могла бы быть поспокойней? Мой ум только что разорвался на части, — слабо ответил он. Она все еще кипела от гнева, но пошатнулась, чтобы избежать еще одного взрыва гнева.       — Это опасно, мой щенок? — спросила она взволнованным материнским тоном. Перси почувствовал себя виноватым, но ведь это не полностью его вина. Он не просил похищать себя и заставлять бороться, как гладиатор.       — Мне очень жаль, девочка. Но я в ловушке на Арене, борюсь за свою жизнь и еще за жизни Боба и Дамасена. И делаю это очень хорошо, — объяснил он.       — Кто такие Боб и Дамасен? — запуталась она.       — К сожалению, ты не знаешь их. Они хорошие дети Геи. Боб на самом деле Япет, и он принял меня, когда я приехал сюда, и я также получил благословление Дамасена. Он мирный Гигант и Анти-Арес, — хлопну себя по лбу Перси, надеясь, что нормально все объяснил.       — Только ты мог подружиться с детьми Геи, — покачала головой Мисси О’Лири. Она глубоко вдохнула.       — Сейчас, когда ты в безопасности, меня ничего не тревожит. Но я приду, как только смогу, и вытащу тебя оттуда! — я попытался возразить, но она резко ответила. — Даже не пытайся протестовать, говоря, что это слишком опасно! Мать всегда защищает своего маленького щеночка, когда он находится под угрозой… так что никаких возражений, — зарычала она.       — Эй! Я сильнее, чем ты думаешь, и уже далек от того, чтобы быть щенком, — с возмущением проскулил Перси. Миссис О’Лири рассмеялась.       — Продолжайте внушать это себе, маленький щенок, — подчеркнула она, чтобы досадить ему. Тот вздохнул в поражении.       — Хорошо, девочка. Увидимся в ближайшее время, — и, попрощавшись, он оборвал связь.       После разговора с его верной Гончей, Перси стало легче и непринужденнее. Зная, что О’Лири в безопасности и скоро придет, он расслабился. Но это длилось всего несколько минут, как его удручающее положение не напомнило о себе.       Наверно, еще не много боев осталось? Я имею в виду, Перси пошел уже против некоторых из самых опасных монстров в мифологическом мире и одержал победу. Что еще Персес может предложить ему?       Перси не имел ни малейшего представления, что как только он войдет в камеру его жизнь измениться. Не имел ни малейшего понятия о том, как Персес решил сломить его дух.       Как только Перси вошел в камеру, то резко остановился. Плохое предчувствие повисло в воздухе, натянув нервы до предела. Перси беспокойство, опасность скользила по венам. Что-то было не так. Неправильно.       Его глаза расширились в реализации. Это была ловушка!       Слишком поздно, дверь захлопнулась, погружая комнату в полную темноту. Перси использовал зрение Циклопа, чтобы приспособиться к темноте. Но прежде чем он успел выхватить какое-нибудь оружие или использовать другие полномочия, импульс силы врезался ему в грудь. Перси отлетел в дальнюю стену своей комнаты. Он лежал там ошеломленный, его глаза затуманились, и он изо всех сил боролся с невменяемостью. Медленно, но мучительно Перси поднялся на ноги.       — Впечатляет. Не многие могли выстоять против полной мощности Титана и остаться нетронутым, не говоря уже о сознании, — пронзил темноту угрожающий голос Персеса.       Спотыкаясь, Перси попытался вызвать свою форму Адской Гончей. Быстрее, чем мысль, золотые обручи вылетели из темноты и обернулись вокруг его рук и ног. Перси принялся бороться и метаться, но обручи продолжали оборачивать его тело, упаковывая, как рождественский подарок.       После того как Перси был полностью обезврежен, концы обручей погрузились глубоко в каменные стены. Перси повис в воздухе в виде буквы Х, так же, как и во времена с Кроносом.       Паника и ужас затопили разум, когда воспоминания захлестнули его. Он начал кричать и метаться, пока его ум прокручивал моменты с Кроносом. Постоянная боль, агония, когда его кожу разрывали до самых костей, ожоги, украшавшие его тело. Постоянные насмешки и колкости вторглись в разум. Стало еще хуже, когда он понял, что золотые обручи слегка светились и не давали использовать свои формы и силы.             Комната внезапно озарилась светом, когда Персес вышел из тени, криво улыбаясь.       — Так приятно видеть тебя, кузен. Ты мне не звонишь, не пишешь. Мы же живем практически в одном месте, и ты не переживаешь, что не обмолвились ни словечком с братом? — он вложил в эту речь столько боли, положив ладонь на сердце.       Глаза Перси были полностью расширены от страха. Но даже сквозь него он мог слышать насмешки Персеса.       — Что ты хочешь? — спросил Перси сквозь зубы, но его голос дрожал. Страх и ужас мучили его, и именно это и хотел Персес.       — Приятно, не так ли? — Персес подошел к связанному Перси. — Напоминает о днях, когда дядюшка Кронос вздернул вас, как индейку на Дне благодарения, — мрачно усмехнулся он, смакуя выражение страха на лице пленника.       — Вы не имеете ни малейшего понятия о том, сколько времени потребовалось, чтобы сделать это. Эти облигации сделаны из сети, в которой вас притащили сюда, и она нейтрализует ваши полномочия. Такая нервотрепка потребовалась, чтобы сделать эту маленькую прелесть. Специально для вас, я убедился, чтобы все было особенным, — зашипел он и заулыбался прямо, как рептилия.       Боровшись против страха, Перси восстановил некоторый контроль над собой и послал Персесу убийственный взгляд, сверкая щелевыми глазами.       — Что вы сделали с моим отцом и дядей? Говори! — крикнул он, напрягая свою монстр руку, но она быстро вернулась в свое прежнее положение.       — О, не беспокойтесь о них. Я только что отправил их в клетку, где были Сторукие. Нашел, так сказать, новое применение для них, ведь они пусты, — на лице Титана отразилось недовольство.       — И я должен поблагодарить вас за это! Освободил одних из самых великих заключенных, которые когда-либо у меня были! Если бы не наша сделка и то, что поставлено на кону, я бы выпотрошил вас в одно мгновение и отдал монстрам на растерзание! — в ярости сплюнул он и ударил Перси по лицу.       Кровь сочилась изо рта Перси из-за удара, щека распухла и стала темно-фиолетового цвета. Его страх был полностью забыт, сменившись гневом.       — Оу… Малыш сердится за то, что я освободил его пленных и сделал из него посмешище на Арене? — издевался он, пока лицо Титана окрашивалось в некрасивый оттенок красного. — Так вот зачем вы это делаете? Месть?       Персес закричал и ударил Перси в живот, заставляя тужится. Еще один удар попал в грудь, повредив ребро. Он выплюнул полный рот крови и начал смеяться, окрашивая зубы в красный цвет.       — Жалко, что ты предположил, будто я должен был что-то почувствовать? Это похоже на щекотку по сравнению с Кроносом. Если ты собираешься мучить меня, то мог бы поучиться у него. Нельзя повторить то, что уже сделано, — мрачно выплюнул Перси.       Ярость закипела в Персесе. Даже когда полубога избили до потери пульса, отправили в самое глубокое и опасное место в Тартаре, мальчишку не сломать! Это приводит его в бешенство!       — Бесит, что не можешь сделать это? Сломать меня? Море непредсказуемо и не приручаемо. Я прошел через много ужасов, Персес. Ты являешься разрушением, но сомневаюсь, что вы когда-нибудь пережили душераздирающие мучения. Даже ваша маленькая Арена не может сломать меня, — насмехался Перси.       Персес уже готов был взорваться, но тогда больная улыбка появилась на его лице, заставляя Перси переживать по этому поводу.       — Море непредсказуемо и не может быть приручено. Тоже самое можно сказать о разрушении. Оно поражает без предупреждения, оставляя шрамы. Разрушение может идти во многих формах. Я вижу шрамы на вас, но одно место до сих пор не тронуто разрушением, и я в праве исправить это, — сказал он.       То, как он это говорил, послало мурашки по коже. Какие пытки Персес мог предложить?       — О чем ты? — рявкнул Перси, но страх начал распространяться. Персес просто по-садистски улыбнулся и махнул рукой, открывая дверь. Он подошел к ней, и взглянул на полубога ехидными глазами.       — Дамы, он ваш. Постарайтесь быть не слишком грубыми, — и с этой фразой он ушел.       Две монстр-женщины вошли в комнату и направились к Перси в соблазнительно манере. Обе были невероятно красивы, но в глазах сдерживался гнев и ненависть с неутолимым голодом. Очень странное сочетание.       Глаза Перси расширились, когда он узнал их. Он начал еще больше брыкаться, но цепи лишь плотнее обернулись, прижимая его еще сильнее.       Первая женщина выглядела, как вампир, которых показывают на большом экране. Бледная, фарфоровая кожа, как у призрака, но не было никаких пятен или посторонних эффектов на гладкой коже. Одна нога была бронзовая, а другая волосатая, как у осла, заставляя ее переваливаться. Она была одета в скудный наряд, невероятно маленький, едва прикрывая зад, и блеклый лифчик. Огненные волосы освещали кроваво-красные глаза, наполненные злобой и похотью. Завершали картину сверкающие клыки во рту, изогнутом в полу-усмешке.       Вторая женщина была противоположностью первой, но не менее красивой. Высокая, с пышными формами тела, словно богиня. Она также носила скудный наряд, но оставлял место для фантазии. Ее кожа покрыта зелеными чешуйками. Лицо в форме сердца, зеленые губы и изящные черты лица олицетворяли красоту. На макушке извивались гадюки, каждая выполняла завораживающий танец. Но когда Перси взглянул ей в глаза, то отшатнулся. Они были изумрудно-нефритовые с большой силой во взгляде. Ее власть пыталась превратить его в камень, но, слава Гестии, он был бессмертным!       — Медуза. Келли, — зарычал Перси, заставляя их улыбаться.       — Ты слышала, медуза? Перси помнит нас! Разве это не мило! — воскликнула Келли слишком притворным голосом. Перси проигнорировал ее и повернулся к Медузе.       — Почему ты похорошела? И как Келли не превратилась в камень?! Я думал, Афина прокляла тебя, всегда быть отвратительной! — крикнул он.       Выражение лица Медузы потемнело при упоминании богини, и она ударила его по лицу, оставляя небольшие порезы на щеке.       Она осмотрела кровь на ее ногтях. Медленно поднесла ко рту, и розовый язык высунулся между губ, слизав кровь с ногтей. Она вздрогнула от удовольствия, а Перси захотелось вырвать от всего этого.       — Как же мало ты знаешь. Да, она прокляла меня много лет назад, я была отвратительной. Но когда ты убил меня и отправил в богами забытое место, меня нашел Персес и смог вернуть мне красоту и способность контролировать процесс окаменения за небольшую пользу. Он не смог снять проклятье полностью, но теперь у меня есть красота и сила монстра и это… волнующе, — сказала она, соблазнительно извиваясь.       — Значит, ты теперь на побегушках у Персеса, да? — оскалился Перси. Чертов СДВГ. Он никогда не может держать рот на замке, даже если его жизнь висит на волоске. Она нахмурилась и ударила по груди, кровь свободно потекла из порезов. Перси слегка поморщился, но он страдал хуже. Намного хуже. Келли была опьянена кровью и налетела и внахлест принялась пить ее, словно прекрасное вино.       — Ооо! Как вкусно! — завизжала она, пока глаза пожирали вид скульптурных мышц. Даже если бы он был в крови и грязи или копоти от постоянных тренировок, он все еще имел внешний вид бога. Перси отпрянул в отвращении к большому удовольствию двух монстров.       — Разве он не абсолютная вкуснятина, Медуза? Я могла бы съесть его прямо сейчас, — лизнула губы в ожидании Келли.       Они тянули свои руки к его телу, не оставляя ни одной части кожи нетронутой. Они медленно сняли свои одежды, так медленно и соблазнительно, что делали из этого шоу, пока не предстали перед Перси в полной красе. Их цель была ясна, Перси затопил страх, когда понял, что это случится независимо от его действий.       — Видишь ли, Перси, ты очень раздражал Персеса очень долгое время. Поэтому он послал нас, чтобы сломать твой дух, — сказала Келли, ее кроваво-красные глаза засветились, и она зашагала к нему.       — Такой красивый. Такой же, как и твой отец. Жаль, что я не могу сделать из тебя статую, но есть и другой способ… — подошла к нему Медуза.       Перси извивался от их противных пальцев. Она наклонилась и прошептала ему на ухо.       — Мы собираемся сломать тебя, Персей Джексон. Мы отберем у тебя силой это, и ты никогда не сможешь получить его обратно. Мы разобьем твои мечты, ты никогда не будешь свободен, — прошипела она и лишила его последней надежды.       Перси бился, кричал, вопил, но цепи крепко держали его, и он ничего не мог сделать. Он чувствовал себя слабым и беззащитным перед этими двумя. Слезы текли по лицу, и он захлебывался слезами. Это была последняя пытка Тартара. Его горькие рыдания были заглушены приятными стонами, которые эхом разносились по арене.       Персес сидел в своем кабинете и, слыша эти звуки, садистки улыбался. Его план увенчался успехом, и он надеялся, что сын Посейдона окончательно сломан.

***

      Это продолжалось несколько часов, два чудовища не ослабевали ни на секунду. Прошлые пытки с Кроносом, постоянная боль и агония были ничто по сравнению с этим. После того как они сделали все, что хотели, то, довольно смеясь, чмокнули меня на прощание и ушли.       Теперь я лежал на грязном полу, даже не потрудившись двигаться. Цепь исчезли, но я даже не заметил. Все, что я чувствовал это жгучий стыд: все мое тело было грязным и использованным. Все утверждают, что мужчины не могут быть изнасилованы женщинами, но если то, что я только что пережил это не насилие, то люди совсем ничего не понимают!       Поджав колени к груди, я раскачивался в позе эмбриона. Слезы текли по моему лицу, я открыто плакал. Я потерял гораздо больше, чем просто девственность. Я надеялся найти ту, которую действительно любил и жаждал отдать ей себя, когда придет время, но теперь я никогда не смогу этого сделать. У меня отобрали эту возможность.       Тартар изменил меня, я стал более безжалостным и бессердечным. Постоянные мучения и борьба толкали меня все глубже во тьму, но она не погубила меня до сих пор. Эта последняя пытка показала мне самые жестокие и мерзкие пути мира. Мир не всегда солнечный и цветущий, и в принципе никогда не был таковым. Но я всегда думал, что есть лучик света, надежда на горизонте…       Это ложь. Мир темный и жестокий, а надежда всего лишь иллюзия; ложь, убедившая людей закрывать глаза на то, что действительно собой представляет мир.       Впадая все глубже в депрессию, легкий огонь загорел в моем сердце и начал распространяться по телу. Перси! Не теряй надежду, мой юный герой! Борись! Я медленно открыл глаза, и изо всех сил заставил себе присесть.       Чувство решимости начало укрепляться, огонь внезапно стал всепоглощающим, наполняя меня надеждой, силой и решимостью. Я не позволю им сломать меня! Я не дам Персесу и этим двух сукам удовольствие, которое они ждали видеть! Я буду бороться, я выживу, и я уничтожу их всех.       Истинная цель и ненависть горела в моих глазах, я поклялся отмстить всем, кто использовал меня. Моя аура вспыхнула, ведь монстры ответили на мои эмоции, заполняя голову криками и требованиями. Я вытащил Стремнину, утешаясь в присутствие чего-то знакомого.       Ударив лезвием об каменный пол так, что оглушительный грохот был слышан по всей Арене. Страх сковал сердца многих монстров, почувствовав мощную ауру. Персес тоже почувствовал это, чистейшая ярость врезалась в него, заставляя побледнеть.       — Персес! — взревел я, — Пусть боги помилуют тебя и врагов моих, потому что не будет вам никакой пощады!

***

      Стоя перед входом на Арену, я дважды или трижды проверил все свое оружие и броню. Удовлетворившись, я чувствовал лишь одну эмоцию при мысли о сегодняшней борьбе.       Ярость.              Ярость на мою судьбу. Ярость на богов, пославших меня сюда. Но больше всего ярость на того, кто приказал сотворить со мной вчера. Нацепив бесстрастную маску, я пообещал себе, уничтожить любого противника, который встанет на моем пути.       Железная дверь поднялась, и монстры закричали, когда я вышел с высоко поднятой головой и царственной, грациозной походкой направился в центр арены. Многие из женщин-монстров смотрели на меня с вожделением, но я послала им такие взгляды, что они отпрянули в испуге. Подняв глаза, я остановил свой пылающий взгляд на Персесе, который был шокирован тем, что я не плачу и не истерично ношусь по арене.       Подняв свою руку, я медленно показал свой средний палец в знак неуважения к Титану. Вся толпа принялась смеяться над выражением его лица. Оно выражало гнев, и он выглядел, словно готов был взорваться в любую секунду.       — Что случилось, Персес? Не нравиться мой знак уважения к тебе? Я решил, что это станет обычным нашим приветствием, дорогой кузен, — прошипел я.       Он встал так быстро, что его стул отлетел назад. Я оказался не впечатленным его маленьким выражением власти, мое лицо не изменилось.       — Как ты смеешь показывать мне такого рода неуважение на моей Арене! Я должен уничтожить тебя прямо сейчас! — взревел он, и большинство монстров заскулили в страхе.       — Мы оба знаем, что это не произойдет, — зевнул я. — Я тебе нужен. Независимо от того, насколько ты меня ненавидишь, ты сам утверждал, что хочешь сделать меня своим агентом уничтожения. Даже если ты получишь меня как чемпиона, я не сдамся. Я превращу твою жизнь в ад, даже если буду вынужден служить тебя! — крикнул я, оглушив толпу.       Персес затрясся в ярость, но быстро успокоился. Затем он улыбнулся улыбкой, заставляющей меня нервничать. Черт возьми, что он опять придумал?!       — Ты прав, Персей. Ты отличный чемпион для меня. Но ты доставляешь слишком много хлопот, поэтому я хочу пересмотреть условия сделки, — сказал он.       — Что же вы можете мне предложить? А? — усмехнулся я.       — Я собирался сохранить это до финального тура, так как у тебя осталось два боя, но почему бы не сделать это сегодня… Я готов дать тебе еще один приз за победу. Но имей в виду, что следующие бои будут намного труднее, — впился глазами в меня Персес.       Я не мог поверить своим ушам. У меня осталось два боя до достижения цели, и я вместе с Бобом и Дамасеном оставим это место? Кажется, все налаживается, и я сузил глаза в подозрении.       — Что же у тебя такое есть, что я бы захотел? — скептически спросил я.       Он понимающе улыбнулся и протянул руку ладонью вверх, раскрыв пальцы. Сначала ничего не происходило. Вскоре в самом центре ладони появился свет. Маленькие серебряные пылинки начали циркулировать на его ладони. Миниатюрные завитки засветились ярким серебром и преобразились в сферу.       После того как энергический шар был полностью сформирован, Персес дунул на него, и он взорвался в искрах. Там где произошел взрыв, я смог разглядеть только контур фигуры, которая отчетливо была женственной. Когда ее форма застыла, ее черты стали ясными и очевидными.       Ей было около семнадцати лет, медная кожа слабо отражалась серебром в свете факелов. Она была красива. Стройная, подтянутая фигура показывали, что она много лет провела с охотницами Артемиды. Длинные шелковистые волосы кружились вокруг головы, как ореол. Черты лица делали ее похожей на персидскую принцессу, не многое в ней изменилось. Ее глаза были закрыты, но я точно знал какого они цвета: вулканического черного цвета, способные пронзить вас насквозь, но также и с большим количеством доброты.       Я потерял дар речи, когда увидел человека, за смерть которого я большего всего винил себя. Та, которую я знал несколько дней, но сломал ее холодные и враждебные стены и подружился с ней. Она пожертвовала своей жизнью ради меня, и каждый вечер я любовался на ее созвездие, думая, что мог бы спасти ее.       — Зоя, — прошептал я, и слезы невольно заполнили глаза при виде бессознательной охотницы передо мной. Персес ухмыльнулся.       — Да. Спасибо моему отцу, Криосу, будучи Господом созвездий, он в состоянии осуществить мою услугу и экстрагировать ее дух с неба. Я знаю, что вы сожалеете о ее смерти и сделаете все, лишь бы спасти ее. Теперь хотите вести переговоры?       — Да, — очевидно не было никаких колебаний с моей стороны.       — Хорошо, вот сделка. Если вы выживите в ближайших двух раундов и выиграете, я не только отпущу вас с друзьями и покажу вам путь из Ямы, но и отдам мисс Паслен в качестве утешительного приза. По рукам? — предложил с триумфом он.       Это звучало слишком хорошо, и я хотел ответить «да» всем своим существом, но что-то сдерживало меня. Персес использовал мой фатальный недостаток и надеялся, что я пересмотрел условия сделки.       — А что ты получишь, если я поиграю? И что будет с Зоей в таком случае? — сузил глаза я.       — Я так рад, что ты спросил. Ты не будешь моим чемпионом, я хочу кое-что получше… Я хочу заполучить всего тебя, — сбросил бомбу Персес.       — Ты хочешь заполучить мое тело?! — закричал я, не в полной мере осмыслив то, что он сказал. Он закатил глаза.       — Разве я не это сказал. Ага, если проиграешь, то отдашь свое тело мне, и я буду контролировать твои полномочия и проклятье монстра. Вся власть будет в моих руках. Можете себе представить, сколько хаоса я буду нести за собой? — жестоко улыбнулся Персес.       — Не волнуйтесь, ни один волос не упадет с головы мисс Паслен, и ее дух вернется в ночное небо. Она будет знать все, что происходило и помнить все. Итак, вы согласны?       Все возможные варианты проносились в голове, пока я осмысливал сделку. В положительном случае Зоя будет жива и свободна, и Артемида будет исключительно рада своему лучшему другу. Она снова будет жить своей жизнью. К черту последствия.       — Когда я поклянусь на реке Стикс, Зоя вернется назад к охотникам Артемиды, тогда я согласен — предупредил я. Персес широко улыбнулся, как ребенок, получивший подарок на Рождество.       — Клянусь рекой Стикс, что Зоя Паслен вернется к охотницам Артемиды, ну и то, что было согласовано раньше, — поклялся он       — Клянусь на реке Стикс, что Персес станет хозяином моего тела, если я проиграю, — также поклялся я. Арена зашаталась, гром проник из вышеприведенного мира.       — Итак, давайте познакомимся с нашими оппонентами, а? — усмехнулся Персес, и Зою опять заключили в серебряную сферу.       — Дамы и господа, монстры всех возрастов! Представляю вам конкурсантов этого боя! — взревел в микрофон он. — Они одни из самых первый существ, проявление самих элементов. Итак, элементали!       Зрители замолчали, потрясенные тем, что услышали. Я просто встал в замешательстве.       — Эй, Драко, кто такие элементали? — мысленно спросил я. Я почувствовал небольшую дрожь от Драко. Что может напугать моего верного дракона, самого крупного и мощного из всех пресмыкающихся?       — Не так много известно о них. Они проявление самих элементов. Родились в самом начале Вселенной, невероятно мощные и лучшие противники. Когда сформировался их соответствующий элемент, они родились из этого зазора энергии, и их тела представляют эту самую энергию. Они имеют полный и абсолютный контроль над своей стихией, поэтому ты должен быть осторожен. Их уровень силы превосходит Олимпийцев! Один неверный шаг, и они растерзают тебя на том месте, где ты стоишь, — рассказал он с небольшим страхом в голосе.       Внезапно Арена затряслась, трещины появились на стенах и потолке. Шесть мощных аур врезались в меня, заставив сесть на колени, пока натиск власти мчался по моему телу. Задыхаясь, я попытался выяснить, что это за сила. Они были сильнее Богов, и все полностью отличались друг от друга!       — Давным-давно, когда появилась первая искра огня, родился проявление всех пожаров на земле. Блэйз — элементаль огня!       Все факела в комнате принялись мерцать. Их пламя поднималось все выше и выше. Внезапно, все огни слились и начали объединяться в пылающую форму. В семь футов в высоту и полностью из огня. Его голова — огненный шар. Единственное, что выделялось на ней были глаза — два желтых пятна, ведь они светились ярче, чем остальные части тела.       — Затем, когда родилась сама Гея, когда первые куски земли сформировали современный мир, этот вестник был образован из камня и грязи. Элементаль Земли!       Земля затряслась, как будто десятибалльное землетрясение прошлось по ней, и было исключительно сосредоточено на Арене. Комья грязи и камня поднялись с земли и медленно сформировали семифутовую фигуру. Земля все постоянно перемешивалось, формируясь и реформируясь. Он взглянул на Перси изумрудными глазами.       — С первыми каплями воды, вырвался вестник всей воды мира. Тайфун — элементаль Воды!       Вся вода в реках и каналах заколыхалась, послав рябь по поверхности. Маленькие водовороты появились на ней, и влажность на Арене увеличилась раз в десять. Вся вода вырвалась со своих мест и закрутилась в безумном смерче. Когда смерч отступил, семифутовая фигура полностью из воды и предстала передо мной. Он был полупрозрачный, и потоки воды переплетались по всему его телу. Его глаза, похожие на миниатюрные водовороты, чистейшего голубого цвета, который я когда-либо видел.       — С самым первым дуновением ветерка из первого воздуха родился он — элементаль воздуха!       Ветры на Арене образовали мощный муссон, забирая весь кислород. Я ахнул, когда почувствовал, как воздух оставил мои легкие, острая потребность в воздухе ввела меня в панику. Когда ветер остановился, я глубоко вдохнул, приветствуя кислород обратно, а пыль и камни начали подниматься с земли. После того, как торнадо успокоилось, из воздуха возникла еще одна фигура. Его форма состояла из закрученных ветров, но и с небольшим количеством пыли.       — Когда человек впервые разрыл землю, он нашел неиспользованные минералы. Их нерафинированного грунта и минералов, они создали металл. Из самого первого металл родился этот вестник, самый смертоносный и благочестивый металл на всей планете! И это — элементаль металла!       Из земли повылезали камни. Медь, железо, платина, Небесная Бронза, Императорское Золото, Стигийская Сталь все взлетели и врезались вместе, образовав семифутового человека, созданного из металла. Его тело сияло и выглядело гладким на ощупь. На нем можно было рассмотреть различные виды металла, что-то золотое, белое, черное и серебристое. На спине и руках торчали металлические шипы, делая его похожим на дикобраза.       — И последний, но, безусловно, не самый слабый! Когда небо осветилось первым светом, это породило существо чистой энергии. Проявление молнии и электричества, представляю Закз — Элементаль Молний!       Мои волосы встали дыбом, и электрический разряд прошелся по моему телу. В оцепенении я наблюдал, как темные облака появились сверху пещеры. Проглядывали молнии между этими облаками, наполняя воздух запахом озона. В землю ударила молния, и вперед вышла еще одна фигура. Тело которого потрескивало и искрилось, энергия излучалась от него. Да он мог бы обеспечить весь Нью-Йорк на несколько столетий!       Я чувствовал такую власть лишь стоя рядом с Зевсом и его жезлом. Эти духи стихии выглядели удивительно похожими. Они различались лишь цветом глаз и самой сутью стихии.       Их ауры были настолько подавляющими, что я чувствовал, как они стараются заставить меня споткнуться или лучше упасть.       Элементаль огня излучал невероятное тепло и пламя. В моей голове пожар — это разрушения и сметь.       С элементалем воды я был окружен океаном. Бесконечные силы воды, как невероятная, так и опасная. Мощность его затмевало мои способности; словно я был смертным, а он Посейдоном.       От элементали земли я чуял запах сырой земли и чувствовал связь с землей; камни, грязь, почка и жизни растений. Он светился ярким зеленым цветом, похожий на силу исходящую от самой Геи.       Воздушный элементаль имел способность к обезвоживанию, не прекращаемые воздушные потоки и штормы только и ждут, чтобы вырваться на свободу.       Элементаль металла имел ауру, как у оружия. Я видел бесконечные сражения, где оружие из его металла спасло жизни многих людей. Я ожидал, что он сформирует нечто смертоносное и эффектное.       У элементаля молнии была чистая и грубая аура. У меня было ощущение, что он будет самым опасным. Просто количество энергии и освещение изнутри него, в общем, его тело просто трещало силой, и моя кожа покалывала, когда я просто стоял рядом с ним.       Все они опасны сами по себе, но вместе? Они же почти непобедимая команда. Как я могу победить одно из них, не говоря о шестерых?       — Теперь ты понимаешь, насколько безнадежна ситуация. Ты проиграешь и станешь моим, — насмехался Персес.       Глядя на лица шести элементов, я почти сдался. Я чувствовал себя незначительным по сравнению с ними, словно карлик среди великанов. Но что-то в моем мозгу щелкнуло и вернуло меня к реальности. Нет.       Я не сдамся! Я не отступлю и не позволю Персесу выиграть! После всех страданий, что я прошел, я отказываюсь упасть и сдаться! К черту все!       Как в тумане, я надавил на ожерелье. Яркий свет вспыхнул, и я почувствовал, как знакомый вес брони осел на меня. Я постучал по ним, и эхо прошлось по всей арене. Элементали были удивлены, что я, на самом деле, иду против них и даю им отпор. Вытащив свой верный меч, я встал в оборонительную позицию, мой меч указал на них, и они нервно отшатнулись.       — Ну что ж, понеслась! — поднял бровь я и бросился к ним.