Стань моей бетой

      На стене тихо тикали часы. Бета поглаживал Изао, который сидел у него на коленях. Этот мальчишка, первак, казался ему по странному эфемерным. Вот сейчас, скользя руками вдоль тела, даже не под халатом, человек в его руках как будто бы уменьшался, вздрагивал, стоило надавить чуточку сильнее, вжимал голову в плечи, а глаза так и замерли. Блестят, широко распахнуты. А в них пустота. Арэта усмехнулся про себя: «Неужели настолько страшно? А как же все эта бравада „смирилась, что я такой“?»       — Я не заставляю тебя, — почему-то прошептал Арэта на ухо Изао, отчего у того волоски на руках стали дыбом, а мурашки совершили массовый побег по спине.       Поддавшись секундному порыву, бета, прикрыв глаза, втянул сладковатый запах, шедший от волос автора. Изао же на такое самоуправство сглотнул, как ему показалось, оглушительно громко, а потому мысленно проклял себя за несдержанность и тут же сильно зажмурился в бесполезной попытке исчезнуть. В этот момент, Арэта как раз вновь открыл глаза… Однозначно, что-то безумно заманчивое было в том, как острый кадык проехался вверх-вниз. Заторможено бета немного отодвинулся назад, при этом аккуратно проведя вдоль спины парня, как бы стараясь придать тому уверенности.       Прошло несколько минут. Парни так и сидели — Изао, боясь двинуться лишний раз, внимательно смотрел на Арэту, а тот изучающее разглядывал его, попутно ненавязчиво лаская через одежду и пытаясь решить, что же такое привлекательное он обнаружил для себя в этом нескладном пареньке.       Нет, омегаверс он не писал, и вообще от неясного рода не фанател, хотя и доводилось править подобные извращения. Но тогда отчего же этот недо-автор так напоминал мелкого омегу? «Ему бы белые волчьи уши ещё и хвост», — не успела мысль оформиться в голове, как уже нарисовался подобный образ. В паху как-то сразу потяжелело. Арэта тут же скривился — что за бред лезет в голову?       Под внимательным взглядом Изао, Арэта перехватил его запястье. Руки у авторёнка были тонкие, но жилистые — чувствовалась какая никакая, но сила. А кожа бледная, исписанная жгутами выразительных вен. Аккуратно подняв широкий рукав махрового халата, Арэта с задумчивым видом провёл вдоль них пальцем. Взглянув на притихшего автора, бета усмехнулся и, стараясь ещё больше смутить парня, провёл языком вдоль одной из них с самой кисти и до локтевого сгиба, где синяя жилка терялась под засученным рукавом — кажется такую сцену он видел в одном из документов в той злополучной папке. Изао на это вспыхнул до самых кончиков ушей, и было дёрнул руку на себя, но бета был явно сильнее.       Изао не понимал. Искренне не понимал этого насмешливого бету, его действий, поступков, мотивов. И это заставляло волноваться. Откуда-то изнутри просыпалась волна паники и страха, которую ещё можно было задавить, загнать обратно и там прикрикнуть, чтобы не рыпалась. А ещё это раздражение… Оно было не столь прямолинейно, как его предшественники.       Парня всегда бесило это крикливое, непозволительно наглое и по всем параметрам недопустимое отношение к себе — как к чему-то драгоценному, дорогому, но бесполезному. А Арэта именно так и вёл себя — специально изображал из себя эдакого галантного кавалера из старушки Европы, что, из крайне положительных намерений, пытался приструнить дикого индейца, вместо того, чтобы просто отпустить бедолагу с миром. И всё ж кроме неприкрытого издевательства Изао ощущал и заботу, которая как раз и ставила в тупик. Уж слишком медленно парень двигался, не спеша и как-то слишком аккуратно, но не в значении, что он, Изао, хрупкий, а в том, что… как будто разрешение спрашивает на каждое своё действие. Хотя такого и в помине не происходит. В конец запутавшись, Изао нахмурился и выразительно фыркнул. Арэта на это вызывающе улыбнулся.       — И что делать будем? — хрипло спросил бета, не переставая водить по спине автора.       — Тра… ты откроешь текст и посмотришь его, — быстро справившись со свей оговоркой, ответил Изао, сильнее прогибаясь, когда рука прошла по пояснице.       И реакция была настолько чистой и не обдуманной, что Арэте оставалось лишь подивиться столь неумелому вранью.       — У меня есть идея получше, — выпалил бета в губы автора и тут же уронил его на кровать, подминая под себя. Изао только испуганно охнул, но внутри всё предательски задрожало от предвкушения. Чтобы не спалиться, автор принялся всячески брыкаться и пытаться высвободиться, но Арэта держал крепко, а потом и вовсе прикусил за шею.       — Хватит, ты же это не серьёзно, — и Изао мгновенно сдался и пристыжено покраснел.       Арэта усмехнулся. Скинув с себя футболку, он с довольным видом посмотрел в широко распахнутые блестящие глаза, а потом, не разрывая зрительного контакта, потянул за рукав халата юноши, обнажая его левое плечо, и, едва касаясь влажной кожи, провел по нему кончиком носа. Изао задышал чаще, покраснел еще сильнее, почувствовав зарождавшееся в паху желание. Бета запустил ладонь под халат и медленно спустился до бедра, млея от вседозволенности. Изао всхлипнул. Арэта же заторможено оторвал взгляд от оголённого бедра, густых волос паха и восставшей плоти, долго пытался понять, что же он видит перед собой, а когда смог наконец-то сбросить пелену наваждения, то тот час же убрал руки, отстраняясь.       — Наверное, это и правда была плохая идея, — произнес он севшим голосом. Было мерзко от происходящего. «Но он же не вырывался», — безуспешно пытался оправдать Арэта себя в своих же глазах. Удавалось плохо — один вид запрокинутой головы назад, зажмуренных мокрых глаз, и рук, старательно зажимающих рот, более чем прямо говорил о, мягко сказать, не расположенности партнёра к постельным играм.       Изао же, ощутив, что давление сверху пропало, раскрыл глаза и с удивлением увидел потолок своей комнаты. Приподнявшись на локтях, Изао уставился на бету, который сидел на краю кровати, схватившись за голову. Еще никогда ему не доводилось видеть какого-либо человека столь потерянным, а этого наглого и самодостаточного… Вид Арэты никак не укладывался в голове.       — Ты чего? — не своим голосом спросил Изао.       — В самом деле не понимаешь? — Арэта выглядел жалко. Захотелось успокоить, приласкать, запустить пальцы в густые темные волосы. Достать до самого сердца и вырвать все сорняки тревоги с корнем.       — Дурак… Мне просто стыдно, — заплетающимся языком ответил Изао и, сильно зажмурившись, уронил на себя Арэту, впиваясь в его губы поцелуем.       Секунда, другая… Но ничего не происходило. Изао уже принялся себя материть за несдержанность, когда ощутил, как чужая рука властно забралась под халат и там сжала задницу, в этот же момент Арэта перехватил инициативу в поцелуе. Язык беты с силой прошёлся вдоль зубов, проталкиваясь глубже, погладил нёбо и ласково сплелся с языком автора, а потом так же резко завлёк в танец. Изао прогнулся в спине, желая прижаться к Арэте, и простонал в рот от переполнявших его ощущений. Не отвлекаясь от губ авторенка, свободной рукой бета дёрнул уже надоевший узел на халате, открывая себе доступ к телу, и тут же жадно провел по впалому животу, ребрам, затронул горошины сосков, от чего Изао распахнул глаза и вновь простонал.       — Раздвинь ноги, — тяжело дыша, попросил Арэта, и Изао послушно выполнил требование, вновь краснея и зажимая рот руками. Но в следующее же мгновение руки уже были прижаты к подушке сверху, а губы Арэты осторожно накрыли его:       — Не нужно, хочу слышать. Изао в ответ вырвал руки из плена и тут же ими обвил шею Арэты, впиваясь в его губы и требовательно раздвигая их языком.       Происходящее было слишком смущающим, он даже чувствовал, как пылали его щёки. Хотелось сжаться, спрятаться от этого взгляда, рук, губ… И в тоже время что-то внутри так и подмывало раскинуть руки в стороны, изогнуться на простынях, покрасоваться. И эта двойственность раздирала.       Арэта были не видны эти метания. Он видел лишь отзывчивое тело, тёплый взгляд с пульсирующим зрачком-бездной, легкий румянец и приоткрывшиеся губы. И это его заводило. Он запускал руки в волосы, сжимал соски и целовал впалый живот. И каждую реакцию, каждое сокращение мышц бета улавливал и распылялся ещё больше. Так и хотелось, чтобы мальчишка в его руках потерял над собой контроль, чтобы грудная клетка вздымалась ещё тяжелее, чтобы пальцами тот впивался в простыни…       И там он оказался более чем привлекательным. Густые вьющиеся волосы вокруг вставшей плоти с такой гладкой блестящей головкой. А ещё этот запах… Арэта усмехнулся — ему опять мерещился омегаверс, только уже теперь он видел себя каким-то альфа-самцом, который нашёл свою истинную пару — от запаха собственный член потяжелел ещё больше. И как-то желание провести языком по стволу появилось само.       Аккуратно обхватив одной рукой член у основания, а другой осторожно оттянув яички, бета провёл языком вдоль всего ствола. Изао на это широко распахнул глаза, впился пальцами в простыни, и тут же прогнулся в пояснице, часто дыша — слишком остро и внезапно всё было. Следующим же порывом было оттолкнуть Арэту, но стоило только приподняться на локтях, стоило только увидеть по истине хищны взгляд, то, как довольно облизнулся бета, глядя на него, так он тут же рухнул на кровать, готовый кончить в любую секунду. Даже в самых извращённых мечтах Изао не смел и помыслить, что его будет ласкать самый популярный парень универа.       А Арэте нравилась такая реакция, нравилось, что тело под его руками расслабилось, нравилось, что парень оказался настолько чувствительным и честным. Поймав головку губами и заглотив её, бета внимательно посмотрел на быстро вздымающуюся грудную клетку. Второй рукой осторожно помассировал яички и медленно спустился вниз по промежности. Сжав основание члена, он лизнул несколько раз головку, всасывая в себя солёные капли, и вновь прошёлся рукой по яичкам и промежности, уже слегка нажимая на вход. Но казалось, Изао и вовсе не ощущал действий рук — он уже всхлипывал и прерывисто дышал, то и дело сжимая пальцы до белеющих костяшек. Выпустив член изо рта, бета распрямился, чтобы достать что-то, чтобы сгодилось за смазку, и замер.       Изао был слишком привлекательный сейчас, слишком открытый, с блестящими от слёз глазами от переизбытка ощущений, с покрасневшими горошинами сосков, с аккуратным стоящим членом… Рыкнув, бета навалился на автора, сильнее разводя ноги в стороны, а в рот проталкивая сразу два пальца, другой рукой жадно шаря по телу. И Изао тут же принялся обсасывать пальцы, смачивая их слюной и возбуждая их владельца еще больше. Перехватив руку автора, которой тот явно хотел себя приласкать, и прижав её у него над головой, Арэта потёрся своим членом о его. Изао на это выгнулся, стараясь сократить расстояние между телами, задышал чаще, вытолкнул пальцы автора и простонал. В этот же момент губы Арэты сомкнулись у него на шее, оставляя яркую отметину.       Вновь сжав в руках член парня и несколько раз проведя по стволу, другой рукой он скользнул ко входу и, когда мальчишка в его руках выдохнул, резко вошёл одним пальцем в горячее нутро. И уже сам чуть ли не застонал — так гладко и узко там было. Изао в его руках забился от внезапной боли и попытался отползти, но бета его удержал. Склонившись над парнем и слизав выступивший у него на виске пот, Арэта что-то сумбурно проговорил тому на ухо, успокаивая то ли автора, то ли себя, и задвигал руками в такт, растягивая мышцы и одновременно отвлекая удовольствием. И вот Изао вновь расслабился, вновь стал кусать губы и тихо мычать. Спустя пару движений, Арэта добавил и второй палец…       Лаская автора с двух сторон, бета методично доводил того до оргазма. Вот мальчишка в его руках уже сам насаживается на пальцы, уже вновь стонет… Изао уже забыл про стыд, осталось только одно желание. Хотелось больше, быстрее, сильнее. Ещё несколько движений руками и он бурно излился себе на живот, впиваясь пальцами в простыни, немыслимо прогибаясь в спине, запрокидывая голову и обнажая острый кадык на тонкой шее. И не давая автору опомниться и прийти в себя от такого оргазма, Арэта с силой перевернул мальчишку на живот и моментально поставил на колени, одним литым движением входя в податливое тело. Изао заскулил, затрепыхался, но не вырывался, привыкая к наполненности. А бета тем временем дышал сквозь зубы и до синяков сжимал бледные бёдра — слишком огромен был соблазн начать резко двигаться в этом жарком и тугом нутре. Переведя дух, бета спустился рукой к промежности автора и несколько раз провёл ей по стволу, вновь возбуждая мальчишку. Хватило несколько секунд, чтобы Изао вновь возбудился.