В сравнении (рабочее)

Он жалеет, что не может убить оборванца без причины. Убивать без необходимости было не в правилах семьи Хамато, как досадно. Ниндзя оборачивается и сурово смотрит на свидетеля жестокой резни. Вокруг саеносца по всему переулку тут и там валяются искалеченные безжизненные тела, пронзенные верными саями. Рафу повезло, что этот отряд футов был немногочисленнный, а также, по-видимому, состоял в основном из новобранцев. А вот подкрепление прибудет с минуты на минуту, потому что одной проворной вражеской пешке посчастливилось удрать в безлунную ночь. Лео панцирь надерет за драку с футами, если узнает. Если узнает. Жалкий в глазах Рафаэля человечишка даже не пытается спасать свою шкуру и дать деру. Не говоря уже о том, что не паникует при виде мутанта, лишь зябло пробегая пальцами здоровой руки по ранам. Бродяга, не отводя взгляда от спасителя, коротко кивает в знак благодарности. Затем предпринимает попытку подняться, опираясь о стену, к которой был пришпилен парой сюрикенов за секунду до появления Рафа. И носителя алой повязки начинает интересовать кровавый след, что тянется вслед за оборванцем, этаким счастливчиком, оставшимся в живых. Благодаря ему, Рафу. Эта мысль встряхнула саеносца так, что тот даже возгордился, пока незнакомый голос не одернул мутанта: — Я и сам мог справиться. Но раз уж ты здесь, спасибо. Кха… — бродяга внезапно разошелся кашлем, сплевывая сгустки крови. Вспыльчивый темперамент тут же дал о себе знать. «Раз уж ты здесь…» взбесило не на шутку. — С чего это ты делаешь мне одолжение, мразь? — вежливо спросил ниндзя и помог оборванцу встать, резко пришпилив его к стене, схватив за грудки, за грязные одежды так, что бедолага повис в двух десятках сантиметров от земли. Саеносец не без удивления отметил про себя чрезвычайно легкий вес. — Они не убили бы меня, — последовал спокойный уклончивый ответ. Незнакомец наклонил голову вправо, будто дерзя, но не отвел глаз. Раф ожидал полного ответа и занес свободную руку, угрожая, однако в этом не было необходимости. Бродяга еще раз прокашлялся и отдышался. Терпение громилы было на исходе. Прикрыв веки, с заляпанным кровью лицом он продолжил говорить обрывками: — Я им нужен живым. У них приказ. Кха-кха… Они снова выследили… — Кого? — Рафаэль разжал кулак и оборванец приземлился на шаткие израненные ноги. — Говори, зачем ты футам? Говори! — …выследили меня, — с придыханием продолжил парень. — Зачем? Ахах, я их цель. Просто… Цель, понимаешь? Нужен их хозяйке, — он горько посмеялся, не мигая. По-прежнему, не отводя взгляда. Смех был неприятен Рафу и он решил поторопиться домой в этот раз. Но бродягу нельзя отпускать восвояси, не разобравшись, какое отношение он имеет к вражескому клану Фут. Бездумно тащить в логово еще опаснее. Да и чертово футовское подкрепление вот-вот появится, поэтому саеносец, секунду поколебавшись, послал сигнал старшему брату и поволок раненого к намеченному люку. Без усилий открыв железную крышку, Рафаэль приказал оборванцу спуститься в канализацию и ждать у лестницы, на всякий случай пригрозив расправой. Бродяге было нечего терять, он равнодушно выполнил указание, заранее нацепив висевшую на шее тряпку в качестве маски. Вонь стояла неописуемая, а парень не привыкший. Интуиция подсказывала, что Лео не спит даже в такой поздний час. Ждет его с ночного патрулирования, готовый помочь. Все верно. Получив координаты брата на черепахофон, что бывает крайне редко, лидер поспешил на выручку. На ходу прочел короткое сообщение: "Нужна подмога. Управимся сами. Серьезно, бро". Итак, какого рода помощь понадобилась братцу, что только Лео мог решить проблему? Мечник терялся в догадках. По верху идти было короче и мутант не переметнул использовать выбранный маршрут. Когда он, наконец, добрался до тупика, то огляделся. На дальней стене около баков виднелось багровое пятно, оставленное бродягой. Лео не хотел представлять, кому принадлежит эта кровь, застывшая на кирпичных стенах, въевшаяся ниточкой в асфальт, что едва заметной полоской тянется к люку. Лидер в последний раз окинул взглядом пустой переулок перед тем, как спрыгнуть в канализацию. Как заботливый старший брат, он убеждается, что Раф, относительно, в порядке, и переводит глаза на огромную собаку рядом. Удивлению, нет, скорее, раздражению мастера катана не было предела. — Звать из-за дворняжки? — вырвалось у лидера. — Совсем не похоже на тебя, если честно. Рассказывай, что стряслось, — мутант присел на корты, чтоб рассмотреть животное. Примечательный красно-бурый оттенок шерсти, грязные черные лапы, разорванное в драке ухо, от второго виднелся обрубок, и самый обыкновенный хвост. Местами красовались раны от холодного оружия, но кровь, как ни странно, успела запечься. — Скажи-ка сначала, футов на хвосте не было? — предупредительно спросил Рафаэль. — Не было… Я видел кровь в переулке, — нахмурившись, ответил мечник и встал, выпрямившись. Затем он вскинул руку в небрежном жесте: — Только не говори, что им понадобилась эта бедная собака, и что они загоняли несчастное животное, лишь чтобы оно не сопротивлялось их будущим изощренным экспериментам. Это глупое предположение, я знаю, ведь они могли использовать дротики с ядом или усыпляющий газ… А для чего им вообще нужна собака? — Блядская псина, как и все остальное дерьмо, которое происходило до этого — необычное дерьмо, вот и ответ. Понятия не имею, что происходит. Что будем делать? — Надеюсь, Майки не будет против еще одного питомца, хотя бы временно. Кошки и собаки обычно плохо ладят, ну что ж. Позже я переговорю с Караи, она сейчас там всем заправляет. — Ты? С Караи? Поговорить? Не смеши мои саи, брат. Судя по тому, что футы зачистили после меня, леди-Шредер в курсе, что бродяга у нас. Если встреча и состоится, однозначно говорить вы будете на языке оружия. — Тогда позволим Донни сделать свое дело, а потом… — …по пицце? — простодушно закончил Раф. — Неплохо бы разобраться, что за заварушка приключилась, и во что мы ввязываемся на этот раз. И кстати, пса несешь ты. — Почему я? — вспыхнула волна возмущения и тут же угасла под весомым аргументом Леонардо: — Ты нашел, ты и неси. Ах да, помыть зверюгу тоже не помешало бы. В длину бродяга составлял чуть менее полутора метра, гигант, одним словом. Пришлось до самого дома идти по туннелям, держа в руках обращенного в животное парня, словно принцессу, от чего на душе было погано, а тут еще и пластрон запачкался из-за этого больного ублюдка. Увы здешний запах неприветлив и даже несчастная маска не спасла от чувствительного нюха. Раф бросил собаку в широкую для него ванну и пустил теплую воду, а сам вытерся влажным полотенцем. Он посмотрел на животное с иного ракурса, припоминая их недавний диалог.

***

— Давай потолкуем вот о чем, — мастер сай сложил руки на груди, строго глядя на бродягу. — Ты знаешь, с кем столкнулся? Ниндзя клана Фут не бегают по городу небольшими группами просто так. Значит, Караи приказала отыскать тебя с какой-то целью, иначе тебя сразу прикончили бы, а не дразнили мелкими царапинами, — умозаключает представитель панцирных, бегло осмотрев собеседника. Оборванец сплюнул кровь прежде, чем вновь заговорить. Негромким голосом он сердито прохрипел ее имя, по ходу рассказа умалчивая детали: — Та мрачная женщина, Караи, вроде заинтересована мной. Я отказал ей, видимо, этим и разозлил. Ее люди держались подветренной стороны, я совершил оплошность, недостаточно хорошо укрывшись. Уже много ночей они выслеживают меня. А сегодня воспользовались моей усталостью, правда, поговорить по душам мы не успели. Ты вмешался, — последнюю фразу оборванец произнес тихим вкрадчивым голосом, — и убил их. — О какой же услуге шла речь? Чем может быть полезен сопляк, как ты? — Раф напрягся на мгновение и замирает, когда серые глаза с напускным спокойствием впиваются в его горло снизу вверх. Мастер сай уверен, что незнакомца раздражают не столько грубые слова, сколько ядовитые ухмылки, а также расстояние между ними. Ведь мутант (цел и невредим) стоит в полный рост, а парень кособоко сидит, подперев голову ладонью, не переставая прижимать тряпье к носу. — Неважно, — тихо, но отчетливо проговаривает он. — Не нужно меня покрывать, мне хватит нескольких дней, чтобы восстановить силы. А пока ты рядом, будь так добр заткнуться, пожалуйста, пока кровь не полилась из ушей тоже. Благодарю… Кха… Нарывается. Ярость неудержимо бьет в голову, видимо, той потасовки в переулке было недостаточно. Еще немного неуважения со стороны неизвестного и саеносец показал бы ему, кому оборванец обязан своей шкурой. Ему, Рафаэлю, гордыня которого вознесла его до самых канализационных небес величественного и до ужаса грязного города Нью-Йорк. Злость отпускает. Пусть живет гнида. Внезапно приходит осознание, что имя засранца мастеру сай все еще неизвестно. Раф спрашивает грубо, как бы невзначай, ибо ему «совершенно плевать, как того звать», хотя на деле ему все же капельку интересно, какое имя может быть у парня столь необычной наружности. Настолько пронзительных серых глаз мутант доселе не видал. Темные сальные волосы трудно различимого цвета, наверное, мылись с последним дождем около двух недель назад. Рост, по людским меркам, слегка ниже среднего, и вес, не соответствующий росту. Вес, что мог бы принадлежать девушке. Странно. Но выпирающее адамово яблоко и отсутствие вторичных половых признаков отмели данную нелепую теорию. Раф быстро прогнал глупое наваждение. Он дал шанс собеседнику представиться, и парень, что-то бурча под нос, назвался Сибуяном. Сибуян был слишком самоуверен для только вышедшего живым из драки человека, что неимоверно раздражало обладателя алой повязки… — За твоей головой идет охота, дурень! — позволяет себе дать парню подзатыльник, на что получает приглушенный рык: наклонившись от отдачи, бродяга потревожил рану, нелепо перевязанную оторванными полосками одежды. — Причем ищут тебя живого, а это еще страшнее, чем если просто хотели бы «уничтожить». Сиди и не рыпайся. — Не надо нянчиться со мной, — он выдержал паузу, изучающе пробежав по зеленому телу взглядом. Все тот же недоброжелательный тон: — Я и сам могу о себе позаботиться. Говорю же, полежу пару часиков, потом перекочую в другое безопасное место. Спасибо. — Да кто ж тебя отпустит, уродец? Лео скоро придет. И мы решим, что с тобой делать. — «И будем решать твою судьбу», — бродяга пафосно передразнил саеносца. — Мудак… — повторил он уже едва слышно, прочистив горло. — И довольно заносчивый. — Что ты там тявкнул? Я совершенно отчетливо слышал, как ты назвал меня, тварь, — похрустывая шеей, отозвался Раф. — Надо уметь называть вещи своими именами. Тебе просто повезло… Кха-кха… — парень снова заходится кашлем, смаргивая накатившие слезы. Обладатель вспыльчивого характера не может понять, была ли толика смысла в озвученной фразе. Но не успевает задуматься, так как его отвлекает неожиданно серьезный голос уже без хрипа: — Не говори ему. Сохрани в секрете наш разговор. Он из твоей стаи идет, я слышу его шаги, прямо надо мной. Дай мне уйти после третьей ночи. Я больше не оплошаю. — В смысле? — напрягся сорвиголова. Надбровные дуги сошлись к переносице, лицо мгновенно нахмурилось. Враждебная натура проявила себя, ниндзя опустился к до отвращения спокойному лицу, не выражающему эмоций, приставляя сай к чужой глотке. Ответа он получить не успел, а бродяга закрыл глаза, ухмыльнувшись напоследок, и издал полурык-полустон. Когда из открытой крышки люка одним прыжком выскочил Лео, младший брат заткнул сай за пояс, выпрямившись. «Надо сказать ему, — вертелись мысли в голове. — Позже, — решил он, — потом, когда все выведаю у этого мерзавца». — Звать из-за дворняжки?

***

— Можешь не притворяться, скотина, мы одни. Ты поплатишься за то, что мне пришлось сегодня тащить твою тушку. Я уж выведу тебя на чистую воду! — ниндзя брызнул в черную морду целую пригоршню холодной воды. Не поднимая головы, зверь приоткрыл один глаз и утробно заурчал: — Оставь меня. — Живей умывайся и начинай свое повествование, — Рафаэль сложил руки на груди, приказным тоном, не терпящим возражений, добавляя, — я жду. Угрюмый хищник нехотя встал и, бросая на темпераментного мутанта красноречивые взгляды, потянулся лапой к крану с горячей водой, по ошибке подставляясь под холодную струю. Делая вид, что все идет по плану, он уставился на дверь, продолжая мокнуть. — Ах, ты хочешь чтобы я вышел? Кивок. — Не примешь человеческий облик? Морда наклонилась влево. «Зачем?» — говорило все его существо невинным жестом, но безудержного громилу это порядком раздражало. «Почему бы не ответить по-человечески?» — возмущался владелец красной повязки в мыслях. Ну что ж, бродяга, если будешь уперт, то твое сопротивление затрещит по швам, ведь на тебя нацелился сам Сорвиголова. Носитель алой повязки встал, подавая сигналы опасности излишне нахальному гостю, хотя он и был скромен. Это заставило бурую шерстку малость взъерошиться, однако морда упрямо сохраняло спокойствие, пока ниндзя, источая ауру холодной ярости, не подошел на расстояние вытянутой руки. Порезы ныли, а ледяная вода, стекающая в смыв, заставляла подрагивать всем мокрым телом. Он переключил кран, обратившись в парня. Одежда чудом вернулась вместе с ним и вода, омывающая его теперь еще четче окрашивалась в грязно-красный цвет. Тихиро прислонился к стене, бросая на надзирателя бесстрастный, проницательный взгляд, что вызывало ответную реакцию бунтарской натуры. Приспущенные веки делали выражение его лица апатичным, но на деле он был готов дать отпор в любую секунду, если потребуется. От малознакомого вспыльчивого мутанта можно ожидать, что угодно. Удивительно, как ему повезло не растерять лица, когда в темноте канализации чужой кинжал в опасной близости очутился у его горла. Бродяга вылез из ванной и ступил на бетонный пол, заливая его. Вода стекала с его спутанных темных волос, ручьем стекала и с куртки, капала с ботинок, оставляя разводы. Брюки неприятно липли к телу, а повязка на шее, развязываясь, спала. Лужа добралась до саеносца, что заставило его лишь поджать пальцы ног от холода. С места он не сдвинулся. Свет моргнул, на секунду погружая комнату во мрак. — С тебя отчет, морда, — напомнил Раф приказным тоном будто перевёртыш был чем-то ему обязан и все было именно так. Ниндзя спас шкуру этого неблагодарного дикаря, который, казалось, не упускает возможности трахать мозги своему спасителю. Игра в молчанку начинала утомлять. — Я не псинка, — ядовито сплюнул Тихиро в ответ. — Ой-ой, кажется, я ранил твои чувства, Сибу-бу, — поддельно детским голосом заговорил мастер сай, поддразнивая пришельца. Неподвижное выражение лица бесило, да неужели у тебя нет других эмоций, бессердечная ты падла? — А кто же ты тогда? — Моя животная форма — волк, а не собака, — вздохнув, пустился в объяснения бродяга. Терять было нечего, через три дня, как он думал, по негласному договору, его отпустят восвояси. Главное сейчас это избегать конфликтов. Любых. Он решил, что более себя не обнаружит, не выдаст. Одного свидетеля предостаточно. — Точнее… гибрид. Отец говорил, что от волка во мне больше, чем от собаки. Поэтому я склонен считать, что я… -…натуральная сука, как ни крути. Не пойму одного: куда ты сиськи подевал? Не похоже, что они у тебя под курткой, — гадкая ухмылка расползалась по лицу мутанта, когда он предпринял попытку вывести паиньку из себя. Он победно сложил руки на пластроне, прицениваясь, во сколько ему обойдется шутка. — Я мужчина, — сероглазка нахмурился, глотая презрение к неуместной насмешке над ним. Длинные волосы еще ничего не значат. Кулаки сжимались сами по себе, возвращая мысли к реальности. Он заговорил строже, с более убеждающей интонацией, лишенной защиты. — И я волк. Мое имя — Тихиро. Сибуян. Какого хрена ты требуешь от меня говорить и тратить драгоценную энергию, если тебе не сдалась моя история? — А что тут такого? — темперамент пожимает плечами, продолжая ухмыляться. Только что неожиданный гость сказал самое длинное предложение за все время общения. — Ты забавный. Хочу лучше тебя узнать. Тяжкий вздох. Ему непонятно это нелепое ребячество, словно здоровый мутант, смотрящий сверху вниз, еще не вырос из пубертатного периода. А ему самому не двадцать три года. Он ощущал себя слабым бесформенным сгустком энергии, тлеющим у костра угольком, искры которого не пробуждались от колыхания ветра. Незачем терять силы. Во сне тело восстановится быстрее. Бродяга не ответил Рафаэлю и даже не посмотрел в его сторону. Он повернулся к стене и, медленно раздеваясь, спросил: — Где я могу лечь? — А как я узнаю, что ты ничего не замышляешь? По какой причине я могу тебе верить? С чего ты решил, что вообще будешь спать? — бунтарь все наступал и наступал, своими бессмысленными вопросами лишая почвы из-под ног. — Не суетись. Я могу поклясться именем отца, что никого не трону в этом доме. И да, немного запоздало, простите за вторжение, — мокрые брюки шлепнулись на пол, присоединившись к верхней одежде. — Что за фрукт, этот твой отец, о котором ты так ласково лопочешь?.. Шум и легкая возня долетели до ушей лидера, который неторопливо приближался к ванной, чтобы проверить брата и пса. Не верилось, что для купания собаки требуется так много времени. Запах травяного чая, который пристал к мастеру катана, выдал ниндзя в очередной раз. Заслышав шаги, Сибуян-младший сгреб одежку в один угол и накрыл тазом для отвлечения внимания. Парень успел обратиться и лежал, отвернувшись от бунтаря к дальней стене. Дверь открылась тихо и бесшумно, и Раф не поверил бы, что оборотень почуял мечника за несколько секунд до его появления, если бы сам дважды не был тому свидетелем. — Проснулся? Кути-кути, — Лео стал подзывать к себе зверюгу. Пришелец огрызнулся из-за лишнего напоминания о неверном биологическом виде, однако касаниям не воспрепятствовал. Даже слабо шевельнул хвостом против воли, не выдержав щекотки за ухом. — Я принес полотенце, — сказал мутант, на ходу вытирая бурую шерсть, — нужно поаккуратнее с ранами. Не поможешь, брат? — Пасую. Верю, что ты сам справишься с этим ублюдком, — носитель алой повязки бодро зашагал к двери. — Не обманывайся его послушным поведением и прилежностью. Этот бродяга та еще скотина, — раздалось привычное ворчание уже за пределами комнаты. Лео не мог припомнить, бывают ли в городе настолько большие собаки, а если и бывают, как одной из них удалось избежать отлова? Чудесно. В голову ударил отрывок воспоминания из детства, когда узнавший значение слова «питомец» малыш просит учителя Сплинтера дать ему разрешение на содержание щенка. Ниндзя почувствовал приятное удовлетворение, что спустя столько времени, он все же получил желаемое, пусть в несколько иной интерпретации. «А что скажет учитель? — внезапно оживилась мысль и ее пришлось подавить ожиданием. — Надеюсь, утром Раф подробнее расскажет, почему футы-новобранцы устроили охоту». Добродушно потрепав волка за загривок, мастер катана подозвал зверя, велев следовать за ним. На удивление, Тихиро мгновенно поднялся и повел носом по воздуху, утыкаясь в раскрытую трехпалую ладонь, от которой веет травяным чаем и домашним лунным печеньем. — Ты, наверное, голоден? — догадался обладатель отличительной синей повязки на глазах, когда влажный шершавый язык коснулся руки. К каким только психологическим методам ни приходится прибегать, чтобы дать этим мутантам знать, чего ему не хватает. Лео встревожился, заметив потухший серый взгляд, но подумал, что животное еще не отошло от стресса погони. Вероятно, раны также беспокоили необычного гостя. А вкусная еда поможет скорейшей реабилитации нового питомца. Тихиро не против того, чтобы о нем позаботились некоторое время, пока регенерация не заработает в полную силу. Через три ночи он спокойно покинет сей гостеприимный дом, где он нашел недолгий, как он думал, приют. Оставалось разобраться со вспыльчивым ниндзя, стиль и технику которого оборотень опознал по оружию. Саи меньших размеров прятал под формой и его отец-ученый, опасаясь доверять даже собственным ассистентам. — Скарф-скарф, — раздалось в пустой кухне. Клацали зубы. Кусок грибной пиццы пришелся волку по вкусу, ведь по натуре он, практически, всеядный. И еще один кусок. И еще один. — Мхм… скарф-скарф-скарф. Заморив червячка, можно было со спокойной душой заваливаться отдыхать, но прежде стоило обследовать территорию, чтобы не напороться на неприятности. Тем, что привлекало зверя в странном доме было запахами. Самым сильным был запах лесной лаванды с примесью растительных масел. Он был безмятежен, от него не исходило угрозы, хотя тот, кто был опутан этим ароматом был несколько сильнее его самого и Тихиро это осознавал, специально обходя хрупкую перегородку. Следующим по силе был травяной чай с лимоном, это то, что источал меченосец. К нему также примешались запахи борьбы, металла и, как ни странно, женского парфюма. Странно, но совсем не интересно. А вот от бунтаря несло потом, резиной и мылом, которое перебивало металлический запах крови. Наверное, он не раз получал из-за чрезмерной агрессии к окружающим, о чем свидетельствовала его аура. Гость мысленно составлял иерархию дома, запоминая ментальную карту ароматов. Субуян вскинул голову, принюхиваясь. Отчетливо витал запах машинного масла и пожара. Оборотню не нравился запах гари, обонятельные сенсоры тревожно зудели, призывая не приближаться к источающему эти запахи очагу, от которого, к тому же, веяло достаточно сильными волнами отчаяния. Таким образом, угнетенный своей депрессией обитатель автоматически попал в самый конец здешней иерархии. Типографская краска сконцентрировалась на втором этаже в одной из дальних комнат. Наверное, то был еще один житель подземного логова, который скорее всего выглядел так же, как уже известные ему антропоморфные черепахи. К краске примешались благоухающее твердое тисовое дерево и, почему-то, тунец. Неизвестно, как все эти запахи влияют на психику жителей подземелья, однако чувствуется, что все в относительно добром здравии. Физически. От психических расстройств никто не застрахован, а больше всего Сибуяна беспокоил неизвестный, тот, что охвачен отчаянием. Над этой проблемой стоило поразмыслить позже, ведь на данный момент она его никак не касалась. Вернувшись в центральную комнату, оборотень застал Леонардо за распаковкой старых газет учителя. Плохо. Он думает, что песик может загадить дом, и что нужно срочно предпринимать меры, например стелить бумажный туалет, почему бы и нет? Мерзко. Просто унизительно. Пришлось рыком отгонять от газет непредусмотрительного обезоруженного носителя синей повязки. Злой рокот заставил Лео отступить к лестнице с поднятыми в попытке усмирить животное руками. Тихиро смял газеты передними лапами и прижал их к стене, всем своим видом заявляя: подстилка для молодого и здорового существа не требуется. Немой посыл не сразу дошел до лидера черепашек-ниндзя, поэтому несчастные газеты оказались разорваны в клочья. В конце концов, не гостю же убираться. В тщетных попытках унять беспокойное создание Леонардо потерял целый час драгоценного сна. Он был полон решимости воссоздать газетную подстилку, так что «бешеному» зверю пришлось разными методами отнимать и разрывать бумагу. Воздушную кучу мусора представлялось возможным допустить к использованию в качестве ложа, но диван смотрелся в этом плане более привлекательно. Сдавшись, старший из братьев, пошел на уступки: — Тихо-тихо, парень! Хорошо, можешь спать здесь, но смотри: не обгадь нигде, — предупреждающе сказал лидер, смирившись с тем фактом, что газетный ком придется все же убрать. Или расстелить в другом месте. Он окинул взглядом своды гигантского зала перед уходом и потрепал бродягу по взъерошенному загривку. — Мы друг друга поняли? Диван был изрядно потрепан, однако для сна годился много лучше, нежели худо бедная куча макулатуры. Морфей радостно принял Сибуяна в свое царство.