Пирожок с джемом и повидлом

Не сказать, что Хесоль игнорировала своего старого друга, но больше времени они проводила с другими участниками группы. По утрам готовила вместе с Сокджином, называла его «Джин-оппа», что выводило Чимина из себя всего за пару секунд. «Меня она так никогда не называла», - думал про себя парень. Макне же, как обычно, не отлипал от девушки. По общежитию теперь только и слышалось «нуна». Как оказалось, Чимин никогда не знал обо всех талантах своей подруги. Из-за полноты раньше ей этого не удавалось, но девушка была одарена способностями, наверное, во всех сферах деятельности – прекрасно танцевала, чаще всего, вместе с Хосоком, на что тот несказанно радовался, училась пению, но этого пока никто не слышал. Наедине с Хесоль побыть Чимину не удавалось. Ребята отвлекали ее по любому пустяку. Ну, хотя это логично, ведь менеджером группы впервые была девушка, причем очень симпатичная и талантливая, под стать всем участникам группы. Конечно, только читать реп у нее не получалось, но Намджуна и Хосока это не останавливало. Юнги же, как обычно, вел себя холодно, безразлично. Но точно можно было сказать – пока девушка в общежитии, тишины ждать не стоит. Чимин мог рассмотреть подругу получше. Он отметил количество проколов в ушах, а после и то, отчего он, мягко говоря, удивился. На ее руке была небольшая татуировка с какой-то надписью на латыни. Он бы никогда не подумал, что его скромная и незаметная подружка сделает себе такое. Изо дня в день он не мог перестать удивляться тому, какой красивой она стала с их последней встречи. Конечно, это отмечали и его одногруппники, но ведь только Чимин знал, какой она когда-то была. Парень хотел сказать ей это прямо, но понимал, что может ее обидеть тем, что говорит про ее красоту после того, как она похудела. Но Хесоль осталась той же веселой и доброй. Конечно, нотка безумия, так похожая на ту, что есть у Техена, теперь стала ярче, но это не делало общую картинку хуже. «Почему я раньше не замечал всего этого?» Утро уже не казалось Чимину радостным. Полночи он не спал. Сначала решил позаниматься, потом принять душ, но бесполезно. Уснул он все равно только в три часа ночи. И вот парень умудрился и встал раньше всех. Его мучала жажда. Он натянул лежащие рядом свободные шорты и майку и, зевая, направился на кухню. По счастливой случайности там уже была девушка. Хесоль танцевала под музыку, громко игравшую в наушниках. Ее можно было расслышать еще у входа на кухню. Block B – Nalina. Отрываясь от готовки, она повторяла «движение обезьянки», которым отличался танец к песне. «Вот и мой шанс поговорить с ней нормально», - обрадовался танцор и подошел ближе. Сначала девушка его не заметила, но когда парень оказался совсем рядом, то она чуть не выронила из рук миску с кимчи. - Господи, как ты меня напугал! – воскликнула Хесоль, схватившись за сердце. Чимин сразу заметил, как вздымается ее грудь, как хочет приобнять ее и извиниться за сделанное. «Пак Чимин», - подумал он, - «О чем ты только думаешь в последнее время». - Ты сегодня рано, - отметил парень, стараясь отвлечься от накативших мыслей. - Потому что вам сегодня нужно в агентство. Директор вчера звонил. Я просила Намджуна передать. Неужели он забыл? Чимин попытался вспомнить вчерашний вечер. Девушка тогда и правда провела с ними немного времени, но он не мог вспомнить, чтобы лидер что-то говорил про планы на завтра. Девушка немного нахмурилась и вернулась к готовке: - Значит, он ничего не сказал. Ее выражение лица напоминало детство. Она напрягла губы и, недовольно нахмурив брови, почесала нос. Именно так она делала, когда мама не давала карманных денег, когда ей незаслуженно снижали баллы на тестах. Не сдержавшись, танцор издал смешок и прикрыл лицо рукой. - Почему ты смеешься? Надо мной?- ворчала, словно старая бабушка, Хесоль. Вернуться в детство всегда приятно. Они немного покидались едой, кричали друг на друга, обзывались, пока на кухню не влетел сонный и очень недовольный Юнги. - Сладкая парочка, а нельзя потише!? - Прости, хен, - произнес Чимин, убирая запачканную в еде челку, и после ответила девушка, - Да, правда, прости Шуга. - У меня имя нормальное есть, - пробубнил себе под нос старший и вышел из кухни. Друзья посмотрели друг на друга и начали смеяться. Эта ситуация показалась им до жути смешной и давно знакомой. Так они раньше резвились в доме родителей. Хесоль разбудила всех и отправила есть. Они же с Чимином поели раньше, пока готовили. Девушка прошла на кухню, подальше от любопытных глаз и принялась искать свой тайник, в котором было пару пирожных. - А ты так не наберешь в весе? – сказал Чимин, пошедший за ней следом. - Не волнуйся за это. Показалось, что в ответе прозвучала грусть. Она не была рада тому, что теперь для нее набрать вес невозможно. Танцор подошел к девушке и устроился рядом. - Может, расскажешь, что случилось с тобой, пока была в Америке? А то интересно, чем они тебя там кормили, что ты так похудела, - подшутить дело святое. - Дело не в том, чем меня кормили, а в том, что вообще не кормили, - произнесла Хесоль, набивая рот всякими сладостями, что запрещены у них в общежитии из-за строгой диеты. - В смысле? – искренне удивился. - Мои родители…погибли вместе с братом через пару месяцев после того, как мы приехали, - к горлу подступил комок, из-за чего девушка ненадолго замолчала, - Это была авария. У меня после этого все сложилось нелегко. Получилось так, что я скинула за неделю тридцать килограмм, и все шло к анорексии, но после реабилитационного периода вес вернулся, но теперь я не могу потолстеть, потому что некоторую пищу желудок вообще не принимает. Повисла неловкая пауза. А что можно сказать в такой ситуации? Парень опустил взгляд в пол и почесал затылок. - Прости, я не знал. - А ты и не мог… Что удивительно, но после этого разговора стало легче. Никто, кроме Чимина, не знал, через что, прошла Хесоль. Она никому больше не говорила. Подруга начала проводить с ним больше времени, рассказывала ему обо всем, как раньше. И казалось, что все возвращается на свои места, если бы не новые чувства, которые старался подавить Чимин. Он не понимал, почему именно сейчас, встретив ее, в его сердце что-то меняется. «Что за глупости? Только не надо думать, что я влюбляюсь в свою старую подругу. Прекрати, Пак Чимин», - каждый раз говорил себе парень, но не понимал, что заглушить это будет не просто трудно, а почти невозможно для него. Но вскоре он начал замечать, что не один он испытывает к девушке странные чувства. Все усложнилось, запуталось окончательно.