Ледяное прикосновение воспоминаний

У центрального бортика завязалась потасовка, в которой участвовали уже и судьи. Прекрасно! «Только этого не хватало»,- подумал Мерлин, поправляя ремешок хоккейного шлема; если Девидса сейчас удалят, они ведь останутся в меньшинстве, и тогда Госпожа Удача может от них и отвернуться, и прощайте золотые медали Чемпионата Великобритании! Впрочем, выигрыш его команды на самом деле не так волновал Мерлина, потому что сосредоточиться на игре все этих долбанных три периода он не мог из-за того, что все время думал об Артуре - игроке противников, лучшем бомбардире в команде Золотых Львов в этом сезоне. И когда пересекался с ним на ледовой площадке, то ноги становились ватными, предательская дрожь охватывала позвоночник, заставляя сердце биться как безумное. А все из-за того, что пять лет назад Мерлин встречался с этим парнем, он любил его и думал, что его любовь взаимна, но потом его чувства безжалостно растоптали. Артур оказался из тех самоуверенных засранцев, ставивших свои собственные интересы выше других. Он наплел что-то про спортивную карьеру, про повышение профессионального уровня игрока и свалил в Канаду, сообщив Мерлину по телефону (что за трусость?!), что им лучше расстаться, так как отношения на расстоянии изначально невозможны. И Мерлин остался в Англии, играя за Кардиффских Драконов, которые входили в Британскую элитную хоккейную лигу. Пару месяцев назад Артур Пендрагон не просто вернулся из Канады, где его имя в спортивных кругах было известно всем, но и сразу стал любимчиком британской прессы. Мерлин постоянно слышал фамилию Пендрагон и стал искренне считать, что возвращение Артура уже превратило его жизнь в полный кошмар. Несмотря на то, что изгнать Артура из головы никак не удавалось, Мерлин все же надеялся, что в финале чемпионата они не встретятся. Но нет, мироздание не упустило возможность насолить и здесь! Мерлин приблизился к дерущимся - уже было непонятно, кто на ком лежит, и кто кого разнимает, или наоборот, дубасит, - и уже раздумывал в это все вмешаться, как чьи-то сильные руки обхватили его за плечи, не дав подкатиться ближе. Подняв голову, Мерлин встретился с таким до мурашек знакомым взглядом глаз, наполненных опасным голубым сиянием. Артур! Чертов Артур! - Мы там лишние. - Да что ты?! – Мерлин огрызнулся и стряхнул с себя чужие руки. – Отвали! - Эй, полегче! Ты так быстро забываешь старых друзей, а, Мерлин? – Артур смотрел на него, будто их встреча на льду – будничное дело, и не было всех этих лет, в течение которых Мерлин мечтал стереть все воспоминания о романе, закончившемся так плачевно. Неужели Артур ожидал увидеть улыбку или услышать радостное: «Как поживаешь?» - А, так вот, что между нами было – всего лишь дружба? – усмехнулся Мерлин, наблюдая, как один из судей пытался поднять со льда игрока соперников, но в итоге сам чуть не упал. – И дружеский секс для разнообразия. Как это я сам не догадался? - Все такой же колкий… Ты не так понял мои слова, - вдруг Артур стал на удивление серьезным, касаясь перчаткой локтя Мерлина. – Да, ты был мне больше, чем друг. Это так… Я имел в виду, что даже если мы и расстались, я думал, мы сохранили приятельские отношения. Чего ты злишься? - О бог ты мой, Артур… - закатил глаза Мерлин, раздумывая, а не сломать ли клюшку о голову этого тупоголового идиота. – Думал? Видимо, не тем местом. Знаешь, я не желаю с тобой разговаривать ни сейчас, ни когда-либо еще. Запомни это! – и Мерлин резко качнулся в сторону, отъезжая подальше от Артура. Злость клокотала в нем - еще чуть-чуть, и он сам бы устроил еще одну драку, заехав кулаком по идеальному подбородку блондинистой задницы по фамилии Пендрагон. Артур проводил его мрачным взглядом, сжимая в кулаке клюшку, и прошептал: - И все же, мы еще поговорим… Некоторое время спустя… Приглашение в сборную Великобритании по хоккею обрушилось на Мерлина в самый последний момент. Близился Чемпионат Мира, но поехать туда светило лишь избранным. Приятная неожиданность, потому что Мерлин считал, что после его откровенных косяков в прошедшем сезоне, вряд ли тренер мог серьезно рассматривать его кандидатуру. Многие тренеры очень часто не воспринимали Мерлина всерьез из-за худощавого телосложения, но парень доказывал, на что он способен в игре с шайбой: меткие броски по воротам – это то, что лучше всего получалось у Мерлина. Один из вызванных игроков сборной получил серьезную травму и не успевал восстановиться к чемпионату. Даже чудом. Поэтому Мерлина попросили приехать на замену. В любой другой ситуации Мерлин посчитал бы это манной небесной, волшебным пинком судьбы, но не тогда, когда он знал, что ему придется тренироваться вместе с Артуром, на которого, конечно же, весь тренерский состав возлагал большие надежды, как на палочку-выручалочку. Мерлин признавал, что играл Артур на самом высоком уровне, только вот хоккей - это еще и командная игра. Оставалось молиться, чтобы тренер не поставил Мерлина в одну связку с Артуром, а еще лучше вообще включил бы в другую пятерку. Но, кажется, молитвы застряли где-то на земле, так и не коснувшись даже края небесных врат, потому что на первой же тренировке Мерлин услышал следующее: - Эмрис, будешь играть в пятерке Пендрагона. Замкнешь связку в тройке нападающих. Скрыть явное раздражение Мерлин не сумел, потому что находившийся рядом Ланс Найт широко улыбнулся и заметил: - Неужели боишься, что мы с Артуром соберем все лавры? - Наоборот, думаю, что это вы не поспеете за мной, - Мерлин недовольно покосился на Артура, отрабатывающего броски, посылая одну за другой шайбу в ворота. - Какая самоуверенность! Ты откуда такой взялся? – Найт говорил вполне дружелюбно, без намека на враждебность. - Мы в Уэльсе все такие самоуверенные, - пожал плечами Мерлин. – Не принимай на свой счет, просто перспектива играть с Пендрагоном мне душу не греет. - Завидуешь, что ли? Он красавчик, не спорю, да и список бомбардиров возглавляет. Моя младшая сестра чуть ли не с его фоткой спит. - Я завидую? Не смеши! - Значит, есть какая-то другая причина? - Угадал. Но это личное. - Понял, заканчиваю расспросы. Но поспешу дать совет – забудь всё, оставь мысли за пределами льда. Сосредоточься на игре. - Знаешь, пожалуй, я так и сделаю, - кивнул Мерлин и позволил себе улыбнуться. Ланс, определенно, располагал к себе – хороший парень. *** Дождавшись, пока все парни уйдут, Мерлин окинул взглядом опустевшую раздевалку и направился в душевые. Освежившись и смыв с себя пот вместе с усталостью, он подошел к шкафчику, чтобы достать чистую одежду. Взяв с полки белый спортивный костюм с красными полосками по бокам, закрыл дверцу и чуть не выронил одежду - на скамейке сидел Артур и смотрел на него долгим взглядом, и если бы Мерлин не знал, что недавно проходил медкомиссию, то решил бы, что свихнулся, потому что голубые глаза откровенно пожирали его полуобнаженное тело. - Какого хрена?! – выпалил Мерлин. – Ты в сталкеры заделался, что ли? - Извини, напугал? - А ты как думаешь? – Мерлин взял полотенце и стал вытирать мокрые волосы, стараясь не обращать внимания на присутствие Артура. На тренировке он заставил себя думать о нем, как об обычном игроке, и всецело погрузился в ход игры. - Ты что-то забыл? - Нет… Вообще-то, - Артур поднялся и подошел ближе. Он заметно нервничал. – Я хотел поговорить с тобой… о нас. - О нас? – Мерлин замер, после чего отбросил мокрое полотенце в сторону. Его голос предательски дрогнул. – «Нас» не существует и уже давно! Прошу тебя уйти. - Нет. Я не уйду. Ты вправе избегать меня, и я понимаю, почему. Но позволь мне объяснить, почему я тогда так поступил… Когда… - Когда бросил меня, не удосужившись даже посмотреть мне в глаза?! Как ты там сказал: «Отношения на расстоянии невозможны, Мерлин. И ты должен это понимать». Слушай, Артур, - Мерлин решился высказать все, что варилось в эмоциональном душевном котле все эти пять лет. – Я тогда понимал лишь одно – ты меня бросил и не самым удачным образом. И все же я как придурок надеялся, что ты позвонишь, не важно, когда - через месяц или через полгода, и попросишь меня вернуться к тебе. Но я ждал напрасно. Как идиот. И вот тогда я осознал окончательно – ты никогда не любил меня. А я находился в мире иллюзий. Поэтому да, я имею право избегать тебя и дальше! Мне не нужны никакие объяснения. - Подожди, Мерлин! Ты во всем прав. Я был последней скотиной, не спорю. Я не хотел признавать, что ты занимал важное место в моей жизни. Мне нужно было уехать. Это уже было решено. Я думал о себе и не хотел тогда связывать себя серьезными отношениями, тем более на расстоянии. Одна мысль об этом сводила меня с ума! - Артур запустил пальцы в светлые волосы на макушке, отбрасывая непокорную челку со лба. – Я думал о тебе, Мерлин, о том, как все неправильно вышло, правда. А когда все-таки решился позвонить, то ты уже сменил и номер телефона, и адрес. И потом я понял, что навязываться тебе после всего, что я сделал, скорее всего и не стоило. Но я лишь хотел извиниться, и вот, наконец, я встретил тебя... Прости меня, Мерлин, я поступил низко. - Что ж… Извинился? Полегчало? Думаю, нам больше нечего обсуждать, – Мерлин не мог сейчас простить Артура, да и вообще, а можно ли сделать это, ведь разбитые кусочки сердца все еще причиняли боль душе острыми осколками, отзываясь внутри груди тяжестью. Ничего не изменилось. И это вымученное «прости меня» воспринималось как «извини, я наступил тебе на ногу». Серое. Тусклое. Стало еще хуже. Почему-то Артур решил, что сказанным сможет стереть все те страдания, что причинил когда-то. Мерлин стянул полотенце с бедер, нисколько не смущаясь присутствия Артура, и надел штаны, потом поспешно натянул футболку, хотя сердце колотилось где-то в горле. - Мерлин… - Артур коснулся его плеча. – Ты так не ответил. Ты простил меня? - Для меня ничего не изменилось, - Мерлин покачал головой, едва не вздрогнув от прикосновения. - Жаль, что память нельзя стереть одним касанием пальца, иначе бы я с удовольствием удалил папку «Артур Пендрагон» из своей головы, - Мерлин взял спортивную сумку и ушел – разговор окончен. *** Последующие две недели Артур больше не пытался заговорить с Мерлином на тему прошлого, они общались, лишь когда их пятерка отрабатывала схему и обсуждала тактику игры. Но когда Мерлин встречался взглядом с Артуром, тот не спешил отводить глаза, и Мерлин замечал в них скрытую боль. И не понимал, что это все значит. Со временем это стало вызывать лишь раздражение. Мерлин долго терпел, но когда «добрый» тренер поселил их с Артуром в одном номере гостиницы спортивного городка, где проходили игры Чемпионата Мира, это стало последней каплей. - Слушай, давай ты сам пойдешь к тренеру и попросишь его переселить тебя, - Мерлин кинул сумку на пол номера, откровенно задолбавшись тем, что мир решил свести его с ума. Делить один номер с Артуром – это самое последнее, что ему сейчас было нужно. - Мерлин, в чем твоя проблема? Ты настолько меня ненавидишь, что до сих пор не можешь простить? Ладно, я понял, я этого и не жду, но мы ведь отлично сработались в команде, почему бы нам так же хорошо не ладить и за пределами льда? – Артур за последние недели заметно похудел, скулы на лице особенно сильно выделялись. И Мерлин не раз ловил себя на мысли, что беспокоится об этом придурке. А это очень и очень плохой знак! Чувства, которые он пытался похоронить все эти годы, вырвались из могильной ямы и прорастали голубыми цветами один за другим день за днем. Поэтому Мерлин и злился; его обуревали совсем другие эмоции, далекие от ненависти. - Артур… Я… - Мерлин подошел к столику и налил себе из графина воды; залпом осушив стакан, он поставил его и продолжил: - Разве ты не понимаешь, что происходит со мной? Я любил тебя все эти чертовы годы и надеялся, что смог избавиться от воспоминаний, изгнать тебя из сердца, и даже думал, что мне это удалось, а потом ты появляешься в моей жизни со своим «прости меня» и как ураган ломаешь меня изнутри, заставляя пережить все заново. И я не могу перестать думать о тебе. Ты, наверное, посчитал, что все уладил. Так ведь? Да как бы не так… Я теперь словно в аду… - Я понимаю тебя больше, чем ты думаешь, Мерлин, - Артур подошел ближе, но боялся даже прикоснуться к Мерлину, хотя и видел, как тот дрожит. – Я не такое чудовище, каким ты меня выставляешь. Да, я виноват, но мне тоже больно. И ты должен знать причину. Все эти недели я сожалел о том, почему нельзя вернуться в прошлое и все исправить… - И что бы ты изменил? Сообщил бы мне о разрыве как-то иначе? - горько усмехнулся Мерлин. - Нет. Я бы никогда не отпустил тебя, потому что я любил тебя, хотя сам не понимал, насколько сильно. Но сейчас я могу сказать, глядя тебе в лицо – ты нужен мне, Мерлин. Только ты один. - О чем ты? – Мерлин ошарашенно уставился на Артура, который сделал еще несколько шагов и оказался совсем близко. Его руки легли Мерлину на плечи. В голубых глазах плескалась лучистая нежность, ослеплявшая сознание. И в следующий миг горячие губы Артура накрыли губы Мерлина, вовлекая в страстный поцелуй. Сопротивляться? Нет, ни одной подобной мысли, а лишь еще крепче прижать к себе того, кто пробуждал в Мерлине бурю всепоглощающих страстей. Целовать, ласкать, вдыхать так хорошо знакомый запах. Мир потерял равновесие… Оторваться было сложно, но Мерлину это удалось. - Подожди… Артур, что мы делаем? – тяжело дыша, выдавил он, облизывая губы и приглаживая взъерошенные волосы. - Целуемся, конечно… Я давно этого хотел, а ты разве нет? – удивленно уставился на него Артур. - Нет. Подожди, я не собираюсь снова попасться в эту ловушку… Ты всегда умел красиво говорить. - Но разве я когда-то раньше говорил тебе о любви? - нахмурился Артур. – Я серьезен, Мерлин, и не думай, что признание далось мне легко. - А, значит, ты еще и сомневался… - Мерлин хотел верить в искренность Артура, но на своих ошибках надо учиться. – Думаешь, что любишь меня? Может, тобой движет лишь чувство вины и ностальгия по ушедшим временам? И ты снова бросишь меня, когда я тебе надоем? - Что за чушь ты несешь?! – Артура сильно задели и разозлили эти слова. – Стал бы я врать о таком! Понимаю, ты не можешь простить меня, но не будь же таким жестоким! - Разве я жесток? Я просто говорю, что думаю. - Давай попробуем начать все сначала, - не сдавался Артур. – Прошу тебя! Каждый имеет право на второй шанс. - Лучше не стоит, - твердо ответил Мерлин, несмотря на то, что сердце противилось вырывающимся наружу словам. Страх оказался намного сильнее, и Мерлин не мог противостоять ему. – Забудь обо мне. Я сделаю то же самое. - Ты врешь, Мерлин, и прежде всего самому себе! Ведь ты хочешь быть со мной! - Нет, не хочу! – закричал Мерлин, выходя из себя. – Потому что я не доверяю тебе! Я жил без тебя, справился, значит, и дальше смогу…Ты и я лишь игроки в одной связке. Я не желаю знать тебя за пределами льда, уясни это! – он схватил сумку и стремительно покинул номер, хлопнув дверью. Артур в отчаянье пнул ногой по ножке кровати, а затем досталось и графину с водой, который отправился на встречу со стеной, чтобы через мгновение упасть на пол веером брызг из осколков и воды. Опустившись на кровать, Артур закрыл лицо руками – так вот значит, какая она, настоящая любовь - разрывает душу, стоит лишь впустить ее в себя. *** Мерлину удалось договориться с Лансом Найтом. Тот охотно согласился переехать в номер к Артуру, так как Гвейн слишком сильно храпел, не давая нормально отдохнуть перед тренировками. Так что Мерлин занял его место - уж лучше терпеть шумного соседа, чем постоянно видеть лицо Артура, которого парню хватало и на ледовой площадке. Но последний разговор между ними не мог не сказаться на тренировке. - Ребята, да что с вами сегодня?! - не понимал тренер Гаюс, возмущенно взмахивая руками. – Эмрис, ты там спишь, что ли? А ты, Пендрагон, забыл, что не один играешь? Что за несобранность! Уже вечером встреча со шведами, вы их видели, да? Они ошибок не прощают! Тренер еще что-то кричал, но Мерлин дальше не слушал, прекрасно осознавая его правоту. Действительно, это ведь Чемпионат Мира. Здесь надо выкладываться по полной. И хватит думать об Артуре. Сам ведь решил, что на льду существует только игра, и все посторонние мысли не должны тревожить. Не должны! Но они, как назло, кружат в мозгу роем назойливых пчел. - Бесит! – Мерлин сделал бросок и чуть не выронил клюшку, качнувшись в сторону. - Соберись уже! – рядом оказался Артур. – Твои пасы хуже некуда в последнее время, ты знаешь? - Может, тебе лучше подумать о себе, Пендрагон? – зашипел в ответ Мерлин. – Сам-то мажешь по воротам! Не предвещая ничего хорошего, их взгляды скрестились в немом сопротивлении, словно невидимые клинки. Разрядил обстановку Гвейн, занимавший позицию вратаря. Ведь ссору парни затеяли прямо у его ворот. - Ребят, ну сколько можно лясы точить, а? Направьте эту энергию против наших соперников, и то больше пользы будет! - Ты прав, Маккейн, - кивнул Артур и отъехал от Мерлина, чтобы занять нужную позицию. - Что вы с ним не поделили? – спросил Гвейн, внимательно наблюдая за игроками на площадке. – Может, все-таки расскажешь? - Да так, разные взгляды на жизнь, - Мерлин не спешил делиться личными проблемами с парнем, которого почти не знал, особенно сообщать о своей ориентации человеку, который мог оказаться и ярым гомофобом. Среди хоккеистов открытых геев обычно не наблюдалось. Это было чревато. Могли и инвалидом сделать, сославшись на «не рассчитал силы» во время игры. - А, ну это распространенная проблема, - хмыкнул Гвейн. – Мой совет – используй свой шанс, покажи, на что способен. Кто знает, может, в основе Сборной и останешься. - Это я и собираюсь сделать… - Мерлин крепче сжал клюшку и заскользил вперед, чтобы принять пас. …Шел третий период матча Англия – Швеция. Табло вот уже десять минут выдавало одни и те же цифры - 4:4. Если так и дальше пойдет, и никто не забьет, то они дотянут до дополнительного времени. А обе команды выглядели неважно, устали все. Но, скорее всего, будет особо тяжело именно британцам - заданный противниками темп и не думал угасать. Мерлина шатало, но он старался не совершать досадных промахов, только вот шведы будто обрели второе дыхание, потому что все так же стремительно носились по льду, делая бросок за броском, так и норовя послать шайбу в сетку. Мерлин подумал о Гвейне – тот спас ворота уже раз десять в этом периоде. Не зря Маккейн считался в команде лучшим вратарем, он будто предугадывал маневр нападающих и буквально ложился под черную пронырливую шайбу, посланную под немыслимым углом. Когда Мерлина знатно приложил о бортик довольно крупный швед, это сильно разозлило. А потом тот и вовсе задел его ногу клюшкой. Специально. И Мерлин проехался животом по льду, и если б не шлем, то можно было получить еще то сотрясение. - Вот гад! – Мерлин быстро поднялся, заметив, что судья уже отправил провинившегося на скамейку штрафников. Удаление. - Ты в порядке? – рядом оказался Артур, обеспокоенно всматриваясь в лицо Мерлина. - Слушай, это наш шанс! Они в меньшинстве! Реализуем наше преимущество! - Если ты готов, то я тем более, - Мерлин предвкушал последующие две минуты и даже улыбнулся, видимо, удивив этим Артура, отчего тот быстро сказал: - Надеюсь, ты все же не повредил голову… - Все норм. Просто давай сделаем это! Вместе! - Это то, что я и хотел услышать, - Артур хлопнул Мерлина по спине. – Спасибо. - За что? - За доверие. Вообще-то Мерлин всегда в игре полагался на Артура и привык действовать с ним сообща, просто он никогда не произносил этого вслух. Игра продолжилась, и «пятерка Пендрагона» активно насела на ворота шведов. Время пролетело слишком быстро, но на последних секундах до выхода игрока шведов на лед, Мерлин каким-то волшебным образом смог выкрасть из-под носа соперника шайбу и как на блюдечке преподнести ее Артуру, который в одно касание послал ее в ворота. И шайба, словно черный метеор пролетела над плечом вратаря. Сигнал оповестил о попадании в сетку. 5:4. Ледовая арена огласилась радостными криками болельщиков. До окончания периода оставалась всего одна минута. Главное - продержаться, и тогда овертайм британцам точно не грозил. Шведы как с цепи сорвались, быстро сняли своего вратаря, заменив шестым полевым игроком. И началось полное безумие, приходилось уходить в защиту и следить сразу за всеми перемещениями. Мерлин видел, как шайба ударилась о верхнюю стойку ворот Гвейна, и не успел перевести дух, как последовал еще удар; так продолжалось какое-то время, пока шайба не оказалась у Мерлина, и он стал прорываться к воротам шведов, затылком чувствуя - останавливаться нельзя. Он слышал крик Артура, но когда собрался передать пас, понял - ему не дадут этого сделать. Швед перекрыл линию броска. А еще один оттеснил Артура силовым приемом… Мерлин осознал, что теперь все зависит лишь от него одного. Скользнув вправо, он очутился на удачной позиции перед воротами, и несмотря на то, что полевой игрок шведов пытался предотвратить проброс шайбы, Мерлин все же сделал то, что хотел. Мгновение… И шайба, ударившись в правую стойку ворот, легла точно в верхний угол сетки. 6:4. Раздалась сирена, возвещавшая о том, что время игры подошло к концу. Мерлин оглянулся назад, только сейчас заметив потасовку слева от ворот. Особо обнаглевший швед схватил Артура за грудки, пытаясь разбить лицо. Хулигана бросились оттаскивать и судьи, и свои же члены команды, но не все - некоторые затеяли новые потасовки. Мерлин, словно обезумев, подлетел к напавшему на Артура и попытался оттащить наглеца. - Отвали от него! – крикнул он, нанося хороший удар чуть ниже ребер. - Мерлин, не вмешивайся! – Артуру наконец-то удалось вывернуться из цепких рук шведа и с силой оттолкнуть того от себя. Судьи остудили взбесившегося хоккеиста. А подоспевшая со скамеек подмога в лице обеих команд смогла растащить остальных. - Артур, ты как? Он ничего тебе не сломал?! – Мерлин осматривал Артура, ощупывая его плечи и спину. – Он же такой огромный! С какого он полез на тебя вообще?! Урод бородатый! - Эй, Мерлин, все хорошо. Я цел, - радостно засмеялся вдруг Артур. – Огромный? Когда ты ему врезал, то явно об этом не думал. - Я думал лишь о тебе, вообще-то… - Да? Я все-таки дорог тебе, а? – прищурился Артур, но тут же поспешно отвернулся. Судьи в центре площадки что-то бурно обсуждали. Остальные игроки, разведенные по разным сторонам, ожидали их решения. – Извини, я снова завел не тот разговор… - Нет! Я должен извиниться, - затараторил Мерлин, сбивчиво пытаясь высказаться. – Я… действительно повел себя неправильно. И все эти дни я места себе не находил, а все из-за того, что испугался. Просто испугался. Пойми, я не хочу потерять тебя снова, но страх, что ты меня бросишь, все еще живет во мне. Но я не могу врать себе – я люблю тебя. И ничего не могу с этим поделать… - А может, и не нужно, - Артур снял шлем. Мокрые волосы липли ко лбу, лицо раскраснелось, а Мерлин мог думать лишь о том, какая же у Артура мозговыносящая улыбка. – Потому что я тоже тебя люблю. И это судьба. - Ты говоришь, как герой мыльной оперы, - не удержался Мерлин от подколки, при этом чувствуя, что никуда теперь не денется от Артура. – Но почему-то из твоих уст это звучит совсем по-другому… - Как же? - По-настоящему. Они улыбались друг другу, забыв о том, что выиграли у шведов, и уже намного позже Мерлин был признан лучшим игроком встречи. Впрочем, то, как Англия вышла в финал – это уже совсем другая история. Но с тех самых пор на всех выездах Сборной Артур с Мерлином делили один номер в гостинице.