Убийца из Тёмного города

- Да, архонт, иногда мне действительно кажется что вы приковали удачу цепями к своему трону. Скажите, каким образом вы собираетесь восстанавливать захваченные корабли? Ведь они делаются из психокости, а достать её крайне непросто, я уж молчу о том, сколько её надо. - О, госпожа Ирия, психокость не является единственным псикондуктором, хотя и не спорю, является лучшим из них. А во-вторых... Пусть это будет моим маленьким секретом. - Ирия улыбнулась. Ну да, наивно было думать, что Вессан откроет ей то, где он прячет богатство, на которое можно купить десять крейсеров, а не починить один. Тем временем развалины убрали с лабораторного стола окровавленное тело и вычистили всё вокруг от пятен крови. Только её медный запах напоминал о происходившем недавно в лаборатории. - Знаете, госпожа Ирия... В последних наших разговорах, я стал замечать некоторые... Странности в вашем поведении. Мне кажется, что вы стали меня... Опасаться что-ли... Не хотите объясниться? - Ирия усмехнулась. - Вы наблюдательны архонт. И вы очень точно выбрали определение - опасение. - И чего же ты опасаешься, Ирия? - Того, что мы слишком близко сблизились, Вессан. - Ирия смущённо отвела взгляд. Смущённо? Внутри у женщины творилось настоящее побоище между чувствами. Не в её привычке было изливать кому-то душу. Не в её привычке было к кому-то привязываться. Раньше она думала, что если понадобится, она разорвёт любые отношения с Вессаном и не будет особо горевать. Но всего лишь месяц разлуки буквально извёл её. Этот эльдар был настолько не похож на всех остальных, без спросу ворвавшись в её жизнь и её душу, что она уже не могла точно сказать, сможет ли безболезненно для себя избавиться от него в случае необходимости. Что-то подсказывало ей что не сможет. Вессан же отлично понимал её, и даже знал название, которое Ирия не могла знать. Он отлично понимал что произошло самое паскудное, что могло случиться - рогатая гомункульша близка к тому чтобы влюбиться в него, и если это случится окончательно, это станет катастрофой. Непредсказуемая Ирия может отреагировать на свершившийся факт совершенно по-разному. Никогда не знавшая любви женщина может как воспринять этот факт с ледяным спокойствием, стоически принимая все достоинства и недостатки сего, так и воспринять это как угрозу своему положению и независимости, и с маниакальным стремлением пытаться избавиться от этого. А самым простым способом избавления, к сожалению, было физическое устранение объекта страсти. То есть самого Вессана. Почему-то это неожиданно его насмешило. И под недоумевающим взглядом Ирии, архонт расхохотался в голос. Лишь минуту спустя, успокоившись, он произнёс: - Маленькая Ирия выросла в женщину и наконец познала такое жуткое чувство как любовь... Я задам лишь один вопрос: что дальше? - Ирия снова отвела взгляд, не зная как ответить. Она ещё не решила что делать. Что-то внутри подсказывало ей, что даже если она сможет убить Вессана, при этом невероятно рискуя своим положением, ибо Тиран вряд ли оставил бы без последствий убийство своего фаворита, то это сделает ситуацию только хуже. Отчаяние завладевало женской душой. Она не знала что делать - никогда не любившая и не способная на это прогнившая душа тёмной эльдарки не могла адекватно отреагировать на такую ситуацию. Но она знала, кто мог поведать ответ, и Ирия решительно подняла взгляд: - А что бы ты ответил на этот вопрос, Вессан? Что бы сделал ты? - мужчина улыбнулся: - Ничего. Вообще ничего, Ирия. Время разберётся. Мне будет достаточно лишь уверенности в том, что ты не попытаешься избавиться от меня как от навязчивой идеи. - Ирия грустно улыбнулась: - Я не уверена, стоит ли это делать. - Вессану почему-то начало казаться, что Ирию поразила внезапная болезнь. Впрочем, он знал как это лечится. Он молча встал, буквально одним шагом перекрыв расстояние между ними, после чего настойчиво выдернул Ирию из кресла, чтобы спустя секунду вжать её спиной в каменную стену. Этот язык она понимала гораздо лучше, чем слова. - Мне плевать чем это грозит, Ирия. - кто-то из поэтов говорил, что поцелуй любви должен быть невесомым и романтичным, сладким как мёд и нежным как розовые облака в первых лучах солнца. Тогда с этой точки зрения это не был поцелуй любви. Ирия не понимала любви. Гораздо лучше она понимала другое - взаимную неугасающую огненную страсть. Это был жестокий поцелуй двух хищников, без капли романтики, со вкусом яда и крови. Не выражение чувств, а борьба за доминирование. Не объяснение в любви, но признание взаимной страсти. И Вессан кажется смог попасть в точку. Чувствуя изящную ножку на своём бедре, чувствуя как острые когти хищницы впиваются в его кожу, чувствуя вкус крови на губах. Он жил этим моментом, понимая что завтра его может и не стать. Жаль, что рано или поздно моменты заканчиваются. И он нехотя оторвался, глядя в лицо Ирии. Она явно довольна. Тяжело дышит, глаза закрыты, острый язычок пробегается по губам, слизывая кровь и собирая послевкусие поцелуя. Пока наконец Ирия не открывает глаза. Он вылечил её болезнь. Ни следа грусти или панического страха, сквозившего в её глазах минуту назад. Это была та самая госпожа Ирия, которая нравилась ему до одури. Чёрные глаза светились своим обычным огнём жизни, и ничем не сдерживаемой жестокостью многих веков. Она смеялась. - Кажется я понимаю, почему твои воины готовы идти за тобой на смерть. - она стрельнула взглядом в сторону панели, за которой скрывалась дверь в её покои. - Не хочешь продолжить? - Вечером, Ирия. - Ммм, оставить женщину в таком состоянии... Ты жесток. - Вессан улыбнулся, но ответить не успел, потому что раздался стук в дверь. - Войти. - появился развалина, нёсший в руках серебряный поднос с головой Аиораса. Видимо Иксару было не в первой изготавливать трофеи для архонтов. Голова выглядела как живая, будто жила отдельной от тела жизнью. Ирия кивнула на столик. - Поставь. Что с цветами? - развалина поклонился: - Стеклянная чума. Такая разновидность выводилась гомункулом Груйменаэлем из ковена Сглаза. - Вессану это имя не говорило ничего ровным счётом. А вот Ирия расхохоталась в голос. - О, Лилиту. Каким дураком он был, таким и остался. Надо было сразу догадаться. Ступай. - развалина поклонился и вышел. - Объясни. - Ирия усмехнулась, наслаждаясь теплом объятий Вессана и контрастом горячей кожи с холодным камнем, в который её по прежнему вжимал мужчина. - Большой дружок Тарила. Отребье с самых низов Сглаза, не самый искусный гомункул, не знаю что Тарил в нём находил. Похоже решил изящно отомстить за своего патрона. - Пожалуй стоит нанести ему визит. - Ирия качнула головой: - Позволь я избавлю тебя от этой необходимости. Я давно хотела напомнить Сглазу, о том, что хозяйка причальных когтей Нижней Коморры. - женщина облизнула нижнюю губку. - Слишком обнаглели. - Это не те причальные когти, которые захватила леди Ллантей после того как я прикончил архонта с непроизносимой фамилией? - Они самые. - тёплые руки Ирии скользнули по его плечам, обняв шею. - Ллантей поплатилась своим кабалом за эту дерзость, а я приобрела великолепного любовника в твоём лице. Интересный поворот событий? - она повернула голову в сторону. - Вы не находите, провидец? И тут произошло то, от чего Вессану пришлось собрать всё своё умение держать себя в руках. Голова Аиораса на столе ожила, скривив гримасу боли, и открыла глаза. - Что? - провидец бешено вращал глазами по сторонам, будто пытаясь понять, что происходит - Что ты сделала, ведьма? Голос провидца был явно синтезирован. Понятное дело - говорить нормальным путём с отсутствующими лёгкими сложновато. - Эмм, Ирия, он живой? - вопросил Вессан, с приподнятой бровью глядя за тем, как моргает провидец, будто от слишком яркого света. - Я решила, что тебе иногда захочется поговорить с ним по душам. Впрочем, я могу и выключить эту опцию если тебе захочется. Как вам жизнь после смерти, Принц? - Почему вы не можете дать мне спокойно умереть? Что ещё я должен перенести, чтобы вы наконец удовлетворились? - Это и есть твой сюрприз? - Ирия усмехнулась: - Ну да, знаешь, я просто вспомнила голову Анжевер среди трофеев Тирана, и подумала что можно сделать такую же. - Вессан заинтересованно приподнял бровь: - То есть та голова в контейнере среди трофеев тирана принадлежит Анжевер, фрейлине наложницы Эль'Уриака? А я думал "Внезапный Крах Шаа-Дома" это сборник красивых ужастиков. - Веслайин Затворник не склонен писать сказки. Я тоже так думала, пока эту голову не принесли ему в дар. - Может быть ты ответишь на мой вопрос, ведьма? - послышалось со стороны стола. - Ирия повернула голову: - Тебе стоит быть вежливее со мной, провидец, или я резко вспомню, что ты по прежнему можешь ощущать боль. - Что с моей дочерью? - Вессан пожал плечами: - Она добыча, и согласно правилам дележа добычи досталась Иллине. - Вессан мстительно расхохотался, глядя на то как голову провидца искажает гримаса ужаса - Я как раз сегодня узнал, что твоя дочурка не такой невинный цветочек каким казалась. - Сволочь. Эрианэль не заслужила такой смерти, ты не хуже меня знаешь, кто прячется под маской Иллины. - Вессан издал ехидный смех: - О, нет, провидец. Я не только знаю это. Я выпустил настоящую Иллину на волю. Но не бойся, я позволю тебе видеть последние часы твоей дочери. - Вессан взглянул на запястье. - Иллина отвела твоей дочери восемь часов жизни, и сейчас осталось около шести. Так что ты успеешь насладиться сполна. - Мразь. Ты был мразью на Биэль-Тан, и остался ей. Я могу только пожелать тебе скорее оказаться в лапах Той-Что-Жаждет. Я буду в этот момент рядом с тобой и с удовольствием посмотрю на аааааааххххх... - синтезатор голоса издал помехи, и лицо провидца исказило выражение боли. - Я тебя предупреждала, провидец. - тонкие пальчики Ирии лежали на её левом запястье, где был вживлён под кожу пульт управления всей лабораторией. - Если ты думаешь что будучи избавлен от смерти получил благословение, то я тебя огорчу. Я подарила тебе проклятие вечных мук. - убрала руку от пульта. - Да, архонт, только боюсь что крюк вам придётся заменить на полочку дабы не повредить ваш трофей, ибо его функционал обеспечен... Крайне чувствительным оборудованием. - Я отдам распоряжение, леди Ирия. - спустя минуту приказ был отдан, а диспозиция вернулась на место. То есть к стене, в которую рогатая красавица была в очередной раз вжата спиной с совершенно недвусмысленными намерениями. Намерениями, которые были немедленно воплощены в жизнь. - Надеюсь все недоразумения между нами закрыты, Ирия. - женщина с улыбкой облизнула губы, будто пытаясь полностью прочувствовать вкус последнего поцелуя. - Мммм... Да, пожалуй закрыты, правда я могу быть немного непонятливой, так что готовься объяснять мне ситуацию ещё пару раз. В конце концов я в этом деле неопытная девочка. - она звонко рассмеялась, обнимая мужчину за шею. - Готов объяснить не далее чем сегодня вечером. - гомункульша наклонила голову, глядя Вессану в глаза, и решая, отложить ли дело до вечера, растянув предвкушение момента, или не откладывать. В конце концов выиграло первое мнение. - О, обязательно. Ммм... Я буду ждать тебя в моих покоях. Не разочаруй меня. Только не бери Иллину, не хочу делиться с ней сегодня. - Ирия очаровательно улыбнулась. - К тому же боюсь что тебе может не хватить сил на четыре женщины разом. - Готов принять этот вызов. - брюнетка рассмеялась: - Не сомневалась, но сегодня я не собираюсь делиться ни с кем. - Ревновать ты научилась быстрее, чем любить... На самом деле Вессана больше беспокоило то, будет ли он вообще иметь возможность провести ночь с Ирией. Тиран назначил ему аудиенцию, до которой оставалось несколько часов, и исход этой встречи вполне мог закончиться смертью самого Вессана. Тиран редко одобрял авантюрные акции, особенно те, что вызывали столь серьёзные сдвиги в политике. А ещё реже обвинительные приговоры не оканчивались смертью приговорённого. В покоях Иллины атмосфера была рабочей и крайне возбуждающей. На стенде корчилась от боли Эрианэль, а на кровати лежала Иллина, не стесняясь лаская себя, и даже не обратив на вошедшего Вессана внимания. Судя по украшавшему шею жертвы тонкому ошейнику, мстительная бестия решила применить одну из любимых пыток Ирии, явно подсмотренную у изобретательной гомункульши. Она заключалась в том, что жертве надевали специальное устройство в виде ошейника, которое транслировало ощущения палача, при этом превращая наслаждение в боль. Чем более сильное наслаждение испытывал палач, тем сильнее нарастала боль жертвы. Учитывая то, что тёмные эльдар получали наслаждение и в том числе от мучений, получался невероятно чудовищный резонанс боли. Жертва фактически пытала сама себя. И судя по тому, что Иллина была близка к оргазму, бедная Эрианэль была сейчас на самом пике мучений, с полным надежды взглядом глядя опустившегося на кровать рядом с мучительницей Вессана. Гибкое тело извивалось от волн чудовищной боли, не ломая само себя только из-за прочно державших его оков. Вессан с удовольствием впитывал эту боль, удовлетворённо наблюдая за болью и надеждой в глазах жертвы, с не меньшим удовольствием глядя на стонущей от наслаждения Иллиной. О, она была невероятно хороша. Облегающая кожаная куртка лежала в стороне, тонкая ладонь скрылась под поясом брюк, натягивая кожу, и заставляя фантазию дорисовывать то, что скрывалось под кожей. Вторая рука с силой сжимала полную грудь. Белоснежные зубки прикусили нижнюю губу в предвкушении оргазма, женское тело выгнуло так, что Иллина опиралась на кровать только затылком и изящными ступнями. Вессан только добавил, с силой сжав женскую руку на груди. Крик наслаждения слился с криком агонии, и две женщины синхронно затихли. Одна - переводя дух от волны наслаждения, вторая - оглушённая невероятно яркой болью. Вессан только добавил. - Невероятно хороша, не находишь, провидец? - он поставил голову Аиораса, которую держал за волосы в правой руке на прикроватный столик. Ничто не могло доставить бедной Эрианель ещё больше мучений в этот момент. Ей так казалось. Пока в голове на столике она сквозь слёзы не узнала голову своего отца.