Синигами XXI века: Генезис

Перед глазами пронеслись незнакомые лица, сливающиеся в одно пятно. Несколько дней назад Адавийя прогуливалась по ночному Руконгаю в знатном районе. Ночное время обличало дневных лжецов. С наступлением темноты богатые и роскошные резиденции прячутся за воротами, скрывая маленькие тайны хозяев от чужих глаз. Но для человека, живущего в других тенях, секреты становятся громким разговором для всех. Адавийя считала каждого окружающего потенциальным врагом. Она изучала не столько их язык, сколько людей, их жизни, их дома. Она услышала, кому принадлежит резиденция – клану Фудзисавы. Имена ничего не значат, но их следует помнить. Адавийя верит, что так она может получить власть над человеком. А ей хотелось иметь власть и знать чужие тайны как можно больше. Хотя у нее было огромное желание пробраться в белый город, но неведомая сила не пускала дальше деревянного моста через речку. Магия, повсюду магия. Ей, человеку обладающей только физическими навыками, не нравятся противники, обладающие божественным преимуществом. Адавийя надеялась, что ей хватит ножей для схватки с таким противником. Девушка оценивающим взглядом смотрела с крыши на зевающую стражу. Да, они ходили вокруг дома, каждые два часа люди менялись, но никто и не подумал поднять глаза вверх. Адавийя даже не прилагала особых усилий, чтобы скрыться. Она просто старалась не издавать громких звуков – проще простого. Хмыкнув, девушка спустилась вниз. В дом заходить не хотелось, да и не было надобности, разве что ради интереса, но не сегодня. Осторожно ступая по земле, гостья остановилась рядом с приоткрытым окном, откуда доносились голоса. Пригнувшись, она мельком заглянула в комнату. За большим столом сидели мужчины, больше десяти. Во главе сидел мужчина средних лет с длинными черными волосами, бородкой, одетый в золото и драгоценности. Он кивнул своим слугам. Открыв двери с поклоном, в зал вошла молодая девушка. Быстрый взгляд – Адавийя умела оценивать людей за пару мгновений. Судя по всему, это была дочь молодого господина во главе стола. Это было видно по глазам и очертаниям лица, да только цвет волос совершенно другой – цвета спелой пшеницы. Молодая прекрасная особа, одетая в кимоно кораллового и белого оттенков, подошла к столу. - Господа, это Этцу, - представил девушку отец, - моя драгоценность, - с улыбкой произнес он, - моя дочь. Госпожа Этцу улыбнулась и поклонилась остальным. Гости все кивнули девушке. - Вы звали меня, отец? На столе стояла небольшая шкатулка. Открыв ее, он извлек небольшой браслет с оранжевым камнем ромбовидной форме в центре изделия. - Как я уже рассказал нашим друзьям, наше предприятие принесло свои плоды. И поскольку через три дня твой день рождения, я решил преподнести подарок уже сегодня. Он протянул браслет дочери. Девушка тихонько, но взвизгнула. Быстро надев браслет, она спросила: - Кто там, папа? - Я дарю тебе прекрасного духа. Ее зовут Хайнеко, и вот еще, - слуга, стоящий позади хозяина, протянула тому клинок, а он, в свою очередь вручил его дочери. Девушка широко раскрыла рот, но сдержала эмоции и поцеловала отца в щеку. Она собиралась быстро покинуть комнату, но хозяин поместья остановил ее: - Осторожней, Этцу, и не распространяйся о моем подарке. - Не переживайте, отец, я знаю, что в таком случае будет. Девушка поклонилась и выбежала прочь. Однако Адавийя сумела увидеть, как ярко блеснул камень в украшении. Он много стоит. Скорее всего, отблеск от свечи, но почему-то девушке показалось, что вспышку видела только она. Тем временем, хозяин дома вернулся за стол и собирался продолжить переговоры, да вот гостье с улицы это было уже не интересно. Она быстро перемахнула через забор и ушла прочь на восток. Та вспышка показалась ассасину мимолетной вспышкой солнца. Яркий свет перед глазами, когда в погожий летний день долго находишься вне тени. Словно смесь олова, багрянца и янтаря. Необычайно странно, но маняще. Поэтому, Адавийя сразу же вспомнила украшение девушки, когда смотрела на удаляющиеся следы. И в этот раз она осознавала, что отметины видит только она. Но почему? - В пекло, не пойду, - отмахнулась она. …Я скучаю… Адавийя метнула нож в сторону предполагаемого голоса, да только он вонзился в росшее неподалеку дерево. Быстро осматриваясь и поворачиваясь, она не увидела никого, разве только собственная тень с ней разговаривает. Голос принадлежит женщине. Проклятый мир, проклятая земля, но…как быть дальше? Прошло почти два месяца, а я ни на шаг не продвинулась в поисках Деметриуса. Вот бы попасть в Белый город. Вдруг там что-то знают о моем случае или ответят – почему я слышу женский голос в голове? Хотя это может от недоедания или холода. Адавийя смотрела на дорогу. Следы постепенно удалялись от нее, но все же еще были различимы. Плюнув, она скинула рваную накидку, вытащила нож их ствола дерева и медленно побрела за незнакомцем, уже предполагая, чем все это может для нее обернуться.

***

Бывший капитан двенадцатого отряда, а теперь владелец небольшого неприметного магазина Урохара Киске был чрезвычайно удивлен звонком из Готея. Его верные помощники растянули на стене экран, и перед ним возник сам главнокомандующий Кераку. Он вкратце объяснил ситуацию Урохаре, просто сбив его с толку. - Вы хотите, чтобы я вновь возглавил двенадцатый отряд? – буквально промямлил он. - Все верно, Урохара. Сенкаймон откроется через час. У нас… небольшие трудности с персоналом научного отряда. Точнее сказать – остался один Хиесу. - Я немного не понимаю, - промямлил Урохара. - Мне нужен человек, способный адекватно реагировать на сложившуюся ситуацию, - продолжил Кераку, - и кто может отвечать на поставленные мною вопросы. Урохара чуть склонил голову, а сотайчо продолжил: - Все подробности ты узнаешь от меня. Как только прибудешь в Готей, жду у себя. Трансляция закончилась. Урохара с минуту сидел неподвижно. - Кажется, Готей постепенно погружается в омут страха. Голос Йоруичи немного отвлек директора магазина. Женщина, как обычно, стояла, облокотившись на стену. - Мне все это не нравится – офицеры исчезают прямо из постелей, никаких следов, а…. - Все началось с нападения на двенадцатый отряд, - добавила женщина. Шаркая и обнимая себя за плечи, она подошла к Урохаре и села напротив. - Кто-то пытается подорвать устои Готея, но еще больше хотят насолить двенадцатому отряду. - Точнее, конкретному человеку. Урохара нахмурился. - Не хочу так думать, - продолжила Йоруичи, - но все это связано с Карин. - Может, атака направлена на Куротсучи. Женщина хмыкнула. - Прими истину такой, какая она есть. Карин погибла много лет назад, однако исчезновения связаны с ее работой. Ты не можешь этого отрицать. Урохара устало прикрыл глаза. - Лучше бы ты ошиблась, иначе мы в тупике. Йоруичи согласилась с другом. - Что ты будешь делать дальше? - У меня нет выбора – отправлюсь в Готей, хотя я совершенно не представляю, чем смогу быть там полезен. Если Маюри не смог ответить на вопросы сотайчо, как я отвечу? - Куротсучи давно славится молчаливостью и скрытностью, а в последние годы он стал еще скрытнее, возможно, что даже опаснее, чем раньше. Думается мне, он всего лишь не ответил на вопросы Кераку, а тот вспылил. - Да уж, непростые задачки ставит передо мною жизнь, - посетовал Урохара. - Маюри тебе что-нибудь говорил? Мужчина чуть улыбнулся. - Неужели я на допросе, госпожа? Йоруичи только хмыкнула и чуть отвернула голову. - Если я не спрошу, Кераку спросит точно. - Не думаю, что наши разговоры о реинкарнации и прошлых проектах, не имевших успеха, помогут сотайчо, - отмахнулся директор магазина. – Они будут ему непонятны, впрочем, как и мне. Женщина пожала плечами. - Мне кажется, что Кераку зацепится за что угодно, чтобы найти разгадку. Урохара кивнул. Спустя час во внутреннем дворике открылся сенкаймон в Сообщество душ. Урохара признался самому себе – особого выбора нет, придется отправиться в Готей, и вернутся к прошлому, оставшемуся далеко позади…. Уже после полудня вновь зарядил дождь. В этом году октябрь выдался чрезвычайно дождливым, даже по-зимнему ветреным. Киске пришлось придерживать шляпу, дабы она не парила в воздухе над белым городом. Он обратил внимание на молчаливое приветствие офицеров рядом с сенкаймоном. Но напугало его другое – больше на своем пути он никого не встретил. Кажется, Йоруичи права – Готей погрузился в омут страха, а вытаскивать синигами, видимо, придется ему. Перед башней сотайчо мужчина остановился, словно не решаясь идти дальше. В сложившейся ситуации много вопросов, неприязни и опаски. Но Урохара должен хотя бы показать мужество, спрятать сомнения поглубже и двигаться вперед, поскольку от него этого ждут, надеются на его действия. Бывший директор научного института быстро взобрался по лестнице, оказался перед массивными дверями с гравировкой и узорами, толкнул ее и вошел в кабинет сотайчо. Ветра охладили камень. Казалось, все дышало морозом и льдом. Отличное местечко для горячих голов – чтобы пыл остудить. С другой стороны – отвратительное место для беседы, оппонент заторможен и заморожен. Ему плевать на твою точку зрения. Однако Кераку действительно ожидал гостя из мира людей. Урохара поклонился высокопоставленной персоне. Кераку поднялся с кресла, обошел стол и постарался изобразить лучезарную улыбку, но вышло все плохо. Киске видел усталость и мучения капитана первого отряда. Он терзается незнанием и бездействием, отсутствием надежды. Рядом нет человека, который просто может сказать – все будет хорошо. Что ж, судя по всему, таким человеком должен стать Урохара, а точнее, обязан. - Рад тебя видеть, Киске, - начал разговор Кераку. – Признаюсь тебе – времена для Готея наступили смутные. Любой человек, кто в состоянии помочь – уже радость для нас. - Не уверен, господин капитан, что я именно тот человек, - ответил Урохара, придавая своему голову как можно больше твердости, но в тоже время и нежности. Обижать Кераку ему не хотелось. - Ты ничего не станешь утаивать, Урохара, а это говорит о многом. Теперь к делу. Сюнсуй вернулся в свое кресло, похлопал ладонью по ручке и принялся рассказывать Киске о происходящем: - Дело обстоит таким образом, что больше двух месяцев назад произошел взрыв в научном отряде, о котором, я думаю, тебе известно. Но как выяснилось после – взрыв случайностью не был, а являлся хорошо спланированной атакой для того, чтобы забрать артефакт из Агарты. Помимо артефакта пропали почти все сотрудники двенадцатого отряда. И после этого началось то, чего я не понимаю. Чуть ли не каждый день пропадают офицеры из разных отрядов. Пропадают буквально из постелей! – Кераку наклонился чуть вперед. – Но вначале пропали два поисковых отряда, один из которых возглавлял капитан Куросаки вместе с лейтенантом Мацумото. Они в числе первых пропавших. Прошло достаточно времени, а у нас никаких следов, зацепок или доказательств. Но помимо всего прочего, уже бывший капитан Куротсучи бездействует. Я на сто процентов уверен, что ему кое-что известно о происходящем, но он упорно отказывается посвящать остальных в его мысли! - Он такой человек, сотайчо, - кивнул Урохара. – Неужели вы думаете, что ему есть какая-то выгода во всем этом? Все-таки, в числе пропавших его дочь. Кераку шумно выдохнул. - Так-то оно так, но он никогда не отличался особой любовью к ней, как и ко всем окружающим. Его молчание зашло слишком далеко. Даже у моего терпения есть границы. - И все-таки я не пониманию…. - Я уже сказал, - оборвал его Кераку, - мне нужно, чтобы ты говорил мне, что думаешь, что видишь или слышишь. Любая мысль, догадка или предположение, возможно, могут стать ответом на вопросы – кто за всем этим стоит, что ему от нас нужно, где пропавшие офицеры и что неприятель собирается делать с этим… артефактом? - Задачка не из легких, господин сотайчо, - посетовал Урохара. - И все-таки, ее нужно решить, - отрезал сотайчо. – В твоем распоряжении двенадцатый отряд. Понадобятся люди – я дам их, но мне нужны ответы Урохара. Урохаре оставалось только молча согласиться с главнокомандующим. Кажется, он только что подписался на смертельную миссию, хотя его мнения никто и не спросил. Киске хотел было удалиться, но Кераку задал еще вопрос: - Мне известно, что в момент взрыва, Маюри пожаловал к тебе. О чем вы говорили? Киске чуть приподнял брови. - Вы знаете, господин, в глубине души я ожидал от вас подобного вопроса. Вы просили говорить все, что я думаю или что мне известно. Так вот. Маюри действительно прибыл ко мне, что меня несказанно удивило. Он задавал мне вопросы насчет одного старого проекта. Я им занимался, может, шесть столетий назад или чуть меньше. Как мне известно, Куротсучи в дальнейшем тоже им интересовался, однако он был убран в долгий ящик по причине невозможности осуществления. - Что за проект? - Его рабочее название «Генезис», что означает «происхождение». Много лет назад я задался вопросом о реинкарнации. Есть ли путь для преодоления к возвращению умершей души через короткий промежуток времени. Но, как я уже сказал, это невозможно по многим причинам. Я проводил эксперименты с умершими людьми до момента их распада, однако плодов моя работа не принесла. А затем Совет сорока шести прикрыл мою работу. Я знаю, что Маюри тоже интересовался проектом, однако и его постигли неудачи. Поэтому я был крайне удивлен, когда он пришел ко мне и заговорил о «Генезисе». Кераку нахмурился. - Не знаешь, почему он заговорил об этом проекте? - Он спрашивал меня – не мог ли я по прошествии стольких лет найти ответ на свой же вопрос. Мы еще пару раз с ним общались с помощью видеосвязи, все на ту же тему, однако мой ответ такой же, как и тогда – я не знаю. Сотайчо кивнул. - Спасибо, что ответил на мой вопрос. Можешь идти. Урохара поклонился и удалился прочь. Он решил не откладывая в долгий ящик отправиться в двенадцатый отряд, чтобы своими глазами увидеть масштабы бедствия. Институт встретил Киске тишиной, пугающей тишиной и холодом. Неужели, я дома? Дождь перестал барабанить по крышам ближе к вечеру. Большинство солдат оставались на дежурствах и патрулях, но кому-то посчастливилось остаться дома и отдыхать. Но разве прекрасен сон с опаской? Вряд ли. Приходилось всем отдыхать в полсилы. Вдруг случится что-то из ряда вон выходящее или кто-то станет очередным пропавшим. Как же не хочется об этом думать, но такова суровая реальность сегодняшнего дня. Госпожа второго отряда, королева скорости Сой Фон потягиваясь шла в свою комнату. Долгий день – скучный день – пустой день. Еще и погода навевает тоску. Она, как и многие другие, косились на младшую Куросаки. Ведь она вполне может вызвать дождь. Это ей под силу, но та лишь нос воротит. Говорит, что не вмешивается в дела природы. Она сама по себе слишком капризна. Женщина быстро приняла душ, но долго сидеть в горячей ванне не хотелось. Отчего-то сегодня хочется просто спать. Чтобы никто не донимал вопросами или распоряжениями. Порой, ей все надоедает. Сой Фон хочет просто сесть на полу и ничего не делать. Она все-таки женщина. Но ей упорно напоминают, что она, прежде всего, капитан, а уже потом женщина и все остальное. Служба превыше всего. Как же хочется плакать и кричать. Она закуталась в одеяло, легла на бок и закрыла глаза. Сой Фон уже начала дремать, как ветер поднял и без того колышущиеся шторы вверх. Отчетливо шелестела листва и шаги по комнате. Нет, это мираж. Кто посмеет пробраться в комнату капитана второго отряда? Только безумный идиот. Но сон как рукой сняло. Открыв глаза, женщина не увидела ничего, кроме темноты, но слух…. Не может быть, чтобы слух ее подводил. К ней кто-то приближался. Седзи даже не скрипнула. Кто-то умело открыл ее, не издавая шума. Их было двое – не больше и не меньше. Кажется, сегодня будут чьи-то похороны. Вряд Сой Фон. Скорее уж погибнут два безумца, решивших посетить ее покои. Капитан второго отряда – женщина осторожная, расчетливая, поэтому не стоит удивляться тому факту, что под подушкой у нее всегда хранится нож. Практически новый, до сегодняшнего дня не использовавшийся в деле. Его день настал. Женщина решила не ждать, когда над ее головой занесут меч. Она пошла в атаку первой. Бросил одеяло в одного из неприятелей, она быстро оказалась на ногах. Их действительно было двое, а значит шансов у них никаких. Пока один разбирался с одеялом, Сой Фон сконцентрировала свое внимание на втором. Лицо не разглядеть, одет в черное – никаких примет. Тот быстро вынул катану и устремился в атаку. Женщина ловко парировала его выпады небольшим клинком. Затем, она ударом носка выбила клинок у него из руки и поспешила нанести упреждающий удар, а лучше смертельный, клинком, но противник увернулся, сделав сальто назад. Тем временем, второй выбрался из плена одеяла и поспешил на помощь товарищу. В достаточно просторной комнате капитана было трое. Сой Фон не хотела звать кого-то на помощь. Неужели она не справится с какими-то двумя слабыми противниками? Она может побороть целую армию таких же. Если не сможет, значит, грош цена ее навыкам! Теперь они нападали вдвоем. Их удары были быстрыми, можно сказать, что и четкими, но слегка сумбурными или хаотичными. Сой Фон в два прыжка оказалась за их спинами и сумела пронзить ближайшего чуть ниже левой лопатки. Тот упал на колено, клинок выпал из его рук, и он повалился на землю. Остался один – плевое дело. Даже бегать не буду. Это будет слишком просто и неинтересно. Выпад – парирование, выпад-парирование. Противник, конечно, был обучен фехтованию, но он не Сой Фон. После очередного выпада, женщина буквально в прыжке пролетела над клинком и полоснула ножом по горлу противника. Тот схватился за рану, но бесполезно – кровь лилась на пол быстрым потоком. Хрипя и захлебываясь кровью вперемешку со слюной, противник упал на колени. Сой Фон подошла к нему ближе, чтобы видеть его глаза, как душа покидает этот мир и последняя искра гаснет. Спустя секунду глаза мужчины потухли, а его тело повалилось на пол. Женщина чуть улыбнулась. На кого полезли, собаки. Однако ее радость была недолгой. В какой-то момент она почувствовала, как что-то коснулось спины. Охваченная ярким светом, Сой Фон застыла в немом крике – казалось, что душа покидает ее тело. Но ведь синигами сами души, а значит, тело только что покинул страж внутреннего мира, ее защитник, ее опора…. Спустя пару минут на крики и шум прибежали солдаты. Они так и нашли Сой Фон в окружении двух мертвецов, на лице ужас, страх, даже безумие. Ведь женщина бормотала что-то бессвязное, что-то непонятное, а чуть дальше лежал маленький камушек ромбовидной формы, красочно поблескивая в темноте.

***

Было уже далеко за полночь, когда Адавийя добралась до одного дома, сокрытого в лесу. Он был небольшой по высоте – всего один этаж и чердак. Вокруг ни души, чуть дальше, если она не ошибается шестьдесят четвертый восточный район Руконгая. Но ей это ничего не говорит. Притаившись в тени ветвей сосен и ели, Адавийя наблюдала. Зачем я за ним пошла? Что я хочу там найти? Бред какой-то. Девушка уже три раза пожалела о своем решении. Видимо, она пошла за незнакомцем из безысходности. Чтобы чем-то себя занять, ведь дело не двигается, время идет, а терпение Креона может скоро кончится. Адавийя не удивится тому факту, что он преодолеет границы миров, чтобы ее найти и убить за неисполнение приказа…. Мысли гостьи из Агарты прервал летевший ей прямо в спину какой-то сгусток энергии. С кошачьей грацией она сумела забежать по дереву, сделать боковое сальто и при приземлении достать свой клинок. Перед ней в нескольких шагах стоял незнакомец, за которым она шла. Неплохо, я почти не услышала твоих шагов. Темнота, конечно, скрывала противников, но Адавийя сумела увидеть невероятную бледность кожи и высокий рост мужчины. - Так-так, - весело произнес мужчина, - что это за мышка прячется в кустах возле моего дома?