Синигами XXI века: Генезис

- Прошу тебя, - выдохнул мужчина, крепче сжимая руки. Карин ошарашенно смотрела на него, а потом невесть откуда взявшийся господин Маюри взял Тоширо за шкирку и оттащил от нее. Брюнетка дрожащими руками сняла обруч с головы. - Кажется, я говорил не мешать ей, - он отбросил Тоширо на пол. Хицугая быстро поднялся на ноги. Если надо, он будет драться с Маюри, но ничто не должно помешать его разговору с Карин. Маюри понял ход его мыслей и опять придавил его собственной духовной магией, но то ли Тоширо был готов, то ли что-то еще, но мужчина остался на своих двоих, и даже обнажил меч. Собрался умереть молодым, капитан Хицугая? Что за неподобающее поведение в моем отряде! Совсем страх потеряли, перестали меня бояться! - Карин, мне нужно с тобой поговорить! – громко заявил Тоширо и крутанул клинком. - Она не будет с тобой разговаривать! – ответил Куротсучи. - Может, у нее спросим? Сама же Карин не понимала происходящей на ее глазах ситуации, и, соответственно, не знала как себя вести. Она просто стояла, молчала и с ужасом наблюдала. В тот момент, казалось, даже мысли пропали, улетучились куда-то в невероятно далекое измерение. И ее отвлек не вопрос капитана десятого отряда, а то, что ее дух-защитник появился перед ней и стал щелкать пальцами перед глазами. Карин захлопала глазами, возвращаясь в реальную ситуацию – тут просто двое мужчин ждут от нее ответа. Аммм…что?! Карин прочистила горло. - Господин Куротсучи, вот, - она протянула старое изобретение синигами. Тот, не сводя глаз с Хицугаи, взял вещицу в руки. – Раз…, господин Хицугая хочет поговорить, позвольте ему. - Куросаки, я бы не советовал…, - начал Маюри. - Если что, я сумею за себя постоять. Маюри хмыкнул, состроил гримасу и с недовольством посмотрел на капитана десятого отряда, когда медленно прошествовал к двери, но перед тем как уйти добавил: - Если что, я помогу тебе его закопать на заднем дворе, - и громко хлопнул дверью. Тоширо мысленно проклинал чародея всеми известными словами, убирая меч в ножны, но все же он своего добился. Что он здесь делает, не понимаю. Все же предельно ясно, так зачем являться на ночь глядя? А Хицугая стоял и смотрел. Увиденное ему не понравилось. Он жутко переживал за Карин. Что это только что было? Он не знал, с чего ему начать. Можно было так простоять целую вечность – в тишине и неловком молчании. Первой решилась Карин. Поклонившись мужчине, девушка задала вопрос: - Не ожидала увидеть вас в двенадцатом отряде. Но раз вы здесь и хотите что-то со мной обсудить, то я…готова. Обещаю, - поспешила добавить Куросаки, - не причинять вам вреда. И не обращайте внимания на слова господина Куротсучи…. Он преодолел расстояние между ними и обнял, да так сильно, что могли треснуть кости. Карин ахнула. Что вообще происходит с этим синигами? Какое-то время назад он был готов убить ее, но сейчас…. Он вел себя, как раньше, в далеком прошлом. В их далёком прошлом. Ее руки просто застыли в воздухе – она не знала, стоило ли ответить на его объятия. А вдруг это ловушка? Карин дернула плечами, пытаясь высвободиться из хватки, но ничего не вышло. - Пожалуйста…, - прошептал ей на ухо Тоширо, - пожалуйста. Карин замерла. Его руки застыли на ее спине, а дыхание щекотало шею. От подобного непонятного ощущения тело девушки покрылось мурашками. И не ясна причина – ее попросту застали врасплох, что стало происходить довольно-таки часто, либо ей просто приятно. И все же что тут происходит, вашу мать? - Я не понимаю…, - кое-как выдавила из себя брюнетка. - Прости… Как же сложно ему далось это слово. Одно слово, но сколько было подготовки. Одно слово способно изменить мир, перевернуть с ног на голову, разрушить до основания или, наоборот, создать что-то из ничего. Собственными действиями он разрушил надежды, и теперь жалеет об этом. Видя, как с каждым днем Карин становится все больше похожей на саму себя…. Но о последствиях глупости он стал жалеть немного раньше осознания. Просто до него не сразу дошел этот простой факт – он все испортил своим отрицанием, страхом, трусостью, бегством, поспешностью, беспечностью. Но главное – трусостью. Его напугала ассасин Адавийя – чего уж греха таить? Собирая по крупицам информацию, ловя мимолетные разговоры, перебирая в голове остатки трезвых рассуждений. И все же увиденное сегодня напугало капитана гораздо больше. Нет, не отпугнуло, а напугало – судьба Карин страшила его. Увидев ее борьбу, внутри все перевернулось – внутренности скрутило, а в душе поселился леденящий страх. Все эти годы она выживала, пыталась существовать в нестерпимых условиях, пыталась не сгибаться, но Агарта диктовала свои правила, и Карин пришлось подчиниться, сломаться, ожесточиться, чтобы выжить в том дерьме. Как подумает об этом, боль оттает в виски, словно тело поразила хворь. Он стал свидетелем воплощение одиночной симуляции – одного воспоминания. И хоть все было не по-настоящему, даже полученные ранения, он все равно ощущал холодное лезвие стали, рассекающее кожу. Он чувствовал ее боль как свою, а о скольких ранах ему еще неизвестно? От неизвестности разрывается сердце… - Прости…, - опять повторил Тоширо. - За…что? – какой глупый вопрос. Карин настолько ошеломило происходящее, что логичных мыслей не осталось в голове. - За слабость. Ты всегда была храбрее меня, а когда наступил мой черед, я струсил перед трудностями. Никогда себя за это не прощу, - он сумел сжать тело Карин еще сильнее. - Господин… вы меня задушите, - прохрипела Куросаки. Тоширо замер, но немного ослабил «объятия». Нехотя, но все же он отпустил Карин. Девушка сделала шаг назад, поправила одежду и посмотрела капитану в лицо. Хоть она и вспомнила прошлую жизнь, их историю, но таким она видела его впервые. Мужчина был полностью разбит, опустошен и сломлен. Его внешний вид походил на вид нездорового человека. Душевные муки достаточно истязали его тело. Он выпустил Карин из объятий, но рука продолжала держаться за плечо. - Для тебя – это новая жизнь, я же жил только прошлым. Думал, когда ты вернешься, все будет как раньше, но так ведь не бывает. Карин оставалось только слушать. Она понимала, что сейчас капитану необходимо, чтобы его послушали; чтобы она его выслушала. - Сколько было таких поединков, как сегодня? – вдруг спросил он, хмуря лоб. Его ладонь медленно соскользнула по руке и нашла теплую женскую ладонь. Он ждал ответа. Его глаза медленно осматривали ее лицо, запоминая каждую деталь. Карин же не могла оторвать взгляда. Когда-то в прошлом глубина его глаз завораживала. Она могла понять только по одному взгляду его мысли и чувства. И вот сейчас все повторяется – она не может отвести взгляда. Так же как и двадцать пять лет назад. - Вы…, - надо же, как дрожал голос, - вы видели…клетку? – Тоширо кивнул. Карин тяжело задышала. Как он мог это видеть? Зачем? Почему? Даже ладонь дрогнула, но мужчина лишь крепче ухватился за ее пальцы, переплетая с собственными. Расскажи мне, прошу тебя… - Я…, - Карин тяжело давалось каждое слово. Сегодняшний вечер, его события – все не укладывалось в голове. Перед ней опять ее мужчина из прошлого, ее любимый мужчина, ее стена, но… остались ли ее чувства прежними, и понимал ли это Тоширо. – Я пробыла в Ордене шестнадцать лет. То, что вы видели, - она махнула рукой на не существующее пространство, - было первой клеткой. - Ты победила в том сражении? Карин застыла в немом вздохе. - Испытание я прошла, но… дальнейший бой с Фаизом и Назихом… проиграла, - его ладонь сжалась, кажется, до хруста в костях. – Но…, - продолжила она дальше, - в последующие тринадцать лет я не позволила им выигрывать. Не в клетке. – Мужчина одобрительно кивнул, однако на лице положительных эмоций не отобразилось. Он просто не сводил взгляда, это заставляло ее дрожать. – Прошу прощения, господин… - Ты можешь меня так не называть, - оборвал ее капитан. - Ну… мне сложно перестроиться на неформальное общение с человеком высокого социального статуса. В Агарте даже нельзя использовать другие обращения к людям, подобного положения. А вы, все же, капитан Готея, занимаете высокий пост… - Моя женщина не должна так со мной общаться. - С хрена ли?! – выпалила Карин и тут же испуганно прижала ладонь ко рту. – Прошу прощения, - и немного склонила голову. Наконец, мужчина улыбнулся. Он поднял ее голову выше, взяв за подбородок. Он слишком близко… Она так близко…. - Господин, мне кажется, подобное проявление тактильных ощущений можно смело принять за домогательства, - произнесла Карин. Какого черта я только что сказала? Но ее слова возымели действие – Тоширо засмеялся. Он убрал ладонь с ее лица, но руки не выпустил. - Да, это моя Карин. - Ваша Карин? – скептически поинтересовалась брюнетка. – Какое-то время назад вы были готовы меня убить, - но увидев меркнущую улыбку на лице мужчины, быстро взяла собственные слова назад. – Извините, я не должна была…. - Не надо, я заслужил, - он понимающе кивнул. – Один человек мне сказал, что ты не из тех людей, кто радостно бросается другому на шею. Наносить увечья, калечить – это да, но чувства на людях – это не про тебя. Карин хмыкнула. Кажется, я догадываюсь, кто этот человек. - Я и так это знал, мне лишь напомнили об этом. Ты не можешь измениться по щелчку и стать прежней. Я это понял…. Вспомнил, - поправил себя Тоширо. – Не жду, что через пять минут ты…, - Тоширо прикрыл глаза от собственных мыслей далеко не приличного характера. Просто он хотел добавить «Прыгнешь ко мне в постель». Что уж скрывать, его сердце так колотилось, смотря на нее, а воображение будоражило – давненько такого не было. – Что через пять минут ты станешь…. - Вашей Карин? – подсказала брюнетка. - Ты моя женщина, - по слогам сказал он. – И точка. – Молчание. – Ты не боец, не воин, ты нуждаешься в защите, и я ее дам. Сберегу даже ценой собственной жизни. Никому не позволю вредить тебе. – Во время его слов Куросаки, кажется, забыла, как дышать. – Я знаю, что твоей сестре известно о твоем прошлом, но она сказала обратиться к тебе за подробностями, как бы я не просил рассказать мне. Тебе потребуется время, чтобы опять довериться мне – я подожду, сколько потребуется. Карин устало прикрыла глаза, улыбнулась, а затем стала тихонько смеяться. Тоширо нахмурился. Неужели, у него совсем нет шансов? - Что тебя насмешило? – волнительно спросил мужчина. – Я сказал что-то не то. - Нет, - ответила Карин, убирая растрепанные волосы за ухо. Ее тренировочная прическа совсем разлохматилась. – Признаться, я сама не понимаю, почему смеюсь. Не подумайте ничего не свой счет. Слушая ваши слова, мне так, - она задумалась, подбирая верное слово, - хорошо. В этой жизни я еще ни разу не слышала ничего подобного. – Мужчина тепло улыбнулся. – Послушайте, я помню нашу с вами историю, но…. - Я же сказал, что подожду, – оборвал он ее. – Повторю то, что сказал тебе много лет назад: ты смогла покорить мое сердце. Значит, и я смогу покорить твое. Девушка нахмурила лоб, словно вспоминая что-то, и ответила: - Я не специально. У него даже ёкнуло в сердце. - Я поступлю…точно также, - он закончил. Она помнит…. Я помню…. Она сделала шаг навстречу к нему…. - ХИЦУГАЯ! А НУ, ДАВАЙ ВЫМЕТАЙСЯ ИЗ МОЕГО ОТРЯДА! – Маюри очень громко постучал по двери. По звуку, было похоже на что-то металлическое. Карин даже вздрогнула, Тоширо с дикой ненавистью развернулся и посмотрел на запертую дверь. Вот ведь мудак бледнокожий. Он мне такой момент испортил! Убью гада! - Какого хрена он командует, он ведь больше тут не главный, - прорычал от безысходности капитан, взглядом прожигая дверь. - Ему сложно принять эту истину, - ответила Карин. Тоширо повернулся к ней. - Защищаешь его, - это был не вопрос. - Он очень мне помогает, и все же, - добавила Карин, посматривая на закрытую дверь, - это не отменяет желания его расчленить. Мне известно как минимум четыре способа сделать это менее кроваво, - и тут Карин мысленно прикусила себе язык. Вот зачем она это сказала. А вдруг он опять оттолкнет ее? Но вместо этого она увидела хищный оскал у капитана, о которого опять мурашки по спине побежали. - Если что, я в деле. Девушка хихикнула. - Вам, правда, нужно уходить. О моем возвращении должно знать как можно меньше людей. Я и так совершила ошибку, дав себя обнаружить. Поэтому, чем меньше подозрений будет на этот счет, тем лучше для меня. Я уже говорила об этом. - Помню, - он поднял ее руку и поцеловал. – Несмотря на всю опасность, я буду видеть тебя каждый день. Надеюсь, ты меня услышала. Нехотя, он выпустил ее ладонь из своей и тяжелыми шагами направился к двери. Он дернул ручку на себя, и вместе с дверью к нему прилетел и Куротсучи. Неужели этот ублюдок еще и подслушивал? Фу! Тоширо смерил Маюри ненавистным взглядом, но ничего не сказал и вышел из комнаты. Слова тут не сыграют никакой роли. Маюри проводил его, цокая языком. Повернувшись, он обнаружил Куросаки прямо перед носом. Ее взгляд тоже не сулил ничего хорошего. - Как ты тихо ходишь. Карин не ответила, но бурчала что-то себе под нос на агартстком наречии. Маюри нахмурился. - Я сказал забыть тебе этот язык, пока ты в моем отряде! Карин прошествовала мимо, не отвечая на его колкости. Она дошла до своей комнаты, закрыла дверь и медленно сползла на пол. Касаясь руками щек, брюнетка не могла уверенно стоять на ногах. Внутри все дрожало, руки дрожали, лицо горело. - Если бы Маюри не вмешался, я бы…, - Карин оборвалась себя на полуслове. - Ну, договаривай, - появился Кеншин. Карин со злым прищуром посмотрела на довольное лицо хранителя. Он подошел ближе, наклонился к ней и повторил заданный вопрос. Карин не торопилась отвечать. - Ты же знаешь мои мысли, что спрашиваешь? - Не-не, ты должна произнести вслух! - Поцеловала, доволен? Я хотела его поцеловать! - Да, вполне, - Кеншин выпрямился. Карин схватилась за голову. - Ничего не понимаю, - заскулила Куросаки. – Мне же было ясно – он испугался меня в ту ночь и даже возненавидел. Ты видел, как мы с ним дрались. А теперь, после разговора, я…ни хрена не понимаю! – и обхватила голову руками. - Просто он все осознал, и чтобы не потерять тебя окончательно, сделал первый шаг навстречу. Что тут непонятного? – Кеншин развел руками. Карин подняла свой взгляд на него. - С каких это пор ты разбираешься в сердечных делах? - С недавних, - улыбнулся самурай. – И потом, сам Херинмару сказал, что ваша ненависть друг другу не больше чем недопонимание. Так и вышло. Карин округлила глаза. - Ты права – твои мысли мне известны, - и подмигнул хозяйке. Карин ошалело посмотрела на самурая, а тот засмеялся. - Ну ты, вообще…, - только и смогла ответить Карин. Она поднялась на ноги. – Не уверена, что сейчас все это, – она активно жестикулировала, показывая непонятные фигуры в воздухе, - ну…, короче, вот это все, о чем говорил капитан Хицугая. В общем, не вовремя, думаю. - Уверена? - Да, - ответила Куросаки. - Что-то слабо верю. - Ну, сам посуди – внутри сидит Зен, хочет меня сожрать; где-то в Готее шпион, который может узнать о моей присутствии; за стенами Готея безумные дворяне во главе с Деметриусом, который также может узнать о моем присутствии и сделать гребаного зомби из меня. А тут…, - и указала в сторону. Устало закрыв рукой глаза, она облокотилась на дверь. - Он защитит тебя. - Не в этом дело. В его способностях и храбрости я никогда не сомневалась, просто…я боюсь, что…, - она оборвала саму себя. – Ты же слышал – он хочет знать о моем прошлом. Но что, если узнав о том, что я делала, какие низкие поступки совершала, он отвернётся от меня? Тогда я буду окончательно разбита и уничтожена. Кеншин задумался. - Не думаю, что это произойдет. Он встретил Адавийю и испугался. Это логично, - от услышанного Карин нахмурилась. – И все же, спустя время он понял, принял, переварил ситуацию в целом и все равно вернулся к тебе. Он даже видел одно твое воспоминание. Ему было очень страшно за тебя. - Откуда ты можешь это знать? - Духи чувствуют гораздо больше людей. - Но мы тоже духи. - Ты поняла, что я имею в виду. Девушка кивнула. - Какое-то время назад ты говорила, что совершенно его не любишь. Сможешь сейчас повторить то же самое? - Не уверена, - честно сказала она. – Я даже не понимаю, что в принципе чувствую, а тут такое. Мне сложно. Но сейчас я понимаю четко пару вещей: первое – я дико устала и хочу спать, второе – ненавижу холод и дождь, - она со злостью посмотрела в окно, где на улице шел проливной ливень, - третье: завтра нужно продолжить поиски, и четвертое, - тут она замолчала, хотя нужно и в этом признаться. Зачем себя обманывать? - Четвертое, - подсказал Кеншин. - Обидно, что Куротсучи нас прервал! Не мог зайти попозже, - буркнула девушка. – Короче, мне нужна горячая ванна, а то и правда холодно. Она направилась в ванную комнату и провела там минут тридцать, согреваясь в горячей воде. В прошлой жизни у нее были теплые вещи, зимние пижамы, мужчина под боком. Сейчас из теплого было одеяло и кое-какая одежда, и все равно в комнате было прохладно. Ветер за окнами противно завывал, а капли с напором били по стеклу. Спустя полчаса, даже чуть больше, она вышла из ванны, вытирая мокрые волосы полотенцем. Подрагивая и ежившись, Карин как можно скорее натянула на себя чистую одежду и нырнула под одеяло. Вроде бы и усталость, и пять минут назад слипались глаза, а сна как не было, так и нет. Здравствуйте, мысли на ночь, чтобы мы без вас делали. Естественно, она думала об их разговоре с капитаном Хицугаей. То, как он назвал ее своей женщиной, очень возбуждало. В прошлом он ей такого не говорил. И вот вспоминая о том, что он ей конкретно говорил, в памяти живо встали их проведенные ночи. Вон он проводит ладонью по ее груди, вторая рука медленно скользит по животу, потом чуть ниже, пальцы касаются внутренней стороны бедра, а затем немного выше. Она испускает сладкий стон прямо ему в губы, когда он начинает ласкать ее клитор. Ему нравилось, как она поддается на его ласки. Поцелуи все больше напоминают укусы. Но вот в какой-то момент, она переворачивает мужчину, поднимает его руки выше и садиться сверху. Его руки перемещаются ей на ягодицы, она нависает сверху, медленно поднимается и опускается. Слишком медленно и тягуче, растягивает удовольствие и дразнит. Подвижная кожа полового члена двигается вместе с ней в такт, касаясь стенок влагалища. Быстрее она двигаться не собирается, ей нравилось растягивать удовольствие. Он даже прикусил губу от наслаждения. Их обоюдные стоны заполнили комнату…. - Мммм…, - замычала Карин, накрылась с головой одеялом, так еще и лицо подушкой закрыла. – Принесите воды, я горю, - прошептала она. Ну и какой тут может быть сон, когда мысли только о сексе? Ну что за фигня! Так, соберись, вдох-выдох. Помни о деле, сейчас не до секса, хоть мысль и неплохая. Ай, блин! Неожиданно в дверь постучали. Карин вытащила из-под подушки кинжал – он лежит там всегда, это не обсуждается. Кто посмел прийти к ней ночью? Кому-то явно сегодня жить надоело. Нахмурившись, Карин чуть наклонилась вперед, а потом широко распахнула глаза – она почувствовала реацу. Ааааааа! Почему он здесь?! Он же ушел! Что делать, куда бежать? Да, за дверью стоял капитан Хицугая. Карин встала в постели, убрав кинжал за спину, и открыла дверь. - Капитан Хицугая, что вы здесь делаете? – задала вполне логичный вопрос Карин, и обратила внимание на футон в его руках. Это что еще за на хер такой? - Ты знаешь, перед тем как покинуть двенадцатый отряд, я подумал, что не хочу возвращаться в десятый, тем более в такую погоду. В общем, я переночую тут, - с улыбкой сказал мужчина и прошел мимо ошарашенной девушки в ее комнату. Карин встряхнула головой, отгоняя ступор, обернулась и с укором посмотрела на капитана. Тот осматривал комнату. - Как-то вещей тут маловато стало, - и бросил взгляд на расстеленную кровать. Отогнав собственные мысли, он, как ни в чем не бывало, повернулся к Карин, но отшатнулся. Девушка просто сжигала его глазами, и что-то держала за спиной. - Я ни в жизнь не поверю, что господин Куротсучи разрешил вам остаться в двенадцатом отряде, и тем более в моей комнате. - Так я спросил разрешения у действующего капитана, а на мне мнение господина Куротсучи, - он скривился, - мне глубоко плевать. Хотя он мне угрожал, однако завещание я пока писать не собираюсь. У меня долго идущие планы. - Хорошо, - по слогам произнесла Куросаки, - и все же я не верю, что господин Урохара разрешил вам ночевать именно здесь. Тоширо замер и невинно посмотрел на брюнетку. - Ну, вообще нет, – от услышанного Карин страдальчески округлила глаза. – Та комната, что мне была предложена, напоминает склеп, как впрочем, и все остальные в двенадцатом отряде, а твоя комната мне подходит в самый раз. Вот и пришел. – Мужчина улыбнулся. – Кстати, что у тебя за спиной? Девушка медленно вытащил кинжал из-за пазухи. - Я храню его под подушкой, - как бы между прочим сказала она. Тоширо показал на собственный дзанпакто. - У меня тоже есть, так что не вздумай ко мне приставать. - Что?! А Тоширо меж тем стал разворачивать футон. Карин от непонимания схватилась за голову. Это какой-то цирк. Почему он пришел сюда и заставляет чувствовать себя неловко? - Погодите, почему вы ложитесь на полу? – не поняла Карин. - А что, предлагаешь мне сразу в кровать? – усмехнулся капитан. – Я только за! - Нет, я не это имела в виду! – взвизгнула брюнетка. – Просто… секунду! – почему так сложно думать, кто вообще придумал этот процесс? – Раз…, раз вы гость, то я должна спать на футоне, а вам уступить кровать. Таковы традиции. - О, как, - удивленно кивнул Тоширо, и медленно, шаркая, стал подходить к девушке. – Откуда такая традиция? - Из Агарты, откуда ж еще, - пожала плечами девушка, отступая назад, и очень скоро столкнулась с закрытой дверью. А Тоширо все подходил ближе и ближе. - Значит, ты собираешься уступить незваному гостю собственную постель, а сама ляжешь на пол, с мокрой головой и уже ледяной кожей, и будешь ютиться на футоне? – он подошел слишком близко. Опять. Карин волнительно сглотнула и спрятала глаза. - Не глупи, Карин, я не позволю своей женщине так поступить. - Не надо меня так называть, - тихим голосом сказала Карин. Тоширо хмыкнул и широко улыбнулся. Черт, да она смущалась. Выглядело это очень мило и забавно. Он ничего не произнес, отошел от нее и вернулся к футону. Карин выдохнула. Когда с футоном было покончено, мужчина опять обратил на нее свое внимание. - Чего стоишь? - А? - Ты спать под дверью собираешься? - А! – поняла девушка. Почти что на цыпочках она прошла мимо, смотря куда-то вперед. Самым правильным было бы выставить его за дверь, но признаваясь самой себе, она не хотела. Положив кинжал на столик рядом с кроватью, она в пол-оборота поклонилась мужчине и пожелала добрых снов. Она не видела, как мужчина нахмурился, но почувствовала перед тем, как лечь обратно в постель, как что-то легло на ее плечи. Повернув голову, она увидела его хаори. Развернувшись и схватившись за края одеяния, она непонимающе посмотрела на капитана, а тот положил руки ей на плечи. И снова он был очень близко, внимательно смотрел в ее лицо. - Чтобы тебе было теплее, - улыбнулся уголком рта и отошел. Ему это стоило громадных усилий. Вряд ли сегодняшней ночью он вообще сможет уснуть. Уж слишком интимная обстановка. Он в ее комнате, за окном дождь, и он не прочь согреть ее не сколько хаори, а кое-чем другим, но…. Приходится довольствоваться футоном. Он лег и повернулся к ней спиной. Карин просунула руки в рукава и запахнула хаори. Конечно, ей оно было очень велико, и все же стало действительно тепло, даже жарко. Она нырнула под одеяло и стала смотреть на стекающие по стеклу капли. Вот и как тут уснуть? И все же им это удалось. Дождь кончился только с рассветом. Наконец, спустя череду пасмурных дней забрезжило солнце. Мутное, не особо жаркое, но ноябрьское солнце. Возможно, в этом году это последние солнечные деньки. Карин нахмурилась, заерзала и лениво приоткрыла один глаз. Блин, дурацкое солнце прямо в лицо светит. Прямо как в Агарте, да только там оно постоянно бьет в глаза. Но сегодня и вправду была комфортная температура в комнате. Спасибо тепленькому одеялку, ну и чего греха таить, капитанскому хаори. Надеюсь, мой гость не окоченел от холода на полу, хотя, насколько я правильно помню, капитану десятого отряда холод не страшен. Он больше жару не переносит. С такими размышлениями она перевернулась на другой бок и лицом к лицу встретилась с Тоширо. Сонливость как рукой сняло – ее гость перебрался к ней в постель, лег рядом, да еще и наглым образом обнимает! - Я совсем уже расклеилась! - вслух сказала Куросаки, подрываясь. – Никакого чутья! Тоширо замычал. - Какая ты шумная с утра, - протянул он. - Вы чего тут делаете? - она не кричала, и все же в ее голосе слышала сталь. Она понимала – если начнет прям кричать, сюда сбегутся нежеланные зрители. Ей этого не хотелось, и так слишком неловко. - Я жутко замерз на полу, поэтому решил воспользоваться предложенной традицией из Агарты, - просто ответил мужчина. - Замерзли на полу? – уточнила Карин. – Капитан десятого отряда, обладатель ледяного дзанпакто, которому не страшны даже самые сильные заморозки – замерз на полу?! - Мда, видимо, старею, - улыбнулся мужчина и воспользовался замешательством Куросаки – притянул ее к себе, укрыл одеялом и закрыл глаза. Носом она уткнулась ему в грудь. Карин не могла не видеть улыбку на его лице. - Что обычно на завтрак подают в двенадцатом отряде? - Незваных гостей, - усмехнулась девушка. Это уже не смешно. Она вырвалась из его объятий и просто вытолкнула мужчину с кровати. Тоширо сел на пол, положил руки на кровать и обиженно посмотрел на брюнетку. - Никакого уважения к гостям. Вы в Агарте со всеми так поступаете? - Только с самыми наглыми, - она наклонилась поближе. - Ты такая сексуальная когда злишься, - отметил мужчина, подпирая ладонью голову. Карин шарахнулась от него, как от прокаженного, а он не унимался. – Я себе уже столько картин в голове представил, ммм…. Ты бы видела. Надо как-нибудь претворить их в жизнь. Карин нахмурилась, сбросила с себя хаори, спрыгнула с кровати, пролетела к двери и широко распахнула ее. - Все, вон! Лимит моего гостеприимства исчерпан. Но Тоширо не собирался вставать. Он упрямо смотрел на нее и улыбался. - Если не подчинитесь, подниму на уши весь двенадцатый отряд. - Пф, думаешь не смогу справиться с тремя чудиками, - отмахнулся Тоширо, и все же пришлось подчиниться требованиям Карин. Поднялся на ноги, взял хаори с кровати, дзанпакто и медленно прошествовал к выходу. Но под конец решил все же «добить» ее: - Спасибо за эту ночь. Давай сегодня повторим. Карин сама вытолкнула наглеца за дверь и захлопнула ее. Мужчина откровенно веселился, на душе было так легко и тепло. Если она не любит его – влюбиться заново. Но видно было невооруженным глазом, что он ее безумно смущал. Просто нужно больше упорства и немного времени. И тогда они снова будут вместе…. Спустя какое-то время Карин завтракала в столовой вместе с остальными членами двенадцатого отряда. В комнате стояла гнетущая тишина. Хиесу удивленно переводил взгляды с капитанов на Куросаки, и так постоянно. Карин же витала в собственных мыслях. Ну, оно и понятно. «Идиллию» нарушил Маюри. - В какой отряд направишься сегодня? - В отряд сестры, - ответила глухим голосом девушка. - Мисс Карин, с вами все в порядке? – поинтересовался Киске. – Вы словно не выспались. - Кто-то мешал? – подсказал Маюри. Карин со злостью посмотрела на бывшего капитана. - Да, жуткий дождь, - процедила она и громко положила ложку на стол. – Пойду я, - она поклонилась офицерам и вышла из столовой. Как же бесит…. Она быстро приближалась к выходу. - Ай точно, - она мысленно хлопнула себя по лбу. Нужно было сменить облик, и все же не успела. - Ты почему в форме синигами? – раздался рычащий голос за спиной. Карин устало обернулась. Тоширо смотрел на нее с нескрываемым удивлением, ужасом и непониманием. - Мда, кажется, меня можно списывать со счетов – не слышу, как враги ко мне сзади подкрадываются. - Я своей любимой женщине не враг, - усмехнулся капитан. – И все же вопрос остается открытым? - Ну, так для маскировки, блин, - простонала девушка. – Ну как можно не понимать таких очевидных вещей, етижи вашу мать! - Не ругайся. Карин посмотрела на него с кислой миной. - Мне нужно найти шпиона в Готее. Я же не могу расхаживать, как…как я обычно расхаживала. Нужно работать в имеющихся обстоятельствах, - и указала на одежду. - Без обид, Карин, но…, - он осмотрел ее с ног до головы, - мне не нравится, как на тебе выглядит эта форма. Ты гораздо лучше без нее. - Карин закрыла лицо руками. Ну сколько можно, так и умереть не долго! – Будь осторожна. – Девушка внимательно посмотрела на капитана. Праздность исчезла с его лица. – Молю тебя, никаких царапин и безумств. - Хорошо, - ошарашенно кивнула она. И тут до нее дошло. – Но господин, - от услышанного капитан нахмурился больше. – Прошу прощения, - она показала ему кулон, - не только одежда меня скрывает, - и повернула камень, - но и это. Тоширо сделал шаг назад, а затем подошел ближе и с нескрываемым удовольствием стал рассматривать новый облик Куросаки. От такого пристального внимания она заалела, а на бледном лице новобранца Аоки Суми румянец смотрелся невероятно мило. Тоширо хохотнул. - Так это была в палате своей сестры, - Карин кивнула на его слова. – И как тебя зовут? - Аоки Суми, Хицугая-тайчо. - Божечки, - Тоширо театрально схватился за сердце, - так может быть Куросаки Карин никогда и не существовало, а ты все эти годы обманывала меня, офицер Суми? - Так, хватит, - ответила Карин уже своим голосом. Тоширо улыбнулся. - Что ж, если увижу офицера Суми, буду знать, что ты рядом, Карин, - он замолчал. – Удачи. Если что, я рядом, ты только позови.