У нас ещё всё впереди

      Еле слышное журчание воды за окном. Стайлз недоумённо морщится и открывает глаза. Несколько мгновений смотрит в пустоту, очищая сознание от остатков сна. Неприятное пробуждение, паршивое чувство нереальности происходящего. Он слегка встряхивает головой и оборачивается. Теперь всё кажется ещё более невозможным — Стайлз вглядывается в девушку, спящую рядом.       Сначала он не мог поверить, что она выбрала его. Лидия выбрала его. Но вот, совсем рядом, по подушке разметались ярко-рыжие волосы. Они будто светятся в темноте, неугомонные. Впрочем, как и их хозяйка. Лидия всегда улыбается. Гордо или же успокаивающе — Стайлзу комфортно рядом с этим лучиком тепла. Рядом с Лидией.       Стайлз улыбается своим мыслям и с внезапной бодростью поднимается с кровати. На ощупь проходит на кухню, здесь чуть светлее — на стенах отблески уличного фонаря. Слышно, как об окно ударяются ветки дерева, шумит ветер, и Стайлзу становится неуютно. Он как можно тише готовит горячий шоколад и быстро забирается обратно в постель. Спать уже не хочется, поэтому Стайлз просто греет руки о тёплую чашку.       Лидия рядом ворочается, стаскивает с него одеяло, укутываясь с головой. Бедняжка, в комнате прохладно, а она терпеть не может холод. Стайлз приобнимает её и осторожно накрывает вязаным пледом.       Да, сквозняк тот ещё. Неудивительно: в этот загородный дом они приехали как раз, чтобы устроить капитальный ремонт. У Лидии прекрасный вкус, поэтому Стайлз уступил ей право подобрать цветовую гамму и мебель. Он никогда не забудет, как загорелись её глаза, когда он предложил провести всё лето вместе, как она была возбуждена, бегая из одного мебельного магазина в другой. А сколько радости было, когда она откопала-таки ту самую синюю лавочку в сад — точь-в-точь как хотела! На следующий день, день отъезда, Стайлз подарил ей семена бархатцев. Он не смог удержаться: яркие, солнечные бархатцы напомнили ему Лидию.       Сейчас сад был раскрашен цветами — Лидия оказалась замечательным садоводом. А дом... что дом? В окна дует, обои ободраны, да и кухонное оборудование ни к чёрту. Родители Стайлза раньше приезжали сюда только летом, поэтому единственный источник тепла — камин на втором этаже. На него Стайлз не может смотреть без улыбки — они с Лидией устроили не один бой подушками: никак не могли выбрать цвет панелей.       Из-за особо громкого порыва ветра Стайлз вздрагивает, чуть не пролив шоколад прямо в постель.       Поставив нетронутый напиток на тумбочку, он поднимается наверх, в каминную. Раньше здесь стоял огромный мягкий диван, который он так любил, а сейчас Стайлз осматривает пустую комнату. Камин почти незаметен в полутьме. Парень по памяти подходит к противоположной стене и присаживается на корточки. — Его давно не топили. Нужен хворост. Стайлз смеётся, когда слышит такой родной голос: — Есть хоть что-то, что ты не умеешь? Лидия хихикает, прикрываясь пледом.       Уходит полночи, чтобы справиться с отсыревшей трубой камина. Лидия дразнит Стайлза, танцует, вовлекает его в танец... Наконец, они с наслаждением любуются живым огнём. Стайлз притащил одеяло и постелил на пол. — Не диван, конечно, но хоть не холодно будет, — он извиняется. — У нас ещё всё впереди, — с улыбкой шепчет Лидия.