Now I am hated

Шла большая перемена. Ученики школы Долго и Счастливо, как обычно, собрались на обед в кафетерии, который в этом году был разделён на две неравные части: на наследников и отступников. Конечно этот раскол, произошедший между учащимися, не ограничивался обеденным временем, но именно здесь он был заметен больше всего. Взять хотя бы те же обеденные столы, разделённые на две половины. Больше же всего выделялся стол со стороны наследников, за которым сидели исключительно принцессы (девушки в таких роскошных платьях просто не могли быть кем-то иным кроме принцесс). Были, конечно, и другие столы, за которыми безошибочно угадывались феи и принцы, но все взгляды невольно обращались на этих принцесс, что так мило щебетали и иногда смеялись звонким заразительным смехом. Но даже среди них была одна, что была милее и прекраснее прочих. Эппл Вайт по привычке окинула взглядом всех присутствующих — пусть это и не входило в её обязанности президента школьного совета, которым она неизменно становилась уже который год подряд, но Эппл делала это каждый раз, когда ученики собирались все вместе. Сама она считала это своеобразной тренировкой для будущей королевы: «Хорошая королева внимательна к своим поданным и всегда готова оказать им помощь». Хотя едва ли Эппл могла представить кого-нибудь из присутствующих в кафетерии своим поданным. Прекраснейшую из всех окружали лишь верные друзья и хорошие знакомые. И может ещё Дачесс Сван. Вот Блонди Локс фотографирует еду в своей золотой тарелке и выкладывает в зеркалонет. Эппл всегда немного раздражала эта её провинциальная привычка, но вот золотоволосая ловит взгляд Эппл и улыбается ей. «И что с того, она злоупотребляет зеркалонетом? Ведь главное, что она моя верная подруга и ничто этого не изменит» Рядом сидит Браер Бьюти — её лучшая подруга навеки — и рассказывает какую-то невероятно длинную историю, которая вроде бы начиналась с вечеринки на летучем корабле, а вот уже события разворачиваются в русалочьем баре. Немногие это знают, но кроме того, что Браер была модницей-тусовщицей, она была очень умной. Дочь Спящей Красавицы всегда могла поддержать добрым советом, не раз заставляя Эппл задуматься: «Чтобы я без неё делала?» Эшлинн Элла всё старалась уследить за сюжетом истории Браер, при этом успевая есть свой вегетарианский салат и посматривать куда-то вдаль. Вероятно на Хантера, сидящего за столом «вражеской стороны». Эппл до сих пор угнетала мысль, что из-за неё подруга однажды чуть не отказалась от своей любви. Теперь же она видела, какие серьёзные отношения связывают сына Охотника и дочь Золушки. И тут же вспомнила о своих «отношениях». Ох, лучше бы и не вспоминала — Дэринг Чарминг снова сидит в окружении всяких принцесс и фей. Да, официально они с Дэрингом не пара — настоящая любовь наступит, когда начнётся их сказка. Сомнений нет! Но осознавать то, что твой «суженый» наслаждается такой жизнью прямо перед ней и на глазах у всех было немного неприятно. Немного. Ага. До Эппл доходили какие-то слухи о свидании Дэринга с Лиззи Хартс, она видела, как на бале Наследия он танцевал с Сериз Худ и замечала его переглядывания с Холли О’Хейр. Она старалась игнорировать слухи, старалась не придавать значения и, наконец, делала вид, что ничего не видела. Но это было уже просто смешно, нелепо и… унизительно? Эппл отвела взгляд от Дэринга и посмотрела на сторону отступников. А ведь здесь было на что посмотреть — Мэдди вышла из-за стола и выплясывала что-то невообразимое и похоже очень хотела, чтобы Сериз Худ присоединилась к этому беснованию, но та, по-видимому, совсем смутилась и закуталась в свой плащ пуще обычного. Зато проходящие мимо Лиззи и Китти с радостью подхватили инициативу. Эппл ещё могла представить себе Китти Чешир танцующую нечто подобное, но Лиззи! Лиззи Хартс с её чопорными (даже по меркам здешних снобов) манерами королевы и вдруг такое! Всё-таки вандерлендцы — странный народ. Сейчас эта троица выглядела как никогда счастливой, отплясывая танец, понятный лишь им троим. И как никогда чужой. Проходивший мимо Спэрроу Худ со своими ребятами из группы ошалело посмотрел на «танец» вандерлэндок. Ничего не сказав, он достал гитару и начал что-то петь-орать. Похоже, решил, что раз уж они творят, что хотят, то и ему можно. С другой стороны, Спэрроу никогда и не нужно было особого повода, чтобы начать терзать гитару. Да и сам по себе парень производил впечатление человека, которому в принципе плевать кто он и какова его судьба. У него была его гитара, и ему было этого достаточно. Шедшие мимо Поппи и Холли О’Хейр остановились, чтобы посмотреть происходящее у стола отступников. Сестрички трогательно держались за руки — странная привычка для их возраста. Посмотришь так на них и подумаешь: «Какой, чары побери, раскол, какая вражда? Наследники, отступники, да какая разница?» Строго говоря, и вражды-то между наследниками и отступниками особой не было. Так, пошвырялись едой однажды да поскандалили. Однако, это всё было от накопившихся эмоций, накопившихся взаимных обид, страха перед судьбой. Но они пережили этот кризис. Они не дикари какие-нибудь, чтобы устраивать полномасштабную вражду или что-то в таком духе. Эппл и сама ведь дружила с мятежницей. И даже не просто с мятежницей, а самой зачинщицей этого нелепого восстания — Рейвен Квин. Кстати о ней, где она? За столом её нет, да и вообще, похоже, в кафетерии её сегодня не видно. Надо бы узнать, не стряслось ли чего. А с Рейвен всегда что-то случается. Эппл вновь обратилась к столу отступников, у которого танец вандерлендцев (похоже, раззадоренный гитарой, хотя «мелодия», которую та издавала ни разу не подходила танцу) набирал обороты. Теперь к этому безумию начали присоединяться и другие мятежники. Во-первых, остальные участники группы Спэрроу «Весёлые парни», а во-вторых, просто ребята, которые неумело пытались повторить движения этого дикого танца. За столом остались сидеть лишь немногие: Сериз (да и та теперь отбивала ритм ногой под столом) и Сидар Вуд, смотрящая на происходящее со снисходительностью. Но тут Сидар будто почувствовала на себе взгляд Эппл и развернулась к ней, одарив смущённой улыбкой, как бы говорящей: «Ты же видишь, я в этом не участвую». Эппл понимающе улыбнулась в ответ.  — Приятного аппетита, Сидар! Ты случайно не знаешь, где Рейвен? — хотя музыка теперь гремела на весь кафетерий, Сидар и Эппл могли говорить друг с другом, не сильно повышая тон. Столы наследников и отступников находились довольно близко, даже несмотря на перестановку, которая теперь отделяла одних от других. — И тебе приятного аппетита, Эппл. Рейвен сказала, что на этой перемене ей нужно будет пойти в кабинет директора. Её вызвали. Снова, — после последнего слова Сидар поморщилась. На это Эппл удовлетворённо кивнула и поблагодарила Сидар. В последнее время беседы Рейвен и директора Милтона Гримма заметно участились. О сути этих бесед догадаться было несложно: «возвращение на путь истины», «эгоизм», «исчезновение». И всё это как минимум два раза в неделю. И пусть Эппл была твёрдой сторонницей наследников, ей было по-человечески жаль Рейвен — пусть та и старалась не подавать виду, но Эппл видела, что после этих разговоров её подруга была очень подавлена. Эппл встряхнула головой, отгоняя неприятные мысли. Надо будет сегодня как-нибудь подбодрить свою соседку. Пробежав взглядом по другим столам и не заметив ничего интересного, Эппл, наконец, закончила свой «дозор». Сегодня в кафетерии было на удивление много народу: здесь были практически все, за исключением Хельги и Гуса Крамб (ребята всё-таки переели конфет и теперь отлёживались в своих комнатах), Рейвен Квин и Хамфри Дампти. Последний, скорее всего, по обыкновению, задержался в кабинете информатики, и об этом вовсе не стоило беспокоиться. «А стоит ли вообще беспокоиться? Зачем постоянно следить, чтобы все были вместе? Мы все уже довольно взрослые, чтобы самим отвечать за свои поступки. Может это и есть следующий шаг на пути к становлению идеальной королевы: научиться доверять своим поданным» — мелькнуло вдруг в голове у Эппл. — И вот я ему и говорю: парень, не надо так затягиваться, поделись пыльцой с другими! .. — Браер вдруг остановила своё бесконечное повествование, заметив необычно пустой и одновременно задумчивый взгляд подруги - Эй, хватит витать в облаках, проснись! — весело толкнула её локтем Браер Бьюти и кажется, хотела добавить что-то ещё, да только не успела. Всё случилось в течение нескольких секунд. По школе прокатился страшный грохот, всех учеников отбросило к стенам. Если бы кто-нибудь из них находился снаружи, то они могли бы увидеть, как из земли в мгновение ока выросли чёрные колючие заросли, окутавшие всю школу снизу доверху и даже пробившие пару окон. Если бы кто-нибудь из них мог противиться сонному заклятью, то он мог бы услышать вопль, что разносился из кабинета директора на всю школу. Так начался самый страшный месяц в истории школы для детей сказочных персонажей, Долго и Счастливо.