В темноте..

      Уроки кончились быстро. Ваня как всегда ныл о Гере, а я была в замешательстве. Так Дима предпочитает мальчиков? Или он бисексуал? А может он по другому поводу на него смотрел? Одни вопросы! Надо было бы все разузнать и проверить. Но это потом. А сейчас надо на работу. Быть уволенным не так приятно, как может показаться. Нечем заплатить за квартиру, за еду и много разных мимимишных вещей в инет-магазинах.       Ну в пиццерии ничего не изменилось, пока меня не было, а меня не было всего-лишь сутки. А что могло случиться? Разве что метеорит упал, но в новостях об этом ни слова.       У нас только один посетитель — и то хорошо. Зайдя в раздевалку, я ударилась о дверь, выругалась, переоделась в форму и пошла обслуживать только что вошедшего посетителя, что сел за столик у окна.       Он был молодым, каштановые волосы, цвет глаз не видно… Скорее всего студент, так как с собой имел учебник по психологии и тригонометрии, лет эдак 22-25 — не больше. Явно любит рисовать. Ну, это было видно по ватману и разным карандашам-фломастерам-копиркам разбросанным по столу.       —Добрый день, сегодня я ваш официант. Что будете заказывать? — я вежливо улыбнулась и приготовились записывать.       —Кофе, пожалуйста. И вы не могли бы сделать музыку потише? Она мешает, — безразлично проговорил он, даже не подняв головы. Это значительно подпортило мне настроение. Но люди разные бывают, что поделать.       Приглушив музыку через пару минут я принесла ему кофе и пошла разговаривать со своим приятелем Кирой-барменом.       Наша пиццерия не сильно то на неё и похожа, ближе все же домашний ресторанчик. Все в бежево-фиолетовых тонах, приглушенный свет (но днём здесь очень светло), большие панорамные окна, лёгкие кремовые занавески, мягкие диванчики более темного фиолетового цвета и столы укрытые белоснежной скатертью. Да и в меню у нас не только пицца. Здесь можно посидеть всей семьёй, пригласить девушку, или провести важную встречу с компаньоном.       — Официант! — позвал меня тот парень.       — Я вас слушаю, — мило улыбнулась я ему.       — Счёт, пожалуйста.       — Да, конечно, — развернувшихся на пятках пошла к Кире за распечаткой чека. Что-то мне не нравиться взгляд этого парня. Сильно уж он внимательный и холодный…       — Ваш счёт, пожалуйста.       — Спасибо. Будьте внимательны, тот кто вам нравиться может оказаться не совсем хорошим человеком,—проговорил он отсчитывая нужную сумму и не смотря на меня.       — Чт-что?       — Просто будьте внимательны.       И больше ничего не сказав брюнет ушел. А на столе так и остался лежать большой лист бумаги. Я перевела взгляд на то, что там было нарисовано и ужаснулась. На меня смотрел огромный волк, больше похожий на большого монстра с окровавленной пастью и красными глазами. Но все ничего, если бы под его лапами не было тельца маленького ребёнка с распотрошенными внутренностями.       Я быстро скрутила рисунок и выбежала на улицу оглядываясь в поисках того студента. Но его как след простыл. Этого волка я потом отнесу домой. Жалко выкидывать.       Посетителей не было весь день и это убивает. Чаевых вообще нет. Дома я снова посмотрела этот рисунок. Волк, ребёнок, лес. И подпись снизу… Но она на другом языке. Ну и ладно. Скрутив ватман в трубку, я заснула его за шкаф. Куда подальше, на всякий случай.       Время позднее, но уроки никто не отменял! А их у меня о как не мало… Экзамены на носу. Надо готовиться.       Провозившись с ними до поздней ночи, я уже еле держалась. Меня шатает и неуклонно тянет в сон. Но заснуть мне не дал грохот на кухне. Все бы ничего, если бы я жила не одна. А грохот все не прекращался. Весь сон как ветром сдуло. Резко стало страшно, бросило в холод и противные мурашки закопошились под кожей. Но вдруг это просто сквозняк?       «Какой сквозняк?! Зима на дворе - 8! Да ещё и метель!» — отдернула я себя.       Поднявшись на негнувшихся ногах, я пошла на кухню. Открываю дверь и делаю шаг в темноту шарясь рукой по стене в поисках выключателя, но никак не могу его найти. Вдруг открылся шкафчик на верхней полке и оттуда выпала чашка. На меня смотрели красные большие глаза не моргая. Ноги задрожали, рот открылся в немом крике, а я все безуспешно ищу выключатель на стене. Глаза все приближались, звук когтей царапающиц паркет и тяжёлое дыхание. Но собственное сердце заглушает все, я слышу собственную кровь... Из его пасти воняет гнилью и железом.       Рука наконец натыкается на выулючатель и резко загораетсясвет.