Burn with you

— Нет, я выгляжу ужасно! - шепчет Блейн, упираясь. Курт тянет друга за руку, но тот в упор не хочет выходить из подъезда. Ему пришлось отвести Блейна к себе домой, чтобы они могли подобрать ему головной убор, потому что половина его волос на голове просто спалилось огнем, и выходить так на улицу он категорически отказывался. Как, собственно, отказывался выходить и в кепке. Потому что шляпа не достаточно скрывала его проблему, а эта кепка хоть и смотрелась действительно странно и забавно, зато никто бы ни за что не сказал, что этот человек побывал в пожаре. — Господи, да нормально ты выглядишь! - твердит Курт, сделав сильный рывок, который и вытянул парня на улицу. — Нет, боже, - Блейн стыдливо закрывает лицо одной рукой, а другой поправляет кепку. — Блейн, - Курт пытается убрать его руку от лица, но тот упирается. — Блейн, Господи, как маленький ребенок, честное слово! - ему все же удается это сделать. — Посмотри на меня, - он берет его лицо в ладони и смотрит ему в глаза, будучи настроенный совершенно серьёзно. — Ты выглядишь... - Курт пробежался взглядом по всему парню. Он не мог сказать "замечательно", потому что в этом плане он не привык врать. — Нормально. "Уже прогресс, Хаммел, ты не сказал отвратительно," - замечает Курт, махнув головой. — Курт, я видел себя в зеркале, ты не сможешь помочь мне развидеть это, - он указывает на голову. — Представь, а ведь некоторые люди ходят так каждый день, - у Курта аж мурашки прошлись по телу от одной мысли, что когда-нибудь он может встретить такого человека. Блейна эта новость, кажется, только удручила. — Ты не помогаешь, - нервно пищит он, приподняв брови. Курт выдыхает от безысходности, а затем хватает его за руку и тащит подальше от дома. — Не важно, забудь про то, что остальные существуют. Есть только ты, я и Нью-Йорк. От чувства крепкой хватки руки Курта, Блейну становиться легче и спокойнее, и через некоторое время он уже совсем забывает про эту жуткую вещь на своей голове. Он начинает размышлять, как она вообще оказалась у Курта, пока тот умалчивает о том, что это "сокровище" у него еще с десятого класса, когда он пытался притворяться натуралом, и одевался, как все остальные. Они спускаются вниз по улице, и Курт отпускает его руку, когда ловит на себе странный взгляд прохожего. Хоть это и Нью-Йорк, и хоть однополые браки разрешены по всей Америке, это по-прежнему считается чем-то диким и чужим. Курт опускает взгляд, смотря под ноги, и Блейн снова пользуется моментом, подмечая то, как идеально сегодня уложены его волосы. — Как тебе это удается? - поражается Блейн, приводя Курта в замешательство. — Ну, выглядеть так потрясающе. Наверное, комплименты внешности были его слабостью, поэтому парень смущенно улыбается и краснеет. — Я... я не знаю, я пользуюсь множеством масок и скрабов... И мои ежедневные ванные процедуры длятся около двух часов, так что, я думаю, поэтому. — Это действительно стоит того, - говорит Блейн. — Нет, правда, каждый раз поражаюсь. И дело, наверное, не только в коже. Она идеальна, безусловно, но... Боже, твоя прическа... — Это тебе не просто зализать волосы гелем, - смеётся Курт. Блейн смеется в ответ и устремляет взгляд на город, по которому они шли. Он давно уже просто так не гулял теплым субботним днем по Нью-Йорку, и он благодарен тому, что Курт согласился его сопровождать, ведь сидеть в четырех стенах и ждать, пока плохие воспоминания заживут, не то, чем он хочет заниматься. Он хочет жить, наслаждаться моментом, проводить время с Куртом. Они идут по улице, разговаривая обо всем подряд. Мимо прошла девушка в странном наряде — Курт тут же принимается рассуждать на тему того, что если бы он был президентом, то, наверняка, запретил бы подобное. Блейн смеётся, потому что понимает, что Курт говорит это совершено серьёзно, и от этого становится еще смешнее. Блейн не может сдержать эмоций: Курт делает его таким счастливым. То, как совершенно случайно сталкиваются их пальцы при ходьбе, потому что они идут довольно близко друг от друга, то, какие взгляды кидает на него Курт, его голос, этот прекрасный тембр, эта невероятная идеальная кожа, и эта сводящая с ума походка — все это заставляло голову Блейна кружиться. И когда он невзначай поправлял локоны, выпадавшие из укладки, закатывая глаза наверх, его колени подкашивались, а сердце начинало бешено колотиться. И он просто хватал воздух ртом, пытаясь не дать себе потерять сознание, потому что, даже будучи не его парнем, Курт умудрялся делать его настолько счастливым, что прежде не удавалось даже его бывшим. И это по истине было для него некой магией. Курт предлагает зайти в какой-то парк, в котором Блейн ещё не был, он вообще редко гулял по Нью-Йорку, так как погряз в учебе и делах. Он совсем забыл, что находится в одном из самых потрясающих городов на земле. Они медленно прогуливаются по мощеным дорожкам, наблюдая за тем, как растительность вокруг расцветает и становится все зеленее, оповещая о том, что скоро начало лета и конец учебного года. Блейн вдыхает приятный аромат сахарной ваты и попкорна, исходящий от аттракционов, и предлагает Курту прокатиться. — Глупый, - смеется Курт, так искренне и прекрасно, что Блейн готов умереть от счастья. — Почему же? Я считаю это отличной идеей, - заявляет Блейн, и только сейчас замечает, что они идут, обхватив руки локтями, словно старая пожилая парочка. Он улыбается такой близости, и вопрос о том, кем они являются друг другу прямо сейчас, совершенно не волнует Блейна, ведь пока у него это есть, не важно, как это называется, если это делает его счастливым. — Я не пущу тебя ни на один аттракцион, пока не увижу медицинскую справку о том, что ты здоров, - Курт элегантно тыкает пальцем в его грудь, обаятельно улыбаясь. — Ты такой зануда! — Эй, между прочим, я забочусь о тебе! — Хм, ладно, - он прищуривается в улыбке, ехидно глядя на него. — Но когда ты получишь справку, пообещай, что мы с тобой прокатимся на самых страшных аттракционах, которые только найдём. — Ты хочешь, чтобы я испортил эту замечательную прическу? - парирует Курт, заставляя Блейна рассмеяться. — Уверен, из-за этого ты не станешь менее идеальным. — Что ж, раз ты так считаешь, то ладно, - он поджимает губы, - я пойду на такую жертву ради тебя. — Да уж, - он раскрывает глаза, - ещё никто прежде не жертвовал ради меня своей прической. По истине благородный поступок, - с сарказмом произносит Блейн, кладя руку на сердце, словно он невероятно впечатлён. Курт смеется так звонко и невероятно, что Блейн просто не может не подхватить его смех. Они оба не могут описать словами, как же они влюблены в этот самый момент. Это чувство не похоже ни на одно, которое они когда-либо чувствовали за свою жизнь, и это было настолько прекрасно, что тысячи бабочек в животе не могли сравниться с этим. Но проблема все же была, и они оба это знали. Курт был озадачен тем, помнит ли Блейн о том, что сказал и сделал, стоит ли ему напоминать об этом? А что, если это все не так? Что, если Блейн просто был на эмоциях, и теперь он не сможет сказать и почувствовать то же самое? Блейн же в свою очередь, не мог понять, то именно происходит между ними, но он был намерен все прояснить, и был намерен сделать это как можно скорее, ведь никакие сомнения не стоят времени, которое он мог бы провести с Куртом, называя его "милый" или "любимый".

***

Какими бы прекрасными не казались эти выходные, все рано или поздно заканчивается. Вот и веселье подходило к концу. Несмотря на довольно тяжелое состояние Блейна, они с Куртом гуляли до самой темноты по городу в субботу, и он не мог сказать, что Блейн выглядел уставшим. Наоборот, он выглядел не менее счастливым, чем сам Курт, и это действительно было замечательно. Вечером они пришли домой к Курту, так как было уже поздно, и до него было ближе всего, да и, к тому же, Курт не мог не пригласить его. Заботиться о Блейне в своем доме было для него лучшей вещью, которую только можно придумать. Именно поэтому на утро Курту выпал шанс принести завтрак прямо Блейну в постель, на что парень действительно удивился. Парни до самого вечера сидели дома, распевая разные песни. Блейн делал домашнюю работу, которую ему делать, в общем-то и не надо было, но он не хотел пропускать материал, поэтому учился самостоятельно. Курт поддерживал такое отношение Блейна ко всему этому, и действительно восхищался этих парнем, ведь он, мало того, что занимается любимым делом, он еще и совершенствуется с каждым днем, даже когда, казалось бы, уже некуда совершенствоваться. — Надеюсь, когда-нибудь ты выступишь на Бродвее, - говорит Курт, сидя в позе лотоса на полу, держа в руках газету с кроссвордами, когда очередная песня в исполнении Блейна завершилась. Блейн улыбается, устремив взгляд на друга, и немного краснеет. — Тогда я достану тебе билет в первом ряду. — С чего бы это такая честь? - он резко выпрямляет спину, произнося это с наигранным удивлением, но затем звонко рассмеявшись. — Знаешь, вряд ли бы Рейчел делала для меня то же, что делаешь ты, - задумчиво отвечает Блейн. — Даже несмотря на то, что я как бы считал ее лучшей подругой. — Оу. Ты... Считал? - не понимает Курт, сразу принимая серьёзное выражение лица. — Пока не появился ты. Ты стал моим лучшим другом, Курт, - он улыбается во все 32, и эта улыбка кажется Курту чертовски заразительной. — Знаешь, несмотря на то, что я все еще считаю Рейчел своей лучшей подругой, ты вроде как тот самый человек, которому я могу рассказать все свои секреты, - признается Курт. — Да, я об этом и говорю, - замечает Блейн. — Мы вроде и не так долго друг друга знаем, как, к примеру, Рейчел. Она хорошая девушка, с ней весело проводить время... — Не считая моментов, когда она загоняется по поводу Финна, - закатывает глаза Курт. — Эй! - возмущенно восклицает Блейн. — Ей сейчас очень тяжело, между прочим! Это не шутки! — Уже прошло прилично времени, Блейн. Ей пора двигаться дальше. — Да, ты прав. Но я говорил о том, что она просто не тот человек, с которым я чувствую себя... Так... Не знаю, - он вращает руками по кругу, пытаясь навеять себе нужные слова, но они никак не приходят. — Открыто? — Да, да. Это именно то слово, - подмечает Блейн. — И это так странно, что я говорю тебе это сейчас, потому что я прежде не рассказывал тебе о своих чувствах. "Ты так ошибаешься," - думает Курт, и в его улыбке появляется тень печали. Он молчит несколько секунд, а затем встает и подсаживается к Блейну. — Давай установим такую традицию. — Традицию? - он приподнимает бровь. — Ага, - кивает Курт, улыбаясь. — Отныне всегда будем говорить друг другу о своих чувствах и делиться всем, что происходит. — Так ведь делают лучшие друзья, правда? - улыбается Блейн, замечая, что ему нравится идея. Курт на секунду выпадает из реальности, а затем улыбка окончательно исчезает с его лица, полностью сбивая Блейна с толку. Парень открывает рот, пытаясь что-то сказать, но Курт продолжает просто разочарованно глядеть на него. — Ты меня точно хорошо слышал? - уточняет Курт. — Что?.. Ну, да... Конечно, да. А что? - рассеянно произносит Блейн, хмурясь. Курту становиться обидно, что после того, как они договариваются говорить открыто и лишь правду, Блейн продолжает твердить что-то о лучших друзьях. — Ничего, - выдыхает он, задумчиво уставясь в пол. — Курт, - настойчиво произносит Блейн, понимая, что что-то было, - ты можешь мне рассказать. Помнишь? Наш уговор. — Не понимаю, о чем ты, - Курт встает и кладет газету, оборачиваясь к Блейну лицом. Он бы убежал сейчас, вероятнее всего, но проблема в том, что это его дом. — Курт, ты же знаешь, о чем я. — Да, и ты тоже, - намекает он, кивнул головой, оставляя Блейна в полном замешательстве. — Между прочим, я понятия не имею, о чем ты. — О, неужели? И ты совсем-совсем не понимаешь? - с неким презрением, даже обиженно говорит он, возвращаясь к Блейну и садясь на край рядом с ним. — Думаю, что нет. Ты себя странно ведешь. Ты в порядке? Курт раскрывает рот от удивления и одновременного возмущения. Блейн ведет себя действительно так, словно это не он делает ему комплименты, словно не он говорит о том, как ему хочется проводить с ним время, и словно это не он заставляет его сердце биться чаще. — Нет, Андерсон, я не в порядке! — Так, ты перешел на фамилию... Это плохо? - Блейн начинает паниковать. — Просто скажи мне, что проис... Блейн не смеет больше продолжать эту фразу, так как Курт мгновенно подвигается ближе, хватая его лицо в свои ладони и прижимаясь к его губам своими. Он прикрывает глаза, и касается их так нежно и трепетно, словно это была самая хрупкая вещь на свете. Блейн сидит в полном бездействии некоторое время, но затем сам углубляет поцелуй, потому что чувствует, что если будет против, его сердце просто взорвется. Курт аккуратно целует его губы, периодически хватая воздух ртом, от чего Блейн может чувствовать его сбитое дыхание, так близко и так громко. Он опускает руки Курту на талию, прижимая к себе и заставляя того сесть ему на колени, чтобы оказаться в той близости, которой они оба хотели. Курт кладет руки ему на плечи, замыкая их за шеей, и продолжает, несмотря ни на что. Сейчас, когда между ними вроде ещё ничего и нет, но когда они сидят и целуются дома у Курта, забывая обо всем на свете, Блейн готов отдать все, лишь бы эта неясность оставалась до конца времён, лишь бы просто сидеть здесь и целовать эти невероятно мягкие губы, на которых еще остался привкус кофе и гигиенической помады. Курт разрывает поцелуй от нехватки воздуха, но не близость, которая возникла между ними. Он продолжает сидеть в его объятиях, упираясь лбом в его лоб, тяжело дыша. Блейн не мог поверить, что его руки наконец лежат на этой прекрасной узкой талии, и теперь он сможет, наконец, сказать, что чувствует, открыто и честно. — Блейн? - слышит он сладкий шепот Курта, и улыбка сама появляется на его лице. — Да, Курт? — Кажется, я хочу поступать в НИАДИ.