Судьба- штука странная.

— Выходи, Бэк. Здесь чудненько, не так ли?       Бэкхен неохотно вылезет из черной Мазды под завистливый свист группки парней, что расположилась недалеко от фонтана. — Ты думаешь тут… — Это самое безопасное место, братишка. — Сухо тепло приобнимает парня за плечи и слегка подталкивая, направляет его в сторону массивного входа в здание.       Внутри их встречает директор этого заведения, точнее школы для мальчиков с церковным уклоном, и приглашает пройтись по помещению. Тут все было сделано из серого камня: фасад, стены, пол. Лежали красные дорожки, а дневное освещение заменяло приглушенный свет ламп, помпезно свисающих с потолка. Окружающая обстановка невольно наводила атмосферу спокойствия и тепла, в принципе это она и должна была делать, ведь школа практически заменяла дом не только учащимся, но и всему персоналу, что находился в академии.       Испуганного паренька проводили в комнату, в которой он должен был жить до конца этого учебного года, куда он отправиться дальше заканчивать обучение он пока не знал, но был уверен, что сменить ему школу все-таки придется.       Первым что бросилось в глаза, зайдя в комнату, это были парни, что лежали на кровати и весело хохотали, щекоча друг друга. — Самое безопасное место, говоришь? — Бэкхен с недоверием смотрит на своего старшего брата, который мило улыбается и пожимает плечами, мол, так оно и есть. — Я пойду, ты же знаешь, мне нельзя задерживаться. — Сухо последний раз кидает нежный взгляд на лицо младшего брата, которое так и кричит «не оставляй меня одного, забери собой!». Но он всего лишь медленно качает головой из стороны в сторону, он не в силах выполнить эту просьбу, пожалуй, никто не в силах. Закрыв, за Сухо дверь, Бэкхен повернувшись наткнулся на две пары изучающих его глаз. Слегка кивнув им, он прошел к пустой кровати, которая в дальнейшим будет принадлежать ему. Парни все не переставая откровенно пялились, не решаясь заговорить с незнакомцем. — Если у вас не принято знакомиться, то мне это, пожалуй, даже на руку, но все же если знакомиться у вас не возбраняется, я- Бэкхен.- Бэк неловко переступил с ноги на ногу и опустил голову, все это было как-то абсурдно глупо, и с геометрической прогрессией стремилось превратиться в катастрофу, если бы не лупоглазый парень не кинул типичную фразу: — Кенсу, а это — Лухан, и нет, у нас не возбраняется знакомства. — Просто ты мило выглядишь. — поддержал другой парень со вздернутым носиком. — Не очень лестный комплимент для парня. — Поверь, это ты будешь слышать тут часто, это же мальчиковая школа. — Ага, когда говорят школа для парней, то подразумевают, что тут нет особ женского пола, совсем. Не-а. И для некоторых парней это становиться настоящей проблемой. — Вы имеете ввиду, что… парни…других парней? — с дрожью в голосе спросил новенький. — Это школа при церкви, так что нет, парни чаще убегают в город ради ночных развлечений, но есть и охотники за мужскими попками, чаще всего им наплевать на правила и мораль, а также церковные заповеди. Но не волнуйся, последний, кажется, выпустился в прошлом году. — проинформировал Лухан. — Почему ты здесь? — не удержался от вопроса лупоглазик. — Возникли проблемы, в шутку брат пригрозил, что отправит меня в монастырь. — По сути, ты там и оказался, ну, разве что кормят у нас повкуснее. — прыснул Лухан и повалился от смеха на Кенсу. — Этому — он показал на блондина, — лишь бы поесть, и куда в него только все вмещается. Знаешь, все его шкафы набиты либо дизайнерской одеждой, либо шоколадками и прочими сладостями. — Не верь, — стал оправдываться Лухан, — Шоколадки я храню в сейфе. — после этих слов комнату наполнил смех уже трех парней, и Бэкхен понял, что этот год он проведет в относительном спокойствии, ведь он уже, кажется, нашел новых друзей.       Первая учебная неделя пролетела чуть ли не со скоростью света, все казались дружелюбными и радушно настроенными. Не ленились и показывали дорогу до следующего класса или провожали до библиотеки. Вскоре Бэкхен полюбился всем, прослыв не только парнем с миленьким личиком, но и острым умом и прекрасным интеллектом. Академия казалась огромным домом, в котором живет огромная дружная семья, в которой почитают старших и не смеют обижать младших, этакая идиллия и гармония. И Бэк даже подумывал остаться здесь не на один, как предполагал, а на два учебных года, а скопившиеся за последнее время страхи стали отступать, и Бен уже по полной наслаждаться беззаботной жизнью, хотя иногда призраки из прошлого и навещали его.       На физкультуре, как в университете, в этой школе было распределение по желанию на любой вид спорта, и Бэкхен выбрал меньшее из всех зол — легкую атлетику. Как позже оказалось, в одном зале занимались легкоатлеты и самые настоящие гиганты — баскетболисты. Бэкхен смотрел на них с каким-то животным трепетом, так смотрит жертва королевской кобры перед неминуемой смертью. Они носились по полю словно красные вихри, их игра была жесткой и сильной, что Бэкхен на долю секунды даже залюбовался, пока от созерцания его не отвлек грубый голос, выкрикивающее не менее грубые слова: — Чертовы придурки, какого хера вы творите? Номер 5 – фол, номер 2 –фол, номер 12 — дисквалификация. Эй, парни вы обкурились? На что парни, только опустив головы, стали переговариваться между собой, и Бэкхен уловил еле слышное «капитан совсем озверел». — Если будете продолжать играть, как животные, то вон с площадки. — капитан, казалось, и не собирался останавливаться, но неожиданно спокойно добавил. — Пожалуйста, играйте с умом.       В его голосе слышалась мольба, но горящие огнем гнева глаза говорили об обратном. Если бы академию можно было бы сравнить с царством зверей, то его можно было бы назвать львом, которого остерегаются и бояться все вокруг. Даже его рыжие кудряшки, торчавшие в разные стороны, напоминали царственную гриву.       Тем временем, пока Бэкхен рассматривал «льва», рыжий с кудряшками встал в полный рост и с ненавистью вновь окинул свою команду, а затем стал медленно спускаться с трибуны. За спиной Бэка, игроки явно оживились, и он почувствовал страх, охвативший парней. «Значит не только на меня он оказывает такое впечатление. Его аура пугающая» — успел подумать Бен, когда капитан баскетболистов прошел мимо него, чуть задев плечом. — Номер 3,4 и 5 — в защиту… — Бэк? Пойдем, я познакомлю тебя с тренером. — Эй, а кто это? — Этот сумасшедший? Пак Чанель. — Лухан вскинул руки в воздух и возмущенно сводя брови к переносице. — Наш президент студ. Совета. — Славный малый — подмигнул Кенсу и взяв Бэка под локоть, повел в сторону легкоатлетов. — Баскетболисты не водят дружбы с бегунами. — Я думал, что у вас демократия. — Мы нейтрально относимся друг к другу, если ты попросишь баскетболиста оказать услугу, то он скорее всего согласится, потому что нас учат быть гуманными, но если ты захочешь подружиться с ним, то с вероятностью 99,99% он откажет тебе. У них в крови это заложено. — Немного сложно, не находите? Мы ведь не соперники, не претендуем на их блага, тогда к чему война? — Ммм, может это все из-за нашей формы? — предположил Кенсу. — Разве мы не выглядим по-гейски? — Ха, единственный, кто тут выглядит по-гейски это наш тренер. Он то зачем носит это трико? — С целью соблазнить еще больше народу в его секцию? Я не уверен, но мне кажется, что он с педофилическими наклонностями? — Бэкхен, педофилия в не закона, а мы не просто в учебном заведении, мы — в религиозной школе… — Так что это исключено, да, да. — продолжил за другом Кенсу. — Эй, разговорщики! 5 штрафных кругов. — Как вы думаете он услышал, о чем мы говорили? — Думаю, он умеет читать по губам. — Уже с отдышкой произнес Лу. — Тогда нам стоит научиться телепатии. — Улыбнулся Бен, поворачиваясь и начиная бежать лицом к друзьям. — Эй, осторожно, Бэк!       Бэкхен не успевает понять в чем дело и почему он так больно ударился головой об паркет, и в еще в большем недоумении, что его так пригвоздило к нему. — Хватит разлеживаться! — слышит вновь грубый голос из-под тяжелой туши Бен и пытается скинуть нерадивое тело, что, запутавшись в конечностях возлегает на нем. — Йая! Громила, ты же раздавишь его! — Кенсу и Лухан пытались оттащить тело, но после второй попытки прекратили мучиться. — Капитан, я, кажется, вывихнул колено. — Если ты убил мальца, то тебе придется иметь дело с их тренером. — послышались шуточки со стороны напарников.       Бэкхен почувствовал, что тело все-таки отволокли от него и сделал пробный вдох полной грудью. — Дышишь? Рад. Иначе пришлось бы раскошеливаться на венок. — Бэкхен почувствовал, что свет снова заслонили и еще больше зажмурил глаза. — Если ты сейчас не откроешь глаза, то подойдет твой тренер, и влетит всем нам, ты тоже не окажешься в сторонке. Открывай глаза и поднимайся, я осмотрю тебя на повреждения.       Бен медленно открыл глаза и резко сел, из-за чего закружилась голова, и он схватился за голову обеими руками. — Не так резко парень. — продолжал капитан баскетболистов. Чанель аккуратно взял сначала правую, потом левую ногу Бэкхена, тщательно осматривая, а затем и руки, отпустив, он стал ощупывать голову, зарываясь в мягкие волосы длинными пальцами. Бэкхен чувствовал чужое теплое дыхание, что ему не очень-то нравилось, поэтому, он убрал чужие руки, аргументируя, что с ним все в порядке. — Я на твоем месте не занимался бы сегодня. — пришел к заключению Пак. — Я сам буду решать, что стоит, а что нет мне делать. — Бэкхен, медленно поднялся и направился в сторону выхода. Чанель же смотрел на удаляющуюся спину парня с недоумение, еще никто не смел перечить ему, так как знали, что это удовольствие дорого обходиться.

***

— Ты нуждаешься в нем, Пак. — Нет, Чонин. — Ты сам это осознаешь, но пытаешься опровергнуть. — Этот пацан ничего не смыслит. — Этот пацан, самый умный в своей параллели. — Он еще не достиг нужного возраста. — Ты так говоришь, будто собираешься жениться на нем. Будь проще. — В прошлый раз, если ты конечно помнишь, все закончилось весьма печально. — Кто прошлое вспомнит, Чан, тому…. — Ты сам напросился, я не буду его в это втягивать, поищем среди сверстников, или тех, кто не новичок в этом деле. — Мы могли бы упростить себе жизнь. — Я сказал – нет. — Не будь занудой, Пак. Когда ты стал печься о людях? Всего то воспользуемся его способностями. — В случаи чего, он может оказаться под подозрением или еще хуже сдать нас всех. — Ой, все тебе преданы и не раскроют нас, ты же знаешь, все обожают тебя. — Скорее это страх. — Чанель устало потер переносицу, правая рука, и по совместительству заместитель, действовал на нервы, ну как ему объяснить, что в этот раз риск будет очень велик. — Он — легкоатлет. — кинул последний аргумент Пак. — Смотри, одни плюсы: заключим с ними перемирие, и в случаи облавы, он сможет сам смыться, даже и переживать за него не стоит. А если его и поймают, то не накажут, всем известно, что баскетболисты не водятся с бегунами. — Смерти — это не интересно. — Почему ты так пессимистично настроен? — Может потому что я видел это собственными глазами? — Не забывай, я тоже был там. — И тем не менее предлагаешь такую глупость. — Чанеля жутко бесила его настойчивость.  — Если мы не найдем никого до конца недели, то воспользуемся им. — Чонин положил сзади на плечи Пака свои ладони. — Ты ведь не отстанешь? — Время на исходе. Кто как не ты должен это понимать, друг. — Я понимаю. — Чанель обреченно вздохнул, накрывая большими ладонями руки друга.

***

— Бэк, тебе нужно кушать побольше. — Заботливо напоминает Кенсу, кладя в тарелку друга кусочек стейка. — Если съем что-то сверх нормы, то я умру на месте. — Кён, положи ему лучше салатик. — Я лучше положу еще и салатик. — и в многострадальческую тарелку Бена отправляется еще и салат. — Эээй, парни, смерти моей хотите?! — Думаю, для Кенсу это выгодно — поддакивает Лухан. — тогда он вновь будет один в комнате, все полки в шкафу вновь станут его, а я смогу, как и прежде зависать у него. — По-моему, ты и так практически живешь у нас. — подметил Бэк. — Ну, все равно, ты же рядом, а вдруг мы захотим позаниматься какими-нибудь непотребствами? — дискутировал Лу. — Фуу, парни, я думал вы нормальные. — Ты в мужской академии, очнись Бен, тут все такие. — Перестань, Лу, он правда может поверить тебе. — Кенсу смущенно улыбнулся, похлопав Бэкхена по плечу. — Буу-э, не разводите розовые сопли, вдруг мы заразимся гейскими флюидами? — послышалось от парней позади. — Сказал парень, трахающий соседа. — усмехнулся смуглый парень, и в сопровождении капитана баскетбольной команды подошёл к Бэкхену, закинув тому на плечи руку. — Не слушай их, это они бравые на людях, а так… — Пойдем, Кай, нас парни ждут. — прервал смуглого Пак. — Чонин — он протянул и взял в свою руку — руку Бена, улыбнулся. — Давно мечтал с тобой познакомится, да времени все не было. — Бен Бэкхен, и я не очень в восторге от нашего знакомства. — Бэк выдернул руку и отвернулся к друзьям. — Строптивый — заметил Чонин, удаляясь к своему столику. — Ты притягиваешь не очень приятных людей. — Подметил Кенсу. — Но эти знакомства могут хорошо сказаться на его репутации. — О чем вы? — Эти парни могут даровать тебе полную свободу и безопасность. — Пояснил Лухан. — Я думал, что и так в безопасности. — Так оно и есть, теоретически, но на практике… — Ты же знаешь, в любом обществе найдется тот, кто нарушит баланс, а уж в мужском тем более, это неизбежно. — проконстатировал невозмутимо Кенсу. — Но если они тебе будут что-то предлагать… — Откажись! — Не перебивай меня До! — Прости, Лухан. — Закроем эту тему, пошлите есть, а то опоздаем на урок. -Эй, парни, как долго мы будем тут валяться? — Лухан сморщил свой нос, поднимаясь на локтях. — Тебе не нравится? — Йа! Тебе то удобно лежать на Додо, а вот мне больновато на твоих костлявых бедрах. — Почему вы такие шумные. Еще немного, давайте еще немного насладимся тишиной и теплым солнышком. -Но мы лежим в тени! — Прямые лучи могут повредить твоей нежной кожи Лулу. -Пф, может тогда приютишь меня на своих мягоньких ляжечках? — Лухан поиграл бровями и потискал свободную ногу Кенсу. — Разве ты не знал малыш, что это место уже забито? — Бэкхен поднял голову и увидел, как только что подошедший к ним Ким Чонин лег по другую сторону от него. Тот беззаботно улыбался хмурому Кенсу, который явно не ожидал его увидеть в школьном дворе. — Видел бы ты себя, как котяра обожравшийся… — Чего-то белого! — перебил Кенсу Лухан и звонкий смех разнесся в хрустальном воздухе. — Спермотоксикоз в голову ударил? — Чонин возмущенно уставился на Лухана и обиженно выпятил нижнюю губу, на что Лухан только закатил глаза, он понимал, что бесполезно спорить с ребенком, пусть даже, если тот выглядит как супер мачо.

***

— Сегодня я начну действовать, Пак. — Чонин, дай мне еще время. — Хорошо, вечер- край. — Ты не можешь пойти на уступки даже другу, не завидую твоим врагам. — Это дело Чан, работа есть работа, прости, тут не до дружбы. — Но предать ты ведь не сможешь, и знаешь, я не спрашиваю, я в этом уверен, что бы ты не говорил, но семья у тебя на первом месте. — Наверное ты прав, хён.

***

— Осторожнее, малыш. — Высокий парень придержал влетевшего в него, в пустом коридоре, Бэка.       Бэкхен оторопело оглядывался, ему снова чудились призраки прошлого, поэтому он и не заметил, что врезался в кого-то. — Извини. — Бён поклонился и поспешил уйти, но сильная рука остановила его. — Бён Бэкхен? — Мы знакомы? — Еще пока нет, но могли бы. — Громила прижал Бэкхена к стене, преграждая пути отступления. — Это немного не разумно не находишь? Мы в стенах академии, что бы ты там не придумал, тебе не сойдет это с рук. — Такой смелый? — Из-за угла вышел парень пониже, но не менее крепкий. — Интересно будешь ли ты так же дерзить, если узнаешь, что у нас к тебе послание? — Высокий сильной хваткой вцепился в плечо Бэка, но он успел сгруппироваться, и резко выгнувшись, ударил затылком в нос обидчика. — Ах, ты мразь. — парень что пониже, поймав Бэка больно ударил того под дых. — С ней ты тоже был таким? Бэкхен резко замер от осознания услышанного, и уже было осел на пол, но две крепкие руки подхватили его не давая упасть. — Скройтесь с глаз моих! Он- мой! — Чанель не кричал, но его голос громом отдавался эхом в коридоре. — Чонин, унеси его. Кай подхватив Бэка поудобнее, быстро ретировался, он знал, что сейчас не стоит мешать Паку, иначе под горячую руку мог попасть и он сам. С одной стороны, он радовался, не пришлось самому ввязываться и марать свои руки, чтобы убедить завербовать этого парнишку, но с другой, осознавал, что тем двоим, что остались с Чанелем наедине, время подыскивать местечко на кладбище, потому что за ними уже имелся один грешок, второго раза попросту Пак не простил бы. — Потерпи еще немного, Бен. Почти пришли, маленький…       Бэкхен очнувшись, скривился из-за резкой боли, но заметил, что на него пристально смотрит пара темных глаз. — Чан, он очнулся. — Кай обратился к высокому силуэту у окна, и мило улыбнулся Бэку. — Можешь выйти? — Нет проблем, друг. — Чонин со счастливой улыбкой покинул комнату студ.совета, а его места занял президент. — Ты понимаешь, что был спасен от неминуемой гибели? – Бён, смущенно кивнул. — Тогда ты должен осознавать, что имеешь должок перед нами. — Еще один кивок. — Наверное, ты слышал о моей власти, и чем я могу тебя одарить? -Да. — Еще вчера у тебя был выбор, сегодня у тебя его нет, так что хочешь или нет, но тебе придется быть подле меня. — Звучит так, будто я подписываюсь на вечное рабство. — Фактически это так и есть. Если ты согласишься, а я повторюсь, вариантов у тебя не много, ты обязан быть преданным мне. Иначе, я даже думать не хочу, если будет иначе. — Но ты ведь совсем меня не знаешь. — Я достаточно наблюдал за тобой, я был против, но Чонин… — Так зачем я тебе? — Сначала, я должен услышать твой ответ. — Зачем ты спрашиваешь, если знаешь? — В природе существует правило: мысли, только выраженные словами, имеют ценность, для меня слово — закон.       Если ты говоришь, что сделаешь это или умрешь, и в итоге не делаешь свою работу, то знай, я имею право тебя убить. — Говоришь так, будто это действительно правда… — А ты думал мы тут в игрушки играем, м? Бен Бэкхен? — Пак насмешливо вздернул бровь и криво усмехнулся. — Ты хоть понимаешь, где ты находишься? — В комнате студ. Совета? — Попытался Бэк. — Мысли шире. — В школе для парней, с религиозным уклоном? — Это место — тюрьма для таких как мы с тобой. Ты, я — мы все преступники. Неужели ты подумал, что о твоем секрете никто не знает? Ошибаешься, милый. Это — школа интернат для богатенький трудных детишек, у всех у нас есть грешки или даже парочка за душой. — Но… — Рассчитывалось, что, поступив сюда, мы сможем покаяться и стать на путь истинный, неужели ты не знал? — Чанель все продолжал криво усмехаться, вводя в неприятное чувство Бёна. — Хочешь сказать, что все тут такие, как я? — губы Бэкхена дрожали, что сильно не понравилось Паку. — И даже хуже, но насколько я знаю, твоя история более драматичная, чем другие. — Все без исключения? — не унимался Бэк. — Ты намекаешь на своих друзей? Да, Бэк. — Чанель взял в свои руки ладони Бэкхена. — Но я не могу тебе раскрыть их вины, у нас существует конфиденциальность, если они захотят, то сами расскажут.       Бэкхен не верил ни единому паковскому слову, он не верил, что все это время его окружали одни убийцы, что вместе с ними он учился, обменивался улыбками, завтрака, обедал и ужинал, но больше всего его повергло в шок то, что его уже так полюбившиеся друзья оказались такими же, как и он сам. Был ли хоть один человек, которому он мог верить? Чунмен, конечно должен был быть одним из первых в списке, как старший брат, но будучи прежде всего верхушкой политической элиты, не мог позволить себе такую роскошь, как преступника-братца. Родителей в этом списке вообще быть не должно, иначе, отдали бы ли его в это место, будь он хоть капельку любим? Друзья? А были ли они вообще? Отношении должны строиться на доверии, в этом был убежден Бэкхен. Но не был ли он сам виноват? Не так уж и мало он сам скрывал. Стоило только появиться возможности завести обычную жизнь, познакомиться с новыми людьми, подружиться, и Бэкхен сразу же схватился за нее, не замечая фальши и бутафории. — То есть все это время я находился в ложном мире? Я придумал все это спокойствие сам, я, черт побери, сам себя вводил в заблуждение, но я же чувствовал, что есть какой-то подвох, почему я не заметил этого раньше?! — Бэк истерически взвизгнул, и Пак сильно прижал его к своей груди, громкий плач Бёна грозил перерасти в истерику.       Тем временем Кай лениво подпирал дверь с другой стороны, и услышав крик, совсем не удивился, он знал, что все так и кончится. — Он ему рассказал? — Да, Су, теперь вы с Лухном должны крепиться, он сломал вашего мальчика. — Кенсу лишь устало потер глаза, «это рано или поздно должно было случиться, » — думал он, уткнувшись в шею Кая. — Поосторожнее бы он, ему и так досталось в прошлом. — Все будет хорошо, Пак не отдаст его в обиду. — Чонин обнял парня за талию, притягивая ближе. Ему тоже не нравилось, как складываются события.