Покорение

– Макне, ну подожди! – ЁнГук чуть не падает, ведь он никак не думал, что тут так скользко, да и подошва кед не предназначена для походов на льду. ЧжунХон же спокойно катается вокруг, довольно улыбается и наблюдает за попытками старшего предотвратить четвертое сальто назад. – Давай я помогу, иначе точно сломаешь себе что–нибудь, и потом мне придется навещать тебя... – макне вещает, размахивая руками, он не замечает, что ЁнГук снова упал, не устояв на ногах. Банг хмурится и, сев, понимает: лучше бы они с ХимЧаном придумывали место для прогулки. И зачем он вообще тащил его сюда, в итоге Ким был прав, а он сидит пятой точкой на льду и осматривается вокруг, думая, до какой стены он доползет без возможности растянуться на полу в унизительной позе. – Ну вот, ты опять упал. Иди сюда, я тебя подниму! – макне протягивает к старшему руки и улыбается, блондин скептично разглядывает его и, неуклюже встав на четвереньки, пытается подняться на ноги, – О, как красиво! – младший проезжает мимо и, зацепив старосту плечом, снова роняет. – Прости, я не хотел. Иди сюда, смотри, какая красота! ЧжунХон активно размахивает руками и начинает доставать из небольшой вазы ледяные фрукты. ЁнГук с трудом подползает к нему и, встав на ноги, берет первое попавшееся произведение искусства в руки, протягивает его младшему и видит, как тот бледнеет. – Я, пожалуй, откажусь. Не хочу их разглядывать больше. Лучше я... Пойду ЁнДжэ и ХимЧана найду, вдруг мой блондин уже угробил его, – ЧжунХон делает шаг назад и как ошпаренный вылетает из зала–комнаты, староста ничего не понимает, только когда он второй рукой достает второй фрукт, видит, что это яблоки. – Твою мать, малыш, я не хотел! – выезжая "ласточкой" в коридор, ЁнГук сталкивается с младшим. Руки уже немеют от ледяных фруктов, которые из–за низкой температуры в павильоне не тают, парень упрямо сжимает их и смотрит младшему в глаза. – Я не специально яблоки вытащил. Я знаю, ты их не любишь, и тут я, ты извини меня, я хотел не так... Не хотел портить, – ЁнГук видит, что от злости и ужаса глаза младшего загораются, в ярости он тихо рычит. – С чего ты взял, что я их не люблю? Кто тебе такое сказал? – наступая на старшего тяжелыми шагами, он заставляет его пятиться к стене и буквально прятаться за небольшим ледяным постаментом со взгромождённой вазой. – Успокойся, мне ЁнДжэ сказал, и я бы никогда не сделал тебе больно и... Я даже скейты тебе отдам, – тихо шепчет старший, глядя на бледное лицо подростка. Довел. ЧжунХон медленно снимает варежки, чтобы хорошенько заехать парню, который лезет слишком глубоко в душу, туда, куда вход закрыт всем, кроме нескольких людей. – Успокойся - это теперь так называется… Банг ЁнГук, я тебя укокошу и сделаю вид, что ты поскользнулся и просто шлепнулся на лед, неудачно ударившись головой, – тихо шипит младший, смешно насупив носик. Но, оказывается, на льду не только Гук показывает «великолепные» результаты. Макне не замечает, как он теряет координацию и, поскользнувшись, всем телом падает на Банга, который хватается за него, чтобы самому не упасть. Парни больно ударяются носами, так, что старшему кажется, что у него он сломан, но теплое дыхание одноклассника согревает его и, видя ужас из–за того, что он все знает, он наклоняется и целует макне. Вцепившись в него словно в спасательный круг, хотя ЧжунХон уверен - он не круг, а спасательный столб. Он спасает от того, чтобы старший снова не спикировал на лед. *** – Они такие… – Твой макне совратил моего натурального друга… – ХимЧан, ну что ты за глупости говоришь? Они просто гуляют… – Гуляют за ручку в зале с ледяными скульптурами, которые посвящены любви. И если все так красиво, и они не пара, тогда почему мы с тобой спрятались за ледяным пингвином?! – тихо истерит ХимЧан, размахивая руками. – Лично я спрятался за павлином! – шепчет Джэ. – Вы можете потише? – ЁнГук усаживается на скамейку рядом с мелким и смотрит на двух птиц, которые «неожиданно» заговорили. ЁнДжэ вылезает из–за статуи и, пихнув пингвина–Чана, направляется к брату, который спрятал лицо в большом шарфе, а когда брат к нему подошел, хорошенько пинает его по коленке. Ю упирает руки в бока и фыркает, но младший недовольно смотрит на него и показывает язык. Джэ надувает щеки и морщит нос, макне молча размахивает руками, объясняя, понятные только брату, слова. ХимЧан и ЁнГук переглядываются, ничего не понимая: оба брата смотрят друг на друга и строят смешные рожицы, совершенно спокойно понимая друг друга. Ким садится рядом с другом и опускает голову: – Ты тоже, как это… Голубеешь, короче? – Походу да. – А кто во всем виноват? – Братья. – Вот–вот, и я о том. – Гук! – макне хватает старосту за руку и, усевшись поближе к нему, заглядывает в глаза, приподняв бровь. Банг нервно осматривается и не понимает, что нужно младшему, ЧжунХон вздыхает и, дотянувшись до Кима, закрывает ему глаза, чтобы тот не подглядывал, а сам, хватаясь за ЁнГука, с удовольствием прижимается к прохладным губам. Макне уверен, что целоваться на холоде очень здорово, главное, чтобы ЁнДжэ и ХимЧан не подглядывали. Банг обнимает младшего и, сажая его к себе на колени, решает поговорить с ним о том, что он его точно не предаст. Будет оберегать не только в школе, но и после нее. До дома, конечно, еще далеко, он только раз был в его комнате. Но заботу можно начать с простых поцелуев, не так ли? И да, надо приучать младшего к яблокам.