Постскриптум: "Пусть бог не вмешивается"

I. – Я определённо не рад… Рено высунул мордочку из сумки своей подопечной и с интересом взглянул на девушку, ожидая её предложений, касательно плана дальнейших действий. Триш никак не отреагировала на высказывание фамильяра, присела на ступеньку лестницы, ведущей к главному входу в небольшое ателье, и задумчиво уставилась на противоположную сторону улицы, притворяясь, что ей крайне интересно наблюдать за старушкой, ловко подрезавшей цветочные стебли в горшках на подоконнике. Нет, девушка вовсе не думала, что работа ей достанется вот так просто (вспомнить только, сколько сил и времени она убила на то, чтобы отвоевать своё место в рекламной компании), однако отказ хозяйки был настолько жесток и категоричен, что теперь Терри начинала сомневаться в том, что ей удастся уговорить эту женщину дать ей работу какими-либо способами в принципе. – Похоже, без Криса у меня не получится убедить её даже просто выслушать меня, – Терри недовольно нахмурила брови и прикрыла глаза, словно это могло помочь ей отогнать надвигающееся мрачное настроение. После того, как они расстались с Наклом у дома Сарто, Крис честно исполнил своё обещание и отвёл Холмс в ателье своей матери. Однако на подходе к зданию, его в срочном порядке вызвали какие-то незнакомые ребята, и он, судорожно разбрасываясь извинениями, умчался следом за ними, клятвенно пообещав вернуться как можно скорее и замолвить словечко за Триш перед мадам Сарто. Оказавшись предоставленной самой себе на неопределённый срок, ведьма решила не сидеть без дела, а попытать счастье, и отправилась на разведку, то бишь – пробные переговоры. Сокрушительный провал ждал её почти что у порога, как только Триш заикнулась о подработке. Госпожа Аделина Сарто оказалась Хозяйкой с большой буквы. Терри даже зауважала её после того, как эта женщина ответила категоричным: «Не нужно мне больше рабочих рук» – и не дала Холмс ни секунды на убедительные слова. И это притом, что в штате её ателье, по словам Криса, было всего лишь два помощника, а спрос постепенно рос. – У тебя есть ещё идеи? – Не став дожидаться просветления, спросил Рено. – Если здесь есть кофейни, то я могу попробовать устроиться официанткой… – больше для самой себя, чем для собеседника, медленно произнесла Триш, по-прежнему держа глаза закрытыми. – Но тогда придётся дополнительно искать себе жильё. А исходного капитала у нас нет. От слова «совсем». Она пожала плечами и прислонилась плечом к кованным чугунным перилам. – Да ты человек случая, как я погляжу, – со смехом фыркнул фамильяр, хотя ситуация к юмору совсем не располагала. – Случай и совпадение всегда сами сплетут путеводную нить – мне так авва всегда говорил, – согласно кивнула Терри и, наконец-то разлепив веки (от усталости её сильно клонило в сон) девушка умно подняла в верх указательный палец, попытавшись сделать такое же умное лицо. – Он учил ориентироваться по ситуации, а не пытаться продумать всё на несколько ходов вперёд, если мозгов для этого недостаточно. Мимо них промчалась машина, очень смутно похожая на ту, на которой их привёз сюда Накл, и, едва не сбив какого-то мужчину, быстро умчалась вниз по улице, скрывшись за углом. Девушка неловко заулыбалась: времена меняются, а лихие водители нет. – … Это как раз мой случай, – беспечно добавила она. – Поэтому мне ничего другого, в общем-то, и не остаётся. – Да уж, я заметил, – беззлобно откликнулся Рено, совершенно не ставя себе цели обидеть или задеть ведьму своими словами. Безобидная констатация факта, да и только. – И всё же оптимизма тебе не занимать. Холмс промолчала, не став упоминать о том, как не так давно она, совершенно несдержанно и даже истерически-невменяемо, повела себя, стоило лишь в полной мере осознать, где, с кем, и в каком времени оказалась. – Есть такое, – очень убедительно соврала колдунья, пряча свою депрессивную и унылую ипостась. А затем, то ли чтобы отвлечь внимание, то ли просто от неудержимой радости, она резко подскочила на месте и, вытянувшись в струнку, подняла обе руки над головой, приветственно размахивая идущему вдалеке. – Смотри, смотри! Крис вернулся! «Уж теперь-то мадам Аделина не устоит». Так Терри думала ровно до тех пор, пока не услышала из уст этой женщины очередной отказ и категоричную просьбу не шантажировать её и её сына. Чем Триш, к своему не-стыду, действительно грешила. Повторные переговоры растянулись на целый час. Даже спокойный Рено после этого возмутился, хотя все слова синьоры были правдивы от первого и до последнего. – Вот же старая кар… – Рено! Ведьма, недовольная грубостью фамильяра, шёпотом одёрнула его и бегло приказала даже носа не показывать из сумки, пока отвлечённые активной дискуссией мать и сын не заметили его и не выгнали их обоих взашей. – Матушка, отец недоволен тем, что ты с утра до ночи пропадаешь в ателье и не бываешь дома, – пытался спокойно привести весомые аргументы Кристиано, однако упрямое молчание со стороны Аделины заставило его повысить голос: – Вы теперь даже общаетесь через письма! А что будет дальше? Почтовые голуби? И ты будешь возвращаться домой только по праздникам? Ладно я и Антон, мы, как старшие сыновья, уже не нуждаемся в вашем внимании. Но как быть с Марией, Люсиль и Генри? Им совсем мало лет! Следившая за однобоким монологом юноши Триш окончательно растерялась. Она даже не знала, кого в этой ситуации жалеть – детей, которые (если, опять же, верить словам Криса) видели свою родительницу реже, чем им полагалось, или же несчастного мужа, у которого огонь страсти потух и обернулся ледяной глыбой в связи с тем, что женщина, на которой он женился, оказалась безнадёжно трудоголичкой. – Говорю тебе – Марция и Карлос не справляются. Найми ты, в конце концов, ещё одного помощника! Зажмурившись, словно последняя фраза, сказанная чересчур повышенным тоном (у Накла научился, что ли?), прилично оглушила её, Триш решила, что вот он – её звёздный час, и, собрав волю в кулак, шагнула на линию обстрела, то бишь – втиснулась аккурат между бушевавшими родственниками. – Ну-ну, Крис, спокойно. Не стоит кричать на свою матушку, – миролюбиво улыбаясь, она по-свойски похлопала его по плечу и повернулась лицом к изумлённой и обиженной громкими заявлениями сына мадам Аделине. – Синьора, пока что, из сказанного вами, я услышала только то, что основная проблема заключается в деньгах, которые вы не можете позволить себе выплачивать ещё одному работнику. Поджав красивые накрашенные губы, женщина придала своему лицу невозмутимость, с коей встретила нежданных гостей, и, деловито поправив шляпку на своей голове, негромко прокашлялась и поведала: – Так как здесь работают ещё двое людей, а ателье известно лишь в малых кругах, несмотря на количество работы, которое мы выполняем, я не могу платить полную ставку ещё одному работнику. Кристиано прав – наше ателье нуждается в ещё одном подмастерье, однако найти работника, который согласится на маленькую зарплату, не так просто. Холмс победоносно улыбнулась: это было именно то, что она хотела услышать. – Что ж, вы нашли меня, мадам, – довольно и крайне жизнерадостно изрекла она, стараясь выглядеть максимально вежливой и обходительной. – Пока ваше ателье не окупится полностью, я согласна работать за полставки, если вы разрешите мне жить здесь. Этот дом ведь рассчитан на то, что в нём будут не только работать, но и жить, верно? Она демонстративно обвела взглядом комнату, в которой они находились. Это была очень просторная, светлая гостиная с большими окнами, в центре которой, окружённый ширмой, стоял небольшой квадратный подиум для примерок. У стены, к которой был плотно прислонён письменный стол, рядом с аккуратно составленными коробками с тканями и швейными принадлежностями, находились и вешалки. А с противоположной стороны в ряд стояли одноногие деревянные манекены без одежды. На стенах были развешаны картины с разнообразными пейзажами, однако над столом, вместо какой-нибудь картины, к обоям были булавками прикреплены наброски будущей одежды: цветные и чёрно-белые. Когда они шли сюда по узкому коридору, одна из дверей оказалась немного приоткрыта, и Триш смогла разглядеть в помещении, скрывавшимся за ней, кухню, где возилась молоденькая девушка, которая, по всей видимости, и была второй помощницей – Марцией. Во взгляде женщины промелькнуло нечто, похожее на интерес, однако он тут же был неумолимо погашен ей самой. – К сожалению, синьорина, я не могу взять первого попавшегося на работу. Наше ателье – это очень важное заведение. За малейший промах мы можем потерять накопившийся процент доверия и репутацию, а значит – деньги, – сухо произнесла Аделина. – Мадам, уверяю вас, я не подведу, – Холмс уверенно извлекла из сумки изрядно измявшиеся вещи в которые была облачена не так давно, и, развернув их, продемонстрировала хозяйке. – Можете взглянуть – это моя работа. Несмотря на то, что она не врала, это был самый крайний и очень… невероятно «очень» запасной вариант, которым пользоваться Терри не хотела до последнего, однако, в виду непоколебимости и суровости госпожи Сарто, ей пришлось переступить через себя и прибегнуть к нему. – Шила сама? – Заинтересованно переспросила Аделина и сделала несколько шагов вперёд, от чего каблуки её туфель тяжело застучали по полу, а ткань роскошного (несомненно самодельного) платья непривычно громко зашуршала. Неприязненно фыркнув от того, насколько непотребным был вид вещей (или от того, каким образом Триш носила их в своей сумке), женщина всё же осмотрела их со всех сторон: пощупала ткань, проверила швы, придирчиво осмотрела фасон, и надолго задумалась, не отводя взгляда от показанной одежды. Было видно, что её насторожила и смутила длина и крой юбки, однако мадам, как показалось Терри, очень старалась судить объективно, поэтому никак не комментировала это. – Что ж… если ты не врёшь, то кое-какие навыки определённо имеешь, – медленно, почти на выходе, наконец-то сказала синьора Сарто. – Возможно, ты будешь даже умелее, чем Карлос… но я не могу нанять тебя, не испытав. – Испытательный срок меня не пугает, – Триш улыбнулась, почувствовав, как фамильяр в сумке немного повозился. – Тогда, присядь здесь, – женщина указала ладонью на небольшой диван, приставленный к окну. – Я попрошу Марцию сделать для тебя чай. А с тобой, – она повернулась к сыну. – Я поговорю позже. Пока что помоги Карлосу. Он в мастерской на втором этаже. Кристиано пробурчал нечто, в роде: «может, хоть теперь мы будем видеться чаще, чем два раза в месяц» – и, возмущённо топая, отправился к выходу из гостиной. Под пристальным взглядом хозяйки, Терри, оставшись без стимула к своей уверенности, убрала юбку и блузку в сумку, несмело прошла по указанному маршруту и присела, скромно положив ладони на колени. Ещё раз осмотрев незапланированную гостью, Аделина пожала плечами, не уловив мотива к резкой смене её уверенного настроя, и вышла вслед за сыном. – Ты придавила меня! – Громко зашептал Рено, выпутавшись из свёртка, который на него кинула Триш, и высунув голову. – Прости, я занервничала, – на выдохе ответила ему девушка и, расслабив плечи, позволила себе некрасиво ссутулиться. – Ну, как думаешь, всё прошло удачно? – Ты молодец, – не поскупился на похвалу фамильяр. – Было бы чу́дно, чтобы твоё испытание прошло ещё лучше. Ты ведь не соврала, что сама шила? Девушка отрицательно качнула головой. – Нашла пример выкройки в интер… – резко обрубив себя на полуслове, осознав, что выдаст себя с головой, если будет так неосторожна в словах, Триш притворилась, будто немного закашлялась. – … Не бери в голову. Нашла в ателье моей знакомой и сделала по её подобию. Ткань не очень дорого сто́ит, да и выбирать долго не надо. Сама могу сделать, как хочу. Захочу – бисер пришью или рюши, а можно и кружева. Это очень практично. Одобрительно покивав головой, хорёк с облегчением сказал: – И всё-таки, я рад, что мне в подопечные определили именно тебя. – Мы знакомы всего-ничего, а ты заявляешь, что я тебе нравлюсь? – Ну... ты очень странная, и мне это жутко интересно: своим колдовством налево и направо не разбрасываешься, не бахвалишься тем, что ведьма, к тому же, сумела расположить к себе Главу и заткнула за пояс этого противного Витто… Знала бы ты, как он в своё время насолил мне! А ведь я фамильяром предыдущего Главы был! – … Что? Триш замерла, ошеломленно хлопая глазами. Последняя фраза, брошенная в пылу эмоций, явно не была каким-то супер-хранимым секретом, однако сам факт того, что ей – безродной, появившейся под непонятными обстоятельствами – дали в фамильяры кого-то настолько значимого, стало просто поразительной новостью. Хорёк неоднозначно повёл носом и скрылся в недрах сумки, игнорируя очевидное желание Холмс задать её вопросы. В комнате вновь появилась мадам Аделина и Терри, тут же выпрямив спину, притворилась, словно ни с кем не разговаривала и просто рассматривала интерьер. Женщина несла в руках поднос, на котором стояла небольшая корзинка с печеньем и две чашки ароматного чая. – Итак, я не собираюсь тебя мучить и превращать в Золушку, – более мягко, нежели раньше, поведала синьора Сарто, поставив поднос на кофейный столик перед диваном, и присев рядом с гостьей. – Поэтому можете расслабиться, Патрисия. – Мадам, прошу, можно на «ты», и зовите меня Триш, – неуверенно предложила девушка и, медленно вдохнув успокаивающий аромат чёрного байхового чая, сделала маленький глоток, чтобы не обжечь язык. – Тогда, я прошу прощения за свою недавнюю грубость, Триш. Что ж, уже одно признание собственной ошибки было достойно похвалы, поэтому Холмс смогла лишь уважительно улыбнуться. – Видишь ли, в нашем ателье заказывает платья дочь принца, синьорина Елена… Почему-то, захотелось волком взвыть от безысходности и биться головой об стену. И здесь Вонгола замешана. Надо же, опять! Снова! Нет, было бы совершенно глупо и наивно полагать, что в городе, который находится под полным покровительством этой организации, будут редко упоминать её, однако ведьму уже порядком трясло от того, насколько часто она сталкивалась с участниками этого подобия секты поклонения Великому и Неотразимому Примо – ярому борцу за свободу и справедливость. Не бывает таких частых совпадений! Ну не бывает! Есть ли вообще двери, которые были бы закрыты для этой семьи? – … Не так давно синьорина Елена сделала очередной заказ, однако в этот раз предоставила нам полную свободу действий. Можешь ли ты сделать парочку набросков для её платья? Триш вопросительно выгнула бровь. Когда дело касалось работы, она предпочитала отодвигать все свои замашки на задний план, поэтому засунула свою неуверенность куда подальше. Для того, чтобы делать наброски, нужно знать хотя бы примерные параметры и внешние данные заказчика. Иначе как узнать, какой фасон ему больше подойдёт? Откуда у синьоры Аделины была такая уверенность в том, что Холмс знала Елену в лицо? – Вы ведь знакомая синьора Накла? Думаю, что вы не раз виделись с этой чудесной женщиной, – улыбнулась мадам Сарто. Ах. Ну, да. Вонгола ведь. Все про всех знают. Но Триш не была намерена так легко сдаваться. Она глубоко вдохнула и, оживлённо улыбнувшись, воодушевлённо спросила: – Надеюсь, вы одолжите мне одну из ваших мастерских? Ночка выдалась весёлой. II. Терри пришлось попросить мадам не разглашать личность человека, сделавшего наброски. На вопрос подоспевшей утром Елены о том, кто являлся автором пяти рисунков, существенно выделявшихся из общей гаммы предложенных нарядов, мадам Аделине пришлось ответить, что новый работник пожелал остаться инкогнито. Холмс, наблюдавшая за ними из коридора (конспирация, конечно, была никудышная, однако заказчица не заметила слежки), правильно расценила эти слова, как согласие о принятии на работу. Дочь принца с искренним усердием и муками трудного выбора рассматривала каждый вариант платья и в конечном итоге забрала несколько набросков Терри с предложениями наиболее выгодных цветовых расцветок (плевать с высокой колокольни Триш хотела на здешний хит сезона – все оттенки осени!), после чего умчалась быстрее ветра, клятвенно пообещав подключить всех друзей своего жениха, чтобы те выбрали для неё подходящий наряд. – Поздравляю. Ты хорошо поработала, – вежливо улыбнувшись, сказала Аделина, стоило им с Триш остаться наедине. – Позже я познакомлю тебя с Карлосом и Марцией, а пока что, отдохни и выспись хорошенько. Не стоило себя так загонять, я ведь говорила, что мы можем показать твои наброски через несколько дней. Я слышала, как ты всю ночь металась из угла в угол и что-то бурчала. Девушка отвела взгляд в сторону. Вообще-то, она говорила с Рено, однако мадам об этом знать было совершенно не обязательно. Лучше пусть думает, что у Терри не всё в порядке с головой, чем выгонит её на улицу из-за того, что с животными жить в квартире запрещено. – Благодарю, – она с уважением склонила голову. – Следуй за мной, я покажу тебе твою комнату. Не выпускавшая всё это время сумку из рук, колдунья переглянулась с выглянувшим из неё Рено и, пока синьора Сарто не видела, зажмурилась, закрыв рот ладонью, чтобы не закричать от восторга. Значит, драгоценные часы сна, потраченные на вспоминание наиболее выгодных сочетаний цветов и изучение местной моды без помощи интернета, были потеряны не просто так. Комната была расположена на первом этаже, в конце узкого коридора. По соседству жила та самая, пока ещё незнакомая для Триш Марция, а напротив неё, как рассказала, мадам Аделина, располагались покои Карлоса. Помещение было совсем небольшим, оно даже больше походило на кладовую, в которой могла уместиться лишь кровать и небольшой письменный стол со стулом, однако Терри никогда не была столь привередлива, чтобы жаловаться. В конце концов у неё появилась работа, крыша над головой и собственная постель, а это – уже немалое достижение для человека, оказавшегося в такой ситуации. Девушка внимательно осмотрела каждый уголок комнаты и с удивлением отметила полнейшее отсутствие какой-либо грязи. Даже воздух здесь был свежий и совсем не затхлый и спёртый. В ответ на искренне изумлённый взгляд, Аделина благодушно улыбнулась и пояснила: – Несмотря на то, что здесь никто не жил, мы всё равно убирались и меняли бельё, поэтому можешь не волноваться. Однако в дальнейшем домашние обязанности: уборку, готовку, стирку и прочее, все жильцы делят пополам. – Я приму это к сведению, мадам, – обрадованная тем, что достигла своей первой маленькой цели, Триш согласно кивнула головой и присела на край кровати, обнаружив, что та, несмотря на свой внешний вид, оказалась достаточно удобной (хотя, конечно же, с её постелью с ортопедическим матрасом не сравнится ничто). – Рада это слышать, – удовлетворённо отозвалась синьора Сарто. – В таком случае отдыхай. Она развернулась, чтобы покинуть комнату, однако в последний момент, перед тем, как закрыть за собой дверь, приостановилась и, повернув голову, улыбнулась более оживлённо, нежели раньше. Девушка невольно поразилась, насколько приятной и искренней была эта улыбка. – … Добро пожаловать в моё ателье, Триш, – сказала она. А затем плотно прикрыла за собой дверь, оставив новую работницу в одиночестве. Комната наполнилась безмолвной тишиной, и девушка наконец-то почувствовала, что может расслабиться. Она сняла с ног ботинки, аккуратно поставив их под кровать, положила сумку рядом с собой и разрешила Рено вылезти, чтобы размять лапы. – И всё-таки, какая же скупая она – эта хозяйка, – лениво пробубнил фамильяр. – Могла бы что-нибудь просторнее предложить. Та мастерская, в которой ты работала – и та больше, чем эта норка. – Ну-ка, не жалуйся, – пожурила Терри Рено, несильно щёлкнув его по розовому носу. – Может быть и норка, зато нам, по крайней мере, есть, где жить. Она зажмурилась и широко зевнула, прикрыв рот ладонью. Рено не мог не заметить её осоловелый взгляд и вымученную улыбку. Он и сам довольно сильно устал, поскольку упрямо не желал спать, пока его подопечная не закончит свою работу, поэтому сейчас мог лишь оставить все невысказанные мысли и предположения на потом. – Делай, как велела эта мадам Сарто – ложись и отдыхай, – он опустил переднюю лапку на подушку. – Я хочу с тобой побеседовать, но только после того, как ты отдохнёшь. Из-за усталости и эмоциональной перегрузки, Триш предпочла не замечать весьма серьёзного настроя фамильяра и просто послушно устроилась в постели. Она оставила немного места для Рено на подушке, однако хорёк пристроился под её боком и, свернувшись в маленький калачик, тут же засопел. Молодая колдунья прикрыла улыбку ладонью, а затем положила её на мягкую спинку фамильяра и тоже забылась крепким сном. Вот только спать ей пришлось совсем недолго. Триш очнулась и поняла, что место, где она открыла глаза, радикально отличалось от того, где она уснула. Заслонив рукой лицо от яркого света, излучаемого неизвестно чем, ведьма приподнялась на локте, стараясь понять, как оказалась в этом зале. Мраморная плитка, коей был вымощен пол под ней, отдавала пугающе реальной прохладой, словно этот сон вовсе не был видением. Помещение было огорожено огромными колоннами, которые упирались в белый мраморный потолок. За пределами этих колонн не было ничего. Просто одно огромное пространство. – … Добро пожаловать, дитя, – странное, блуждающее эхо женского голоса, отразившись от несуществующих стен, разнеслось по всему залу. – Я буду выглядеть очень бескультурно, если не отвечу на приветствие и сразу же спрошу, кто вы? – Любезно поинтересовалась Терри, так необычно и противоречиво не ощущая былой усталости (но даже наоборот – Холмс была бодра, как никогда прежде). – Меня весьма удивляет, что ты не думаешь, будто это просто сон. Ведьма встала на ноги и, осмотревшись вокруг ещё раз, пожала плечами. – Я буквально несколько суток назад оказалась в прошлом – перенеслась примерно на сто лет назад, как раз во времена основания самой крупной мафиозной группировки в мире, – она положила обе руки на пояс. – Вы сами, как думаете, у меня есть все основания полагать, что происходящее здесь и сейчас – действительно сон? Незнакомый голос звонко расхохотался в ответ. – Признаю своё поражение. – … Вот и славно. Ну, так мне позволено узнать, кто вы? Терри, с опаской оглядываясь по сторонам, прошлась по всему периметру зала, отмечая про себя, что он имел идеально круглую форму, а едва стоило обернуться назад, как в паре шагов от неё оказалась высокая (несомненно женская) фигура в белоснежном плаще. – Вы, люди, называете меня судьбой, фатумом, долей, роком… много как на самом деле. Но многие предпочитают называть меня и моих сестёр Мойрами. В общей сложности, мы те – кто отправили тебя в это время. – Только не говори мне, что вам скучно стало нити судеб плести и вы решили таким образом развлечься. Потому что мне вот, ничерта не смешно! – Тут же ощетинилась Триш. – Вовсе нет. – Тогда что? – Холмс высокое актёрское искусство не оценила: она продолжила прожигать ненавистным взглядом эту безликую. – Наш босс… Ну, вы его ещё называете Богом… в общем, он немного напортачил с прогнозированием, и мы неправильно сплели одну нить судьбы. Драматическая пауза затянулась надолго. Триш многое в жизни повидала, несмотря на свой молодой возраст. Но, чтобы Всевышний, который имеет так много воплощений и на которого молится 90% людского населения всей земли, «напортачил»? У богов тоже, что ли, бывают неудачные дни?