Подарок

Pov Кёи Мягкие губы манили. Оторваться от них невозможно. С каждым новым поцелуем контролировать себя становилось все сложнее. Мое травоядное. Никому не отдам. Наивное и невинное, но такое теплое и родное. Мое. Пусть привыкает, теперь никуда от меня не денется. Особенно после своего признания. От осознания того, что по телу прошла очередная волна тепла и возбуждения. С огромным трудом оторвавшись от манящих губ, я прижал это чудо к себе. И вовремя. Я всем телом ощущал, как Савада мелко дрожит и тяжело дышит. Видимо такие поцелуи для него впервые. Отыгрываясь за то, что травоядное не смогло признаться сразу, спросил. — Савада, ты что, никогда не целовался? Вместо ответа он еще сильнее прижался. — Травоядное? — отчего-то ответ стал мне очень важен. Мне нестерпимо захотелось посмотреть на него. Немного отодвинув его от себя, вопросительно посмотрел, ожидая ответа на свой вопрос. — Нет, — еле слышно ответил Цунаеши, отводя глаза и густо краснея. — Тогда я знаю, чем мы займемся в ближайшее время,— с многообещающей ухмылкой сказал я, притягивая это чудо к себе. -Химмм..м Похоже, я нашел прекрасный способ затыкать это травоядное. Осторожным собственническим движением, я запустил руку в волосы Цунаеши (Прогресс! Он называет его по имени!( Событие века! — ком. беты)). Они оказались мягче, чем казались. Легко проходя сквозь пальцы, они ласкали кожу. Кончиками пальцев я надавил на кожу Цунаеши, чем вызвал довольный стон последнего. Мне захотелось прижать его еще сильнее,но вторая рука оказалась занята коробкой с ягодами. Я уже хотел бросить ее на пол, когда рука травоядного перехватила ее. — Похоже,тебе эта коробка для чего-то нужна. Я не мог отказать себе в удовольствии немного подразнить Цунаеши. Вместо ответа он прижал коробку к себе и как-то обиженно посмотрел на меня. Черт! Он же говорил, что она для меня. — Травоядное, я не люблю сладкое, — от злости на самого себя я стал говорить с ним как раньше. Недовольно поджав губы, Савада неопределенно пожал плечами. — Тогда я сам это съем. И он демонстративно уселся на диван, положив коробку к себе на колени. Неожиданно мне стало смешно. Ведем себя как ребёнок. Сам, конечно, виноват, что обидел свое чудо. Только поэтому я ему сейчас прощу такое обращение со мной. В следующий раз ему так просто не отделаться. Изобью, нет, затрахаю до смерти. Решив все для себя, я стал следить за дальнейшими действиями моей «жертвы», которая уже держала одну из ягод у себя в руке. *** Автор) Видя, что внимание Хибари снова направлено на него, Цуна продолжил свой концерт. Он сам не понимал, почему его так задели слова Кеи. Теперь уже поздно отступать. Хорошо хоть Хибари ничего не делает. С него станется откамиркосить Цуну за такое обращение. Нервно крутя ягоду в пальцах, Цуна думал, что ему делать дальше. Какое-то время прошло в размышлениях (точнее в сумбурных мыслях). Цуна уже почти сдался, когда его голову посетила шальная идея. Она была настолько нереальной, но такой притягательной. Если ничего не получится, то Хибари разозлится. А если получится… Не дав себе времени подумать, как следует, Цуна осторожно и медленно поднес ягоду к губам. Прикрыв глаза (иначе ничего не получится), Цуна глубоко вздохнул. Нос сразу защекотало от запаха клубники, смешанного со сладким ароматом начинки. Цуна непроизвольно облизал распухшие от поцелуев губы. Это должно быть очень вкусно. Только вот ягода все еще холодная. Цуна решил согреть ягоду своим дыханием(и не только ягоду. Все быстро вспомнили про Хибари, который смотрит за всем этим безобразием( Я аж воспылала! (с)). Постепенно ягода стала теплее. Чуть приоткрыв глаза, Цуна посмотрел на плоды рук своих. Клубника, которая и раньше была влажной, теперь была покрыта крупными каплями воды, которые сверкали в свете ламп. Не придумав ничего лучше, Цуна осторожно облизал ягоду, чтобы убрать капли. Осторожно, потому что у клубники не было ножки и держать ее приходилось не за нее, а пальцами. Немного прихватив ягоду губами, Цуна поменял руку, которой ее держал. Выпустив ягоду на волю (снова взяв ее в руку) Цуна стал облизывать пальцы освободившейся руки, т. к. были в соке. Поиграв так с клубникой еще немного, Цуна решил, наконец, ее съесть. Положив ягоду в рот, он облизал вновь выступивший сок сначала с губ, а потом и с пальцев. Только заканчивая вылизывать последний палец, Цуна вспомнил, что не один. *** Pov Кёи Я, затаив дыхание, смотрел за теми безобразиями, что вытворял этот мелкий чертенок. Он как будто специально дразнил меня(Мстя такая мстя — ком.беты). Когда прикрыл глаза, что выделило на его лице губы; когда поднес к ним ягоду, заставляя вспомнить вкус этих манящих губ; когда стал дышать на клубнику, причем, так что в штанах стало тесно. Мне уже тогда стоило большого труда удержаться на месте и не наброситься на травоядное. Сам же потом жалеть буду, если сейчас что-нибудь сделаю. Почти стопроцентно уверен, что Савада не простит причиненной ему боли. Он будет все так же улыбаться, говорить, ходить, дышать, но это будет уже другой он. Без души, без того внутреннего тепла, которое собрало всех нас вместе. Хоть я и ненавижу собираться в стаю, но тут особый случай. Чтобы защитить это травоядно каждый из нас мирится с существованием других. Как бы мы не относились, друг к другу ради нашего Неба мы станем едины. (блин что я пишу( всё нормально.)). До сих пор с содроганием вспоминаю, как очутился в будущем. Самое большое потрясение было даже не от битвы с Генкши, и даже не тогда когда я узнал, почему мы в будущем. А когда узнал, какой ценой мы здесь. Сама мысль о смерти Савады казалась абсурдной. С тех пор как мы вернулись, каждый из нас делает все, чтобы Савада жил. Мы не можем потерять наше Небо. Слегка успокоившись, я снова посмотрел на Цунаеши. Это травоядное… Оно сейчас доиграется! Зачем он стал облизывать клубнику, а потом и пальцы? Он что, не понимает, как это выглядит со стороны? Я сглотнул. Надо взять себя в руки. Сколько еще будет продолжаться эта пытка? Я смотрел, как Савада раз за разом повторяет свои действия. То, что я видел, заводило меня не на шутку. Дышать становилось все тяжелее. Савада вовремя прекратил свое издевательство. Еще немного и я бы сорвался. Рано я радовался. Стоило мне только перевести дух, как Савада положил клубнику к себе в рот и облизал губы. Не в силах больше терпеть эту пытку я наклонился вперед и впился в столь манящие губы травоядного. Пользуясь его замешательством, проник языком ему в рот. Губы Савады были липкими и сладкими от ягодного сока. Пожалуй, одну сладость я все же полюблю. Стоило мне начать двигать губами, как я тут же получил ответ. Это ягода у травоядного во рту очень мешалась. Стараясь от нее избавиться, я прижал ее к верхнему небу Савады. Как только я это сделал, клубника стала раздавливаться, и из нее потекло что-то странное. Сначала я почувствовал сливки, затем шоколад и ванильное мороженное. Через некоторое время все это смешалось, и к этому всему добавился и клубничный сок. Невероятное сочетание. Очень похоже на самого Саваду. Такое же многообразное, неповторимое и сладко-необыкновенное. Никогда прежде не встречал такого. Опустившись на диван, я пересадил увлеченно целующегося Цунаеши к себе на колени. Запустил одну руку ему в волосы, чтобы массировать чувствительную кожу, а другую под рубашку, чтобы погладить мягкую кожу. А кожа у него действительно оказалась мягкой и нежной. Как шелк. Довольно улыбнувшись, я стал водить рукой по его телу, очертил позвонки, провел по ребрам, погладил бока. Довольно отмечая, как начинает дрожать его тело в моих руках. — Если есть сладости так, то я согласен, — сказал я, когда отстранился от Цунаеши, чтобы дать тому отдышаться. — Ты же не любишь сладкое, — снова краснея, ответил Савада. — Пожалуй, одну сладость я все же полюблю. И это будешь ты, — не дав ему нечего возразить, положил ягоду в рот и снова поцеловал. Не встречая со стороны Цунаеши никакого сопротивления. *** Pov Тсуны — Ну, вот у меня теперь губы опухли, — я осторожно прикоснулся к покрасневшим губам. — Сам виноват, травоядное. Не надо было так играться с ягодой, — Хибари оставался невозмутим. Казалось он даже рад видеть меня таким. Ну да, ведь это его рук (а точнее губ) дело. — Ты же ее есть не хотел, — я осторожно подвинулся, заглядывая в глаза грозы Намимори. Мы все так же сидели на диване у Кеи в кабинете. Съев в поцелуях всю приготовленную мною коробку клубники, Кея не захотел выпускать меня из кольца своих рук. Пришлось смериться и сидеть у него на коленях. Меня такое положение дел очень даже устраивало, но так же сильно смущало. Еще недавно я не знал, как подойти к Кее, а сейчас не могу от него уйти. Меня не отпускают. Сегодня замечательный день. Так и не дождавшись ответа на свою реплику, положил голову Кее на плечо. И почему он такой немногословный? Хмыкнув, Хибари провел кончиками пальцев по позвонкам у меня на шее. От неожиданности я вздрогнул. Прикосновение повторилось. Я улыбнулся, пряча лицо у Кеи на груди. Мне хотелось мурчать от удовольствия. Шея у меня очень чувствительное место. Прикосновения Хибари очень нежные и легкие. Как же приятно! — Кея!— я подскочил и обиженно посмотрел на хранителя. — Кусаться-то зачем? Не обращая внимания на мое недовольство, Хибари ,наклонил голову, опять прикусил мочку уха. Я снова вздрогнул. Больно! И тут же почувствовал, как боль прошла, а через секунду ноющей кожи коснулся кончик языка Кеи. Он аккуратно зализывал получившеюся ранку. Я довольно прикрыл глаза. Нельзя было так сразу? Хотя стоит признать, так намного приятней. Ощущения острее. Еще и поглаживания возобновились. Шумно выдохнув, я сильнее прижался в Хибари. Похоже, теперь он играет со мной. Меня уже начинает бить мелкая дрожь. Кажется, поцелуями я сегодня не отделаюсь. Даже сквозь одежду чувствую насколько возбужден Кея. Я его, конечно, люблю, но не думал, что все произойдет так быстро. Ах! Как же это приятно. И думать все тяжелее. В голове какой-то туман. (Хе-хе-хе) Особенно после того, как вторая рука Кеи начала поглаживать спину. Сначала через футболку, а сейчас оголенную кожу. Еще и в районе живота, все чаще залезая под ремень брюк. В очередной раз выдохнув (это притом что я и так уже тяжело дышу), я уткнулся носом с ключицу Хибари. Почему один я должен терпеть? Приоткрыв рот, я стал дышать ему на оголенную кожу. С удовольствием отмечая, как она стала покрываться мурашками, а дыхание Кеи стало сбиваться. Я уже хотел прикоснуться к его коже языком, когда меня сдернули с колен и повалили на диван. Нависнув сверху, меня поцеловали. Глубоко, страстно и неистово. Не оставляя ни малейшего шанса на отступление. Наконец-то! Протяжно застонав, я обвил шею Кеи, запуская пальцы в его шелковистые волосы и, всем телом, прижался к нему. -Чаоссу! Резко оторвавшись друг от друга, парни замерли. — Чем ты тут занимаешься, глупый ученик? – Реборн с нескрываемым интересом смотрел за парочкой. Разняв свои объятия, мы с Хибари сели. Я всей кожей ощущал убийственную ауру, исходящую от хранителя. Однако Реборну хоть бы хны. Или он просто делал вид, что не замечает. А я не знал, куда себя деть от смущения. Быть вот так застуканными, Реборн теперь от меня не отстанет. Сколько же подколов от него будет! Эх. Еще и неизвестно, как себя будет вести Хибари. Наедине может и как сейчас, а вот при всех? И почему мне так не везет? Все ведь так хорошо начиналось. — Малыш ты пришел подраться? – Хибари решил хоть как-то выплеснуть накопившееся раздражение. — Не в этот раз Хибари,— и уже обращаясь ко мне. – Мне еще долго тебя ждать Бесполезный Цуна? Ты не забыл что у тебя сегодня тренировка? У меня ужасно нехорошее предчувствие. — Н-нет. — Тогда вперед. Жду тебя у ворот. Кивнув на прощание Хибари, Реборн скрылся в одном из своих тайных ходов. Мне же осталось только вздыхать. В умении Реборна делать гадости я не сомневаюсь. — Травоядное, ты еще здесь? Я покосился на вновь ставшего угрожающим Хибари. — Уже иду. Мне стало немножко обидно. За что он так со мной? Нет, я, конечно, понимаю, что таким образом он пытается обезопасить меня. Причем от самого же себя. Не уверен что он сможет сдержаться после того что произошло. Меня тоже еще трясет и хочется продолжить. Как можно аккуратней встав, я собрал свои вещи и уже собирался уходить, когда почувствовал что что-то не так. Обернувшись, я встретил пристальный взгляд Хибари. Он будто пытался что-то понять. Не понимая, зачем и почему это делаю, я приблизился в Кее и, привстав, легко коснулся его губ своими. — До завтра. И быстро покинул его кабинет. Пока я шел по школе, румянец не сходил с моего лица. Мама, что же я наделал! — Опаздываешь Цуна!— Я упал на землю от приветственного пинка Реборна. — Ай! Реборн, за что?! – вот так всегда. — Сегодня я решил дать тебе выходной, — привычным движением надвинув шляпу на глаза, усмехнулся Реборн. Ой. Что-то у меня не очень хорошее предчувствие. Мы медленно пошли в сторону дома. Этот Реборн! Не мог он подождать со своим появлением? Испортил такой момент. Теперь я не знаю, что от него ожидать. Как он отреагирует на наши отношения с Хибари? Ведь Вонголе нужен наследник. Я последний в ком течет кровь Вонголы. Правда мои родители еще молоды и может, заведут еще одного ребенка, но вряд ли. Надо мной этот вопрос еще не стоит. Пока что. В скором времени придется об этом задуматься. Уверен, у Реборна уже есть кандидатуры мне в жены. Раньше я хотел повести всю жизнь вместе с Киоко, но теперь… После нашего путешествия в будущее и битвы с Бьякураном я не могу так рисковать. Чем дальше девочки от меня, тем им безопасней. Обидно конечно, но так для них будет лучше. А я, Киока мне нравится по-прежнему. Правда, уже не так. Она красивая и добрая, каждый был бы рад, будь у него такая девушка. Каждый, но не я. Кто-то когда-то сказал, что первая любовь прекрасна и удивительна, только вот чаще всего безответна. И этот кто-то прав. Киока общается со мной только как с другом. Как бы она не старалась это скрыть. Мне этого достаточно. Теперь у меня есть ребята. Моя жизнь никогда не станет такой как прежде. Но как бы мне хотелось пожить хотя бы немножко без битв, конфликтов и тренировок. Как обычный человек. Увы, Реборн так просто не отстанет. Особенно сейчас. Интересно, а почему тренировка отменяется? — Реборн, что-то случилось? — С чего ты взял Цуна?— Вопросом ответил спокойно идущий рядом аркаболено. -Обычно ты не отменяешь тренировки просто так. — Обычно я не нахожу странные коробки рядом с кроватью, — в тон мне ответил Реборн. – Можно сказать, я доволен и поэтому решил сегодня тебя не мучить. Я с трудом верил услышанному. Реборн все-таки нашел мой подарок. Наверное, я снова покраснел. Шоколад для Реборна был одним из самых трудных. Белый шоколад с начинкой из печеных яблок. Несколько дней убил только на начинку. А еще и шоколад, который должен был быть воздушным, как мусс. Но судя по всему мне это удалость. Иначе Реборн никогда бы не сделал мне выходной. — Кстати Цуна, — я вздрогнул. Если Реборн говорит так, жди беды. — Завтра мы с маман уезжаем на несколько дней. Тебе придется остаться одному. Справишся? Несмотря на независимый вид в голосе репетитора слышалось волнение. — Постараюсь. — Естественно, Глупый Цуна, — Меня снова ударили. Так потирая шишку, я и дошел до дома. — Мы дома! Афтор знает что писал много и долго. Гомен за это)))) Теперь остался в 9 Части только Ямомото. Постараюсь побыстрее.