Чёрный и серый

Расписание тренировок для Арин теперь стало стабильным. Утренние занятия историей с Книжником младшим. Послеобеденные тренировки с Кандой или Алленом. Вечернее мучение в кабинете смотрителя. Аллен теперь присутствовал на всех тренировках с грозой Ордена, мотивируя это тем, что в прошлый раз тот чуть не убил девушку. И в этот раз Уолкер сидел на скамье и слушал звон металла. Прошёл месяц с тех пор, как Арин появилась в его сравнительно тихой жизни. Её чистая сила так и не проявилась, но зато девушка теперь не уступала по ловкости, даже мечнику, который сейчас с бешеной скоростью отбивал её выпады, едва успевая проводить свои. - О-о-о, Юу-тян! – самурай размахнулся, отбил клинок, активировал Первую Иллюзию и метнул катану вслед за Адскими жуками. Затем изогнулся всем телом, ушёл от следующего удара, отскочил и, выпрямившись, посмотрел на результат своих трудов. Близнецы стояли, как обычно с улыбками на лицах и в своей излюбленной позе: щека к щеке, рука в руке, но на этот раз в стене, между их лицами торчал меч, и улыбки были несколько напряжёнными, отчего походили на оскал. - Юу-тян, ты пытался нас убить? – немного запинаясь, произнесли они после некоторой паузы. - По-моему я пытаюсь это сделать уже давно. - Ты бака! – Идол начинал отходить от шока. - Арин, как ты могла в такого влюбиться? Повисла неловкая тишина, нарушаемая лишь стуком ботинок уходящих рыжих проказников. Первым очнулся мечник: он выдернул своё оружие из несчастной стены, по которой тут же разошлись трещины. - Закончим на сегодня. – японец забросил катану на плечо и направился к выходу. Уолкер сидел не шелохнувшись. - Я тоже, пожалуй, пойду. – сказала Арин и, убрав клинки в ножны, ушла. Аллен тяжело вздохнул. Уже целый месяц он ничего не может сказать ей путного. Их беседы находятся в рамках вежливости и никуда не двигаются. Поначалу он даже был рад такому ходу дел. Тем не менее, говорить только о тренировках, обеде и, как ни странно, о Канде невозможно. Рядом с Арин постоянно кто-то есть, из-за этого пригласить её на свидание просто невозможно. Уолкер снова вздохнул и поднялся со скамьи. Подходило время ужина, надо было всё успеть.