Чёрный и серый

Канда сидел в купе поезда. Его лицо не выражало ничего кроме раздраженности и полного разочарования в справедливости этого мира. Проблема снова была в рыжем, точнее теперь в двух рыжих. Эти два недоразумения завязали ему бант на хвосте и прикрепили ленты к прядям у лица, пока он спал. И это тогда, когда самурай уже обрадовался, что избавился от зеленоглазого генератора идиотизма. Да, мечник мог просто снять ленты и забыть о произошедшем. Мог. Но только в том случае если бы близнецы не заплели волосы в тысячи маленьких косичек, переплетённых между собой. Теперь приходилось сидеть и ждать пока Арин расплетёт хотя бы часть. - Больно! – в очередной раз прошипел Юу. - Знаю, но ничего поделать не могу. Проще будет обрезать. - Да, Канда. Давай я помогу тебе. – улыбнулся сидящий рядом Аллен, активируя «Клоуна». - Только посмей, Мояши! Где, кстати, эти двое? - Не знаю, но они явно не раскаиваются о содеянном. – Уолкер усмехнулся. - Смешно, мелочь? - Да, - честно признался седой. Самурай в ответ рыкнул, рванулся к нахальному подростку и повалил его на пол, приставив к горлу лезвие катаны. Следом на него упала Арин, державшая, мечника за хвост. Канда, не ожидав лишнего веса у себя на спине, упал на Уолкера. Дверь купе тихо скрипнула, и на пороге появились рыжие. - Мы знали, что вы извращенцы, но Арин… Бедная-бедная Арин! Они и тебя извращают. – С этими словами близнецы подхватили девушку и буквально вынесли в коридор, закрыв за собой дверь. Послышались крики, возня и топот ног, после чего Арин вернулась. - Ну? – спросил седоволосый, всё ещё лежащий на полу. - Идол пошёл на кухню. – безразлично отозвалась экзорцистка, поднимая расчёску с пола. - И всё? - Да, а что ещё? - Ну не знаю… - Лучше помоги мне распутать волосы Канды. - Я не подпущу Мояши к моим волосам! – ощетинился мечник. - Прекрати, Канда! Вдвоём мы управимся быстрее, да и обед скоро. Не будешь же ты сидеть голодный из-за такой мелочи. - Тч. - Вот и отлично! – улыбнулась девушка и обратилась уже к Аллену. – держи расчёску. Если бы сейчас кто-нибудь вошёл в купе, то увидел сидящего по-турецки мечника с опрокинутой на грудь головой, а по бокам девушку и парня, старательно распутывающих и расчёсывающих ему волосы. Наконец воцарилась тишина. Возможно, потому что все устали от длительной поездки, а, возможно, потому что наслаждались каждый своим занятием. Канда, казалось, дремал. Ему, действительно, нравилось сидеть и ничего не делать, пока делами занимаются другие, да и массаж головы ему никто никогда не делал. Аллену нравилась тишина, нарушаемая лишь небольшими шорохами, а тишина с Арин рядом нравилась ему ещё больше. Девушка же радовалась новым друзьям, новым приключениям. Жизнь для неё обретала цвета. Но долго это продолжаться не могло: волосы мечника были, наконец, распутаны и уложены в высокий хвост, после чего он поднялся, потянулся и скомандовал: «На обед». Спорить было бесполезно; есть хотели все.