Подслушанное о признаниях

— Я буду любить тебя, — шёпот скользил по его щекам, улизнув за спину. На его лбу появилась маленькая складка хмурости, но глаза продолжали томно наблюдать, как её короткие кудри от ветра прыгали в разные стороны. — Зачем это «буду»? Мы здесь и сейчас, почему ты никогда не говоришь просто «я люблю», зачем это вечное «буду»? Его спутница не ответила, загадочно подняв голову к закатывающемуся небу. Спустя мгновение она хмыкнула, и уголки её губ растянулись в понимающей усмешке. Как в детстве, она встряхнула головой, выкидывая плохие на её взгляд мысли, и с кошачьей игривостью в радужке обратилась к нему. — Сейчас? — она не смогла сдержать улыбки, найдя что-то забавным. — Сей-час-с-с, — спутница долго, словно не хотя отпускать, протягивала последний звук, а затем выпустила, как бумажный самолётик. — Больше его нет. Теперь «сейчас» стало «до этого», «тем», «недавно», но только не тем, чем было. Потому что оно ушло в прошлое. Её холодные пальцы спрятались в его ладони от холода. Белую кожу покусали ветра, оставив лишь красноту. — Я не говорю: «я люблю тебя», потому что это происходит сейчас и заканчивается с последним звуком этих слов. Я люблю тебя. Сейчас… сейчас… сейчас… — каждое её слово звучало так отчётливо, что даже свист невидимых потоков не мог унести её шёпот, такой завораживающий. — Это исчезает в прошлом. Но «я буду любить тебя» — уходит в будущее. Это значит, что я и дальше буду с тобой. Поэтому не жди от меня трёх слов. Их будет четыре. Они будут сливать в мириадах песен. — Она всегда пыталась скрывать свои эмоции в голосе, эта привычка оставалась даже рядом с ним, но сейчас, торжество странно сливалось со спокойной тишиной её души. Сплетя свои пальцы с его, она мягко потянула его за собою. Всё выше, туда, где чувства обретают прозрачность хрусталя. Конечно, это всё метафора, но она по-другому не хотела, ей нравилось это. Загадочность нравилась ей другой чертой, не цинично-обыденной. Ей нравилось удивлять, а не привлекать к себе внимание. — Я буду любить тебя, — вторила она себе. Четвёрка приобретала действительно новое значение. Не удержав довольную улыбку, он поравнялся с ней, положив ладонь на её холодную макушку. — Думаешь, будущее можно увековечить? — Я просто пытаюсь, — на выдохе произнесла, недовольный поднимая взгляд к нему. — Тогда, — он склонил голову на бок, его же ухмылка приобретала очертания, подобные её. — Я буду любить тебя? — голос прозвучал как-то вопросительно, и спутница на мгновение застыла. — Думаю, чем чаще говорить будущим, тем длиннее это будет. — Давай в это верить, — её покрасневшие от погоды глаза засверкали, а тело невольно заходило ходуном, как маятник. Для него она была похожа на южного пингвина. — Будем, — он держал её за руку, на всякий случай. Она любила падать. — Будем, — повторила спутница, широко растянув губы в тёплой улыбке. Они долго вторили друг другу, в конце концов превратив голоса в унисон. Задорный смех её раздавался подобно звону вокруг, спутник кружил её вокруг себя в дураческих пируэтах. Мечтатели надеялись, что их будущее действительно бесконечно.