Железная Леди 2

      Переубедить Моргеншетрнов и Лайтвудов оказалось делом более проблематичным, чем провести ускоренный курс по истории для Джейса.       Одурманенные Мариза и Джейн до последнего упирались рогами, утверждая, что Шарон хорошая, а Изабель на нее из зависти наговаривает. Девушка, которой надоело слушать это кудахтанье, не задумываясь о последствиях своего решения, как следует, приложила мать и подругу лбами о поверхность кухонного стола, устраивая мозгу приличную встряску. Эффект оказался положительный, что очень порадовало мужчин, потому что им препирательства за несколько часов уже встали поперек горла.       Мариза попыталась извиниться перед дочерью за свое отвратительное поведение в последние месяцы, но та недовольно фыркала и постоянно отмахивалась. Извиняться матери надо было перед совершенно другим человеком, который давно проживал у Безмолвных братьев. Джослин, с момента пробуждения, не проронила ни слова, только заламывала руки и кусала до крови губы из-за сильного чувства вины, которого не было еще пару часов назад, но тогда она и половины из того, что говорила и делала, не осознавала. И теперь женщина не могла стойко принять, что так жестоко обошлась с ребенком, у которого и без того была не сладкая жизнь.       — Мы можем с ней увидеться? — Спросил Валентин, но издевательский смех со стороны близнецов привлек внимание всех, без исключения. Парни, не смотря на семейный совет, остались в чужом доме и периодически отпускали ядовитые шуточки в адрес родителей, но никто им даже слова не говорил. Каждый понимал, что заслужил это. — Что смешного я сказал? — Нахмурился мужчина.       — Неужели вы, правда, считаете, что после всего этого, — Джесси обвел руками воздух, словно обобщая прошедшие события за последние два года, — Захария пустит вас на порог города Костей?       — К тому же, надо получить разрешение на посещение, — пожал плечами Кейн, усмехаясь. — Город Костей закрытая территория, кроме учеников никто не имеет права пересекать границы.       — Но почему? — Поинтересовался Роберт. — Мы отправили кучу писем и официальных запросов, но не получили ответа ни на один, словно опять вернулись в далекое прошлое, когда город Костей был изолирован от общества.       — На то были причины, — огрызнулся один из близнецов, кидая вопросительный взгляд на Изабель, и та, не стесняясь, отрицательно покачала головой, потому что никто из них не мог раскрыть тайну, которая принадлежала Клэри.       — Вы что-то знаете, — утвердительно произнес Алек. Нефилим сидел на диване рядом с Джейн, но, ни разу даже не взглянул в сторону жены. После снятия дурмана с глаз жизнь для него заиграла совсем в других, и далеко не радужных красках, и теперь он не мог решить, как обращаться к девушке, которая из него чуть домашнего зверька не сделала. Хорошо, что без ошейника и поводка обошлось.       — Знаем, но не будем открывать рот, — ответил Кейн, скрещивая руки на груди, — к тому же, первым должен узнать именно Джейс, и вовсе не от нас. — Парень покосился на охотницу, которая мило улыбнулась в знак согласия.       — Как мы проведем его в город Костей? — Спросила она.       — Предоставь это нам, — вздохнул Джесси, — мы подговорим Аластора, а потом вместе пойдем к Захарии. На твоей совести Клэри, — он указал пальцем на собеседницу. — Сомневаюсь, что она воспылает желанием увидеть бывшего мужа. Да даже если и захочет, то явно не встретит с распростертыми объятиями.       — Я, между прочим, нахожусь в комнате, — недовольно высказал Джейс, у которого от стыда даже уши покраснели, не то, что лицо. Еще немного в том же духе, и парень будет напоминать переспевший помидор.       — Тебе полезно, — не глядя, отмахнулся близнец, — будь тут Безмолвные братья, ты бы вообще услышал столько интересного, до седьмого колена предков бы хватило.       — Ребят, не ссоримся, — примирительно попросила Изабель. — Не нам гадать, кто больше виноват, а кто меньше. Судья в данном случае Клэри, и только она имеет право голоса.       — Тогда немедленно сообщим ей прекраснейшую новость, — Джесси забавно подскочил на месте и эффектно крутанул стило в руке, — Изабель, отправляйся прямиком к Клэри, а мы с Джейсом навестим Захарию в кабинете.       — Это будет то еще шоу, — усмехнулся Кейн, поднимая пристыженного нефилима за шкирку на ноги.       — А мы? — В один голос воскликнули Валентин и Роберт. Мужчинам категорически не нравилось, что неизвестные молодые охотники, диктуют, что и как им делать. Однако возмущаться было не в их интересах. Только братья могли провести их в застенки города Костей, и только они имели непосредственный контакт с Клэри, которая была за пределами родственной досягаемости.       Первое время родители даже принимали близнецов за любовников девушки, но после очередного остроумного комментария Изабель, которая мгновенно превращалась в фурию, спрятали все подобные мысли так глубоко, что даже с собаками не сыщешь. За время правдивого рассказа, взрослые успели, раз пять поменять мнение о парнях и самих себе, только в первом случае степень доверия росла в геометрической прогрессии, а во втором падала ниже плинтуса уже после первого обвинительного довода.       — Вы будете ждать тут, — заявила охотница, принимая на себя роль бесспорного лидера. Джонатан на подобное только усмехнулся. Когда воссоединение семей закончится, он покажет жене, что командовать она может исключительно в спальне, в остальном же в доме хозяином является парень.       — Когда появятся новости, мы сразу же сообщим, — фыркнул Джесси, и четверо нефилимов одновременно исчезли с глаз оставшихся членов семейств.       На входе город Костей ребята разделились. Близнецы повели молчаливого Джейса на смертельную казнь, которую устроит ему глава Безмолвных братьев, а Изабель поспешила к лучшей подруге, которая наверняка уже заскучала в одиночестве.       Время тянулось густым сахарным сиропом, взрывая мозг тысячами мыслей, и хороших и плохих и совсем ужасных. За недостатком информации фантазия вырисовывала свое видение развивающихся событий, которое почему-то не сводилось к радужному. Лайтвуд даже не смогла набраться храбрости, чтобы начать серьезный разговор, который обязан был немного подготовить беременную к предстоящим переменам.       Изабель суетилась вокруг Клэри и этим жутко действовала той на нервы. Сегодня девушка чувствовала себя на удивление хорошо, но постоянное мельтешение подруги вызывало противную рябь в глазах и опостылевшую за пять месяцев тошноту.       — Иззи, я умоляю тебя, сядь, — простонала охотница, когда Лайтвуд прошла перед ней по тысячному кругу, — ты чего такая дерганная? С Джонатаном поругалась?       — Типун тебе на язык, — закатила глаза та и плюхнулась в кресло, но тут же принялась постукивать пальцами по подлокотникам. — Просто сегодня особенный день, а я не знаю, как тебе об этом сообщить.       — Ты беременна? — В лоб поинтересовалась Клэри, улыбаясь. Она считала, что ее старшему брату давно пора завести ребенка, а уж про подругу и говорить было смешное, ей материнство было только к лицу.       — Это было бы замечательно, — мечтательно протянула Изабель, а потом отрицательно покачала головой, — но, пока результата нет, — добавила она.       — Я не сомневаюсь, что вы упорно занимаетесь этой проблемой, — тихо засмеялась девушка, поглаживая живот. Через пару дней будет пятимесячный срок, а малыш еще ни разу не пошевелился, что ее немного пугало. — Тогда что тебя беспокоит? Говори прямо, — подбодрила подругу.       — Хорошо, — сдалась охотница, пересаживаясь на краешек диван, —, но сначала пообещай не убивать меня.       — Обещаю, Изабель, — вздохнула Клэри, — рассказывай уже.       Изабель улыбнулась. Сегодня впервые за долгое время у девушки было приподнятое настроение. Она совершила прогулку на свежем воздухе вместе с Захарией, постоянно шутила, даже съела несколько сладостей, принесенных Лайтвуд на подобный случай. Не нужно быть гением, чтобы понять, кто готовил. Джонатан с утра суетился у плиты вместе с Джейсом, который, как узнал, что сестра носит гостинцы его бывшей жене, тут же решил хоть что-то сделать для нее.       — Клэри, — охотница набрала в легкие больше воздуха, а потом выпалила на одном выдохе, — скоро придет Джейс, чтобы поговорить с тобой. Мы с Джонатаном вернули его в реальный мир, лишив Шарон возможности и дальше колдовать. Я ускоренно ввела его в курс произошедшего за последние два года, скрыв при этом твою беременность. Сейчас с ним серьезно разговаривает Захария.       — Изабель, не части, — попросила Клэри, потирая пальцами виски. Настроение у нее никуда не испарилось, и девушке хотелось истерично засмеяться над комичностью ситуации, ведь Джейс находился всего в паре метров, а до этого их разделяла прочная стена магии. — Начни, пожалуйста, с самого начала, и постарайся по порядку приближаться к логическому завершению, — усмехнулась она, — и помедленней.       — Я думала, что ты меня на месте придушишь, когда я заикнусь о Джейсе, — наигранно засмеялась Изабель, стараясь не выдохнуть с облегчением.       — Иззи, я близка к тому, чтобы накричать на тебя, — серьезно произнесла охотница, — поэтому будь добра, разъясни все вышесказанное, иначе я за себя не ручаюсь, — пригрозила она пальцем, но зеленые глаза искрились весельем.       Лайтвуд не сомневалась, что подруга сделает с ней все, что пожелает, поэтому поспешила пересказать новости, что она, Джонатан и близнецы скрывали весь последний месяц, начиная от составления плана захвата Шарон и закачивая тяжелым разговором с родителями, который произошел всего полтора часа назад. Последнее событие пришлось особенно сократить, так как посвящать беременную девушку в крики и в несколько этажей нецензурных слов было бы верхом опрометчивости. Однако описание пробуждения Джейса собеседница рассказала в особых подробностях: шок, самоненависть, дикое желание все исправить, — ни одну из проявленных парнем эмоций не обошла стороной.       — Прости, что не рассказала тебе раньше, — виновато протянула Изабель, наблюдая, как Клэри задумчиво теребит краешек пледа, в который была тщательно укутана от груди до ног.       — Нет, ты все правильно сделала, — сдержанно улыбнулась та, отрываясь от своего интересного занятия. — Заикнись ты о подобном немного раньше, я бы просто шарахнула тебя какой-нибудь сложной руной, а потом закатила бы истерику, — девушка пожала плечами, так как далеко не один раз проделывала подобный фокус с близнецами, но, немного погодя, улыбнулась. — Сегодня же у меня хорошее настроение, чего не случалось на протяжении целых трех месяцев, поэтому информацию воспринимаю более-менее адекватно.       — Значит, ты согласна поговорить с Джейсом? — Вскочила на ноги Лайтвуд, растягивая губы в радостной улыбке и пятясь спиной к двери.       — Иззи, нет, — недовольно воскликнула охотница, прищурившись, — то, что я приняла ситуацию, и в какой-то степени невиновность Джейса, не означает, что я готова его видеть прямо сейчас!       — Прости, Клэри, — не переставая пятиться, произнесла Изабель, —, но Джейс уже в городе Костей и минут двадцать ждет под дверью, как верный пес, возможности увидеть тебя.       Девушка медленно открыла дверь, не взирая, на испуганный и одновременно убийственный взгляд Клэри, и быстро выскочила в коридор. Несколько секунд ничего необычного не происходило, и она уже подумала, что подруга просто решила воспользоваться моментом и подшутить над ней, как дверь тихо скрипнула, а на пороге комнаты появился Джейс.       Отросшие светлые волосы неопрятными прядями свисали вдоль лица. Можно было смело утверждать, что парень несколько дней подряд не прикасался к расческе, как и не ложился в кровать для сна, потому что под глазами у него залегли глубокие тени. Черная футболка была замята, а ремень брюк застегнут не на ту дырку, из-за чего штаны сползали, и их приходилось постоянно подтягивать. Клэри немного удивилась, что заметила подобные мелочи, ведь раньше такой неряшливости за Джейсом не наблюдалось.       Нефилим посмотрел на бывшую жену взглядом загнанного в угол зверя, который надеялся, что его добьют и избавят от пережитых мучений.       — Клэри, — прошептал Лайтвуд, делая шаг к девушке, но та дернулась в сторону, словно он замахнулся рукой и хотел ударить ее. — Прости, — поспешно добавил парень, замирая на месте.       Дверь за его спиной оставалась открытой почти настежь, но оба прекрасно знали, что никто не станет подслушивать, потому что Изабель не позволит приблизиться к комнате посторонним, даже Безмолвным братьям.       В комнате повисла напряженная тишина, которую можно было резать ножом. Джейс не осмеливался встретиться с охотницей глазами, постоянно прокручивая в голове каждый Божий день, в который причинил ей страдания. Нефилим знал, что сразу заслужить прощение он не сможет никаким способом, но готов был доказать действиями, что сожалеет, готов даже на руках носить, только бы она позволила ему снова быть рядом с собой.       Клэри же наоборот, не сводила взгляда с поникшей фигуры. Она ощущала странное покалывание в районе груди, но никак не могла найти для этого причину. Девушка чувствовала не ставшую привычной, острую боль, которая обжигала холодом. Сейчас ей было приятно и уютно, словно дыра постепенно зарастала.       — Подойди, — осторожно попросила охотница, обдумывая свои действия, но руки она спрятала под плед, чтобы не было видно, как они дрожат.       Джейс с облегчением выдохнул, медленно подошел к дивану, показывая, что заявился без плохих намерений, и аккуратно присел на краешек, где всего две минуты назад находилась Изабель.       — Я не жду, что ты позволишь мне так просто войти в твою жизнь, — начал парень, упорно разглядывая свои ладони. Поднять глаза на бывшую жену ему не позволяла совесть, и не хватало духу. — Не жду, что ты позволишь прикоснуться к тебе. Я даже не надеюсь на прощение, потому что не заслужил его, — он печально улыбнулся, сжав руки в кулаки с такой силой, что побелели костяшки, — об одном прошу, разреши мне быть рядом, — шепнул нефилим, не сдерживая дрожи в голосе, — помогать и поддерживать тебя и Гидеона. Я ничего от тебя не буду требовать, так как не имею на это права, просто позволь почувствовать себя нужным для своей семьи.       Лайтвуд повернул голову и взглянул на девушку, ожидая сурового вердикта, как в суде, либо его помилуют, либо казнят. Клэри задумчиво молчала. Джейс воспользовался моментом и, как следует, осмотрел охотницу, которую не видел два года, находясь в чужой реальности.       Парню не понравилось, что она отрезала и перекрасила свои шикарные волосы. Сейчас неровные черные пряди достигали длиной плеч и слегка пушились. Под глазами залегли черные круги, губы опухли, а про обтянутые кожей скулы он даже думать не хотел. Тот факт, что из-за его жестоких слов и действий бывшая жена специально отказывалась от еды, заставлял обливаться сердце кровью. Он не мог видеть всего тела, но предполагал, что под пледом дела обстоят так же плачевно.       — Ты помнишь ночь после свадьбы Изабель и Джонатана? — Тихо спросила охотница, решив начать свой ответ с вопросов, которые ее больше всего волновали.       — Урывками, — вздохнув, признался нефилим. С ним дружелюбно заговорили, это уже было прогрессом, пусть и не по конкретной теме, —, но Изабель любезно восполнила пробелы в памяти.       — Как Гидеон отнесся к исчезновению Шарон? — Поинтересовалась девушка.       — Обрадовался, разумеется, — усмехнулся Джейс, а потом стал серьезным. — К чему эти вопросы, Клэри? — Он склонил голову на бок. Парень помнил, как Изабель строго настрого запрещала называть девушку по родному имени, но не смог удержаться. Лаэн, хоть и было вторым именем, данным приемными родителями, теперь ей совершенно не подходило.       — Меня так давно уже не называли, — с улыбкой прошептала Клэри, сжимая в ладонях край пледа, — даже забыла, как звучит это имя. — Она посмотрела на бывшего мужа, а потом аккуратно приняла сидячее положение, оказываясь к нему достаточно близко, чтобы видеть выражение золотых глаз, в которых отражалось недоумение.       — Изабель предупреждала, что ты сильно ругаешься, но я ослушался ее, — промямлил тот.       — Наверно потому, что сегодня у меня на редкость хорошее настроение, — охотница покачала головой и продолжила вглядываться в родное лицо парня, словно вспоминала забытые черты. Она была уверена, что в ближайшие дни не позволит ему ни прикоснуться к себе, ни тем более поцеловать, хоть этого ей хотелось больше всего. Девушка не была готова к очередным резким переменам в жизни, которые только и делали, что бросали из стороны в сторону, как маятник.       — Тогда ответь мне, пожалуйста, — умолял Джейс. Он хотел уже податься вперед, но вовремя одернул себя, заметив, с каким вниманием охотница разглядывала его.       — Ты и без этого знаешь ответ, — прошептала Клэри, — знаешь, что я буду ждать возвращения, чтобы не случилось, потому, что ты единственный на всем свете мужчина, которого я любила, люблю и буду любить, что прощаю тебя. Просто сейчас, — она запнулась, подбирая правильные слова.       — Тебе необходимо время, чтобы вернуть доверие ко мне? — Спросил парень с грустной улыбкой. Слова девушки вселили в него надежду, но на душе по-прежнему скребли кошки. Как она могла любить после того, что сделал и сказал ей, пусть и не по своей воле. Нефилим испоганил целых два года жизни, а охотница говорит, что он для нее единственный.       — Нет, — улыбнулась Клэри, а потом сжала губы в тонкую линию, — время свыкнуться с мыслью, что ты спал с Шарон.       Джейс скривился, словно ему под нос сунули, что-то протухшее, кишащее личинками и издающее зловонные запахи. Благодаря стараниям Изабель и Джонатана, он не только восстановил события двух лет отобранной жизни, но и вспомнил все, что происходило между ним и Шарон, в том числе и секс, которым они занимались довольно-таки часто. Теперь даже при самом мимолетном намеке, перед глазами выскакивали картинки жуткого желеобразного тела, которое парень добровольно ласкал, а к горлу подступал горький комок.       — Это было самым омерзительным, что я вспомнил, — выплюнул Лайтвуд, тряхнув головой, чтобы прогнать из мыслей образ фейри.       — Значит, ты уже наказан, — произнесла девушка, а потом вздохнула, словно решая что-то в голове. — Я должна тебе кое-что рассказать.       — Это те важные новости, о которых Изабель отказалась говорить? — Сразу же предположил нефилим и получил в ответ утвердительный кивок. — Тогда я весь во внимании, так как сестра упоминала, что только ты можешь раскрыть эту тайну за семью печатями, — улыбнулся он. Джейс старался вести себя спокойно, но некоторая скованность по-прежнему присутствовала. Охотник так и не узнал, разрешат ему остаться рядом, или же прогонят до лучших времен, пока ненависть, скрытая глубоко в душе, окончательно не исчезнет.       — Я ведь не просто так задала вопрос о той ночи, — ответила Клэри, трясущейся рукой откидывая в сторону теплый плед. Приталенная туника с тонким пояском под грудью не скрывала округлившегося живота, который тут же притянул к себе взгляд Джейса. — Она оказалась с последствиями.       — Клэри, я… — парень не смог продолжить свою мысль, просто сидел, как соляной столп, и пристально рассматривал девушку, что все так же спокойно сидела перед ним. И только вздымающаяся от частого дыхания грудь выдавала ее волнение. Он ожидал услышать что угодно, даже целую речь, состоящую из нецензурных слов, в свой адрес, но не думал, что его так огорошат.       Теперь Лайтвуд понял причину странного поведения Изабель и Джонатана. Сестра и его друг с самого начала знали, что Клэри беременна, но тщательно скрывали этот факт. Ему даже не надо было спрашивать, почему. Узнай Шарон о втором ребенке, она бы и его отняла, чтобы насолить девушке, которая, как фейри считала, заняла ее законное место. И почему Изабель не пускала его к бывшей жене после пробуждения. По внешнему виду охотницы было понятно, что беременность проходила не лучшим образом, а лишние переживания были чреваты плохими последствиями.       — Я пойму, если ты захочешь удостовериться, твой ли это ребенок, — начала было девушка, но Джейс подался вперед и заткнул ее немного грубым поцелуем, пока не обронила еще чего-нибудь лишнего.       Клэри на мгновение опешила, уставившись распахнутыми глазами на парня, который осмелился без разрешения пересечь границу личного пространства, но в душе громко ликовала. Только настоящий Джейс мог позволить себе подобное, только ее бывший муж мог нарушить все установленные запреты. И, черт возьми, она скучала по этому.       Стоило только мысли проскользнуть в голове, как в глазах нефилимов взорвался самый настоящий фейерверк среднего размера, а грудь опалило жаром, заставив, обоих резко оторваться друг от друга и начать судорожно хватать ртом воздух.       — Клэри, ты как? — Обеспокоенно спросил охотник, игнорируя свои не самые приятные ощущения, чтобы в случае чего помочь девушке.       — Нормально, — просипела та в ответ, потирая пальцами глаза, в которых плясали солнечные зайчики.       — Что это было? — Поинтересовался парень. Он пытался отвлечь Клэри разговорами, чтобы она не врезала ему по первое число за поцелуй, хотя Джейс знал — если бы хотела, он бы уже давно сидел на полу у дальней стены с рассеченной губой или шишкой на лбу, а раз жив и здоров, значит, ей понравилось.       — Это наша связь, — с улыбкой прошептала охотница, поднимая горящий счастьем зеленый взгляд на собеседника, — она восстановилась.       Лайтвуд пристально смотрел в глаза девушке и видел, как в них медленно загорается жизнь, наливается цветом радужка, начинают плясать озорные искорки, которых давно не было. Он знал — это хороший знак. Особенно радовали завязавшиеся ниточки связи, благодаря которым парень мог заявлять, что Клэри была, есть и будет его женой. Пусть они развелись два года назад, но сейчас ничто и никто не помешает ему сделать ей предложение снова.       Джейс улыбнулся и получил в ответ такую же, только робкую улыбку, о которой мечтал всю последнюю неделю, а доказать верную любовь он успеет, и далеко не один раз.