Дни в Иерусалиме.

Улицы Иерусалима были полны народа, отдыхающие после тяжёлого трудового дня, а луна медленно вступала в свои права, сопровождаясь яркими звёздами. Дабы быстрее добраться до места назначения, Альтаир решил двигаться по крышам, ловко перепрыгивая с одной на другую, перебегая по канатам и выступающим брускам. Стража стояла на крышах и смотрела, чтобы никто не шастал, но из-за того что дело шло к ночи, их было мало. Проблем не должно с ними возникнуть. Прошмыгнув мимо стражи, Ла-Ахад остановился на краю крыши. Вот он… – Храм Соломона… – тихо сам себе сказал ассасин, смотря на вход в здание. Пусть и темно, но Альтаиру удалось издалека разглядеть стражу. Как и говорилось: два на посту, столько же на пересмену. Тут к ним подбежал ещё один молодой парень и что-то им сказал. Трое ушли, осталось двое. Что-то тут не так. Альтаир тихо спустился на землю, скрываясь за углом. Немного подождав, ассасин приготовил свой скрытый клинок и вытащил один метательный нож. Резко выходя из укрытия, Альтаир подкрался к одному из стражников и вонзил лезвие клинка между лопаток. Второй стражник даже слова сказать не успел; метательный нож, что метнул Ла-Ахад, торчал между глаз тамплиера. Оба упали на землю. Тела Альтаир спрятал, дабы их не нашли. Не нравится ему это.… Но ассасин всё же вошёл в храм. С последнего визита Альтаира тут ничего не изменилось. Всё те же пыльные стены, полуразваленные и отчасти сгнившие колонны, небольшие груды камней, а где-то были слышны капли воды, что делала песок под ногами влажным. В воздухе пахло одновременно сыростью и пылью, вперемешку с запахом горючего в светильниках. Но было одно “НО”. Как-то тихо для помещения с группой тамплиеров. Насколько помнил Альтаир, в храме должны были находиться группа ученых, которые осматривают руины. Но тут не видно ни единой души… Даже стражи, что должна была охранять внутри храм. Это странно… Перескочив с балки на балку и взобравшись по лестнице, Альтаир добрался до святилища и осмотрелся. Никого. – Что за чёрт? – он нахмурился. Внимательно осмотревшись, и никого не увидев, Ла-Ахад спустился вниз. Подумаем о тамплиерах позже, сейчас главное - найти хоть что-то про артефакты. Но и расслабляться тоже не стоит. Немного побродив по помещению, поднялся к ковчегу Завета. Осмотрев его, он перевёл взор на стену. Взгляд зацепил небольшой, плохо заметный выступ. Альтаир подошёл ближе и постучал по, как он думал, кирпичу. Это оказался тайник. Достав небольшой кинжал, он подцепил эту панельку, снимая её. Там что-то лежит. Протянув руку, Альтаир достал небольшой пергамент. Но посмотреть его содержание он не успел. Где-то в стороне послышались шаги и аплодисменты, на что Альтаир резко обернулся. – Браво, браво! – из тени вышел человек, всё так же хлопая в ладоши. – Мы искали эти записи несколько дней, а ты нашёл их за пару минут. - с усмешкой, проговорил он. Альтаир пригляделся. Это был не слишком высокий мужчина, с коротко стриженными черными волосами. Лицо с густой черной бородой было покрыто морщинами, а карие глаза смотрели с явным вызовом. Одет он был в красную длиннополую одежду с узкими рукавами, поверх неё было одеяние из белой ткани, доходившей до середины бедра. На плечах – накидка без рукавов такого же красного цвета, как и нижнее одеяние, голову покрывала красная шапочка священника. А на груди висел красный крест тамплиеров. – А я так понимаю, ты и есть Уолтер Милль? – спросил Альтаир, немного хмурясь. Ассасин беглым взглядом осмотрелся по сторонам. Двое по обеим сторонам и ещё трое позади тамплиера. Ну, по крайней мере, в поле видимости. – А ты не так уж и глуп, Альтаир ибн Ла-Ахад… – ассасин нахмурился. – Ты знаешь меня? – Альтаир нахмурился сильнее. Сама суть того, что его знают, не есть хорошо. – Хах! А кто же не знает самого убийцу Магистра тамплиеров Роббера де Сабле? – мужчина как-то ухмыльнулся. – Хотя, хочу тебе сказать спасибо. Если бы не ты, я бы так и оставался в тени ордена. Благодаря тебе, в ордене теперь идет выбор, кто же будет следующим Магистром. – И ты надеешься, что это будешь ты. – даже не спросил, а утвердил Альтаир, на что Уолтер хохотнул. – Конечно, а кто же ещё? Ты же не думаешь, что это будет Арман Бушар? Альтаир приподнял бровь. – Арман Бушар? – это имя он слышал из письма Уолтеру, которое тот тщательно пытался зачеркнуть, но буквы были видны. – Не важно, – отмахнулся Милль. – В любом случае, я и так сказал больше, чем нужно. А теперь, отдай мне записи. – тамплиер протянул руку вперёд показательным жестом мол “живее”. – Хм, - ухмылка появилась на губах Альтаира, который встал в боевую стойку. – Нет, пожалуй, я оставлю их у себя. - он положил руку на эфес меча, готовясь. – Ах ты… - голос тамплиера прям так и сочился злостью и чистой воды ненавистью, совершенно не свойственную священнику. – Тогда отправляйся на небеса! Стража! - гаркнул во всю глотку. - Убейте ассасина и заберите пергамент! - по приказу все стражники вышли из своего укрытия. Альтаир быстро пересчитал их. Около двух дюжин. Ничего, и не с таким справлялись. Ассасин, убрав пергамент в подсумок, вынул меч из своих ножен. Начался бой. Первыми стали атаковать противники. Один выбежал вперёд и замахнулся для удара, но Альтаир парировал удар, проводя контратаку и тут же делая удар по второму. Один решил подкрасться сзади и нанести удар со спины, но ассасин увернулся от меча противника, делая разворот, оставляя кровавую полосу от низа живота до груди и снова становясь в низкую стойку. Теперь атаковать решили сразу двое. Если Ла-Ахад блокировал удары первого, то второй схватил его за грудки, но взяв противника за предплечье, Альтаир развернул его к себе спиной и, нагнув, дал пинок под зад, отправляя его к своему дружку. Но его окружило несколько человек. Долго церемониться ассасин был не намерен, поэтому, как только на него кинулись с атакой, Альтаир резво провел ответный удар, убивая противника, тут же прорывая блок второго и пронзая мечом в живот, после чего на развороте мечом полоснул ногу третьего, роняя его на пол и пронзив острием меча область сердца. И так один за другим… Добив последнего, Альтаир посмотрел на Уолтера. Тот, рыча от злости, с мечом, что незаметно висел на его поясе, набросился на ассасина, но он провёл контратаку, повредив руку врага. Тамплиер вскрикнул от боли, оседая на землю. Альтаир уже было замахнулся для удара, но Милль схватил горсть земли и ослепил ассасина. Тот пошатнулся и отошёл на шаг. Такого он явно не ожидал. Священник подскочил на ноги и понесся на выход из храма. К черту пергамент, жизнь дороже. Восстановив зрение, убийца увидел в какую сторону побежал враг, и сунув меч в ножны, помчался за ним. Пробежка, прыжок, второй, снова пробежка и ассасину всё же удаётся нагнать тамплиера и нанести удар скрытым клинком в область лопаток. Уолтер только жалобно и хрипло застонал. Альтаир опустил его на землю, присаживаясь рядом. – Как видишь, я ещё жив... - с явной гордостью проговорил Альтаир, ухмыляясь. – Слишком… Много гордости… - хрипло и с булькающим звуком ответил ему тамплиер, – Эта гордость будет стоить тебе жизни… - договорив эти слова, он вынул маленький кинжал и скользнул лезвием по правому боку ассасина. Альтаир вскрикнул и, поднявшись на ноги, отступил на пару шагов, приложив руку к боку и посмотрев на неё. Кровь. Альтаир нахмурился и перевёл взгляд на уже бездыханное тело врага. Решив, что медлить не стоит, ассасин развернулся и пошёл к выходу из храма. Альтаир шёл так быстро, как только мог, стараясь не останавливаться. У него сильное кровотечение, и чтоб хоть как-то это приостановить, он зажимает рану рукой. В глазах стало мутнеть, голова кружится, слабость и ещё желание пить. Люди, которые бродили по улицам, при виде Ла-Ахада в удивлении шарахались в сторону и отходили на пару шагов. Никто даже не решился подойти и помочь ему. “– Чёрт… - слабость нарастала всё сильнее с каждым шагом, но ассасин продолжал идти, – Я не собираюсь тут умирать.… Я обещал…. Малику…”. Как Альтаир добрался до бюро, он и не помнит. Помнит, как с огромным трудом забрался по лестнице на крышу и подошёл к входу в бюро. Но силы были на исходе, и ассасин падает во дворик, тихо застонав от резкой боли. Последнее что он помнит, как Малик вышел из двери и подбежал к нему, садясь рядом и что-то крича при этом. “Мне показалось, или у него на глазах слёзы?..”...